По ту сторону моря

Позже они наспех ужинают, и Дин решает, что теперь самое время для выпивки, большого количества выпивки, чтобы попробовать убрать из головы картинку с братом, падающим в пропасть. Падающим в пропасть и забирающим с собой Люцифера, и надо прекратить переживать проклятое воспоминание, потому что с него уже достаточно. Сэм направляется обратно в номер, чтобы сделать несколько звонков. Дин направляется прямиком в бар. - Эй, - приветствует он барменшу своей лучшей улыбкой. Она улыбается в ответ, являя белоснежные зубы и ямочки. - И что я могу для тебя сделать? - Что бы ты там ни наливала, смотрится неплохо, – отвечает Дин, кивая на кран, - на пока, - добавляет он, подмигивая ей, и устраивается за стойкой. Место симпатичное, неофициальное и уютное, но и не являющееся при этом обычной забегаловкой. Столы из грубо отесанного дерева, а стены из сучковатой сосны. Мягкий свет и музыкальный автомат в углу, играющий что-то медленное и звонкое. Бар не заполнен, но немало людей сидит группами за столами, все одетые в джинсы и фланелевые рубашки. Баристка смеряет его беглым оценивающим взглядом, пока ждет, что кружка наполнится, и Дин ощущает искорку интереса. Она молодая, хорошенькая, и, наверное, пришло время вернуться в игру. Ему так не хватало изгибов женского стана, интимных прикосновений между двумя телами, и это возможно поможет ему забыть, но в последнее время даже это стоит ему немалых усилий. Может, это оттого, что с Лизой ничего не получилось, несмотря на попытки Сэма. Это было его предсмертным желанием, а Дин даже его не смог выполнить. - О чем задумался? – баристка передает ему пиво. Дин ухмыляется. - Поверь, оно того не стоит. - Правда? - она кажется веселой. - Неужели все настолько плохо? Дин улыбается ей. - Да нет… Слушай, хотел у тебя кое-что спросить. Я все слышу эти истории, что в озере живет что-то большое, – он наваливается на стойку бара: - Что ты об этом думаешь? Ты видела когда-нибудь? - Ну, - она наклоняется ближе, - мой дедушка часто рассказывал истории о Мишепишу - наполовину дракон, наполовину пума. Он говорил, что оно заставляет течение ускоряться, а его рога сделаны из чистой меди. - Правда? Звучит клево, - Дин отхлебывает пива. - Ты его видела? - Нет, это просто истории, - она резким движением откидывает свои длинные темные волосы за плечо и смеется. - Хотя они действуют на доверчивых туристов. Все сойдет, чтобы подстегнуть бизнес, знаешь. Дин кивает, любуясь ее длинной шеей, соскальзывая и задерживая взгляд на ложбинке меж грудями. Она сексапильная, заинтересованная в нем, и Дин уверен, что все еще помнит, как это работает. Он снова улыбается. - Приятно знать. Слушай, я в городе всего на пару дней, и... - Виски, пожалуйста, – перебивает знакомый голос. - Большую порцию. Баристка выпрямляется, испуганная неожиданным появлением сидящего рядом с Дином мужчины. - Ты не видела, как он подошел, да? - спрашивает Дин. Она хмурится и отрицательно качает головой. - Да, я тоже, - сочувствует Дин и поворачивается к Касу: - Что такое? - Рафаил... мудак, - медленно произносит Кас. Баристка переводит взгляд с одного на другого. - Сделай его тройным, – говорит ей Дин. Когда она отходит за бутылкой, он снова поворачивается к ангелу: – Дай угадаю: он все еще злится за тот огненный круг, в котором мы его оставили? Кас наклоняет голову, соглашаясь. - Это возможно. - Не могу сказать, что осуждаю его за это, - говорит Дин, делая большой глоток. – Пожалуйста, скажи, что он торчит на небесах. Жутко неприятный тип. - Он пока больше занят небесными кознями. Не думаю, что заинтересован он в земных делах. В конце концов, - добавляет он, раздраженно встряхивая головой, – люди стоят куда ниже него. - Ну конечно мы ниже, – Дин глухо смеется. – Но я более чем счастлив, быть вне его поля