Внутренние демоны

я не замечаю грязи на асфальте и окружающую меня вражду бабочки в моем животе делают сальто я тебя жду.

Находясь в столь новом окружении, Макс уже начал забывать то, кем являлся на самом деле, стирая грани между своими желаниями и указаниями хозяйки. После той ночи он понял, что ему только в той обители разврата и табу был смысл находиться. Он по собственной инициативе переехал в особняк Кэрол и Энди, ставшими для него самыми близкими людьми, которых он когда-либо имел в своей жизни. Все трое знали друг о друге то, чего не должен был знать больше никто и именно это связывало их. Ранним утром после вечеринки новый житель логова проснулся от странных звуков в коридоре. За окном было еще темно, а часы на телефоне показали 4:50, когда парень приподнялся на постели и замер, вслушиваясь к шорохам за дверью, которую он закрыл на ключ перед тем, как лечь спать и принять душ в своей собственной ванной комнате. Стоя у деревянной двери в темноте, Макс напряженно сглотнул ком в горле и не посмел издать и звука, когда шум был все громче и все ближе к его комнате. После проведенного времени с покойным, Кэрол все-таки не выдержала и решила вскрыть Джоша, дабы убедиться, что внутри он свежий, в отличие от своей супруги, которая вела не очень здоровый образ жизни и отчего ее плоть была бесполезной для нее. К ее сожалению парень оказался таким же гнилым внутри, отчего убийца выглядела злой и даже обиженной. Держа изуродованное тело за лодыжку ноги, та тянула его почти обессилено от долгой ночи, которую провела прощаясь с уже далеко не первой по счету любовью. Она намеревалась положить его в сарай, чтобы тот не расстраивал ее еще сильнее. Его бренное и почти опустошенное от внутренностей тело оставляло после себя красную кровавую полосу на полу, которая в темноте казалась еще темнее, напоминая смолу. После первой вечеринки, от которой перед глазами у Макса до сих пор стояли те трупы, а в носу поселился тот ужасный запах, прошло два дня. За это время он почти не выходил на улицу, оправляясь после ранения в ногу и стараясь привыкнуть к тому, что его окружают убийцы, а он сам стал глумителем над уже мертвыми людьми. Останки Клэр и Джоша он растворил в щелочи или, как сказал тогда Энди, который помогал ему в этом деле, в гидроксиде калия. С третьего раза Макс все-таки смог перебороть себя и вошел в сарай днем, когда было светло и все выглядело не так удручающе, как в сумерках. — Это ресоматор, — сказал несостоявшийся патологоанатом и открыл металлическую круглую дверцу, затем переводя взгляд на ученика, который усмехнулся и кивнул в сторону машины: — Я думал, это гигантская стиральная машинка. Дверца как у нее и… — запнулся он, наклоняясь и глядя во внутрь, ведь она оказалась встроена в стену и намного глубже, чем с виду. — Это герметическая камера, — парень выдвинул металлическую толстую пластину и стал ровно, снова обращаясь к Максу: — Клади сюда его. — И как только тот послушно надел перчатки и взгромоздил труп девушки на пластину, Энди задвинул ее внутрь адской с виду махины из металла и закрыл дверцу, словно готовя ее к стирке. Сбоку он лишь нажал на пару кнопок и как только эта груда металла начала издавать звук, Макс наконец задал интересующий его вопрос: — Что сейчас будет? — Давление там повышается до десяти атмосфер, а температура до 180 градусов Цельсия. Отсюда, — показал он пальцем на поверхность камеры, — подается водный раствор щелочи и гидроксида калия. Через часа три от Клэр останутся только кости, которые просто измельчаются и трупа будто и не было никогда. — На его губах появилась натянутая улыбка и, скрестив руки на груди, он наблюдал за тем, как герметическая камера наполняется раствором. В целом, черная работа Макса заключалась в расчленении тела, его готовке и уничтожении останков. — Откуда она у вас? — заинтересованно спросил блондин и присел у дверцы, наблюдая за процессом. — Ты даже не можешь себе представить, сколько у нее денег, — проговорил парень и, в попытке уйти от разговора, вышел из сарая и направился