Глава 7. Альтмерские методы
12 февраля 2018 г., 08:52
Впереди замаячило искомое здание, где и предстояло отдать ящики с зельями. Но, к удивлению, их повели не в сам дом, а в небольшой дворик позади. Там, за исключением покосившегося нужника, не было ни одной постройки. Зато каджитов было полно: больше пятнадцати кошек. Если дело дойдёт до драки, шансы на победу были бы невелики, поскольку Эйвинд на песке сражался плохо, даром что получил обратно свой молот.
— Долго вы тащились, — не особо церемонясь, брякнул каджит, стоящий в центре. — Где товар? И что это за безволосые?
— Тут, — один из сопровождающих поставил ящик на песок. — А это посланники М’Дези. Они говорят от него.
— Ра’Кирар хочет снять пробу! — каджит вскрыл ящик и достал бутылочку.
— Пробу? — недоумённо спросил Эйвинд. — С целебных зелий? Их же вскрывать нельзя!
— Чего?! — нахмурился Ра’Кирар. — Какие ещё целебные зелья? Тут должно было быть два ящика чистейшей скумы М’Дези! Парни…
— Стой-стой! — вклинился Варди, догадавшись, что друг понял фразу М’Дези про «целебные зелья» буквально. — Всё совершенно верно. Два ящика скумы! Не слушай его, он ничего не знает, вот и болтает.
— Но он же ясно сказал… — непонимающе пробормотал Эйви.
— Заткнись, идиот! — прошипел Варди почти в самое ухо. — Если ты продолжишь в том духе, мы нарвёмся на драку!
До Эйвинда наконец дошёл настоящий смысл фразы М’Дези. Соня нахмурился, демонстрируя своё категорическое несогласие с Варди, но сейчас уже ничего сделать не мог.
— Ра’Кирар говорит, что товар хороший! Да-а-а! — зрачки каджита расширились и забегали. — Отлично! Ра’Кирар прямо ощущает, как стало хорошо! Всё, пакуйте, уходим!
— Мне кажется, вы забыли кое-что, — как можно более авторитетно заявил Варди. — Деньги, например. Восемь тысяч септ… ауронов.
— И ты мне указывать будешь? — рассмеялся каджит. — Получишь, когда мы это продадим подсевшим на скуму в Бравиле.
— Так не пойдёт, — отрезал Варди, хотя чувствовал, что коленки начинают подрагивать. — Мне…
— Ра’Кирару всё равно, что ты там себе возомнил и чего хочешь. Ра’Кирар всегда держит слово, и он сказал, что деньги получишь потом! Или тебе объяснить доходчивее? — каджиты за спиной Ра’Кирара обнажили оружие.
Ситуация накалялась, и пора было что-то делать. Для Варди было очевидно, что всё происходящее было полностью подстроено М’Дези. Конечно же, он всё предвидел, вот и послал кого не так жалко!
— Послушай, Ра’Кирар. Ну вот убьёшь ты нас, уйдёшь, а что дальше-то? Конечно, воровать — почти что каджитская специализация, но воровать у М’Дези — совсем другое. Что он с тобой сделает?
— Да ни скампа М’Дези с Ра’Кираром не сделает! Мы с ним давние друзья! — мерзко улыбался каджит.
— Ах-ха-ха-ха! — слегка наиграно рассмеялся Варди. — И ты всерьёз думаешь, что это аргумент?! Я видел, как он сегодня лишил своего друга глаза за то, что он ему перечил, а за воровство у него он что с тобой сделает? Руки оторвёт или уши выдернет? И сколько орки дадут за твою шкуру?! Согласен, я тут недолго, но уже успел понять, что не стоит шутить с М’Дези!
— Ладно, — подумав, сообщил Ра’Кирар. — Вот, держи, — бросил он мешок монет. Варди поднял и внимательно пересчитал, несмотря на враждебное шипение.
— Вот и замечательно, — убрал мешочек Варди. — За сим всё.
— Зря ты в это влез, парень, — напоследок бросил Ра’Кирар. — С таким милым личиком, как у тебя, нельзя работать с М’Дези. Прощай!
Затем вся группа контрабандистов, к удивлению Варди, направилась в сторону деревянной будочки, открыла дверь и один за другим каджиты скрылись там. Как оказалось, это был не настоящий туалет, а лишь прикрытие для подземного хода, наверняка ведущего прямо за стену.
— Какого скампа, Эйвинд?! — воскликнул Варди, повернувшись к другу. — Ты что, совсем не понимаешь, где находишься?
— Так ты знал это? — только и спросил Эйвинд. — Знал, что это скума, а не зелья?
— Конечно! Это каджиты-контрабандисты из Ренриджра Крин. Скума — их основной товар, — Варди поразился недалёкости товарища.
— Этой отравой потом будут травить имперцев в Бравиле и Лейавине, Варди! — воскликнул Эйвинд, чем сильно насмешил каджитов из сопровождения. Им было очень забавно наблюдать за наивным нордом, так и не понявшим, куда он попал.
— И что? — спросил с вызовом Варди. — И вообще, чего тут стоять. М’Дези будет рад услышать об успехе.
Эйвинд в ответ лишь покачал головой и пошёл прочь. В голове хмурого сони царил первозданный хаос из мыслей, чувств и противоречивых желаний.
***
Сказать, что М’Дези был рад успеху — ничего не сказать. — М’Дези просто не верит в это! — хохотал каджит. — М’Дези думал, что этот глупый котёнок полезет в драку или вообще не заплатит. Но он не только никого не убил, но и заплатил! Это победа! В доме, где проживал и М’Дези, и его соратники, тут же соорудили большой стол, навалили еды из закромов и сели праздновать. Хотя атмосферу веселья слегка омрачали задумчивый Эйвинд и упорно игнорирующий его Варди. Полностью удостоверившись в лояльности чужестранцев, М’Дези веселился на полную. Он сидел во главе стола, являвшегося просто подстилкой на полу, пил, ел и хохотал. По правую руку от него сидел его сын со своими друзьями. Среди молодых каджитов Ренриджра Крин Маринетт заметила и Дж’Скара, веселившегося, как и все. Видимо, поражение его несильно и расстроило. По левую руку от М’Дези сидело несколько каджиток-наложниц, две из которых были беременными. Маринетт так и не решилась спросить Аишу, почему у М’Дези так много женщин. Это было не очень вежливо, да и, скорее всего, это были древние традиции ещё кочевых каджитов. Остальные непосредственные соратники М’Дези расселись вокруг стола-коврика и принялись за еду. У Варди с самого утра и росинки во рту не было, так что его мучил зверский голод. Однако едва он потянулся к невероятно аппетитному кусочку мяса, как его резко остановила Аиша, которой, в отличие от её «товарок по мужчине», досталось место рядом с гостями. — Ни в коем случае ничего не ешьте! — одёрнула она, Эйвинд выплюнул уже полузасунутую в рот ножку, а Маринетт аккуратно скинула наложенную еду обратно в общие кучи. — Ох, Аиша совсем забыла предупредить! Гости ни в коем случае не должны есть еду каджитов, чтобы не отравиться! Каджиты добавляют лунный сахар практически во всю еду. Людям такое есть плохо! — И-и-и… это… а что нам делать? — озвучил общий вопрос Эйвинд. — Каджиты понимают, что гости не могут есть нашу еду. Они не обидятся на вас, если вы просто посидите за… как это у вас называется? Да, стол! У нас он называется «Дор’Фа» или «Место согласия». Позже, как только пир закончится, гостям принесут специальную еду. — Понятно, — грустно кивнул Варди, предвкушая ещё несколько часов пытки голодом. Празднество продолжилось, когда каджиты вынесли большие колбы с какой-то жидкостью. Как оказалось, эти штуки предназначались для курения, и вскоре всё помещение затянул густой пар с приторным сахарным запахом. — Мр-р-р! — промурлыкал М’Дези. Хорошие новости о свершившейся сделке и любимое курево привели переменчивого каджита в прекрасное расположение духа. — Божественная трубка! М’Дези рад, что сегодня такой прекрасный день! А уж какой сегодня был прекрасный бой! — О чём это он? — тихо спросил Варди Маринетт. — Господин Баум сегодня отличился в местных боях. Один из каджитов… нелестно отозвался о Меридии, за что господин Баум оторвал ему голову, — тихо сообщила Маринетт. — Серьёзно?! — брови Варди взлетели вверх. — Аиша сама видела, — присоединилась каджитка, предварительно затянувшись паром из трубки. — А затем он ещё и раздавил её! — Следовало ожидать чего-то подобного, — ухмыльнулся Варди. — Баум уже не в первый раз так делает. — Непонятно только, — задумалась Маринетт, — почему господин Баум позволил себя вообще туда вывести. — Может, он ещё плохо понимает речь, — предположил Варди. — Или просто пошёл выяснить, что да зачем. Он же не знал, куда его ведут. Обернувшись на аврорианца, Варди заметил, как тот, сидя в сторонке, с упоением тискал в железных объятьях трёх альфиков. Двое из маленьких каджитов задорно лазили по гиганту, догоняя друг друга, а третий невероятно