Радуга Камаргу

                    По закону подлости, добегавшись плохо одетым по холодной конюшне, Данил слёг с высоченной температурой. Эля до выздоровления отвезла его к себе домой, снабдив лекарствами, литрами клюквенного морса и кое-какой едой, когда ему станет получше. Двое суток Данил проспал, просыпаясь лишь для того, чтобы попить и посетить туалет. Эля после учёбы проведывала его и уезжала ночевать в клуб. На третий день Данилу полегчало, и он начал доставать её перепиской в ICQ, когда она была на занятиях в вузе. Khan: Привет. Что делаешь? Камаргу: Привет. Сижу на парах. Как самочувствие? Khan: Неплохое, скучно только. Можно комп включить? Камаргу: Да, конечно. Пароля нет. Камаргу: Это твой «рабочий» аккаунт? Khan: Да. У меня здесь много нерабочих контактов. Их слишком хлопотно переносить на другую учётку. Камаргу: Ясно. Khan: У тебя есть скаченные фильмы какие-нибудь? Я загляну в папку Video? Камаргу: Можешь смотреть всё, что угодно. Там нет секретной информации. Khan: Ок :)       Лодыгин прошерстил файлы и наткнулся на личные фотографии и видео Эли. Он мало что про неё знал, и любопытство вкупе с разрешением хозяйки взяло верх. Данил открыл фото. Много Эли с разными лошадьми, сидящая на татами Эля в кимоно на фоне портрета Морихея Уэсибы, Эля за гончарным кругом, Эля на конкурсе по бальным танцам, школьные фотографии, селфи Эли со светловолосым мальчиком. Целая папка была отведена под их фотки. Лодыгин просмотрел видеоролики, записанные на экшн камеру. Khan: Кто это? Камаргу: Мой одноклассник. Школьная любовь, не выдержавшая трудностей. Khan: Скучаешь по нему? Камаргу: Ну... Было клёво, но нам с ним не по пути. Khan: Я не про это спросил. Камаргу: Не знаю, мне некогда над этим думать. Khan: Где взять смену постельного белья? Камаргу: Поищи в шкафу. Пользуйся вещами как у себя дома.       Лодыгин закинул взмокшее от пота постельное белье в стиральную машинку и залез в шкаф. В платяном отделении он заметил висящий на перекладине ободок с кошачьими ушками и пушистый хвост. Khan: Интересные штучки у тебя водятся. Khan: Судя по цвету шерсти они предназначались для блондина. Камаргу: Он отказался их надевать.       Данил нацепил ободок и приладил хвост, крепящийся к телу системой резинок. Он отправил селфи Эле. Камаргу: Тебе идёт.       На следующей фотографии Лодыгин был в ушах и с хвостом уже без одежды. Камаргу: Даня, твою налево! Я на лекции. Камаргу: Ты понимаешь, что в мой телефон смотрит подруга, а там это?       Прилетела фотография паха Лодыгина, едва прикрытого хвостом. Khan: Нравится мой питон?       — Это тот паренёк из столовки, что ли? — шепнула Катерина.       Эля обречённо вздохнула. Камаргу: Я не помню, как он выглядит. Камаргу: Ты там питоноводством занимаешься? Khan: Нет, в предвкушении будущего секса разгоняю кровь по жилам ;-) Khan: Приедешь сегодня ночевать? Камаргу: Загляну, но не останусь. Ты ещё ядовитый, а мне сейчас болеть никак нельзя. Khan: Жаль. Камаргу: Сразу предупреждаю — даже не думай проверять мою выдержку и встречать в таком виде. Khan: Ну вот, а я только нашёл, чем заменить анальную пробку, чтобы избавиться от жутких резинок на хвосте. Камаргу: *чешет спинку* Khan: Мр-мр-мр-мр-мрум! *подставил живот* Камаргу: *гладит пузико* Khan: О, да-да-да-да, ниже, пожалуйста... *сладострастно извивается* Камаргу: *теребит дорожку* Khan: Ещё... Ещё! Камаргу: Выздоравливай! *легонько щёлкнула по носу*       — Какие у вас страсти, — прошептала Катерина.       — Не спрашивай ничего. Я сама в шоке, — ответила Эля.