к особняку. Выполняя работу «по дому», Макс закончил с останками самостоятельно и после от них остался только пакет с белым порошком, который визуально напоминал кокаин. Он долго рассматривал смешанную белоснежную пыль обоих супругов, прежде чем последовать указанию высыпать ее туда, куда ему будет угодно. Выбрал он для этого нелюдный берез реки Непонсет. Тогда, с первым растворенным прахом в воде, это место стало для него символом покоя и умиротворения. При попытке отыскать эту адскую машину в интернете, что так безжалостно справляется с мягкими тканями людских тел, Макс лишь узнал ее стоимость в полмиллиона долларов, но в продаже ее нет. «Неужели Кэрол настолько влиятельна и богата, что смогла достать эту махину?» — подумал тогда он, но Энди никогда не отвечал на поставленные вопросы по этому поводу, а это значило, что уровень доверия к новенькому был слишком низок для подобного рода разговоров. Через четыре дня после рождения теперь их совместной «тайны» и пропажи молодой парочки из пригорода, по телевизору показывали новостные сводки с их портретами в просьбах сообщить об местонахождении супругов за вознаграждение. Глядя на это внутри Макса все накалялось. Страх быть пойманным подступал прямо к горлу, но Кэрол спешила успокоить его, говоря, что они слишком опытны, чтобы сделать ошибки и навести на себя копов. На седьмой день поисков их портреты уже появились на билбордах и, видя их из машины, Кэрол чувствовала грусть, ведь она скучала по такому полюбившемуся ей Джошу, который так и не попал ей в желудок и не слился с ее плотью. Энди же проклинал себя за то, что они привели парочку в свой дом. Взяли бы они каких-то бедняков, никто бы их не искал и, скорее всего, мясо оказалось бы в разы лучше, чем внутренности тех гнилых. Макса вообще при виде их лиц охватывала паника и страх, а чувству вины места уже не было вовсе. Их совместное проживание какое-то время больше напоминало лишь сожительство, будто бы они все снимали в особняке по комнате, а кроме общей крыши их больше ничего не объединяло. Кэрол пропадала где-то, возвращаясь только под утро, Энди запирался у себя в комнате и выходил лишь изредка, а Макс вел обычный образ жизни: ходил на работу, выполнял задание до поздней ночи и всего единожды за неделю проживания в новом месте он решился встретиться с Мэттом и посмотреть в глаза прошлому себе. Они договорились по телефону увидеться в клубе, где Кэрол и нашла Макса. Войдя в стены вроде такого знакомого для него места и, увидев толпы танцующих под быструю музыку людей, парня сразу охватила какая-то ностальгия. Он вернулся в то место, с которого все когда-то началось и которое так круто изменило его жизнь. В те моменты он испытывал гордость и превосходство над остальными, хотя наедине ему было страшно оттого, каким холоднокровным убийцей он может стать. — Привет, чувак! — радостным возгласом встретил его старый друг и обнял, ведь не виделись они уже пару недель, но часто общались по переписке в социальной сети. — Привет, как ты? — спросил его Макс и они сели за барную стойку. — Да в порядке, девушку нашел себе, — довольно заулыбался худощавый и немного сутулый любитель наркоты и алкоголя. Несмотря на свои увлечения и беспорядочные половые связи, парень являлся поистине хорошим другом, который всегда поддерживал и пытался помочь, но даже ему Макс не мог рассказать и половины того, что с ним на самом деле происходило. Мэттью знал только то, что его друг переехал куда-то и снимает комнату за городом, а работа отнимает у него знатную часть его свободного времени. — Привел ее сюда? — заинтересованно переспросил Макс, глядя на приятеля. — Не, она не любит подобного рода тусовки, мы с ней любим повисеть на вечеринках без лишних людей. — Говоришь так, будто вы с ней уже год вместе, а не несколько дней. Почему не писал мне о ней, кстати? — Ты же у нас занятой. Я пишу тебе, а ты вечно увлечен чем-то, — закатив глаза, проговорил тот и подвинул к себе шот, который буквально секунду тому поставил на стойку бармен. Макс лишь грустно