мило ворочался на руках Баума, поставляя пузико, чтобы его почесали длинным золотым когтём. Из-под шлема аврорианца доносились приглушённые звуки, отдалённо напоминающие короткие смешки. Варди наблюдал за этим уморительным действом и терялся в догадках: пару часов назад Баум жестоко расчленил каджита, даже глазом не моргнув, а сейчас преспокойно почёсывает животик и играет с другими кошками, как будто ничего не произошло, и даже смеётся. Всё это только больше уверяло Варди в его догадке: «Похоже, я всё-таки прав… — размышлял он с внутренним содроганием. — Конечно, альфиков безмозглыми животными не назовёшь, но и полноценными каджитами тоже… Для него все смертные одинаковые, разумные или нет… Лаффориэль рассказывала, как тот в Скавене таскал за собой бездомную кошку. Похоже, для Баума нет разницы: человек или животное, большой или маленький, сильный или беззащитный — мы всё смертные… Существа, с которыми можно играть и которых можно убивать ради забавы». — Варди, — Эйвинд настойчиво потряс друга за плечо, тем самым оторвав от размышлений, — нужно это… поговорить надо, — вслед за соней проследили два пристальных глаза Аишы. — Хорошо, — буркнул Варди и вышел вслед за Эйви. Тут к гостям подошёл каджит, сражавшийся сегодня на ринге, а именно тот, на которого ставила Маринетт. Похоже, и девушке сегодня не обойтись без компании. — Простите, но не сможет ли Маринетт поговорить с Дж’Скаром? — любезно спросил он. — Ох, конечно, — отозвалась Маринетт, оставив Аишу что-то тихо выспрашивать у немногословного Баума. — Дж’Скар просто хотел сказать Маринетт, что очень благодарен за то, что Маринетт поддержала на ринге! — с чувством обнял девушку каджит-боец. — Это многое значит для Дж’Скара. — Да что вы, — замахала руками Маринетт, — мне ведь ничего не объясн… Не за что! Вы хороший боец! — одёрнула себя она, поняв, что говорит не то. — Дж’Скар ценит слова Маринетт и знает, что когда-нибудь он сумеет дотянуться до Дж’Римбы! — уверил девушку собеседник. — Вам не стоит так зацикливаться на этом! И уж точно не надо враждовать! — Враждовать?! — удивился каджит. — О чём Маринетт говорит? Дж’Скар и Дж’Римба соревнуются ещё на тысячу других вещей: кто говорит красивее, кто привлечёт красивую каджитку, кто кого перепьёт. В последнем Дж’Скар, например, всегда выигрывает! — Так вы братья! — Маринетт посетила блестящая догадка. — Вот почему вы так много соревнуетесь! — Упаси Азура от такого брата! — отмахнулся Дж’Скар. — Ни в коем случае! Дж’Скар и Дж’Римба не братья, а лучшие друзья! И когда-нибудь Дж’Скар докажет Дж’Римбе, что и на ринге Дж’Скар лучший! — О, вон оно как… — Маринетт поняла всю суть сложных взаимоотношений двух вечно соревнующихся друзей. — Если Маринетт мучает какой-нибудь вопрос, то Дж’Скар с удовольствием на него ответит! — Как вы сюда попали, Дж’Скар? — тут же спросила Маринетт. — О-о! Дж’Скар когда-то попал в плен к альтмерам-солдатам, когда те убили всё его кочевое племя, — совершенно без грусти ответил каджит. — Вы как будто не тоскуете по родственникам, — ужаснулась Маринетт. Это уже не первое зверство альтмеров, о котором она слышала. — Дж’Скар тосковал. Но потом Дж’Скар нашёл себе новую семью, лучше прежней. Дж’Скар любит каджитское правило: «Что ни делается — к лучшему»! Воистину, хорошее правило. Порой нужно просто плыть по течению и не трогать ничего. Каджиты любят так делать, это могла заметить и Маринетт! — А вы очень общительны для… — начала Маринетт, но тут поняла, что не знает, как закончить фразу и не обидеть никого. — Контрабандист и должен быть приветливым и вежливым. Хотя сейчас мы больше сражаемся за существование. Альтмеры обещали равенство наций, но это даже тогда звучало очень смешно. Альтмеры? Равенство?! В общем, наша земля умирает, считает Аиша. Войска эльфов поставили своей целью перебить все дикие племена Эльсвейра, а управлять поставили других альтмеров, а не каджитов. Вот когда Грива был жив… — Грива? — Да, это такой особенный каджит. Одновременно может быть только один Грива, поэтому он многократно перерождается в ночь лунного затмения, — несмотря на непонятный термин, Маринетт слушала с упоением. — Грива всегда был нашим духовным лидером и голосом нашего народа. Но сейчас Гривы нет, нет и голоса. — У Маринетт есть ещё вопрос, — девушка не успела поправить себя, окончательно запутавшись в способах обращения. — А-а, Маринетт стала говорить в Ра’Кри! Это хорошо, Маринетт стала уважать себя. Что ей интересно? — Скажите, Дж’Скар, — спросила Маринетт, сильно смутившись. — А что это за каджитки рядом с М’Дези? — О, Дж’Скар не знает, как сказать это на вашем языке. Дж’Скар не так хорошо владеет общим. — Это его жёны? — девушка решилась выспросить всё до конца. — Дж’Скар не знает, что такое жёны. — Ну… женщина, которая живёт вместе с мужчиной. Они всегда вместе, и неразлучны, и… — Ужас какой! — воскликнул каджит. — И это так принято у безволосых жителей ледяных песков? — Ну да, — непонимающе кивнула Маринетт. — Мы приходим в храм, там мы клянёмся всегда быть вместе. Да и детей лучше всегда заводить в браке… — Ужасные традиции! То есть люди специально связываются клятвами, чтобы всегда быть с одной женщиной или мужчиной? И детей можно завести только после такого обряда?! — неподдельно удивился Дж’Скар. — А что если женщина родила ребёнка от мужчины, не являясь при этом его женой? — Ну-у-у, тогда ребёнка считают внебрачным и… нежеланным, а к женщине начинают относиться… плохо, — постаралась как можно нейтральнее описать ситуацию Маринетт. — А как у каджитов? — У нас нет понятия «жена». Зачем давать клятвы, ведь случиться может всё, что угодно. Каджитка может разонравиться или погибнуть вообще, а уж каджит — тем более! И что же, так теперь до конца жизни и жить с нелюбимым? Мы не даём глупых клятв — живём с теми, с кем хотим и сколько хотим! А дети у каджитов всегда желанны, неважно, чьи и от кого! Мать всегда почтёт за счастье взять в дом котёнка, особенно если он от любимого кота. А все каджитки около М’Дези выбрали себе М’Дези, как и Аиша. Но Аиша считается любимейшей! — закончил собеседник и хитро поинтересовался. — А Маринетт — «жена» Варди, да? — Что?! Нет! Ни в коем случае! Ну, то есть пока нет… то есть вообще нет… ну, то есть может быть, но нет, не вообще, то есть сейчас… Что, простите? — запуталась в словах Маринетт и раскраснелась, словно помидор, чем немало позабавила Дж’Скара.***
— Да, Эйви, что такое? — Варди был раздражён голодом и странным поведением его друга. — Варди, я не понимаю, что ты делаешь, — непонятно начал соня. — В каком смысле? Я собираюсь помешать ордену осуществить их план! — сказал Варди, словно прописную истину, которая и так всем должна быть понятна. — Ты уже в который раз это говоришь, Варди. Тогда почему мы продаём скуму и обедаем в компании негодяев?! — воскликнул Эйвинд. — Хватит уже кричать! — раздражённо заявил Варди. — Да сколько уже можно?! Чего ты заладил про негодяев? Как бы ты ещё пробрался в город, если бы не М’Дези? — Мы уже в городе! Так, может, пора попрощаться с убийцами и торговцами смертью? — Эйвинд уже ходил из стороны в сторону. — Он и его банда поможет нам с прикрытием! Да какая разница, каким образом отомстить ордену? Если будет возможность, я хоть некромантов позову! — Вот именно! — воскликнул Эйви. — Тебя совершенно не волнует, сколько на твоём пути будет трупов и сколько убьёшь лично ты. Нельзя слепо идти к цели и не думать об этих… о последствиях, во! Я не узнаю, совсем не узнаю тебя, Варди! Тебя словно… — Подменили?! — щёки парня пылали. Он никак не мог понять, почему у Эйви вообще возникают какие-то вопросы. Всё же и так просто и понятно! — Неужели? Моя семья была для меня всем и я пойду на всё, чтобы их души упокоились с миром! И ты пообещал пойти вместе со мной до конца, Эйвинд! — Да, но я хочу, чтобы всё было сделано правильно, по совести! — выпалил соня. — Я не хочу торговать скумой, свергать правительства или устраивать набеги, потакая твоему желанию отомстить! И я не хочу помогать тебе в делах, которые только увеличат горе в этом городе ради удовлетворения твоей