зрения. Баристка возвращается с бутылкой бурбона и большим стаканом. - Как насчет этого? Дин кивает. - Отлично. - Платит он, - произносит Кас, указывая рукой в сторону Дина. - Конечно, платит он, - Дин вздыхает и лезет за бумажником. – Можешь еще один стакан принести? Он расплачивается, а девушка, тем временем, приносит второй стакан, и пока он его наполняет, Кас жалуется на небеса, довольный, что нашел сочувствующего. Дину все это кажется крайне забавным, все эти ангелы, спорящие о порядках и все их политические маневры. Для всего своего самодовольства и превосходства, ангелы еще более придурочное стадо, чем люди. После пива и пары стаканов бурбона монолог Каса становится еще более смешным, и наверное он не должен получать удовольствие, когда Кас так расстроен, но черт, Кас слишком быстро удрал с земли, чтобы играть на небесах в шерифа. Поделом ему. - Но, но Дин... – невнятно произносит тот. – Они же херувимы! Ангелы третьего класса, и тоже хотят такое же место за столом, - он встревоженно встряхивает головой. – Это неправильно. - А кто говорит, что они третьего класса? Кас делает еще глоток. - Кто говорит? Не знаю. Бог говорит. Они просто такими созданы, – его тон немного пренебрежителен. - А, правда? Откуда вообще берутся ангелы? – спрашивает Дин. Тот ставит стакан на стойку. - Что? - он поднимает брови и хмурится. - Ангельские детишки, - Дин наполняет оба стакана. - Они ведь есть? Откуда они берутся? Обескураженное лицо ангела заставляет Дина громко рассмеяться. Ему действительно не хватало Каса. И это, наверное, бурбон заставил его почувствовать столько теплоты к ангелу, что даже когда хорошенькая баристка наклоняется к ним и спрашивает «Мальчики, вам что-нибудь еще принести?», Дин едва это замечает. Когда Сэм возвращается, Дин уже не чувствует боли, только радость и оживление от хорошей пьянки. Они проходят к столику в углу, и Дин сразу рассказывает брату о херувимах, просто чтобы увидеть, как тот улыбается. И тот улыбается, и громко смеется, заказывая пиво и ударяясь в лекции о гражданстве. Вскоре они с Касом уже спорят о каких-то глубокомысленных вещах, и Дин уверен, что это что-то важное: один ангел, один голос, и так далее. Но во время всего этого он просто пьет и улыбается, глядя на них, и пьет еще. Его маленький приятель ангел и брат-переросток, победивший дьявола – нет, ну вы такое видели? Они оба просто офигенны. - Я ведь прав, Дин? – спрашивает Сэм, когда дискуссия становится особенно напряженной. - Сэмми, ты супер, – Дин опрокидывает в себя остатки бурбона и с громким стуком ставит стакан на стол. - Кас, ты тоже, приятель, - он похлопывает его по плечу. Сэм ставит на стол свое пиво и подозрительно смотрит на брата. - Дин, пожалуйста, скажи, что ты не поддерживаешь Каса. - Что? У тебя какие-то проблемы с этим? Потому что у меня нет. У меня нет никаких проблем со всей вселенной. Разве это не круто? - он берет бутылку, но та по какой-то причине пуста. - Кроме разве что вот этого. Это проблема. Бармен! - он машет пустой бутылкой. - Дин, - шипит Сэм. Он отбирает бутылку из его рук и отрицательно жестикулирует официантке. - Все веселье портишь, - жалуется Дин, хотя комната уже начинает кружиться. - Может, ему пора передохнуть, - Кас встает из-за стола. - Спасибо, Сэм, за поучительную беседу. Ты дал мне много пищи для размышлений. - Мой братишка, - выговаривает Дин, с широкой улыбкой, откидываясь на спинку стула. - Он толковый. Сэм смеется. - Это я запомню и буду цитировать. Всегда рад помочь, Кас, - он указывает на брата. - Поможешь мне с ним? - Разумеется, - он тянется к тому рукой, но Дин оказывается быстрее, перехватывая его кисть. - Эй... никаких перенесений, - упрямится он. – Тут всего пара кварталов, я и на своих двоих могу добраться, спасибо. - Я не собирался переносить