вздохнул и, с трудом скрыв в себе горечь из-за обязанности молчать о событиях в своей жизни, заказал крепкий напиток. Алкоголь всегда помогал расслабиться и этот раз не был исключением. Практически всю ночь они провели танцуя и иногда закидываясь чем-то. Нога больного после выпитого алкоголя вскоре перестала его беспокоить. Забыв о том, что обезболивающие нельзя смешивать со спиртом, Макс быстро опьянел от пары жалких коктейлей, то и дело трогая девушек на танцполе, а с парочкой даже целуясь. При осознании того, что очень хотелось секса, он так же понимал, что первым к Кэрол за таким не обратился бы, а после их трио на огромной кровати заставить себя подумать о сексе с какой-то шлюхой в клубе было крайне сложно. Ведь перепих в кабинке туалета с незнакомой не заменит ему того, что было той ночью. Лежа спустя несколько часов в приватной комнате уже в который раз почти без сознания, но теперь не из-за наркотиков, Макс еле нашел телефон в кармане и нажал на имя Энди, слушая гудки в ожидании услышать его голос. Ему нужно было попасть домой, а по указанию Кэрол такси на их адрес вызывать нельзя было, что значительно усложняло жизнь юноше, ведь машины у него никогда не было. — Алло, — послышался в трубке довольно бодрый голос Энди. — Ты не спишь? — выговорил с первого раза пьяный и раскрыл глаза, стараясь сосредоточиться на одной точке на потолке. — Нет, иначе не взял бы трубку. — Приедешь за мной? — решил сразу приступить непосредственно к делу парень и в его голосе уже отчетливо слышалось то, в каком он состоянии. — Где ты? — В клубе том самом. Приедешь? — с надеждой переспросил Макс, на что Энди однозначно ответил: — Да, выйди на улицу, через тридцать минут буду. Кое-как пробираясь к главному выходу, опьяненный хватался за стены и за людей, которые, принимая его за наркомана, пропускали неадекватного туда, куда он так рвался и никто особо не придавал тому состоянию какого-то значения. Макс толкнул стеклянную дверь ногой и, после того, как она открылась, он наконец смог вдохнуть свежий воздух, который тогда никак не помог ему. Он цеплялся руками за все, что только можно было, а земля все равно упрямо уходила из-под ног, пока тот не столкнулся с высоким стройным телом, утыкаясь ему прямо в шею носом. — Пр… прости… — пробормотал тот и выставил руки перед собой, отдаляясь от незнакомца на шаг назад, только потом узнавая в его лице очертания Энди, который ничего не сказал, а просто схватил его грубо под руку и отвел к машине, открывая заднюю дверь мерседеса перед неповоротливым юношей и толкая его туда. — Сук, че такой резкий! — провопил Макс и залез на задние кресла автомобиля, после чего дверь за ним захлопнул водитель. Парень сел за руль и завел двигатель, пока опьяневший пытался принять сидячее положение. Когда это наконец произошло по истечению пары минут, Энди уже вовсю ехал по дороге, а фары красного цвета слегка ослепляли его. — Ты злой на меня, да? — поинтересовался Макс, прикрывая веки. — Ты на таблетках и напился. Знаешь, летальный исход мог быть другим. — Каким? — Смертельным, например. — Ничего, растворили бы меня в этом… Трансформаторе. — На это Энди легко усмехнулся. Макс упрямо не хотел запоминать название ресоматора и вечно приписывал ему другие имена. — Я бы не стал тратить на тебя щелочь. — Да пошел ты, — фыркнул недовольно Макс и толкнул коленом сиденье водителя, отчего тот слабо дернулся и яростно посмотрел через зеркало на такое же злое выражения лица, какое было у него самого. Но в таком состоянии даже злобный взгляд хладнокровного парня не пугал Макса. — Иди нахуй! — громко проговорил тот по-русски и засмеялся. — Ты там слюной захлебнулся? — Это русский, а знаешь, как это звучит по-английски? — с хитрой и широкой улыбкой спросил блондин и приблизился к уху водителя, стараясь как можно более «по-русски» произнести фразу: — Фак ю. — Сам не понимая того, Энди с локтя одарил лицо наглого неадекватного Макса поставленным ударом, попадая четко в нос. После хука его голова отскочила назад, а спина врезалась в кресло. Он