мести! — Что?! — Варди просто не мог поверить своим ушам, слыша этот бред из уст Эйвинда. — Не тебе, оборотень, говорить о том, что правильно или нет… — Как раз наоборот! — перебил соня, чувствуя, как пылает его уши. — Мне ли не знать, как это — жить с последствиями собственных решений. Сколько раз я тогда думал, что не стоило мне появляться в той деревне! Вот что случается, когда потакаешь своим желаниям, не задумываясь о последствиях! — И ты вспоминаешь это, но не хочешь отомстить за них?! — кулаки Варди сжались, в груди, словно вулкан, клокотала ярость. — Ни скампа тебе не жаль! Наверное, тебе всегда было всё равно… Но договорить он не смог. Эйвинд ударил своего друга по лицу, не желая слушать подобное от Варди. Соня не мог поверить в то, что слышал. — Не смей! Просто не смей такое говорить! Проваливай! — взорвался Эйвинд. Варди никогда не видел, чтобы друг был в такой ярости. — Убирайся! Скампов сын, иди к своим головорезам и хоть сдохни там, неблагодарный ублюдок! — И не надейся, — Варди встал и пошёл прочь, потирая щёку. Эйвинд посмотрел на небо и медленно поплёлся по улицам Коринфа, погружающимся в ночь. Улица сменялась улицей, дома сливались в сплошную реку из стен. Впервые за очень долгое время, почти с самого ухода из Рорикстеда, он чувствовал себя таким одиноким. Вот он поссорился с другом… опять, и на этот раз, похоже, сильнее, чем прежде. Когда Ольфину и Хунгерд убили, Эйвинд посчитал само собой разумеющимся, что орден, совершивший такое злодеяние, необходимо остановить. Но, глядя на Варди, он всё больше убеждался, что действовать такими методами он не хочет. Он больше всего на свете мечтал вернуть старые времена, его маленькую семью. Но теперь, когда Варди окончательно зациклился на мести, последние блеклые лучики надежды погасли, оставив только пустоту и разочарование в лучшем друге и себе. Неужели он действительно никогда не любил собственную семью, раз не мечтает расквитаться за неё? Зачем он вообще отправился в Коринф, если никогда не хотел мести? Как объяснить Варди, что его действия неправильны, да и надо ли? Куда теперь идти? Должен ли он отодвинуть на задний план личные убеждения и просто следовать за Варди, чтобы избавить мир от ордена Пустых Часов? Да, орден сделал много зла Эйвинду, но ведь в мире полно неизбежного зла, с которым справиться невозможно. Да и нужно ли? Такое зло невозможно остановить ни в одиночку, ни вместе с другом. Зато более мелкое, такое, как безумства мясника М’Дези, — вполне. Так чего же Эйвинду делать теперь: наплевать на правила и добиться цели любой ценой или пойти своим путём, который ведёт его в совершенно другую сторону? Вопросы порождали мысли, а мысли — вопросы, замыкая всё в одну запутанную круговерть раздумий, всё больше и больше путая Эйвинда. И в центре этого водоворота мелькал вопрос, то всплывая, то исчезая из виду. Вопрос, который и порождал все остальные. Наконец, Эйвинд его понял… «Чего же я на самом деле хочу?»***
Маринетт, покрасневшую от вопроса Дж’Скара, спас вернувшийся в дом Варди. При виде разбитого лица друга она тут же попрощалась с собеседником и побежала выяснять, что случилось! — Что случилось, Варди?! Вас ударили! — попыталась проявить заботу Маринетт, но только вызвала всплеск ярости. — Да неужели?! Конечно, я сам вижу! — П-простите, Варди, я лишь хотела помочь… — А-а-а-а! — сжал кулаки от еле сдерживаемой злости Варди. — Всё в порядке, просто оставь меня! — Да куда уж в порядке! Присядьте, успокойтесь и расскажите всё по порядку! — настояла девушка. — Эйви, этот придурок, ударил меня! — Не может быть! Только не госп… — Какой он господин?! Он самый обычный предатель! Обещал помочь нам, а теперь разнылся! Говорит, мол, не хочу якшаться с головорезами и наркоторговцами! А потом он ещё и ударил меня! — Варди, послушайте! — остановила поток гнева Маринетт. — Я не верю в это. Эйвинд никогда бы не предал вас. Он самый верный человек, которого я видела! Вам обоим просто нужно успокоиться и всё обсудить. Сейчас вы разозлены, но потом вас будет мучить стыд, когда Эйвинд вернётся! — Если, — выделил слово Варди, — вернётся! Он довольно ясно дал понять, что у него есть другие планы на этот счёт! — Я немедленно его верну! — вскочила Маринетт. — Я должна… — Погоди ты! Скажи лучше, что ты сама об этом думаешь? — схватил за руку подругу Варди, но в этот момент начался хаос. В здание вломились эльфы, каджиты и босмеры, все с отличительными знаками коринфской стражи или местного ополчения. Из-за спин раздался крик: — Всем сложить оружие и убрать когти, лечь на землю и… Вопреки приказу, каджиты М’Дези бросились в атаку, началась давка. Полетели тарелки, стрелы и заклинания, кто-то призвал огненного атронаха, отчего вспыхнул ковёр. Сразу же упало несколько тел по обе стороны, Варди подхватил Маринетт и ринулся на второй этаж. Вспыхнул яркий свет — это Баум разрядил коронную молнию, правда, от этого пострадали не только эльфы, невесть каким образом попавшие сюда. Впрочем, аврорианец не собирался сражаться — лишь задержать наступление альтмеров. — Подождите, Варди! А как же Эйвинд?! — кричала позади Варди Маринетт. — Он был на улице, если сейчас не поторопимся, то сами и попадёмся, — поторопил Варди. — Тут слишком много стражи для нас троих. — Я не знаю, ой… На втором этаже тоже была сумятица: те, кто пытались спастись от сражения, хотели выпрыгнуть из окон, но альтмеры заранее окружили весь дом. Впрочем, остановить высадку на их головы аврорианца страже было не под силу. Следом за Баумом спрыгнул и Варди, тянущий за руку Маринетт. Улица тоже ходила ходуном: те, кто был там или успел выйти, сражались с альтмерами не на жизнь, а на смерть. Само здание уже частично горело, а сражавшиеся вывалились наружу. Там-то можно было напризываться вдоволь! Варди здраво рассудил и побежал в другую сторону. Несколько попавшихся по дороге альтмеров и каджитов из ополчения Коринфа были немедленно убиты Варди и Баумом, которым очень вовремя вернули оружие. Заглянув за угол, Варди увидел большой отряд каджитов Коринфского ополчения, спешащих в эту сторону. Рядом был вход в жилой дом, и Варди, как рыцарь из сказок, вышиб незакрытую дверь ногой. Наши герои завалились внутрь и затаились. Только потом Маринетт заметила притихшую в углу каджитку, до смерти напуганную незваными гостями и звуками боя чуть дальше. — Убить, — заметил Баум, разворачиваясь к хозяйке, но Маринетт и Варди остановили его. Однако отряд совсем не собирался расходиться. Видимо, это был внешний край окружения, который осталось прорвать нашим героям. Ополченцы начали выбивать двери, заваливаться в дома и устраивать обыски. Послышался шум подбежавшего подкрепления. Опять завязалась потасовка. Раздались характерные, тошнотворные звуки разрезаемой глотки и хлещущей крови. Резкий удар и плач. Звон стекла, хруст дерева. Начались облавы. Только сейчас Варди понял, что всё это происходило отнюдь не случайно. В квартале Кирго оказалось слишком много альтмеров и каджитов ополчения. В доме М’Дези были боевые маги и юстициары Талмора. Сомнений не оставалось: за дело взялись всерьёз. А это значит, что весь квартал оцеплен войсками и просто так убежать не получится. Если это не козни ордена Пустых часов, то тогда это должно было бы быть просто невероятным совпадением! — Проклятье! — прошептал Варди. — Придётся пробиваться. — Всех убивать… — Баум ворчливо приготовил топор. — Нет, стойте! — отрезала Маринетт неожиданно твёрдо. — Варди, послушайте, там их слишком много! Вы же просто погибнете! Да и даже если мы пробьёмся, то господин Баум очень заметен… везде. С ним мы никуда не уйдём! — яростно нашёптывала она, а звуки выламываемых дверей звучали всё чаще и ближе. — П-с-с! — просвистела жившая тут каджитка. — Пусть золотой гость идёт сюда! Под кроватью хозяйки оказалась небольшая кладовка, в которой лежали какие-то фрукты и крупы. Проверять на доверие незнакомку было некогда, и наши герои живо заменили изначальное содержимое погребка на Баума, еле уместившегося туда. Напоследок он успел передать Маринетт подаренный М’Дези кинжал. — Прости, Маринетт, — извинился, сам не зная