Андрюшенька-душенька

Первое, что увидел Кирилл, когда проснулся, была пара глазок олененка Бемби, испуганно таращившаяся на него из недр одеяла. Правда, глазки эти имели сейчас такой вид, как если бы этот самый олененок, накануне, имел бы счастье наклюкаться и залить оные по самое не могу. Кирилл еле сдержал улыбку. Обладатель этих чудесных, слегка заплывших окон в мир был сейчас до такой степени мил и забавен в своем испуге, что даже Кирилл, далекий от всяких сантиментов, проникся к однокласснику каким-то непонятным чувством — то ли жалостью, то ли нежностью, то ли еще чем похожим. — Привет. Голова-то болит? — Кирилл первым решил начать светскую беседу. В припухших и сейчас более монгольских чем обычно глазах, заметалась паника, и их хозяин, слегка смешавшись, выдавил из себя жалкий писк, что должно было, наверное, означать «да». — Лежи. Сейчас лекарство тебе принесу. — Кир встал с кровати и пошлепал в кухню. Не успел он разболтать в воде пару таблеток быстрорастворимого аспирина, как из комнаты послышался грохот. Ну как грохот. Так. Не грохот, конечно, просто звук упавшего не очень большого тела. Кирилл закатил глаза. Куда намылился этот мелкий засранец? Сказано же было лежать, так и лежал бы себе, в ус не дул. Так нет же, куда-то уже подорвался! Мамочке звонить удумал? Или с кем он там живет? Надо бы выяснить. И еще очень хотелось бы узнать для общего развития, как этот мальчик-колокольчик оказался в мороз на улице в никакушку? И кто та мразь, что бросила его на произвол судьбы в беспомощном состоянии, ведь не в одно же рыло пил Андрюшенька-душенька? Кирилл подхватил стакан с лекарством и быстрым шагом направился в комнату. Андрюшенька-душенька уже сидел на кровати и усиленно натирал колено, слегка морщась. Видимо, приложился он об пол нехило. Но, ничего — может, прыгучести чуток поубавится у этого оленя северного. Увидев вошедшего в комнату Кирилла, Адриан тут же оставил свое увлекательное занятие и затравленно уставился на него. Да это не взгляд, а просто какая-то концентрация трогательной милоты и, как говорит его сестренка, няшности. Вся боль еврейского… а, нет! Вся боль корейского и русского народов была сейчас в этих слишком ярких и выразительных для парня гляделках. Вот ведь ерунда какая, разве может взрослый мужик так смотреть? Олененок Бемби и кот из Шрека на пару убились бы об стенку из зависти! — На, пей! — Кирилл усилием воли разорвал зрительный контакт с Андрюшей и небрежно пихнул ему в руку стакан с лекарством. — Не пролей только. За небрежностью он сейчас скрывал неизвестно откуда взявшееся смущение. Хотя, пожалуй, известно откуда. Китаёзик смотрел на него с таким выражением, что становилось понятно, что пьяные любовные признания, выдаваемые Душняковым накануне, не были пустым звуком. Тот, походу, действительно ссался по Киру крутым кипятком. Адриан принялся судорожно глотать лекарство. Аккуратный кадычок заходил по нежной, хрупкой шейке и Кирилла мысленно передернуло.Член снова стал подавать признаки жизни и наливаться силами. Да что же это такое-то? Опять начинается эта хренотень. Вот что значит давно полноценно не трахаться — тут и на парня, видимо, полезешь. После ухода Адили, Кирилл решил взять тайм-аут и не начинать пока новых отношений. Найти себе девочку на одну ночь ему не составило бы большого труда, но после того, как однажды он подцепил от одной из них банальную гонорею, интерес к такого вида отношениям у него пропал совершенно.