схватился за кровоточащий нос и замолк. Это мгновенно отрезвило его, хоть и не полностью. Его мысли уже были свежими, но вот моторика все равно хромала. Проведя остаток пути в тишине, уже после того, как Энди припарковал иномарку во дворе, он кинул снова раненому бинт и сказал напоследок: — Голову назад не опрокидывай, а то ленты из рвоты пускать будешь. — Он вышел из мерседеса и пошел в дом, пока Макс с трудом отрывал кусок бинта, чтобы кровь не текла по подбородку. Из-за рассеянности ничего не вышло. С психами он швырнул бинт куда-то в сторону и вышел из авто, хлопая после себя дверью. «Как можно испытывать такие противоречивые чувства к одному человеку?» — подумал тогда Макс, ощущая ненависть к Энди настолько, что хотелось избить его чем-то, а потом кинуть бинт и сказать то же самое, что и он недавно. Хоть и понимая в глубине души, что сам виноват в таком отношении к себе, гордыня Макса все же не позволяла ему даже перед собой признать правоту действий грубого парня. — Где он? — спросила Кэрол, подходя ближе к сожителю, который первым вошел в дом. Энди скинул кеды и качнул головой в сторону двери, что дало ей понять, что пьяный любитель ночных клубов в машине. — Ему плохо? — Нет, идет твой ненаглядный, успокойся, — с долей агрессии сказал он и немного даже повысил голос, не сумев контролировать свои эмоции, как делал это всегда. — Почему ты зол? — взяла его девушка за руку и притянула ближе к себе, пытаясь обнять иногда такого вспыльчивого любовника. Понимая, что общего языка они так и не нашли, она всячески пыталась успокоить Энди, гладя его по спине и прижимая к себе, когда в дом зашел Макс с потоком крови на губах и подбородке. Он лишь кинул взгляд на находящегося в объятиях девушки обидчика и принялся разуваться. — Макс? — ошарашенно посмотрела на него Кэрол и сразу отпустила брюнета, которого только что ласкала в объятиях. Кажется, ничуть не расстроившись, Энди пошел в сторону кухни, куда шел до этого. — Привет, — уже куда более связно говорил недавно еще не способный связать и двух слов, поднимаясь на ноги и вешая бомбер на крючок у входной двери. — Это он тебя так? — приподняла девушка брови, подходя ближе к нему и пытаясь лучше рассмотреть нос и проверить, не сломан ли тот. — Ударился, — усмехнулся Макс, стоя перед ней и глядя в ее глаза, которые впервые за пару дней обратили на него внимание. — Может мне сломать что-то, чтобы ты еще и обняла меня? — Прости меня, я просто замыкаюсь в себе после смерти любовников, — глядя на кровь на его губах та не выдержала и впилась в них, жадно обсасывая, чтобы ощутить вкус его крови, которая тут же сбила ее с толку. В грубом поцелуе они терзали губы друг друга, а руки Макса наконец коснулись фигуры, о которой он так мечтал всю неделю. Кэрол поворачивала голову набок, чтобы тщательнее вылизать его рот, чтобы снова ощутить металлический привкус во рту, что сводил ее с ума в разы сильнее, чем кровь покойников. Наконец заставив себя прервать поцелуй, та взяла его за руку и повела за собой. Они вошли в зал, где на диване сидел Энди и встретил он их как обычно безразличным взглядом. Как только та приблизилась к злому парню, который недовольно посмотрел в глаза Максу через плечо брюнетки, будто прогоняя его со своей территории, она стала коленями на диван по обе стороны бедер сидящего и указала блондину на место рядом с Энди, где тот послушно разместился, хоть и с недовольной миной. Ее алые после крови губы припали к устам такого злобного в тот день парня, а рука уперлась с его плечо, пока другая слепо искала пальцами тело рядом сидящего Макса, а когда нашла, то начала гладить его торс через ткань темно-синей майки. Руки Энди сначала по-прежнему были неподвижны, но вскоре манипуляции языком в его рту пробудили в нем желание и ладони вжались в голые бедра Кэрол. Единственные вещи, которые на ней были — это свободная футболка и нижнее белье. Пальцы брюнета ловко проскользнули под ткань когда-то принадлежащей ему вещи и расстегнули умело лифчик, после чего он принялся ласкать ее грудь, а