тебя. Я хотел помочь тебе подняться, – отвечает Кас возмущенно. - И как я должен был отличить твою переносящую руку от помогающей подняться? - ворчит Дин – и мне не нужна помощь, - но он все еще держит Каса за руку, и, возможно, помощь ему все же нужна. Выпитый бурбон будто тянет вниз, наверное, он выпил больше, чем полагал. Он уже отвык от этого, но, проклятье, ему это было необходимо. Он позволяет Касу поднять себя со стула, но потом высвобождает руку, пока они пробираются через теперь уже полный бар, с Сэмом, идущим впереди. Наконец, они выходят на прохладный ночной воздух. На дворе спокойная ночь, и в небе полно мигающих звезд. Дин опирается рукой о плечо Каса и благоговейно смотрит вверх. - Клево, правда? Это настолько потрясающе, что он теряет равновесие, и рука Каса соскальзывает, обхватывая его талию, чтобы поддержать. Несколько глубоких вдохов, и его разум снова достаточно чист, чтобы мир вокруг стал ясным: сосны, шумящие на ветру, отдаленные крики совы и Кас, плотно прижимающийся к его бедру. Когда они направляются дальше, вокруг темно, очень темно, и Дин спотыкается о кочку и врезается в Каса, но тот снова удерживает его, даже не покачнувшись от его веса. - Знаешь, что я о тебе думаю? – спрашивает Дин, похлопывая его по груди. Кас обдумывает вопрос. - Я супер? - догадывается он. - Именно. А еще знаешь кто ты? Ты хороший чувак. Для ангела. Потому что большинство ангелов козлы. Как ты смог не стать козлом? - Многие ангелы меня таковым и считают, - отвечает тот. - Потому что они козлы, - поясняет Дин, довольный своими доводами. Он наклоняется к Касу, и ангельская хватка вокруг его талии становится сильнее. - Так, Сэмми? - Конечно. Как скажешь, Дин. Сэм явно слишком пьян, чтобы уследить за его рассуждениями, но достаточно сообразителен, чтобы согласиться. - Ты же помнишь, что старший брат всегда прав, – отвечает Дин. - Конечно, ты прав. Сэм приглушенно смеется, и это жутко неприятно, но его майка задралась, и теперь теплая рука Каса касается обнажившейся кожи, что чертовски отвлекает. Дину приходит в голову, что стоит лишь чуть притянуть его, чтобы развернуть к себе лицом и поцеловать. Не то, чтобы ему хотелось его поцеловать или типа того. Это просто мысль, промелькнувшая в голове. Хотя, наверное вышел бы приятный поцелуй, прямо как в его сне. Но сон или нет, а Дин не из тех, кто слоняется по округе, целуя других парней. Да, у него случалось с парнями – иногда приходилось обходиться тем, что есть – но целоваться?! Ни за что. К тому же, Кас даже не парень. Он даже не человек, он ангел господень. И Дин для него важен, что бы это не значило. Если Дин действительно так много для него значит, Кас мог бы ошиваться рядом, а не спешно сбегать на небеса, так? - Мог бы и попрощаться хотя бы, – говорит ему Дин. Кас останавливается. - Но я еще тут. - Я знаю, - Дин снова спотыкается, его бедро задевает бедро ангела. – Оу, мне кажется, я напился. - Черт, Дин, - говорит Сэм, смеясь, – сколько бурбона там было? - Кас выпил большую часть. Так? Эй, а ты чувствуешь что-нибудь? – Дин оборачивается, и лицо Каса оказывается прямо напротив него, его кожа гладкая и бледная, лунный свет падает на его скулы, и Дин чувствует себя полным придурком, потому что замечает это. Но, блин, это же не его вина, что Кас симпатичный. Его сейчас так просто поцеловать… - Да, пожалуй, что-то ощущаю, – соглашается Кас, пристально глядя на него. - Приятно слышать, – Дин тыкает ему в грудь пальцем. – Мне совсем не нравилось думать, что весь тот бурбон пропал зря. - Давай, Дин, мы уже пришли, - говорит Сэм. Звякают ключи, и Дин поднимает голову и видит, что они уже напротив их номера. - Дорогая, я дома! - он широко ухмыляется Касу, который как-то подозрительно смотрит на него. - Это... эммм... – начинает объяснять Дин, – А, забудь. Он