Касайся нежнее

— Пен... Пензви... — Пеннивайз. — снова повторил клоун. — У тебя очень сложное имя. — Шэр надула губки, оставив попытки выговорить имя своего нового знакомого. — Не сложнее, чем твое. — фыркнул Пеннивайз, сидя на корточках перед малышкой. — А вот и нет. Смотри. — девочка произнесла свои имя четко по слогам. — Шар-лот-та. Совсем не сложно. — Ты просто привыкла. — отмахнулся клоун. Шарлотта долго вглядывалась в лицо клоуна, пока тот разглядывал ее. Она увидела большой лысеющий лоб, две красные полосы на лице, его белый с красным кончиком нос, алые губы, за которыми скрывались ряды зубов, о которых крошка еще не знала. И он казался ей милым. Ее детское сознание вовсе не было искажено всякими легендами и байками и клоунах-маньяках, стереотипами, фильмами, сказками. Ее инстинкт самосохранения не был еще настолько развит в маленькой головке, чтобы предвидеть опасность, которую представлял монстр. Шэр, наоборот, очень нравились стоящие дыбом рыжие волосы Пеннивайза. — Можно, я буду звать тебя просто Пенни? — неожиданно спросила она. Пеннивайз строго посмотрел ей в глаза. Он совсем не понимал, что хочет это маленькое человеческое существо. Он и знать не знал, почему до сих пор не убил ее. Он вовсе понятия не имел, почему малышка не испытывает к нему никакого страха. Может, его самый привычный вид недостаточно пугающий? Стоит ли ему воплотить прямо сейчас в реальность самые сокровенные и тайные страхи Шарлотты? Да, определенно стоит, но Пеннивайз не сделает этого. Он все еще ощущал прикосновение ее теплых ладоней на своих коленях, и это было чуждо ему. Странное, очень странное и новое ощущение кружило ему голову. Он метался от мысли к мысли, от воспоминания к воспоминанию о людях, в попытках понять, что же с ним происходит. Это определенно не нормальность. Определенно... — Да, пожалуй. Так будет легче для тебя... — согласился клоун. Он встал и вышел из комнаты, где была Шэр. Он отправился прямиком в темноту, где мог бы подумать. Ведь все это странно. Определенно странно. Определенно...