девушка оторвалась от его рта и тут же притянула к себе Макса. Он послушно приблизился к ней и ответил на мокрый поцелуй, за коим она и тянулась к его устам. Вскоре девушка уже сидела абсолютно нагая на коленях у второго любовника, который кусал ее шею, что вводило ее в состояние дикого возбуждения. Она выгибалась в позвоночнике словно кошка, гладя его затылок пальцами и позволяя так обращаться с ее телом. Когда оба находились на пике возбуждения и уже требовали дальнейшего развития событий, девушка отдалилась от голодных партнеров и, глядя на обоих, положила ладони им на щеки и проговорила сквозь тяжелое дыхание: — Я хочу, чтобы вы поцеловались. — Ее просьба шокировала сразу обоих, на что они просто сначала никак не реагировали, глядя на сумасшедшую и будто убеждаясь, действительно ли та сказала именно то, что послышалось. — Ну же, — умоляющим голосом попросила она, опускаясь коленями на ковер и обхватывая их органы. Кэрол наблюдала за ними снизу, ожидая хотя бы какого-то ответа, а ее ловкие движения рук будто еще больше подталкивали к решению сделать это. Они медленно перевели взгляды друг на друга. Крови у Макса на лице уже почти не было, только слегка красный нос, который выдавал то, что совсем недавно в него прилетел чей-то кулак. Только вот это был не кулак, а локоть Энди, в лазурных радужках у которого была капля раскаяния и море возбуждения. В знак примирения он потянулся первым за поцелуем к Максу, который с приоткрытыми губами встретил его, но никак не отвечая, а лишь задерживая дыхание. Девушка убедилась в их послушании, опустила голову и начала вылизывать ствол Макса, вскоре переключаясь на второй орган, что так пульсировал в ее ладони. Прикрыв веки и почувствовав снова его немного потрескавшиеся и сухие после ветра, но такие близкие ему уста, Макс зажмурился сильнее. Ладонь Энди легла на щеку еще немного пьяного парня, чуть вжимая подушки пальцев в скулу, и между ними раздался тихий звук поцелуя. В тот момент оба ощутили, что скучали по губам друг друга и они неконтролируемо продолжили соитие ртов, добавляя к этому больше страсти. Принимая все за обыкновенное слепое возбуждение, Кэрол продолжала сосать и заводить еще сильнее одного и второго. Для нее их поцелуй значил лишь то, что они втроем еще больше воссоединились. Когда напряжение наросло до предела, Энди прилег на диван и усадил на себя Кэрол, которая послушно поднялась с пола и села на пах парню, разрешая войти в себя. Пока он насаживал хрупкое тело такой сильной морально девушки на себя, она закатывала глаза и стонала, трогая себя и доставляя удовольствие уже самой себе. Макс старался не касаться себя, только наблюдая за происходящим, чтобы не кончить раньше времени. Она напрягалась при каждом толчке Энди, отчего хваталась за его плечи и иногда за диван, при этом кусая свои губы и постанывая. Когда брюнет схватил ее за бедра и начал трахать жестче, взгляды двух парней столкнулись. Даже когда оргазм все ближе подступал, Энди не отводил взгляда от серых глаз. Эта связь между ними сблизила их больше, чем когда-либо ранее. Как только парень приближался к своему пику, он зажмурился и прошипел, а его пальцы непроизвольно вжались в бедра девушки, которую тот резко снял со своего органа и брызнул телесной жидкостью себе в кулак, затем запрокидывая голову и расслабляясь. Макс тем временем стал на колени позади обессиленной брюнетки и вошел в ее мокрое влагалище, заставляя ту стать на четвереньки над Энди. Она уперлась по обе стороны от головы брюнета и позволяла второму иметь ее так же грубо, как делал это только что первый. В приходе второго оргазма она кричала и стонала что-то невнятное, пока Макс вгонял в нее ствол до шлепков о ее ягодицы и, наконец, момент настал — он излился на ее спину, перед этим быстро вырываясь из пленяющей плоти узкой промежности и латексной резинки. — О боже… — из последних сил проговорила измотанная Кэрол, чьи черные волосы падали на ее грудь и один локон на лопатку, когда она выровнялась над Энди. Макс приблизился сзади к ней, повернул ее