за что, Варди, — но тут больше нет места. — Бегите по крышам! — посоветовала каджитка. — Крыши близко, легко перепрыгнуть незамеченными. Как они уйдут, каджитка выпустит золотого гостя. — Зачем вы нам помогаете? — спросил подозрительный Варди. — За вами пришли солдаты. Вы с Ренриджра Крин. Ренриджра Крин помогает каджитам: они провозят хороший товар и защищают от злых альтмеров. М’Дези всегда нас защищал. — Понятно, спасибо вам, — обняла Маринетт хозяйку, хотя от неё страшно разило скумой. — Нам пора! С крыши небольшого домика действительно можно было легко попасть на другие крыши. — Маринетт, — тихо прошептал Варди прямо в ухо девушке, — слушай, ты, главное, успокойся и смотри, куда ноги ставишь! Мы переберёмся по балкону на другую крышу, а там осторожно выберемся за оцепление. Нам нужно всего-то пару крыш преодолеть! — Поняла! Наши герои стали осторожно перебираться с крыши на крышу, стараясь не попасться на глаза страже, всё ещё рыскающей внизу. Вскоре стало ясно, что облавы заканчиваются. Стража уже не так ретиво допрашивала и обыскивала, а ополчение практически перестало патрулировать улицы. Сейчас было самое время спуститься в какой-нибудь переулок и затеряться в старом Коринфе. Однако внезапно их внимание привлекли крики из проулка: три каджита и два альтмера прижали к стене другого каджита. По иронии судьбы это оказался сам М’Дези, Акатош знает как выбравшийся из осаждённого дома. — Именем Талмора, ты арестован! — возвестил альтмер-командир. — Приступить к казни бандита! — Зря думаешь, что справишься с М’Дези! — воскликнул главарь и бросился вперёд, обнажив когти. Три каджита из ополчения были вооружены палашами и копьями, но было сразу понятно, что перевес всё равно не в их сторону. Теперь Варди отчётливо осознал, почему М’Дези считается главным: таких движений он не видел никогда. Поджарый М’Дези буквально пробежал по стене, обрушавшись на своих врагов, словно дождь из лезвий. Впрочем, всё это входило в план альтмера, подготовившего огненный шар. Судя по всему, он решил прикончить каджитов, чтобы вместе с ними положить и М’Дези. Варди и не ожидал ничего другого от высоких эльфов. Варди и Маринетт сиганули с крыши практически одновременно. Одним ударом сверху Варди рассёк альтмера, но было слишком поздно: огненный шар полетел вглубь проулка. Недолго думая, Маринетт встала на пути у смертельного заряда. На мгновение она, как всегда, зажмурилась, когда огонь окутал её с ног до головы. Однако в этот раз не было боли, не было ожогов. Только ощущение, как одежда медленно тает, словно масло. Тетива лопнула, стрелы рассыпались, немного отросшие волосы распустились, а туфли растеклись, словно джем. Поражённый увиденным, альтмер немедленно лишился жизни от рук М’Дези. — Варди, Маринетт! Вот это представление! — восхищённо хлопал в ладоши каджит. — Да ей только трёх драконов за спиной не хватало для полного образа! — Как-то ты совсем не удивлён, что едва избежал зажарки! — заметил Варди. Обычно на способность Маринетт все реагировали куда живее. — Хотя у М’Дези всё было под контролем, М’Дези благодарен вам! Теперь вы друзья М’Дези! Эти ублюдки работают на талморцев и выследили М’Дези до укрытия! — Какого укрытия? — огляделся Варди, не заметив в переулке ничего, кроме какого-то мусора. — Хм? — задумчиво огляделся М’Дези. — Которого тут нет. Это не тот проулок. Нам в соседний. Ты что думаешь, М’Дези повёл бы врага прямо в дом?! Уже уходя с места сражения, Маринетт краем глаза заметила, что раненый Варди альтмер ещё жив и пытается остановить кровь заклинанием. Разумеется, девушка не стала говорить об этом, понадеявшись, что раненому удастся выкарабкаться. В противном случае его ждала бы расправа от когтей. Оказалось, что вход в тайное убежище М’Дези находился в подвале пустого дома несколькими проулками левее. Пройдя через подвальную дверь, Варди увидел самую обычную каверну, в которой просто навалили лежаков. Через пещеру протекал небольшой ручеёк чистой воды подземного источника. Видимо, когда-то он был больше. С потолка свисало множество сталактитов, словно зубы великана, готовые устремиться вниз. — И как вас только всех ещё не изловили? — удивился Варди. — Это же западня! Всего один вход. — Это моё личное убежище. О нём знают только самые доверенные каджиты! — Но ведь я не каджит, — тихо прошептала товарищу Маринетт, которой Варди отдал свою рубашку взамен истлевшей одежды. Внутри уже оказалось с полдюжины каджитов, успевших сбежать во время облавы. Там сидели Дж’Скар и Дж’Римба, беременная любовница М’Дези да промывающая рану Аиша. — М’Дези! — вскочила Аиша. — М’Дези жив! — Неужели мы добрались, — осела на пол Маринетт, еле переставляя ноги от усталости и голода. — Ага, — только и ответил Варди, пристраиваясь рядом. — Как ты? После того случая… — Со мной всё в порядке, Варди, — просияла Маринетт. — Я очень боялась, но, похоже, я по-прежнему неуязвима к магии! Эх, что же сейчас с Баумом и Эйвиндом? — С Баумом, я уверен, всё в порядке. Он древний даэдра, спрятанный в погребе. Да что может случиться? — попытался разрядить ситуацию Варди, но озабоченность Маринетт не исчезла. — Я не знаю, где Эйвинд и что с ним. Он был в то время на улице и сейчас, скорее всего, схвачен. — Значит, мы его обязательно отыщем! — с энтузиазмом заявила Маринетт. — Обязательно! — Если бы он только сам этого хотел… — скептично поправил Варди. В это время другие каджиты подошли к М’Дези. — М’Дези, луна души, не ранен? — спросила Аиша, нежно прижавшись к М’Дези. — Варди и Маринетт сделали М’Дези большую услугу! Варди убил альтмера, желавшего смерти М’Дези, а Маринетт встала под огонь, явив М’Дези чудо магии! Как-нибудь она нам это покажет! — возвестил он. — М’Дези, Аиша считает, что нас предали! — сообщила она. — Мы совсем недавно сменили дом, где жили, поэтому эта мразь, Айренн, не могла о нём так быстро прознать! — Когда М’Дези узнает, кто это, то кто-то будет о-о-о-очень долго истекать кровью! Видел хоть кто-нибудь хоть что-нибудь?! — угрожающе спросил главарь. — Видел, М’Дези, — вышел вперёд Дж’Скар. — Дж’Скар видел, как друг наших гостей вышел на улицу незадолго до атаки. — Нет! Это просто невозможно! — яро возразила Маринетт. — Заткнись, чужестранка! — закричала Ра’Винда, беременная любовница М’Дези. — Ты тоже с ними заодно, как и твой приятель! Смотри, сколько нас тут! Стольких перебили! — А ну хватит! Они спасли М’Дези сегодня! К тому же М’Дези отправил следить за ним своего каджита, — сощурился главарь, остудив пыл разозлённых каджитов. — Ну и где каджит М’Дези? — спросил Дж’Римба. — Один из охранников рассказал Аише, — вспомнила она, — что Эйвинд ударил друга на улице. Он сказал, что не хочет быть торговцем скумой! — М’Дези считает, что надо спросить его друга, который теперь друг М’Дези, — внёс мысль главарь. Оказывается, он умел мыслить здраво. — Варди, вы же не думаете… — умоляюще посмотрела на друга Маринетт. — Я… я не знаю. В смысле, я не уверен. Раньше бы Эйвинд никогда не предал друга, но теперь… я не знаю! — Мог или не мог? — посуровел М’Дези. — Варди… — настойчиво посмотрела на него Маринетт. — Эйвинд никого не знает в этом городе, — начал рассуждать логически Варди, отбросив личную неприязнь, — да и такую облаву не сделать за несколько минут. Нет, не мог Эйвинд нас предать! — М’Дези верит тебе, друг! — хлопнул Варди по плечу главарь. — Тогда твой друг, скорее всего, в плену или так же спрятался. — Так кто предатель, М’Дези? — спросил Дж’Скар, решив разрядить наряжённую тишину. — Азура его знает! Главное, что это не один из нас! Мы пересидим тут, а потом заново всё отстроим! М’Дези уверен, что многие сумели сбежать и спрятаться! А где мой любимый воин? — Мы его в подвале спрятали, — с ужасом произнесла Маринетт. — Только я не помню, в каком… — Ничего, отыщем! Всё, теперь можно и отдохнуть! — распорядился М’Дези. — Варди, — тихо произнесла Маринетт, жуя какой-то местный плод, — я была уверена, что вы сделаете правильные выводы насчёт Эйвинда. — Эх, Маринетт, — тяжело вздохнул Варди, — мне бы твою уверенность…***