Триппер. Постыдное, мерзкое заболевание. Как бы ничего страшного, птичья болезнь сейчас довольно быстро лечится, но сам факт был неприятен и на дамочек не слишком тяжелого поведения он теперь больше не смотрел. Как отрезало. Если девушка даёт на первом свидании, значит, даёт всем без разбору. А какую заразу она может нацеплять с чужих членов, даже думать не хочется. Тут даже с презервативом лезть в неё как-то стрёмно. — Спасибо… — прошелестел Андрюша и попытался встать. — Где тут можно помыть стакан? — Чего? — занятый своими мыслями Кир не сразу понял, про что там мямлит Душняков. — Стакан… — снова оленьи глазки. — Помыть. — Сиди уже, мойщик, — Кир нарочито грубо выхватил стакан из тонких пальцев Андрюши и чуть мягче добавил: — А лучше лежи! Видно же, что тебе херовастенько. — Да нет, терпимо… — снова глазки в пол. И почему Кира это так заводит? — Значит, моя терапия подействовала? — Терапия? — удивлённо. — А, забей, — махнул рукой Кир. — Просто немного профилактики и всё. — Мне бы в туалет… и помыться, — сдавленно просипел Андрюша, слегка розовея. — Пойдём! — мотнул головой Кир в сторону двери. — Только снова не шмякнись. Штанины-то придерживай, чтобы не запнуться. — Хорошо… Пока Андрюша мылся и чистил зубы новой щеткой, которая как специально была куплена накануне, Кирилл успел сварить кофе и даже по-быстрому перекурить. После он потащил Андрюшу на кухню этот самый кофе пить. Адриан послушно глотал ароматную жидкость и осторожно косился на Кирилла, как будто желая что-то спросить, но все никак не решаясь. — Кирилл, а как я здесь… — наконец не выдержал он, но тут же осёкся и принялся мучительно краснеть. — Как ты здесь очутился? — Кир снова еле сдержал улыбку. Ну что за детский сад, честное слово? Сто лет он уже не видел, чтобы кто-то вот так заливался краской. Тем более взрослый парень. Смех да и только! — Я тебя подобрал около супермаркета. Ты там в сугробе валялся. — В сугробе… валялся? — эхом повторил Андрюша и с ужасом уставился на Кира. — Ага, — весело кивнул Кирилл. — Заснул в сугробе — оказался в гробе! Или в гробу? Как правильно? Ты везунчик, Душняков, если бы не мой острый глаз, то уж не знаю, что бы с тобой было. Как, кстати, ты дошёл до жизни такой? — Ну, мы выпили… с друзьями… и я… — потерянно замямлил Адриан, пряча глаза и продолжая пунцеветь. — Начистить бы морду таким твоим друзьям, — хмыкнул Кирилл насмешливо. — Совсем не умеешь выбирать с кем пить? — Со мной такое в первый раз… я не знал… — Ну вот теперь знать будешь, — Кир уже вовсю сдерживал смех. Андрюша был жутко забавен и умилителен в своей дикой сконфуженности. — Благо не успел ничего себе отморозить, или вообще нахрен замерзнуть. Получили бы твои родители сосульку вместо сына! — Мне надо домой! — вдруг взволнованно заерзал Андрюша. — Мама… будет переживать… — Сиди давай, маман твоя нейтрализована, — усмехнулся Кир, — я ей эсэмэску вчера послал с твоего телефона. Ну, что ты у друга заночуешь. А ты с мамой живёшь или, может, с девушкой? — Ты послал маме эсэмэску? — взгляд похмельного олененка стал просто непередаваем. — Ты? — Ну, да, я. Твоё Величество само не в состоянии было это сделать, а мама — дело святое, и я… — Какой ужас! — Андрюша схватился за голову и сжался в комочек. — Она же не поверит ни единому слову! Что делать? Что теперь делать? — Чего? — не понял Кирилл. Он слегка обалдел от такой реакции. Не отморозил ли ненароком Душняков мозги в том сугробчике? — Ты же не знаешь кодового слова! — Адриан так несчастно посмотрел на Кира, что у того помимо воли сжалось сердце. Ну точно чокнулся! Несет какую-то пургу. Говорят же, что вредно переохлаждать голову, а тут неизвестно еще сколько времени его одноклассник пролежал на холодном снегу… — Где мой телефон? — Андрюша принялся лихорадочно подворачивать слишком длинные для него штанины пижамных брюк, явно намереваясь вскочить и