***

      Одинцова остановила автомобиль в парковочном кармане и отстегнула ремень безопасности.       — Чего сидим? — сказала она Данилу. — Пошли за инструментом.       — Я тут подожду, — не шелохнулся он.       — Даня, я делаю это для тебя. Будь добр выбрать силиконовый болт по своему вкусу. Ты стесняешься, что ли?       — Понятно же, кого ты будешь им трахать, — пробубнил Данил.       — Консультанты и не такое видали. Присылать дикпики, когда знал, что в телефон смотрит чужой человек, ты не стеснялся. Отключай бабу и пошли внутрь.       Магазин эротических товаров «18+» занимал небольшой закуток на первом этаже в дальнем торце торгового центра. Стены были увешаны костюмами для ролевых игр, масками и эротическим бельём. На полках за стеклом красовались дилдо всех цветов и форм, вибраторы, нитки с анальными шариками, баночки со смазкой, флаконы с феромонами и эротическая литература.       Освещение в отделе было приглушённым. "Чтобы не бросалось в глаза, как я краснею," — подумал Данил.       За кассой стояла миловидная девушка, которая при появлении покупателей поздоровалась грудным голосом.       Эля не упустила возможности потроллить Лодыгина.       — Мне нужен страпон вот такой длины, — сказала она, разводя руки на метр.       Консультант профессионально улыбнулась, не глядя на стоящего позади Эли парня:       — К сожалению, таких не бывает. Могу предложить максимальную длину двадцать сантиметров. Вот, посмотрите, пожалуйста, на витрине. Вас интересует модель с ремешками или без?       Молодые люди повернулись к боевому арсеналу за стеклом. Страпоны отличались не только конструкцией крепления, но и формой рабочей части.       — Что-то приглянулось? — вполголоса спросила Эля.       — Ну... Тебе было удобно с той хреновиной?       — Не очень, если честно. Она то и дело грозила выскочить, так что я бы предпочла более надёжное крепление. Давай посмотрим с ремешками. По крайнем мере он универсальный и можно будет его привязывать и на тебя тоже.       — На меня-то зачем? — пробормотал Данил.       — Это мы обсудим позже. А форма какая больше нравится?       — Лучше естественная и с одинаковым диаметром по всей длине.       Эля снова обратилась к консультанту:       — Будьте добры, вот этот и анальную смазку.       — Канистру, — одними губами сказала Данилу Эля, пока продавщица доставала страпон с витрины.       В полутьме отдела Лодыгин, смущённый, залившийся краской, выглядел восхитительно волнующе.