Квартал Кирго ходил ходуном всю ночь без перерыва. Все каджиты из притона, которые остались в живых после побоища, теперь лежали мордами на песке. Облава закончилась неудачно, что отражалось на лицах альтмеров, руководящих действом. Особенно ярился талморский юстициар Эрандил, который среди альтмерских офицеров был самым главным. Несколько каджитов попытались сопротивляться или бежать, но эти попытки были смертельным образом пресечены. Дом, в котором происходило празднество, частично сгорел, крыша провалилась. Однако множество членов Ренриджра Крин всё-таки сумели сбежать и скрыться в переулках квартала. Ополчение рассеялось, занимаясь их поисками, но пока безрезультатно. — Проклятья даэдра! Я же велел никого не призывать внутри! Ну что за идиоты?! — вышагивал взад-вперёд Эрандил. — Где М’Дези? Где Аиша? Тут одна мелкая сошка! Что дал обыск по близлежащим домам? — Юстициар, господин, — обратился один из альтмеров в позолоченной эльфийской броне, — было задержано множество каджитов, не пускающих ополчение и солдат в дом, но все они не подходят под описания разыскиваемых преступников. Это простые жители, скорее всего. Основная часть каджитов не противились обыску. Несколькими улицами севернее был обнаружен раненый. Он сообщил, что его отряд пытался задержать М’Дези, но ему на помощь пришли неизвестные бретонка и норд. Также раненый утверждал, что бретонка попала под огненный шар, но осталась невредима, что вызывает сомнения в здравом уме офицера. После этого они скрылись, а раненый сумел остановить кровь и выползти на большую улицу, — пока альтмер говорил, Эрандил понимал, что не видать ему повышения за эту операцию. — А что с тем золотым воином, задержавшим нас на входе? — Мы его… потеряли, — потупился альтмер, докладывающий ситуацию. — Вы умудрились потерять двухметрового золотого воина, кидающегося молниями?! Ладно, составить описания напавших на офицера чужестранцев, всех бретонок и нордов в квартале досматривать и обыскивать! Усилить патрули в квартале и стражу на воротах. Отыскать этого золотого воина, живым по возможности! — отдал распоряжение Эрандил. — А с этими что делать, юстициар? — кивнул на пленных другой офицер. — В замок их? — Конечно же нет… — Что тут происходит?! — раздался высокий женский голос. Оказалось, что к погоревшему притону подъехала крытая карета в сопровождении отряда альтмеров. А тащил карету огромный кот породы сенч-рат, явно недовольный отведённой ему ролью. Дверца открылась, и оттуда вышла альтмерка, тут же приковавшая к себе всеобщее внимание, в основном, негативное. Хотя она была одета в стандартные одежды талморского служащего, по мокрому от пота лицу было видно, как же ей жарко. Всё-таки талморские чёрные одежды совершенно не подходили для жаркого климата Эльсвейра. Идеально зачёсанные платинового цвета волосы были собраны в длинный хвост и свободно свисали ниже плеч. На жёлтой коже, практически нетронутой загаром, выделялись два зелёных глаза, прищуренных от яркого солнца. Помимо колец на пальцах, на шее альтмерки висел, словно камень на душе, слишком большой для такой тонкой шеи кулон, демонстрировавший всем, насколько высокого полёта птица изволила посетить сей притон. — Ополчение! Смирно! — скомандовал юстициар Эрандил, и солдаты вытянулись в неестественно прямых для каджитов стойках. — Леди Айренн… — протянул Эрандил, нахмурившись. — Почему вы покинули дворец и прибыли в такое… — Опасное место?! Избавь меня от своей заботы, юстициар! — не удостоила вниманием собеседника Айренн. — Это мой город, и я хочу знать, почему квартал Кирго ночью напоминал арену! По пути сюда я видела множество выломанных дверей и мёртвых каджитов! Когда я приказала провести облаву на М’Дези и его прихвостней, я не говорила, что нужно устраивать массовую резню! — Губернатор, — Эрандил, казалось, сейчас взорвётся, — этой ночью был взят крупный скумовый притон, вам стоило бы … — Праздновать?! — взмахнула рукой Айренн. — Вместо М’Дези я получаю кучу выломанных дверей, раненых и искалеченных гражданских, множество убитых ополченцев и альтмерских офицеров и тебя, Эрандил, объясняющего мне, как я должна быть счастлива! Пока М’Дези цел, район Кирго так и останется во власти торговцев скумой! — Губернатор! — продолжал оправдываться Эрандил. — Оцепление было прорвано в нескольких местах! С такими небольшими силами просто невозможно никого не упустить! — А не ты ли уверял меня в том, что альтмерские солдаты и офицеры и ополченцы-каджиты прекрасно справятся с задачей?! Вместо первоначального плана началась совершенно неприемлемая импровизация, превратившаяся в массовое сражение на улицах города! Ты недооценил противника и потерял множество людей! И кого вы тут захватили?! — Опасных… — Преступников?! Да здесь нет ни одного более-менее важного каджита, всё какая-то мелкая сошка! Все самые быстрые уже убежали, а все сражавшиеся пали! — Губернатор… — опять попытался прервать начальницу Эрандил. — Довольно! Вы, — приказала она капитану одного из отрядов ополчения, — отправитесь по домам, подвергшимся вторжению, и спросите, что и у кого сломали. Затем почините и дальше! Чтобы ни одной выбитой двери не осталось! Срок — три дня, не более! Пленных доставить во дворец. Там независимая комиссия расследует их причастность к торговле скумой и вынесет им приговор. А если я узнаю, что ты хоть каким-то банальным образом сунул туда свой длинный нос, Эрандил, я тебя отстраню. Точка, нет — восклицательный знак! — Ведьма! Проклятая эльфка! Убийца! — ругались каджиты, поднимаемые с красного песка. Потом их под большим конвоем повели в сторону замка, чтобы там поближе заняться допросом. — Пытай каджитов, сколько тебе угодно, но каджиты тебе ничего не скажут! — Эрандил, — распорядилась Айренн, — я возвращаюсь во дворец. Распорядись насчёт охраны. И помни о том, что я тебе сказала: никаких пыток! — Слушаюсь, губернатор! — Эрандилу было крайне тяжело говорить эти слова, как, впрочем, любому альтмеру.***
Эйвинда не арестовали только каким-то чудом. Ополчение останавливало его несколько раз, но, судя по всему, норд с такой запоминающейся внешностью не значился в списке разыскиваемых. Когда Эйвинд смекнул, что к чему, то поначалу решил поскорее найти Варди и Маринетт, но вскоре передумал, когда понял, с чем столкнулся. Увидев, как много военных шныряет вокруг и вышибает двери, Эйвинд решил убраться подальше от проклятого притона, в котором ему так не хотелось находиться. Правда, ему очень не нравилось, как на него смотрели прохожие: всё-таки норды — редкие гости центрального Эльсвейра. Однако вскоре все переключились на повозку, которую тащил пахмар. Внутри, как понял Эйвинд, ехал какой-то важный альтмерский чиновник. Вокруг повозки вышагивала личная охрана во главе с офицером-альтмером. На улицу стали выходить горожане. Слышались фразы: «проклятые эльфы», «сына убили, ублюдки», «всю посуду разбили», «обокрали, ироды» и так далее. Толпа перегородила проезд, повозка остановилась. — С дороги, чернь! — выкрикнул альтмер. — С дороги, а не то применим силу! — Нет, никуда мы не пойдём, пока не увидим губернатора! — выкрикнул кто-то из толпы. — Мы хотим увидеть Айренн! — кричали люди в толпе. Эйвинд не знал, кто это такая — Айренн, но догадался, что наверняка важная и знатная леди. Но он никак не ожидал, насколько она будет… эффектна. Эйви не дал бы ей и двадцати, хотя ей наверняка было почти сто. Она смело вышла и предстала перед толпой, дерзко взглянув на вышедших людей. — Вот, я перед вами, — сказала она. — Что вы хотите от меня? — Чего мы хотим?! Да вы посмотрите, что стало с нашей улицей! — Сегодня проводились действия по поимке известных наркоторговцев квартала Кирго, — пыталась перекричать Айренн толпу. — Каждый, кто располагает какой-либо… — Хватит уже с вас обысков! — раздались крики из толпы. — Проклятые альтмеры! От вас все беды! — От альтмеров?! — взорвался один из эльфов из толпы. — Это не мы вас убивали, а она! — и ткнул в Айренн. — У меня, например, сожгли мои ковры! — Весь ущерб будет возмещён… — оправдывалась Айренн. — А у меня сына убили, хотя он босмер! — истерично закричала мать. — Его вы мне тоже возместите?! Проклятые