лицо набок за подбородок и поцеловал кратко напоследок. После секса Макс пошел к себе со скомканной одеждой под рукой, которая недавно была на нем. Девушка поблагодарила Энди и отправилась в свою обитель, принимая душ и смывая с себя запах дикого секса и, как последствие, сперму одного из партнеров с поясницы. В темной одинокой спальне Макса было, как всегда, темно и пусто, когда он открыл ее дверь. Даже не включая свет, он прошел босыми ногами по прохладному полу и сел на свою кровать, вещи отбрасывая куда-то в сторону. Все тело накрыла истома после оргазма, и с трудом надев боксеры, он свалился на мягкую постель и, раскинув руки, уставился в потолок. Словно после долгого контакта с ярким дневным солнцем, у него на сетчатке так же остался взгляд Энди. От этих мыслей становилось одновременно возвышенно прекрасно и невыносимо стыдно. Закрывая ладонями глаза, тот с трудом дышал и пытался выкинуть это все из головы, но попытки были тщетны. Когда мысли наконец остыли, как и плоть, он остался лежать на спине, боясь двинуться и постепенно проваливаясь в мечты. Бредовые образы соединялись в сон, какие-то нелепые вещи перед глазами образовывались в картинки, но внезапно что-то заставило его пробудиться. Раскрыв сомкнутые веки, перед ним показался силуэт сидящего на краю его постели человека. Из-за такой кромешной тьмы, он не сразу поверил своим глазам. Силуэт был совсем рядом, но не касался его. Макс лишь замер, не выпуская его из поля зрения и постепенно привыкшие к темноте глаза распознали только то, что силуэт перед ним принадлежит мужчине, отчего внутри все еще с большей силой сжималось, то ли от страха, то ли от чего-то еще. — Ты снишься мне или как? — раздался сонный голос только что пробудившегося парня. Рука неизвестного посетителя уперлась в подушку рядом с его головой, когда тот наклонился к лицу спящего и неожиданно чьи-то уста прижались к его приоткрытым от испуга губам. От непредсказуемости происходящего Макс даже не двинулся, но через мгновение он ощутил знакомый запах и расслабленно закрыл глаза снова, хрипло шепча в посторонние губы, которые по сравнению с губами Кэрол были такими жесткими. — Энди… — безошибочно определил хозяин комнаты, совсем не ожидая, что что-то подобное могло происходить и воспринимая все за сон. Только из-за нереальности происходящего, он опустил все вопросы и снова потянулся к устам гостя, сладко целуя их и потягивая на себя. Когда первоначальный инициатор происходящего шумно выдохнул через рот от ответа на его легкий поцелуй, будто срываясь окончательно, он залез на кровать с ногами. Макс ощутил, как кулаки героя его сна уперлись в постель где-то в области ребер, и он навис над его по-прежнему лежащим телом, когда губы требовательно впились в рот. Сил устоять тогда не было, да и зачем? Он накрыл ладонями шею гостя, большие пальцы оставляя на скулах, и начал охотно отвечать на неистово желанный поцелуй, которого он так ожидал тогда. Руки светловолосого парня снизу лишь успевали гладить оголенные плечи изголодавшегося посетителя, когда он кусал и затем целовал места укусов на нежной коже шеи Макса. При одной только мысли, что это делает Энди, его член ныл от желания и за считанные секунды взбух так, будто секса не было уже месяца два, а не полчаса. Растерянные от накатившего удовольствия пальцы хватали волосы на голове у страстного партнера. Макс издал еле слышный стон, откинув голову назад и открывая плавную линию шеи. Чужие губы прильнули к ключицам, а затем медленно поднялись вверх к челюсти, задели рот и накрыли его, требуя неистового поцелуя снова, будто порцию воздуха. Язык проникал вглубь в полость его рта и скользил вокруг языка Макса, затем обхватывая губами и посасывая его, а после отпуская и приподнимаясь над уже слегка дрожащим от желания. Пальцы Макса робко дотронулись до челюсти, которая казалась горячей словно при лихорадке. Он плавно провел ими по впалой щеке, узнавая даже во тьме очертания Энди. Его волосы, запах, губы и дыхание — все кричало о том, что это именно он. — Скажи хоть