Горькая сладость

Дин вернулся домой, где его уже ждал учитель географии, то бишь, Сэмюэль. Он вяло открыл дверь, снял пиджак и поплёлся в ванную. Они с братом сняли маленький, двухэтажный домик, комнат там было всего две, не считая ванной, гостиной и кухоньки. Сэм сидел на диванчике, читая какую-то книгу, снова же, по географии. Да уж, теперь им не приходится читать бестиарий, учить изгнание или прочие охотнические штуки. Дин, не зная ни единой исторической даты, вызубрил за вечер третью часть учебника, конечно же, его заставил это сделать Сэмюэль, чтобы брат хоть как-то смог продержатся в этой школе подольше, дабы наконец покончить те проблемы с суженной. Ни одному, естественно, эта идея не нравилась, но по обоюдному согласию, они все же понимали, что быть учителем — самое нормальное, что может быть. Кас сразу предупредил, что эта девка не из тех, кто ходит по клубам или шастается с незнакомыми парнями, вот и пришлось действовать крайне. Да и Сэм подметил, что он сможет узнать о ней больше, сблизиться, а девчонки в таком возрасте…только подай за красивыми мужчинами посмотреть. Но, кажется, сегодня Дин понял обратное… Но только касаясь Виктории… Все остальные, как под одну, только и обговаривали его задницу. Действительно, только сейчас до Дина дошли слова Кастиэля — «Не такая, как все», что ж, в наше время это действительно считается странностью… Дин вошел в гостиную, подходя сзади к брату, тот, как ему казалось, уже записался на учителя года. Сэм стал учителем только от скуки и малых возможностей иногда присматривать за девчонкой. — Ты, Сэмми, как всегда… — отходя от спинки и обходя диван, сказал мужчина, присаживаясь в кресло. — Что ты имеешь ввиду? — не поднимая глаз, пробубнил Винчестер-младший, переворачивая очередную страницу, внимательно вчитываясь в каждое слово. — Говорю, ботанишь, Сэм, — хохотнул Дин, включая телевизор. — Тебе бы тоже не мешало. Твои навыки в истории желают лучшего, как для преподавателя. — Преподаватель и ботаник — разные вещи. Тем более, меня на уроке никто не слушает. Я с такой же радостью могу щебетать о девичьих мелодрамах и всяких тварях, они во всех случаях просто будут мотать головой, — хмыкнул Винчестер, пожав плечами, переключая канал. — Да? А как же та девушка? Она тоже не обращает внимания? — Сэмюэль отложил книгу, предварительно сделав закладку. — Ты не понял. В классе на меня смотрят исключительно все девушки. Вопрос в том, какую из них я интересую, — ухмыльнулся мужчина. — Но проще было бы ответить, какую я не интересую. — Ну и кого же? — поднял брови Сэм, ожидая от брата усмешки и ответа «Я интересую всех. Я же Бэтмен» — По закону подлости, именно…назовем ее так… Предмет Х. — «Х»? — Вот-вот. Миллер, кажется, интересует только история, как я думал. Но позже оказалось, что она ее не любит совсем. — В этом ваша схожесть. Хоть что-то общее. — Не радует меня эта схожесть. Честно говоря, она меня вообще не радует. Не уверен, что у меня на нее…встанет, — скривился Винчестер-старший, пытаясь найти хоть какую-то нормальную передачу. — Что, прости? Дин? — Сэм от изумления поднял брови. — Я имею ввиду.Что она до доходности милая и скромная. Ты знаешь, как я не люблю это. Я смотрю на неё и понимаю только одно «Вот чёрт, она еще так мала, а я уже должен ее…» — Дин! — Я серьёзно.