Тихий парк на окраине Лондона

Kaleo — All The Pretty Girls Kaleo — Way Down We Go Hozier — Jackie and Wilson ____________ Шли дни, недели, месяцы. Жизнь текла своим чередом. Но в ней была пустота. Том с головой ушел в работу. За съемками в одном фильме последовали другие. Жизнь актера также заполнили тренировки, важные мероприятия, встречи с друзьями. Он старался всегда быть занятым, находиться в компании кого-либо, лишь бы не оставаться наедине с собой и своими мыслями. Потому что всякий раз, когда это происходило, в голове настойчиво всплывал образ, который он отчаянно желал забыть. Она. Девушка с черными как ночь волосами и глазами цвета весеннего неба. С мягким, нежным голосом. С родинками на шее и лице. Девушка, что любит читать книги. Эмили. Имя, слыша которое, Томас чувствовал, как сильно щемит сердце. Он отчаянно пытался забыть ее, перестать вспоминать их разговоры и то, как они, сидя в заброшенном парке, смотрели на звезды. Он желал, чтобы это было лишь мимолетным увлечением, от которого можно с легкостью избавиться, перестав общаться с объектом воздыхания. Но время шло, и именно оно доказало, что Том не просто увлекся, как это бывало с ним раньше. Он полюбил Эмили. Порой ему хотелось сорваться и позвонить ей, поехать к ней домой или в тот парк. Но он понимал, что не имеет права лезть в жизнь девушки. Она сама приняла решение, сказала, что не хочет быть с ним. Это её выбор. И Том постоянно был занят в попытке отвлечься от своих мыслей. Он вел себя веселее, раскованей, стал общительнее, чем раньше. Но это было лишь бегством от того, что терзало внутри. И приходя в пустой дом или гостиничный номер, Хиддлстон чувствовал опустошенность. А перед глазами вновь всплывал любимый образ.

***

Эмили же постоянно твердила себе, что поступила правильно. Она думала, что не вписалась бы в жизнь актера, создала неудобства, да и самой ей не было бы легко. Но время шло, и девушка все чаще задавалась вопросом: что, если бы у них все получилось? Несмотря на разницу в положении и популярность Тома? Что, если она приняла решение слишком быстро? Ей хотелось забыть этого человека и она считала, что получится, но ошибалась. Хоть порой чувства и утихали и не мучили ее так, но даже по прошествии месяцев Уайт продолжала скучать по Томасу. По их разговорам, по его доброму, заботливому и участливому взгляду. По светлым волосам, что завивались в милые кудряшки, лучезарной улыбке, морщинкам у глаз. Вдобавок ко всему, она стала натыкаться на упоминания об актере. То услышала его имя по радио, то увидела в магазине журнал с его фотографией на обложке. А один раз, сидя в кафе, где работал телевизор, вдруг услышала до боли знакомый голос. Она подняла глаза к экрану. — Том, что вы можете рассказать о своем персонаже? — спрашивал журналист. Девушка не могла отвести взгляда от телевизора, смотря на Томаса. На такого, казалось бы, некогда близкого и родного, а сейчас далекого. — Ну, прежде всего, Джон рос в неблагополучной семье, что повлияло на его характер. Были и другие факторы, почему он ожесточился. Он хотел, чтобы люди заметили и оценили его. Знаете… -британец потер подбородок, и его губы тронула легкая и немного грустная улыбка. — Один человек… дорогой мне человек однажды сравнил людей со звездами. Мы видим лишь крохотные точечки на небе, в то время как на самом деле звезды очень большие, прекрасные, величественные. Так и Джона видят маленьким, незначительным, в то время как он хочет, чтобы люди смотрели на него по-другому, видели в нем… нечто большее. Услышанное потрясло Эмили. Том помнил её слова, и назвал…дорогим человеком. Девушке потребовались усилия, чтобы унять внезапно появившуюся дрожь в руках. Она думала: неужели актер все еще помнит ее? Ей казалось, что он быстро избавится от своих чувств. А вдруг они прошли? Но какова тогда причина того, что он процитировал ее слова и назвал дорогим человеком? Эти вопросы не давали ей покоя весь день. Вечером она по привычке пошла в парк, — но не тот, что прежде. Она перестала ходить туда, хотя там было хорошо, уютно, спокойно и тихо. Но в то же время все напоминало о Томе. И о том, как они замечательно проводили время. Чтение книг не помогло. «Один дорогой мне человек однажды сравнил людей со звездами…» — постоянно крутилось в её голове. В итоге Уайт захлопнула книгу и спешно пошла домой. Мисс Брук готовила на кухне, когда Эмили пришла. — Привет, — бросила девушка. Та лишь кивнула в ответ. — Слушай… — брюнетка замялась. — Неудобно просить, но… У тебя не найдется чего-то выпить? Женщина удивленно уставилась на нее, не веря своим ушам. Пару раз моргнула, чтобы удостовериться, что не спит. Но все равно верилось с трудом. Чтобы Эмили просила о таком? Эта вечно читающая пай-девочка, которая осуждает ее за алкоголизм? — Мне не послышалось? Уайт слабо улыбнулась: — Нет. С подозрением посмотрев на собеседницу, мисс Брук достала вино и налила его в бокал. — Спасибо, Сьюзан, — сказала Эмили, садясь за стол. — Неужто твои моральные устои пошатнулись? — женщина не удержалась от колкости. Соседка не удостоила её ответом. Осушив бокал, она положила руки на стол и спрятала в них свое уставшее лицо. Сьюзан продолжила готовить, изредка посматривая на девушку. Любопытство раздирало её. Но она ничего не спрашивала, надеясь, что соседка начнет говорить сама. Но этого не произошло. — На работе проблемы? Молчание. — Книжку потеряла? — съязвила женщина. — Да нет же, — Эмили начала раздражаться. — Небось кто-то сердце разбил? В ответ она услышала тихий вздох. Помолчав минуту-две, Уайт ответила: — Нет, скорее…это я разбила. Само собой, что Сьюзан пристала с расспросами. Эмили не хотела рассказывать все, а особенно — чтобы кто-то знал, что она общалась с самим Томом Хиддлстоном. И что именно с ним чуть не начала встречаться. Вообще, она опустила почти все детали, предоставив собеседнице историю о безымянном мужчине, с которым она какое-то время общалась, но все переросло во взаимные чувства, однако Эмили решила не быть с ним. На вопрос «Почему?» она ответила, что сглупила. — Так ты жалеешь, об этом? — не унималась Сьюзан. Помедлив, Уайт кивнула. В её голубых глазах промелькнула грусть. — Так скажи ему! — Что? — брюнетка уставилась на нее как на сумасшедшую. — Как я могу просто так взять и объявиться? «Ох, милый, я так соскучилась, и жалею, что мы не вместе»? — Да запросто! У тебя есть его номер? — Есть. — Звони прямо сейчас, — мисс Брук налила ей еще вина. — И не нужно мотать головой! Я сказала звони. Без всяких отговорок. Эмили упиралась, но в то же время понимала, что в глубине души она хочет снова услышать голос Тома. Такой бархатный, приятный, мягкий… Будь она трезвой, то ни за что бы не набрала его. Но вино уже ударило ей в голову. В это время Хиддлстон был на вечеринке после кинопремии. Он пребывал в веселом расположении духа и танцевал с какой-то красивой девушкой. Она была явно очарована им и в душе тихо ликовала, что Том сам пригласил её на танец. Телефон мужчины стоял на беззвучном режиме. Он не услышал звонка.