позволяет Касу завести себя в шикарную хижину, обшитую сосновыми панелями, с кожаными сиденьями и рисунками, выложенными из досок на стенах. Но Дин не помнит, чтобы свет был таким ярким, и когда Кас скидывает его на кровать, комната начинает тошноворно кружиться. - Ох, - он лежит, зажмурив глаза, в желудке все ворочается, и, проклятье, он все-таки выпил слишком много бурбона. - Ванная прямо рядом с тобой, - говорит Сэм, – не стесняйся до нее доползти, если соберешься блевать. Лишь бы не на мои вещи. - Пошел ты, – стонет тот. Открыв глаза, Дин видит Каса, стоящего над ним, сердито уставившись, и, несмотря на дискомфорт, Дин почему-то счастлив. - Эй, приятель, - произносит Дин, дотягиваясь, чтобы схватить его за плащ, – знаешь, что? Ты для меня тоже очень много значишь. Хоть он и пьян, но совершенно уверен, что на лице ангела появилась улыбка. Легкая, но искренняя улыбка. Кас кивает, а затем прикасается к его лбу, кончики пальцев задерживаются в осторожной ласке. Глаза Дина закрываются, его рука выпускает плащ и соскальзывает на кровать. Его желудок успокаивается, комната прекращает кружиться, и он проваливается в глубокий и к счастью, без сновидений, сон. Он не просыпается до утра, а когда просыпается, голова абсолютно ясна, а желудок спокоен и требует еды, будто прошлым вечером он не выпил ни капли. *** Весь день он проводит с Сэмом в библиотеке местного университета, делая пометки и ксерокопии. Они сравнивают показания очевидцев, выискивая общее и сужая круг поиска. Это привычное и успокаивающее занятие, сидеть сгорбленно над книгами вместе с Сэмом, хотя в данном случае, спорить о количестве голов было необычно даже для них. Когда спускаются сумерки, они готовы. Во всеоружии как никогда раньше, как кажется Дину. - Окей, - произносит он, подкидывая еще ветку в костер. – Мы собираемся сделать это? - костер трещит, посылая искорки в воздух. Сэм скидывает свой вещевой мешок на песок. - Угу. - Вы уверены, что это благоразумно? – спрашивает Кас, глядя на воду. Плащ развевается на ветру из-за сильного бриза. - Ни на йоту, – фыркает Дин. – Но нам надо знать, с чем мы имеем дело. Сэм выкладывает флакончики и заметки для ритуалов вызова, а Дин достает пистолет с соляными патронами, и револьвер с серебряными пулями. Нож Руби надежно пристегнут к его ремню, рядом с ножом с серебряным лезвием. Он чувствует знакомое возбуждение от приближающейся охоты, учащающееся сердцебиение, а тело будто покалывает – это их работа, и они в ней хороши. И, тем не менее, его ладони потеют, а плечи напряжены, и волей неволей в голову приходит мысль о том, что они уже спасли мир, проклятье, неужели больше некому спасти чертово озеро? Он стряхивает с себя эти мысли и делает глубокий, ровный вдох, а затем кладет руку Касу на плечо. - Слушай, Кас, а если вылезет что-нибудь действительно крутое? Перенесешь нас отсюда? Тот кивает. - С удовольствием. Это слегка обнадеживает. - Почему бы не начать со Скиллы? – говорит Сэм. - Водная нимфа с шестью головами, двенадцатью ногами и телом, сделанным из лающих собак? Конечно, - Дин достает нож. - Тащи ее сюда. Сэм берет свои заметки, и встает на край, у воды. Он разбрызгивает микстуру из трав и пепла над водой, и спокойным голосом начинает читать заклинание на греческом. Дин держит в одной руке фонарик, светя на записи, а другой крепко сжимает нож. Несмотря на тревогу, он заинтригован. - Мне даже хочется увидеть ту, что с лающими собаками, – признается он Касу, стоящему сбоку. И видя, как тот хмурится, поспешно добавляет: – Что в этом такого? Кас наклоняет голову. - Я бы предпочел не видеть. Сэм заканчивает, и они ждут. Дин изучает горизонт, выискивая активность над водой, но ничего не видит. Только отблеск от контейнерского судна вдалеке, наверное направляющегося к Великим озерам. Десять