Ты ведь ее видел, — громко выдыхая, прошептал Винчестер. — Но она все-таки предначертана тебе судьбой! — всплеснул руками Сэм. — А я всегда говорил, Судьба — тупая, слепая тумбочка. Как? Как? Она же на пятнадцать лет меня младше! — хмурился Дин. Сэму нечего было сказать в ответ, тот лишь помотал головой и решил задать другой вопрос. — У тебя всего три месяца… Нам нужно поспешить с этим делом… — Сэм… — тяжко выдохнул брат. — Она…она интересная. Но не на мой возраст, понимаешь? Я бы никогда не обратил на нее внимания. И сейчас. Такое создание просто не может быть суженной хладнокровного охотника. — Дин, — выдохнув, начал Сэмюель. — Это не имеет значения. Иногда все бывает неприятно. Хочешь жить — делай эти неприятности. — Знаешь, ты, может, и прав. Но это, конечно, не такие уж и неприятности. Мне, скорее всего, совесть не позволяет, да адекватность. — Как по мне, она очень даже красива. Ну…нормальная… — Да, нормальная. Для меня — так себе. Для тебя — хорошенькая. У нас разные вкусы. Меня не тянет к ней. Ну вообще! — Дин приложил ко лбу руку, мотая головой. — Ну и что? Она же интересная… Кстати, ты нашел способ хоть как-то сблизиться с ней? — Сэм, нахмурив брови, устроился на месте поудобнее. — Никаких идей. Как-нибудь придумаю… Дин совершенно не понимал, что с ним творится. Он чувствовал себя ужасно неловко. Странно. Сам не по себе. В голове всплыли странные фантазии о поцелуе, как тот исследует руками ее тело, пока она во всю к нему прижимается, пытаясь исчезнуть или стать с ним одним целым. Винчестер помотал головой, пытаясь сконцентрироваться на чем-то ином, хотя бы не думать о школе дома. Даже пусть и эти мысли, вызывающие легкую дрожь в пальцах и сладость во рту, они все равно сейчас ни к чему. Он поднялся с кресла, проходя на кухню, не отделённую никакими стенами, подошёл к холодильнику и достал пиво. Сейчас он понимает, что все эти девяносто дней, плюс-минус, должны изменить жизнь Дина кардинально, если все пойдет как нужно, но если нет, то изменять не будет чего. Смерть неизбежна. В уме только осознание: «Ты не всегда сам можешь предоставить себе спасение…» Иногда это просто приходится делать любимым людям, дорогим. Иногда именно оно заставляет понять тебя, насколько ты ценен кому-то. Насколько важна и сильна любовь… Противное вибрирование в кармане, не позволяющее продолжать свою собственную лекцию философии, заставило его отвлечься и недовольно подтянуться к смартфону. — Да? — сипло задал вопрос мужчина, прикладывая телефон к уху. — Дин? Мистер Винчестер? — женский голос на втором конце заставил мужчину вздрогнуть, но пока он не понял, кто его тревожит. — Это Миссис Бишоп, думаю, узнали, — «Конечно, только о тебе и думаю» — мысленно выразился Дин, задавая следующий вопрос. — Миссис Бишоп? Вы что-то хотели, так понимаю? — он лукаво поднял баночку с пивом, отпивая уже приевшуюся ему жидкость. — Да, конечно. Я бы не позвонила просто так, так ведь? — она издала смешок, от чего Винчестер просто закатил глаза, все еще ожидая. — Я бы хотела спросить у вас… Даже более…просто попросить… — Что именно? — коротко вопросил мужчина, стараясь побыстрее закончить этот разговор, хотя бы намекая, что ему сейчас не до разговоров, и тем более длинных. — Кхм, Мистер Винчестер, вы бы не могли помочь школе в одном деле? — Тот недовольно облизал губы, уже мысленно придумывая отказ. — Нашим ученикам… Они едут на экскурсию…— неловко объясняла директриса. — Понимаете, это, как бы экскурсия в лес… — В лес? — Дин в непонятливых чувствах подскочил на стуле, вот чего он не ожидал, так того, что его отправят в лес. Но у Д еще есть выбор, чего тот не упустит. — Да. Дин, — он поежился на месте. — Так вот, вы бы не могли составить нашим детям учительскую компанию? Миссис Роджерс серьёзно заболела и лежит в больнице, к сожалению, выйдет на работу не скоро. Вот я и… — Завтра? — Ну, да. Завтра вечером. Это лес…далеко… Просто понимаете, это же экскурсия от школы. По уроку. Чтоб наглядно ознакомится с растениями… Винчестер еле слышно хохотнул от этой глупости. За кой-черт везти детей в такую даль, дабы