альтмеры! А он всего лишь не хотел, чтобы нас обокрал альтмер! Толпа распалялась всё больше, ярость жителей росла. Несмотря на приказы Айренн, её охрана приготовила заклинания и стрелы, только разжигая конфликт. — Это… — начал было Эйвинд, но тут заметил краем глаза движение. — Осторожно! Из толпы вылетел камень и угодил Айренн по голове. Стражники попытались ответить огнём, но и в них полетел разный мусор и камни. Горожане ринулись вперёд, желая выместить на ком-нибудь накопившуюся злость. Горе-охрана предпочла сохранить свои жизни, а пахмар ускакал прочь. Айренн тоже попыталась, но толпа настигла её и повалила на землю. Легко представить, что бы сделали с альтмеркой разъярённые горожане, если бы из бушующего моря людских тел её, словно котёнка за шкирку, не вытащил Эйвинд. Он взвалил её себе на плечо, растолкал всех и бросился прочь. Но все отходы уже были перекрыты, а сзади напирали люди. — Встаньте за мной! — крикнул внезапный спаситель альтмерке, прижимая её спиной в угол и вынимая молот. — Не высовывайтесь! — Да, — с трудом выдохнула Айренн. Ей пришлось сжаться, потому что она была на полголовы выше Эйви. — Первый, кто подойдёт ближе, — лишится головы! — крикнул Эйвинд в толпу, думая этим её затормозить. Но ничего не вышло, бунтующие явно решили исполнить задуманную месть. Опять полетела куча камней, несколько попали в неприкрытую бронёй голову, по лицу потекла кровь. Эйвинд как можно больше прикрыл Айренн, чтобы беззащитная эльфийка, забиваемая толпой, не попала под снаряд. Особо размахнуться не получалось, поэтому Эйвинд со всей силы ткнул навершием молота в грудь ближайшему наступающему, едва тот приблизился. Разумеется, его оружие тут же схватили и попытались вырвать, а остальные решили просто задавить горе-защитника своей массой. Внезапно самый рьяный каджит вспыхнул, словно стог сена, завизжал и заметался, а окружавшие его бунтовщики отступили от живого факела. Оказалось, Айренн метнула в каджита огненный шаг, чтобы тот не подошёл к её защитнику близко. — Да что с вами такое?! — закричал Эйвинд. — Толпой забиваете женщину! — Зачем ты защищаешь убийцу?! — выкрикнул очередной горожанин. — Она виновата во всех наших бедах, проклятая альтмерка! — Нет! Не я приказала убивать… — попыталась оправдаться Айренн, но только раскочегарила толпу ещё больше. — Сдохни тварь! Альтмерская шлюха! Отродье Намиры! Сдохни в муках! — Только подойдите к ней! — Эйвинд был настроен серьёзнее некуда. Он надеялся растянуть время достаточно, чтобы сюда подоспела стража, а меж тем тот метр, который отделял его от наступающих, опять начал сокращаться. — Да что она тебе сделала, что ты её защищаешь?! — раздались выкрики из задних рядов. Наглядный пример загоревшегося каджита понизил боевой дух не очень благородных горожан. — Послушай, норд, просто отойди, и мы тебя не тронем! Просто дай нам отомстить! Эйвинд уже не в первый раз слышал эту фразу, но на этот раз его выбор уже был окончательно сделан. Сейчас Эйвинд всё сделает по совести! — Никогда! — выкрикнул он и приготовился отталкивать напавших. — Дави его! — и толпа навалилась на него, молотя всем, чем можно было. Эйви ударил на опережение, и один из напавших упал куда-то под ноги с переломанным плечом, но на второй размах времени у защитника уже не хватило. Позади пискнула Айренн, придавленная металлической спиной Эйви, а спереди на них навалилась толпа. Кто-то попытался дотянуться до Айренн вилами, но только получил в лицо огненным зарядом. Это мгновение показалось зажатой паре вечностью, но наконец прибыла стража. Впереди бежал Эрандил. В горожан полетели стрелы и заклинания, задние ряды тут же попадали замертво, а основная толпа попыталась разбежаться, но оказалась окружена и оттеснена от угла. — Мерзкие выродки! — ярился Эрандил. — Как вы смели убить губер… — Я здесь, Эрандил! — поднялась Айренн при помощи Эйвинда. — Ты прибыл вовремя. — Губернатор?! — казалось, юстициар был очень удивлён. — Вы… — Губернатор?! — Эйвинд только сейчас понял, кого он защищал — альтмерку, которую Сингор иначе как «убийцей» и не называл. — Жива? Не совсем! — глаза Айренн пылали гневом. — Моя охрана сбежала в первую же минуту! А эти люди набросились на меня! — Да как эта чернь посмела напасть на благородного альтмера?! — возопил Эрандил. — Кодекс юстициаров предельно строг в этом отношении! Казнить участников бунта! Эйвинд только сейчас взглянул на спасённого губернатора. На её лице отражалась не ярость, а страх. Она не ожидала не только попытки убить её, но и такого строгого и жестокого приказа. Её глаза заметались из угла в угол, а рот уже открылся, чтобы вынести окончательный приговор. Эйвинд слишком хорошо знал, что значит делать поспешные решения из страха, а потом о них жалеть. — Леди губернатор! — воскликнул Эйвинд. — Постойте… — Нет, — внезапно выдала Айренн. — Отставить, Эрандил. — Но кодекс… — Мало ли, что он гласит! Всех участников уличного бунта я приговариваю… — протянула паузу Айренн, — к двум неделям исправительных работ! Вы будете восстанавливать свою улицу. А вас, — обратилась она к босмерке, потерявшей сына, — я отпускаю. Идите прочь и больше не попадайтесь на глаза. — Что?! Вы их отпускаете?! Вы в своём… — Уме?! Выбирай слова, Эрандил! Ты и твоя стража опять умертвила множество простых жителей! — у Айренн истово тряслись заложенные за спиной руки. — Да и что-то не спешил ты ко мне на выручку. Если бы не храбрый норд, меня бы разорвали на куски! — Норд?! — теперь Эрандил перевёл свой взгляд на Эйвинда. — Это не совпадение! Схватить его! — Хватит! — Айренн залепила звонкую пощёчину юстициару. Одно из колец оставило у Эрандила на щеке царапину. — Ещё одно необдуманное действие и ты будешь на кухне драить кастрюли! Как смеешь ты так обращаться с моим спасителем? — Но, леди Айренн, в том нападении были замешаны бретонка и норд… — В Ренриджра Крин не принимают чужестранцев! — отмахнулась Айренн, а Эйвинд лишь вздохнул. Похоже, Варди и Маринетт смогли убраться. — Всё, а теперь проваливай. Ты сегодня уже достаточно изводил моё терпение! На юстициара было страшно смотреть: даже по его лицу было видно, как же он хочет собственноручно умертвить Айренн. Зато вот Эйвинд уже всерьёз испытывал к губернатору уважение. Леди не боялась за свои принципы попасть под камни толпы или ярость юстициара. — Прости, что я всё ещё не поблагодарила тебя, незнакомец! — улыбнулась Айренн, когда юстициар ушёл, а солдаты увели горожан. — Твои слова… ты просто поразил меня! Броситься на помощь незнакомке, которую обвиняют в убийствах… а ещё и остаться стоять до конца. Тебе не занимать ни храбрости, ни благородства, воин. Хотя у тебя передо мной преимущество — твоего имени я не знаю. — Эйвинд, леди губернатор! — поклонился соня. — Как ты меня назвал? — удивилась Айренн и засмеялась. Но тут же поморщилась от боли в месте попадания камня. — Вы ранены, леди, — незнамо зачем указал Эйви. — Пустяки — царапина, — альтмерка провела пальцем по ранке, и она сама собой затянулась. — Вы тоже выглядите плохо: всё лицо в ссадинах и синяках! Позвольте… — Не стоит, леди! — отстранился Эйвинд. — Само заживёт. Знаете, в один момент я уж подумал, что вы прикажете… — Убить их всех? — договорила до конца фразу Айренн. — Не буду лукавить — хотелось. Но потом я вспомнила ту бедную босмерку. Но один альтмер сегодня точно пострадает! — Кто? — вскинул брови Эйвинд, готовясь уговаривать Айренн передумать. — Сбежавший офицер моей гвардии! Он теперь до конца своей долгой жизни будет отхожие места чистить, предатель! Фу-у-у-х, что-то я заговорилась, а становится всё жарче! Знаете, не стоит в Эльсвейре появляться на улице днём. Я приглашаю вас во дворец, чтобы вы отдохнули. — Нет, что вы, леди губернатор! — сразу стал отмахиваться Эйвинд. — Вы и так уже достаточно меня отблагодарили — не дали арестовать! Это… у меня тут это… дела, во! — Эйвинд, прошу! — взмолилась Айренн. — Это не займёт много времени! — Ну это… ну, ладно.***