минут проходят в напряженной тишине, нарушаемой лишь треском костра позади них. - Ну что ж. Это не Скилла, – говорит Сэм. – Попробуем с гидрой? - Черт, - вздыхает Дин. - А я уже надеялся на водную нимфу. - Говорят, что силой своего дыхания гидра может убить человека или животное, – задумчиво произносит Кас. - Мы сейчас о девяти головах говорим? – спрашивает Дин. – Это должно быть еще то зловонное дыхание. Сэм кивает и перелистывает свои заметки. - Почти как ты, после тарелки луковых колец, Дин. - Вот за это в следующий раз закажу двойную порцию. - Думаю, если бы мы действительно имели дело с гидрой, количество смертей и разрушений было бы куда большим, – говорит Кас. - Был один утонувший вместе с первой потопленной лодкой, но да, это аргумент, – произносит Сэм. Дин бы не пожалел, если бы это оказалась не гидра. Девять голов все-таки немного слишком. Особенно если они действительно быстро отрастают снова, две вместо одной, если их отрезать. - К счастью, тогда это ни к чему не приведет, – Сэм поворачивается и сыплет горсть минералов и трав в огонь. Пламя вспыхивает зеленым, синим и розовым. - Только будь готов перенести нас, – шепчет Дин ангелу. Сэм выговаривает заклинание, Кас помогает ему, когда тот запинается на некоторых словах. Дин не отводит глаз от воды. Он не уверен, что они все делают правильно, они нашли несколько разных ритуалов для вызова гидры, и хотя Сэм хотел попробовать несколько из них, они все могли быть неправильными. Спустя пятнадцать минут все еще ничего. Дин делает глубокий вдох и медленно выдыхает, расслабляя плечи. - Уже можно назвать это неудачей? - Мы можем попробовать еще один ритуал. Левиафан, демон-змей, – говорит Кас. - У него только одна голова, так? – спрашивает Сэм. - Только одна, но и ее достаточно. Обычно они пребывают в аду, но возможно, с восстанием Люцифера... - Да, - Дин состраивает гримасу, – змеевидный демон? Прямо то, что нужно. Кас делает шаг вперед, возле его ног плещется вода. Вытянув одну руку вперед, раскрыв ладонь, обращенную к горизонту, он закрывает глаза и склоняет голову вперед, будто вслушиваясь. Поднимается ветер, воздух наполняется электрическим потрескиванием, и у Дина перехватывает дыхание – это серьезное моджо. Иногда у него из головы вылетает, что к Касу снова вернулись все силы. Когда Кас медленно и монотонно начинает говорить на енохинианском, у Дина волосы на затылке дыбом встают. Он поглядывает на Сэма, тот нервно уставился на воду. Дину совсем не хочется иметь дело с адом и демонами, не так рано. Он еще не готов к этому. И учитывая выражение лица Сэма, тот тоже. Кас замолкает, снова вслушиваясь. Дин сканирует поверхность воды, берег, деревья за песками – ничего. Через минуту или две, Кас опускает руку. - Нет. Это не левиафан, – заявляет он. Сэм похлопывает его по спине. - Приятно слышать. Дин с облегчением засовывает нож обратно в ножны. - Это все, что мы нашли. Может, стоит попробовать кошачью мяту для Мишепишу, э? – он говорит слишком быстро, чувствуя слабость в коленях, и чтобы спрятать свое беспокойно, возвращается к костру, который оживленно горит. – Никто хот-догов не прихватил? - Нет, - отвечает Сэм, открывая вещевой мешок. – Но есть кое-что получше, - он достает пакет и кидает его Дину. Зефир!