только насладится противным растениями, которые им не интересны и вовсе не нужны в жизни. — Мистер Винчестер? — вновь задала вопрос директриса, после минуты молчания. — Миссис Бишоп, простите… Мне бы, конечно, хотелось побольше провести времени с учениками, познакомится, так и показать им это, — «Да, очень уж люблю я детей. Особенно подростков». —…но я не могу. Мы с… мы с моим братом едем в другой город на выходных. Это ведь на выходных? — На выходных, Дин, — устало выдохнула женщина. — Простите, правда. Я бы с радостью, но не могу. — Спасибо, Дин, до свидания, — она повесила трубку, как раз Винчестер облегченно выдохнул, продолжая наслаждаться бездельством. *** — Таким образом, Гитлер уже полностью завоевал Польшу… — не отрывая взгляда от учебника, бубнит Дин. Почти все ученики устало прикрывали глаза, поднимая ладошками головы, мечтали о звонке. —…и вот, когда… — Дин зевнул, когда как раз прозвенел звонок, подростки резво поднялись с мест, закидывая учебники и тетради в портфель, мало кто из учеников пробубнил вялое: «До свидания». Дин положил голову на учебник, веки были чрезвычайно тяжелыми, но в попытках не уснуть, он поднялся, замечая за первой партой зло, забрасывал книги в портфель девушки. — Виктория? — нахмурился мужчина, потирая переносицу. — Что? — протянула она, поднимая голову на него. Дин изумленно поднял брови, поднимаясь со стула и упирая руки в стол. — Что случилось? — задал вопрос мужчина, смотря на лицо девушки, которое сейчас казалось не очень детским, как ранее. — Ничего не случилось, — закидывая лямку портфеля, промямлил та, обходя парту сзади, направляясь к двери. — Виктория, — еще раз отозвал тот девушку, но попытка была проигнорирована. — Стой. Она не собиралась оставаться здесь, так просто вышла из класса, направляясь дальше, испепеляя каждого своим взглядом. Дин, еще раз убедившись, что все подростки — сумасшедшие, быстрым шагом направился за ней, хватая Миллер за плечо и заводя обратно в класс, предварительно закрывая дверь, чтоб инцидент не повторился. — Что случилось? — еще раз повторил он, не отпуская руки. — Какое вам дело, простите? — ответила на вопрос вопросом, сузив глаза. — Мое дело. Еще раз спрашивать? — он нахмурился, смотря в глаза девушки, которые та во всю старалась спрятать. — Виктория! Она устало выдохнула, отвернулась, сглотнула, его настойчивость побеждала. — Дурацкая экскурсия. — Что? — Дурацкая экскурсия, — повторив свой ответ, цокнула та. — Экскурсия? — Да, Мистер Винчестер, вам стоит провериться у врача. — Не язви мне, — он кивнул, хмуря брови, заглядывая в глаза ученицы. — С чего вы взяли, что я… — недовольно начала та. — Что за экскурсия? — быстро перебив ее, он отпустил руку, складывая руки на груди. — В лес. Обычная-дебильная-школьная экскурсия, — она вскинула руки вверх. — Это…про пестики да тычинки? — он поднял одну бровь, вспоминая вчерашний разговор. — Да! Я не хочу ехать. Не хочу! Миссис Бишоп — настоящая катастрофа! Я уже молчу про Шмидта! Который старый пень! Старый пень! Я еду с занозой и пнем! — Ты едешь? Почему ты не откажешься? — так просто он выставил руки в боки, думая, что проблема решена. Проблема. Почему это его проблема? — Родители. Ну, точнее, мама. Она меня заставляет. Говорит, что это ведь…это ведь… Странно как-то… Тот в непонятках облизал губы, задумываясь. — Мы решим эту проблему как-то, — он оглядел девушку сверху вниз. — Мы решим? — она, не понимая, нахмурилась, поднимая губы. — Я, и…учителя. Да. — Но… это не проблема со стороны учителей. Это проблема с моей стороны! И, думаю, она вам ни к чему, — вновь протягивая руку к ручке, собираясь покинуть кабинет. Зачем он ее остановил? Сейчас. Просто в этот момент, снова