что-нибудь… — прошептали красные от терзаний уста Макса. Он смотрел куда-то в черное лицо, умоляя себя рассмотреть хотя бы что-то. — Я хочу тебя сильнее, чем ты можешь себе представить, — голос Энди и тот, кто так хотел его услышать, расплылся в широкой улыбке. — Ты запер дверь? — вопрос Макса, который прозвучал будто согласие и внутри потревожившего его парня все всполохнуло с новой силой. Представляя смазливое лицо причины его фантазий, большие серые глаза и красные круги под ними из-за выпитого алкоголя вперемешку с таблетками, русые короткие волосы, густые брови, плавную линию слегка вздернутого носа и, конечно же, его тело. Он возненавидел темноту, которая мешала наслаждаться зрелищем. Только вот без темноты он бы не осмелился даже войти в комнату. — Да, запер. — С ответом его лицо медленно опустилось снова к шее, проводя мокрую дорожку от челюсти к плечу и груди. Пенис Макса настолько затвердел, что будто грозился вырваться. Губы Энди незаметно добрались до плоского живота со слегка выпирающими кубиками пресса и опустились к боксерам, которые он опустил ниже по его ногам и член тут же вырвался из плена ткани. Он взял уже полностью обнаженное тело за косточки бедер, провел мокрым языком по твердому органу от яичек до головки, а затем взял его глубоко в рот. Макс широко раскрыл глаза от моря ощущений в одну секунду, сжал пальцами простынь и беззвучно простонал, стараясь не издавать и звука, но то, как Энди поглощал его пенис и как язык скользил по стволу, в буквальном смысле сводило с ума. Его пленила дрожь. В тот момент он понял, что такими яркими сны не бывают. — Энди, я кончу сейчас, не глотай! — провопил он. Никогда ранее так резко эрекция не наступала и неожиданно для самого себя он начал изливаться в горло брюнету, который, несмотря на попытки Макса вырваться, сжимал его бедра еще сильнее и, погрузив член как можно глубоко, начал глотать сперму. Оргазм сокращал мышцы извивающегося в спине парня снова и снова, отчего он всхлипывал, хрипло стонал и иногда закрывал себе рот, чтобы не издать слишком громкий звук, что мог бы выдать их. По окончанию мучительно превосходной эрекции партнера, Энди сел у него в ногах и вытер подбородок в слюне, сглатывая при этом остатки чужих соков. Макс пытался восстановить дыхание, но душащая паника не давала ему этого сделать. Он смотрел в сторону и судорожно хватал воздух. — Макс, — заметивший что-то неладное, он обратился к захлебывающемуся от страха парню. — Я просил тебя, просил… — проговорил тихо тот и закрыл ладонями лицо, пытаясь убедить себя в том, что это все снится. — Что с тобой? — попытался он коснуться Макса, на что тот оттолкнул его и с трудом поднялся на дрожащие ноги, которые так неохотно передвигались по направлению к двери, ведущей в ванную комнату. — ВИЧ со мной, — последнее, что сказал он, открывая дверь и зажигая свет в небольшой светлой комнате. Став у раковины, он потер переносицу пальцами в попытках сдержать истерику и поток неистовой паники. Это то, чего он боялся в сексе больше всего. Но то, что кончит ни в какую-то шлюху, которая этого заслуживает, а в близкого ему человека, еще больше разрывало его на части. Ощущая себя грязным и мерзким, он опустился к раковине и начал активно умывать лицо, будто стараясь смыть с себя все это. В первые секунды после услышанного, Энди сидел на месте и пытался понять и воспринять все сказанное им всерьез. «Почему он не сказал об этом ранее?» — подумал тогда парень, после чего поднялся с кровати и стал в дверном проеме, опираясь плечом о косяк и наблюдая за голой спиной и подтянутым задом находящегося неподалеку парня. Его светлая и такая чистая кожа с еле заметным розовым оттенком не позволяла отвести взгляд. Ступая босыми ногами на холодный кафель, он приблизился к спине Макса и, когда коснулся пальцами его слегка выпирающих ребер и провел по такой нежной коже подушками пальцев, тот весь покрылся мурашками. От неожиданности Макс выровнялся, стоя прямо перед своим отражением и глядя на лицо Энди за его плечом, который, в свою