— А я говорил, что именно так и будет! — нудил босмер по имени Димитр, ближайший советник Айренн по вопросам управления. — А я предупреждал, что вам опасно выезжать из дворца, губернатор! Вам стоило бы послушать, когда я говорил вам, что местное население… — Не любит меня и хочет убить? Расскажи мне что-нибудь, чего я не знаю, — Айренн очень расстроилась, что подчинённые отчитывают её в присутствии постороннего человека. Хотя она и переоделась в более лёгкую одежду, но следы пережитого всё ещё виднелись на ней. Эйвинд вообще удивлялся, как Айренн вообще так быстро вернулась в прежнее рабочее состояние. — Я не могла позволить Эрандилу дальше творить скамп знает что в квартале Кирго. — Но это же не значит, что нужно самой выезжать туда! — продолжал гнусавить Димитр. — Можно было послать туда… — Тебя? Пробовала уже! Меня не устраивает то, как ты ведёшь дела! Из тебя потом и двух слов не вытащишь! Эйвинд наблюдал за ещё одной перепалкой из кресла, куда его насильно поместила не в меру любезная леди Айренн. Впрочем, даже будучи губернатором, её кабинет шиком и изяществом не отличался. Тут царила строгая рабочая обстановка, разбавляемая парочкой картин да большим знаменем Талмора на стене за столом. На полу — тонкая подстилка с вышитыми узорами зелёных побегов, несколько простеньких стульев да огромный Т-образный стол, заваленный бумагами и писчими принадлежностями. А вот что в кабинете было выше всяких восторгов — так это балкон. С огромного выступа, длиною более пяти метров, над которым нависала небольшая крыша, открывался невероятный вид на весь Коринф! Кабинет Айренн находился в одной из башен дворца Трёх Братьев, так что на красивые виды губернатор не жаловалась. Забравшись с ногами на диван, повёрнутый к окну, и попивая прохладный напиток, можно было бесконечно созерцать пустынные просторы Эльсвейра. — Губернатор! — обратился Димитр. — Есть неотложные дела, требующие вашего внимания… — Не при гостях, Димитр, — остановила Айренн подчинённого. — Ну губернатор! Это же очень важно! Запасы… — Я сказала потом! — отрезала Айренн, вздохнула и отвернулась. — Распорядись, чтобы в квартал Кирго послали альтмерских целителей. Там много раненых… есть убитые. Проследишь, чтобы каждую ссадину вылечили, а на каждого убитого выплатили компенсацию… Это, конечно, не замена, но хотя бы что-то. Срок тебе — три дня! Отвечаешь головой, Димитр. С остальным разберёмся чуть позже. А теперь иди, у тебя много работы. Глядя на то, как Айренн распоряжается, Эйвинд чувствовал всё большее уважение к губернатору. Она выглядела совсем не так, как её описывал Сингор. Типичный альтмерский правитель в понимании Варди должен был быть надменным и жестоким тираном. Леди Айренн, по крайней мере за те полчаса, что Эйви с ней разговаривал, сформировала у него совершенно иное мнение. — Прости меня за подчинённых, Эйвинд, — села за стол Айренн, когда выставила Димитра за дверь. — Хочешь выпить чего-нибудь? — Это… нет, не буду, — отказался от выпивки Эйвинд, обычно принимая такие предложения. — Простите, леди губернатор, но мне надо… — Да, важные и неотложные дела. Я помню, Эйвинд. Скажи, ты один в городе? Друзья, родственники? — Один я, — слишком быстро ответил Эйвинд. — Не умеешь ты врать, Эйвинд, — улыбнулась Айренн. — Ладно, не хочешь — не рассказывай, по крайней мере, я могу быть уверена, что ты не заодно с Ренриджра Крин. — Почему? — осторожно спросил Эйвинд. — Ты явно не местный, что, учитывая обстоятельства, очень даже хорошо, поскольку туда чужестранцев не берут. Многие из Ренриджра хотят моей смерти, как, впрочем, и горожане, — с содроганием сообщила Айренн. — К моему огромному сожалению, я очень редко выхожу из дворца, да и даже из своего кабинета… — Но у вас же есть охрана… — Охрана?! Сегодня она показала всё, на что могла бы быть способна! А Эрандил?! Ставлю что угодно: он потянул время, надеясь, что меня убьют! — убийственно честно ответила Айренн. — Мне ли не знать, какими могут вероломными альтмеры. С ними в этом искусстве могут сравниться разве что бретонцы. Вот ты — другое дело! Я в первый раз встретила человека, да что человека — вообще живое существо, который вот так бросился бы спасать незнакомца, особенно альтмера. Наши расы не самые дружные в Тамриэле… — губернатор тяжело вздохнула и театрально посмотрела в сторону, выдерживая эффектную паузу. — Леди губернатор, — теперь настала очередь Эйвинда попытаться поставить всё на свои места, — вам не стоит благодарить меня за спасение. Я сделал это не ради награды. Да и вы сами — не промах, храбрый человек… то есть эльф, в смысле, альтмер, то есть… — Храбрый? — поразилась Айренн. — Нет… если бы я была храброй, то эта толпа бы меня не заткнула. Когда в меня полетели камни, я чуть не упала от страха, — судя по дрогнувшему голосу, Айренн говорила честно. Только Эйви не понимал, зачем она так открыто разговаривает с незнакомым и чужим человеком. — Если бы не ты… — Это… я просто не мог стоять и смотреть, как толпа забивает одного человека, как… как загнанного волка. Зачем вы привели меня сюда? Расспрашиваете зачем-то… Это… вам от меня чего-то нужно? — Ну-у-у-у, — Айренн почувствовала, что её раскусили. — На самом деле да. Знаешь, Эйвинд, я в Коринфе очень недолго. Меня назначили губернатором сюда с полгода назад, а друзей за это время у меня только убавилось. А сегодняшний бунт натолкнул меня на мысль, что даже моей гвардии доверять не стоит… В общем, я бы хотела предложить тебе поработать моим личным телохранителем. — Что?! — непроизвольно вырвалось у Эйвинда, когда он совладал со своей челюстью. — Вы это… серьёзно, что ль? Не уверен, что… Я совершенно не… Не гожусь я, в общем. — Почему нет? Ты очень силён и вынослив, раз сумел выстоять против толпы, владеешь боевым молотом. Ты в городе совсем недавно, а значит, ещё не успел связаться не с теми людьми! Но самое главное — ты принципиален и не будешь стоять в стороне, когда случится беда. За плату не беспокойся, и я выделю тебе лучшие покои прямо здесь, во дворце… — А у меня выбор есть? — мрачно спросил Эйвинд. — Ох, нет, не подумай, что я буду заставлять, — честно призналась Айренн, — просто я очень понадеялась, что ты сможешь мне помочь. Я пленница собственного кабинета и уже устала просто наблюдать! Сегодня я впервые за полгода покинула дворец, и меня тут же попытались убить! Вижу… — грустно заметила она, — что тебе этого не хочется. Не желаешь служить кровавому губернатору? — Что?! Нет, нет-нет! Я нисколько так не считаю, ничуть! Какая же вы кровавая? — удивлённо ответил Эйвинд. — Местное население меня ненавидит, — честно призналась Айренн. — За каждую пролитую каплю крови винят меня. — Тогда почему вы не уедете? — задал довольно очевидный вопрос Эйви. — Простите, но такие… альтмеры, как вы, редко становятся губернаторами. — Потому что я этого не хочу, — гордо ответила Айренн. — Не хочу, чтобы город сдался под напором бандитизма и анархии, чтобы каджиты видели в альтмерах врагов. Коринф всегда считался городом даже не третьего сорта, поэтому я и выбрала его! Я мечтаю, чтобы все наконец стали жить спокойно в одной стране! Я хочу сделать всё по совести, без бессмысленных жертв, но как я это могу, если не только не понимаю каджитских обычаев, но и из дворца даже не выхожу! — У вас… у вас красивая мечта, леди, — заёрзал Эйвинд. Его больше всего его зацепило то, что её слова практически совпадали с его собственными мыслями. — А чего тогда хочешь ты, Эйвинд? — вдруг переключила тему Айренн. — Я, это… ну-у, я это… не знаю я. Раньше у меня была цель, за которой я пришёл сюда, но теперь мне оно стало не нужно, но ведь я и друзьям помочь обещал. Ну, не знаю я, в общем. — Может, я смогу помочь с твоей задачей? — поинтересовалась Айренн. — Нет, леди губернатор, я не позволю вам решать мои проблемы, — твёрдо заявил Эйвинд. — Просто… поймите, леди, со мной вы будете в ещё большей опасности! — В большей опасности, чем с кучей каджитов-наркоторговцев, жадных до власти альтмеров или мечтающих о мести босмеров? — уточнила Айренн. Эйвинд тяжело вздохнул, понимая сложившуюся ситуацию. Ему было тяжело отказывать губернатору, но наступать трижды на одни и те же грабли он не собирался. — Леди Айренн, я оборотень, — через силу выдавил из себя Эйвинд. — Я