***

      Данил прыгал по коридору к входной двери на одной ноге, по пути выпутываясь из зимних штанов. За порогом стояла Эля, поленившаяся искать по карманам ключи от квартиры. Фигура в кальсонах вызвала на её лице довольную лыбу:       — М-м-м, ты надёл для меня своё самое сексуальное бельё.       Коротко рассмеявшись, Лодыгин забрал у неё из рук пакеты с продуктами.       — Раздевайся, я сейчас разогрею ужин.       Когда Эля появилась на кухне, стол уже стоял накрытым. Данил сегодня отдыхал, и она за ужином рассказывала, что интересного происходило в клубе. Несмотря на непринуждённую болтовню, между молодыми людьми висело едва ощутимое напряжение от того, чем должен был закончиться этот вечер.       Эля взяла бутылку красного вина, собираясь откупорить, но Данил встал и накрыл ладонью горлышко. Она удивлённо вскинула голову.       — Не надо, — сказал он.       — Всего чуть-чуть. Вино немного расслабит нас, — примирительно произнесла Эля.       — Мне не нужен алкоголь, чтобы заняться с тобой сексом, — он отобрал у неё бутылку и спрятал в подвесной шкафчик над её головой. — И тебе тоже.       Он стоял напротив неё, одной рукой продолжая удерживать ручку дверцы, а второй опираясь на стол. Данил отпустил дверцу и осторожно кончиками пальцев коснулся Элиной шеи. Он наклонился и губами ущипнул её за скулу. «Класс,» — думала Эля, прикрыв веки и сгорая от желания податься ему навстречу и поймать его губы. — «Он сказал, что его нельзя целовать, но это было при других обстоятельствах. Если я спрошу сейчас, он может солгать, чтобы не оттолкнуть меня». Данил медленно покрывал лицо Эли лёгкими поцелуями. Его ладонь скользила по её обнажённой руке, большим пальцем щекоча нежные участки. Он прикусил ей мочку уха, потёрся щекой о шею и вдруг впился зубами, с силой засасывая кожу и оставляя багровый след.       Эля хихикнула. Она потянула Данила в комнату и мягко толкнула на предусмотрительно разложенный диван.       — Я не нашёл страпон, — сказал Лодыгин, ёрзая по простыне.       — Сегодня он не пригодится, — Эля уселась на него верхом. — Я буду изучать тебя.       Она нависла над ним, опираясь на ладони по бокам от его головы. Данил имел привычку скусывать с губ обветрившуюся кожу, от чего они приобретали блеск и алую окраску. Он лежал под Элей с разметавшимися по простыне волосами.       — Ты такой красивый, — произнесла Эля, невесомо проводя пальцами по брови молодого человека.       — Не надо говорить мне комплименты, я же не девушка, — фыркнул Данил.       — Я хочу запечатлеть в памяти, как ты лежишь снизу и ждёшь начала активных действий.       Он оказался очень отзывчивым. Эля неторопливо ласкала его, дразнила чувствительные места, постепенно избавляя от одежды. Соскучившийся по долгим прелюдиям Данил охотно выгибался навстречу ей, подставляясь под её поцелуи. Его футболка соскользнула на пол.       Кровь Эли вскипала от одного прикосновения ладонями к телу Данила. Маленькие тёмные пятнышки на груди манили облизать и нащупать зубами мелкие сосочки.       — Ты используешь их при мастурбации?       — Нет, — выдохнул Данил.       Эля проложила дорожку из поцелуев, изучая языком рельефные мышцы. Она дразнила его у границы пояса, по миллиметру обнажая алчущий прикосновений низ живота. Данил издал короткий стон. Наконец, Эля потянула с него штаны. Его член требовательно выглядывал из-под резинки трусов.       — Сними бельё тоже, — попросил он, облизывая пересохшие губы.       — Фигушки, — ответила Эля. — Не так быстро.       Данил потянулся к паху, но она перехватила его руку и положила её на постель.       — Запрещаю тебе прикасаться к себе. Вообще. Ласкать тебя, особенно здесь, могу только я.       Она плечом раздвинула ему ноги.       — Ты будешь ждать меня, — говорила она, сопровождая каждую фразу поцелуями внутренней стороны его бедёр и неспеша спускаясь к трепещущей выпуклости. — Жаждать моего внимания.       Эля потёрлась лицом об ткань боксеров:       — И кончать от одной только мысли, что я буду с тобой делать.       Данил качнул тазом. Эля погладила его органы. Каменный член ударил её в ладонь. Эля сняла с Данила трусы. Он приподнялся на локтях, растрёпанный, взбудораженный, и, с улыбкой наблюдая за Элиной реакцией, нарочито медленно разводил колени в стороны, пока они не коснулись постели.       Казалось, что из ушей Эли повалил пар.       — Охренеть можно, — пробормотала она.       Эля взяла одну ногу за лодыжку и задрала вверх, прижимая к груди Данила и проверяя подвижность его суставов. Лодыгин лежал перед ней максимально раскрытый и красный от возбуждения. Выбросивший на живот лужу смазки, его член почти доставал до пупка, а прижавшиеся к нему по бокам яички заставили Элю потерять голову.       Она заткнула Данилу под поясницу подушку и подняла вверх вторую ногу, согнув её в колене. Всей поверхностью языка она одним длинным движением влажно провела от розовой звёздочки, по яичкам, по твёрдому стволу до головки. И ещё раз, ещё и ещё. Затем сосредоточилась на самом вожделенном для парня месте, обводя кругом нежные складочки. Данил метался по постели, комкая простынь, и грыз костяшки пальцев.       — Эля... Я сейчас... кончу, — простонал он.       Уже неважно, где лизала его Эля, — необратимый процесс пошёл, и молодой человек закричал в голос, изливаясь на живот. Несколько минут он захлёбывался эмоциями, затем его тело расслабилось, дыхание выровнялось, потяжелевшие веки смежились, и незаметно для себя Данил заснул.       Эля стёрла с него сперму, накрыла одеялом и поцеловала в уголок рта. «Я могу чмокнуть его в губы, пока он в отключке, но без его желания это сомнительное удовольствие,» — подумала она.       Данил очнулся глубокой ночью и, обнаружив спящую рядом Элю, с ужасом понял, что вырубился сразу после оргазма и не поласкал её в ответ. Однако не будить же её ради второй части марлезонского балета. Она жутко не любила, когда нарушали её сон. «Ладно, с меня должок», — решил Данил, осторожно притираясь к Элиной спине и обнимая девушку рукой.