одергивая за руку, заставляя вмяться всем своим телом к нему, прижаться и возмущенно поднимать глаза вверх, но все еще боясь взглянуть в глаза напротив. По телу прошла дрожь, она добралась до кончиков пальцев и разбила внутри разжигающую жидкость, согревая каждый миллиметр ее тела. — Что вы… — резко выдохнула та, когда ноги начали подкашиваться. Он молча стоял, ощущая ее прямо сейчас, рядом, мужчина сглотнул, смотря только вперед над головой девушки. Дрожащая рука дотрагивается к ее голове, он растерянно прикладывает ее к волосам Миллер, пока та побледнела от вихря чувств внутри. Он снова сглотнул, когда она подняла на него свои глаза, опуская взгляд на губы, которые тот, растерянно облизывает, следя за каждым движением стоящей в миллиметре девушки. Виктория, резко выдохнув, выбежала из кабинета, словно пуля, даже не пытаясь понимать, что только что произошло. Она шла вперед, не останавливаясь, обдумывая все, что произошло сейчас, ее щеки пылали, так же, как и внутри завязывался тугой узел, не позволяя думать ни о чем другом, как о нем. Всего лишь учитель, перешедший черту. Черту, которую ни один из них так и не обозначил. Которую никто и не старался не переходить. Правило не было поставлено: «Черту переходить нельзя». С самого начала никто не ставил перед собой его. Миллер забежала в уборную, подскочив к зеркалу, бродя глазами по лицу, выражающему крайнее непонимание, но скорее все проще. Желание. — Чёрт, чёрт! — заводя руку в волосы, Дин в ярости мерил класс шагами, мысленно убивая каждую частицу себя, которая позволила ему эту глупость. Не отойти. Он хотел этого, он должен признаться. Дин думал, что будет после этого. Как она отреагирует? Что будет с ним? Ничего. Он ничего не почувствовал. Если ему всего лишь стало теплее, то это простая физика, конечно. Может, у нее жар? Или у Дина? *** — Все, все заходим в автобус. Давайте это все? Где чёртова Миллер? — орал водитель с заднего сидения, что доводилось слушать каждому присутствующему здесь, включительно обеих Винчестеров, один из которых исследовал карту, а второй хмуро потирал виски. — Все на месте? — задал вопрос Сэм, пытаясь перекричать водителя. — Миллер! Эта девчонка все еще не пришла! Мы можем ехать без нее? — К сожалению, нет. Школа взяла ответственность. — Но она не пришла! — парировал водитель. — Это обязательно, — вновь отказал Сэмюэль. — Здесь, здесь я… — поднимаясь в автобус, пробубнил она. Винчестер открыл глаза, поднимая голову на нее, смотря вниз-вверх, что заметил Сэм, он устало выдохнул и кивнул. — Простите… О, пардон, — мямлила Виктория, пробираясь внутрь автобуса, который уже тронулся. — Я знала, что мне не стоит ехать. Знала, здесь даже места для меня нету. Вот так совпадение. — Миллер! — отозвался Винчестер-младший, от чего Дин вздрогнул, недовольно прикрыв глаза. — Мистер Винчестер, что? — еле стоя на ногах она подошла к нему, держась за ручку. — Свободное место. — Где? — она вновь обвела взглядом автобус. — Не делай из себя слепую, пожалуйста, вон место. — Нет-нет. Я могу постоять. Могу, все. Это…полезно! До свидания, Мистер Винчестер! — она вновь, еле стоя на ногах, прошла вперед. — Я тебя умоляю, — закатил глаза Сэм, одергивая ее за руку. — Не прикидывайся глупой. Я знаю, что это не так, — возразил тот, усаживая ее на место, посредине, между двумя братьями. — Вы меня расстраиваете, — прохрипела та. — И можно больше не трогать меня, ладно? — Ладно, — кивнул Сэм, нахмуриваясь, задумался. — Сколько ехать? — прошептала девушка, снимая рюкзак и укладывая себе на колени. — Это далеко. Очень, нда. Пять часов. — Господи, — Миллер закатила глаза, прикрывая их и откидывая голову назад, пытаясь вновь уснуть, как и полчаса назад.