не могу контролировать свои превращения. Находясь подле вас, я всегда буду подвергать вас опасности, даже сейчас вы не в безопасности… Айренн была удивлена, даже шокирована таким заявлением. Она надолго задумалась, покусывая нижнюю губу. Повисла напряжённая тишина, а Эйви ещё сильнее заёрзал на стуле. Он явственно осознавал, что теперь губернатор может просто позвать стражу и отправить его на костёр. Но подвергать опасности ещё одного человека, отнёсшегося к нему по-доброму, он не хотел. — Что ж… ясно, — безэмоционально прокомментировала Айренн. — Я вижу, что ты не всем об этом рассказываешь. Спасибо за прямоту, Эйвинд. Как часто происходят превращения? — Ну-у-у, минимум раз в месяц, иногда чаще… — Эйвинду была непонятна заинтересованность Айренн не только в нём, но и в его проклятье. — Скорее всего, превращения происходят ночью, но я не могу утверждать, что так всегда, потому что ничего не могу вспомнить. Простите, леди губернатор, я хотел бы вам помочь. Вы хороший человек и больше других заслуживаете защиты, но я больше не хочу никого… — Тогда оставайся, — вдруг оборвала она Эйвинда. — Оставайся! Всё равно один оборотень не повредит мне больше всех недоброжелателей. — Вас что, не испугало это? — уже даже не удивился Эйвинд. Ему уже в который раз встречались люди, которые как-то неправильно к нему относились. — Я должна была позвать стражу и велеть тебя казнить? — весело улыбнулась Айренн. — Я не убиваю людей за… особенности. Да я их вообще не убиваю. Кроме того, неужели кого-то можно оценивать только по болезням или странностям? У тебя много положительных качеств, в их числе честность. И ты сказал, что хочешь этого. Если это была не пустая любезность, то разве ты только что не ответил сам себе. Эйви надолго задумался, мрачнея всё больше и больше. Почему он всегда шёл за кем-то, даже не думая о том, чтобы поступить как-то по-другому, по-своему? Так, как велит его душа! Айренн куда больше заслуживает его защиты, чем Варди. Цели губернатора, на первый взгляд, были куда более благородны, чем его старого друга. Но если он сейчас ошибётся с выбором, если Айренн окажется не той, за кого себя выдавала изначально, то эту ответственность Эйвинд понесёт только на себе! Но ведь именно это и значит делать выбор самостоятельно… Внезапно Айренн засмеялась, словно бы соня рассказал какую-то смешную шутку. Поразительно, но леди смелась, словно маленькая Хунгерд, хотя ей наверняка было за сотню лет. — Что?! — резко заозирался Эйви, вырванный из раздумий. — Ты не представляешь, как ты сейчас выглядел! С таким лицом от тебя все местные альтмеры будут шарахаться! Ах-ха-ха! — заливалась она. — Только этого и будет достаточно! От её заливистого смеха даже у мрачного сони на лице появилась улыбка. Впрочем, все аргументы были исчерпаны, и Эйвинд с лёгким сердцем ответил: — Хорошо, леди губернатор, вы меня уговорили. — Если у тебя есть какие-нибудь пожелания, то я с удовольствием выслушаю их, Эйвинд, — прямо-таки лучилась доброжелательностью Айренн. — Ну-у, леди губернатор, знаете, в квартале Кирго у меня жили друзья. Они не связаны с Ренриджра Крин, но… — Но ты боишься, что они могли пострадать во время погрома, да? — как всегда не дослушала Айренн. — Кто они? — Норд Варди, бретонка Маринетт и воин в золотой броне, Баум. Я не знаю, что с ними, и надеюсь, что всё в порядке, — быстро рассказал Эйвинд. — Хорошо, — черкнула что-то у себя Айренн. — Что-нибудь ещё? — Это… — замялся Эйвинд, — мне бы тут один рецептик… — Зелья? Приготовить зелье по рецепту? Это по поводу твоей болезни? — опять не дослушала губернатор. — Не вопрос. Поручу алхимику во дворце с этим разобраться. А то он и так ничего не делает… — Ох, спасибо, — не поспевал за альтмеркой соня. — Эйвинд, — Айренн подошла и крепко сжала руку Эйви обеими своими, — я очень тебе благодарна! Твои покои прямо напротив моих, за вон той дверью. Ты, наверное, устал. Сегодня можешь отдохнуть, а завтра приступишь к обязанностям. — Не стоит, леди губернатор, — отмахнулся Эйвинд. — Я уже готов. Только… можно поесть? Я со вчерашнего утра не ел… — Так чего мы ждём? — воскликнула Айренн и бодрым шагом устремилась прочь, полная энтузиазма. Эйвинду оставалось только поспевать за своей новой госпожой, так внезапно обретённой. Даже самые прозорливые предсказатели не могли бы предвидеть то, как сильно в тот момент повернулась судьба Эйвинда.***
— Да будет тебе известно, пропащий сын Эльсвейра по имени Ра’Кирар, что Кошачья Четвёрка пришла по твою душу! — вещал Лорзуб, стоя перед павшим на колени раненым каджитом. Вокруг лежали трупы его подельников, а неподалёку Ра’Жинда с удовольствием сливала в песок контрабандную скуму, проданную Варди и Эйвиндом. — Ра’Кирар не виноват ни в чём, — скулил каджит, позабыв всю свою прежнюю суровость. — Отпустите меня, прошу! Шеггорат попутал, Азурой клянусь! Это всё те проклятые чужестранцы, что работают на М’Дези! — М’Дези?! — заинтересовался Нуриндил. — Говори, преступник! — О да, каждое слово, подобное капле истины, что твои уста прольют, приносит мир в Тамриэль! — не унимался Лорзуб. — Ра’Кирар лишь знает, что М’Дези сейчас в квартале Кирго. М’Дези продал мне эту партию скумы. Ну, то есть это сделали подельники М’Дези, два чужестранца-норда! — О-о-о-о-о-о-о-о! — театрально протянул Лорзуб. — Сколь мало ты знаешь, супостат! Слова твои известны всем, а знаний истинных ты дал нам столь мало… — Постойте-постойте… — Как смеешь ты, о червь, перебивать мою проповедь?! — воскликнул орк-каратель, но Нуриндил остановил товарища движением руки. — Что-нибудь можешь добавить в своё оправдание? Что знаешь о тех чужестранцах? — устало спросил Нуриндил. Ему страшно надоело гоняться по пустыням за каджитами. Куда больше палач любил леса Валенвуда и мерзких босмеров-бунтовщиков. С ними всё было как-то яснее, что ли. — Ра’Кирар лишь знает, что эти чужаки в Коринфе недавно. Они никогда раньше не торговали с Ра’Кираром! Больше Ра’Кирар ничего не знает… — Тогда да упокоится твоя душа, супостат, что продавал сирым каджитам яд для спасения чувств, словно угли под видом золота! Да будет твоя душа вечно мучиться в когтях Хирсина, как мучаются тела зависимых от скумы и да… — О, Сэнгин, хватит уже! — воскликнула Ра’Жинда и одним ударом вассина снесла голову преступнику. — Клянусь болью тысяч павших в Великой войне, Ра’Жинда, ты не снесла голову бедному супостату — ты отрезала язык мне, тем самым обрезав поток успокоительных слов, призванных… — Ра’Жинда, я не успел спросить у него последнее слово, — не менее разочарованно заметил Нуриндил, заполняя протокол казни. — Формально, это нарушение восьмой статьи устава юстициаров. Впредь, прошу, соблюдай все установленные протоколы, Ра’Жинда. — Вот заладили! — закатила глаза каджитка, продемонстрировав всё презрение к «протоколам». — Командир, не ведаешь ли ты, кто эти самые чужестранцы, что посмели примкнуть к непомерной армии врага нашего, М’Дези? — поинтересовался орк. — Не такая уж непомерная, — поправил Нуриндил. — Если верить письму, пришедшему с ястребом от Эрандила, то сегодня была совершена большая облава на банду М’Дези в Коринфе. Сейчас он в очередной раз вынужден зализывать раны. И ещё брат писал, что во время облавы были замечены чужестранцы. Я считаю, что мы должны выяснить там всё более тщательно. Касхи сердито зашипел. Ему явно не понравились слова главного. — Брат Касхи не хочет идти в Коринф, — отметила его сестра. — Ра’Жинда тоже не горит желанием. Опять придётся спать в какой-нибудь дыре. — Воистину, сестра! — воспел орк. — Новый губернатор воссел на престол песка, чтобы ставить нам препоны! Мой разум не в силах постичь: отчего правители Эльсвейра не принимают нас аки спасителей? — Не в этот раз, — отрезал Нуриндил. — Леди Айренн не сможет пойти против законов её страны, когда мы о них напомним. Ей придётся принять нас, какими бы отбросами она нас ни считала. — Сказал, словно бы сам Хермора дал божественное откровение! — взмахнул мечом Лорзуб. — Так в путь же, соратники! Да здравствует Доминион и Кошачья Четвёрка!!!
Примечания:
Продолжение следует, дорогой читатель!