очередь, увлеченно смотрел на его подкачанный торс в зеркале и на гладко выбритый пах. — Даже если бы ты сказал это раньше, я бы все равно никогда не натянул резинку и все равно бы глотнул твою сперму, слышишь? — его взгляд поднялся на большие глаза иногда такого беззащитного парня, по лицу которого продолжали течь капли воды и, в последствии, капать на ключицы, стекая ниже по груди. Пальцы Энди легли на кран и опустили рычажок вниз, после чего вода перестала литься в раковину. — Ни раз подвергал себя этому и уверен почти на все сто процентов, что вирус во мне так же, как и в тебе. — Я должен был сказать, в любом случае. Даже не кончая, подвергал опасности вас. — Покрасневшие глаза Макса опустились, осознавая все сказанное, и он снова погрузился в самокритику, а его пресс непроизвольно напрягся. Это еще больше взволновало все еще не испытавшего от их близости оргазма Энди, который неконтролируемо выпустил воздух на плечо впереди стоящего и слегка обжег кожу дыханием. Его рука словно змея проскользнула по талии и накрыла живот ладонью, которая сразу плавно поднялась выше, пока вторая обхватила чужую шею пальцами, а пах в спортивных шортах прижался к голой упругой заднице такого волнующего его тела. Макс лишь шумно выдохнул через нос, прогибаясь легко и не отвлекаясь от отражения Энди в зеркале. Осознавая свою вину и желание сблизиться еще сильнее, Макс откинул все предрассудки прочь и потянулся рукой назад, цепляя резинку шорт пальцем и стягивая их вместе с боксерами ниже. — Сделай это, — прошептал он еле слышно, отчего Энди возбудился в секунду до предела, давно мечтая ощутить каждую его клетку. Не отпуская шею Макса, он заставил его повернуть голову набок. Дыхание обжигало губы партнера, когда Энди резким движением спустил со своих бедер шорты. Те спали на пол вместе с бельем и он толкнул их ногой в сторону, затем начиная тереться о пятую точку Макса, отчего пах парня вжался в раковину впереди, а его ладони оперлись о зеркало, чтобы темпераментность любовника не вбила его в стену. С достаточно большим количеством смазки на члене, Энди попытался направить головку в узкий задний проход, но после пары тщетных попыток, он выпустил слюну на свой указательный и средний пальцы и начал медленными движениями ласкать партнера между ягодиц. От непривычных ощущений Макс одурманено опустил взгляд в пол, а пенис предательски возбуждался, постепенно вставал и твердел. После умелых манипуляций, он ввел в проход сначала один, а затем и второй палец, хоть и с трудом. Сдержаться, чтобы не взять его грубо, для Энди оказалось так же сложно, как сдержаться и не прийти к нему в комнату, что в результате выяснилось невозможным, а тем более, когда весь вид и все нутро нового любовника заводило бедного до зуда в мышцах. Когда Энди привел его обратно в темную комнату и толкнул на кровать, чтобы тот стал на четвереньки, парень быстро сориентировался и вошел в него с первого раза, тут же закрывая рот Макса, как уже делал это прежде. Его вой и дикая плотность девственной задницы очаровывала. Орган обволакивала горячая и пульсирующая плоть до манящей боли. Несмотря на дикий дискомфорт, он терпел и лишь хватался руками за руку Энди, которая плотно вжалась в его губы. Все тело сковала острая боль и удовольствие от всего происходящего одновременно. Макс замер и позволил партнеру входить снова и снова, пока глаза не наполнились слезами и соленая вода не скатились по скулам. Это заставило его остановиться. — Настолько больно? — Продолжай, прошу, — прошипел терпеливый Макс, поднимаясь на колени. Энди лишь обнял того поперек плеч, прижал напряженные, как и все остальное тело, лопатки к своей груди, снова накрыл рот ладонью и продолжил. Их фигуры двигались в такт, словно это не первый раз, а они делали это каждый день. Кончили оба ежечасно. Когда сперма брызнула в Макса, он хватался за бедра стоящего за ним, сжимая их и непроизвольно содрогаясь. Это было нечто новое для них обоих. Секс друг с другом выходил за все их рамки и описать словами это оказалось крайне тяжело.