начать искать вышеназванный гаджет. — Моя куртка в прихожей? Телефон там? Надо срочно позвонить маме! — С этими словами он соскочил со стула и ринулся было в сторону двери, но Кирилл с легкостью перехватил его и резко притянул к себе. Андрюша ткнулся носом ему в грудь и сразу же резко обмяк в его руках, слегка задрожав. — Что ты несёшь, Душняков? — почти зло прошипел Кирилл ему в ухо. Все-таки стоило удостовериться в невменяемости одноклассника. Может, Кир чего не так понял? — Какое такое кодовое слово? Андрюша поднял голову, виновато посмотрел на Кирилла, но тут же снова почти уткнулся ему в грудь и щекотно забубнил в неё: — У нас с мамой уговор: если я отсылаю ей сообщение, то обязательно должен кодовое слово написать, чтобы она была уверена, что это именно я… Все что происходило далее, иначе как каким-то помутнением рассудка объяснить было нельзя. Близость Андрюши, его нежный запах, трепетность его хрупкого тела — все это поспособствовало тому, что крышу начало потихоньку сносить. Слегка отстранив от себя Андрюшу, Кир мягко взял его за подбородок. Приподнял его лицо, уставился ему в глаза. Взглядом скользнул ниже, на пухлые губы китайчонка, а затем снова в глаза. Андрюша гулко сглотнул. Он ошалело таращился на Кирилла, трясся как осиновый лист, но никакого сопротивления пока не выказывал. Ситуация была патовая, если учесть, что находясь сейчас так близко друг к другу, не почувствовать взаимную эрекцию они просто не могли. А она была, эта эрекция. Не совсем уж ого-го, конечно, но достаточная для того, чтобы её заметить. По-хорошему, надо было уже давно отлипнуть друг от друга, но почему-то все никак не отлипалось. Кир провел почему-то слегка дрожащим пальцем по верхней губе Андрюши, как будто что-то вытирая с неё. Андрюша не пошевелился, но мышцы его ещё больше задеревенели, а в глазах заполыхало что-то непонятное. Кирилл слегка наклонился к Андрюше и вдохнул в себя его тёплое дыхание. Почему-то захотелось сейчас это сделать. Мята, корица и кофе. Ну да, все объяснимо. Кирилл сыпанул немного корицы Душнякову в кофе, а нотка мяты здесь от мятной зубной пасты, которой недавно пользовался бывший одноклассник. Но почему этот аромат так ударяет в голову? Не, пора заканчивать всю эту романтическую херотень, а то он трахнет это китайское недоразумение прямо на кухонном столе, хотя и слабо представляет как это делается. Не удосужился чего-то изучить механизмы заднеприводной любви… Хотя… От минета в Андрюшином исполнении Кирилл бы точно не отказался. Нет, так дело не пойдёт. Кирилл решительно отстранил от себя Андрюшу и почти насильно усадил его на стул. Нужно как-то отвлечься от этого затягивающего омута голубых эмоций! — Ты мне сейчас всё расскажешь, Душняков! — хрипло рявкнул Кир, стараясь не смотреть на Андрюшу. — И потом мы будем решать, что с тобой делать! — Что — всё? — еле слышно выдохнул Андрюша, испуганно зыркнув на Кира. — Всё — это значит всё. Например, про то, что случилось накануне того, когда ты чуть не прижмурился в том сугробе? — Но мне надо сначала позвонить… мама… — Лосю двадцать пять лет, а он все за мамкину юбку держится! — отчего-то рассердился Кир. — Не смеши народ! Выкладывай, с кем пил, как дошёл до жизни такой и что за шифры у вас в общении с матерью? Ну? Я имею право это знать, я тебе жизнь спас! Кирилл понимал, что никаких прав требовать с Андрюши каких-либо объяснений он не имеет, но эта его запуганность собственной мамашей ярко бросалась в глаза, и не выяснить некоторые моменты Кир просто не мог. Да и разговор этот был отличной ширмой, прикрывающей его непонятные чувства по отношению к Андрюше. — Хорошо. — тихо сказал Адриан. — Я расскажу…