* - О, умоляю, скажи, что ты заодно захватил крекеры, и шоколадные батончики. Сэм ухмыляется. - Ага. Найди веток. Дин торопится, Кас с ним, все еще поглядывая на воду. Но ничто не показывается, сверхъестественное или нет, и вскоре они все устраиваются вокруг костра. Дин рассказывает Касу премудрости того, как надо осторожно плавить зефир (нет, повторяю, нельзя чтоб они загорелись), пристраивать крекеры и шоколад, и, наконец, как разламывать крекеры. - Надавливай постепенно, - объясняет он Касу, аккуратно кладя крекер сверху. -Ты должен убедиться, что зефир плотно прилегает к шоколаду, да, это сложновато. Осторожно, не сломай крекер. Кас кидает на него взгляд, его руки все в липком зефире. - Ты только попробуй, – говорит ему Дин, запихивая собственный зефир в рот, оставляя повсюду крошки. И да, это сложновато, но восхитительно вкусно, сладко, и хрустяще. Сэм довольно хрустит поглощая свой зефир с крекером в один укус. Кас осторожно надкусывает свой, и Дин смеется, просто довольный тому, что он здесь, перед горящим костром в прохладную ночь, с хорошими людьми рядом, и без всяких левиафанов и гидр на горизонте. *** Несмотря на греющее солнце, над озером веет прохладный утренний бриз, и Дин сильнее закутывается в куртку. Еще один опрос, теперь уже владельца мотеля, который слышал от друга своего друга об огромном извивающемся создании, замеченном экскурсионной лодкой. Неясная история, ничего убедительного. Но сейчас, когда Дин ходит вдоль берега, с деревьями, разбросанными то там, то здесь, он чувствует, что тут определенно что-то не так: остатки деревянного причала, части лодки, и недалеко от берега разбитое парусное судно, сильно накренившееся на бок. Сэм беседует с ее хозяином, который только пожимает плечами и кажется не особо взволнованным этим бедствием. - Простите, - Дин окликает проходящую мимо женщину. – Вы видели, что тут произошло? Она отрицательно качает головой. - Мы понятия не имеем. Просто проснулись утром, и все уже было вот так. Думаю, может ночью штормило, но утром небо было абсолютно чистым без единого облачка. - Может, лодка врезалась в причал? - подсказывает он. - Вот они и выясняют. Надеюсь, что нет. Мне совсем не нравится мысль, что кто-то пострадал. Это плохо для туризма, - она обеспокоенно встряхивает головой. - Слушайте, я должна идти работать. - Ну да, плохо для туризма, – бормочет Дин вполголоса. Пронзительный крик вдалеке заставляет его вздрогнуть. Это женщина у волнолома. Дин поворачивается и бежит к ней, сердце начинает колотиться быстрее. Когда он оказывается на месте, то видит нечто похожее на кучу лохмотьев, вынесенных волнами на берег рядом с голыми скалами, но затем он замечает длинные каштановые волосы и маленькую, деликатную руку. Женщина бросается туда, всхлипывая, но когда он подбегает к девушке, Дин видит, что уже слишком поздно: вокруг полно крови, и ее лицо будто раздавлено, нос расплющен. Проклятье. Он чувствует накатывающую тошноту. Ему не хочется больше этим заниматься, он больше не хочет видеть подобное, он видел уже достаточно смертей. Мать девушки громко кричит, около нее появляется мужчина, встающий на колени рядом с телом, наклоняя голову и касаясь ее. Начинает собираться толпа, и Дин думает, что возможно жнец уже здесь, ожидающий, чтобы забрать себе очередную душу из тела, оставленного без жизни еще одним монстром. Дин поворачивает и вглядывается в воду. Он видит, что Сэм делает то же самое, но там ничего нет, ничего кроме грохочущих волн, подгоняемых ветром. Сэм ловит его взгляд и качает головой, держа руки поднятыми в недоумении, а затем снова указывает на то место, где лежит изломанное тело. На песке остались борозды, будто оттуда уволокли нечто длинное и тяжелое. Дин подходит ближе, намеренно обходя небольшую собравшуюся толпу. - Какого черта? – он касается борозды ногой. Она могла бы остаться от небольшой лодки, а может и от чего-то другого. Кто-то задевает его, мелькнули знакомые очертания развевающегося бежевого плаща. - Простите, - Кас проталкивается сквозь толпу и становится рядом с родителями жертвы. - Вы врач?- спрашивает его отец тихим и неровным голосом. Мать все еще всхлипывает, поднимая на ангела покрасневшие глаза. - Нет, - отвечает Кас. Дин изумленно наблюдает, как Кас наклоняется, протягивает руку и прикасается двумя пальцами ко лбу девушки. Затем, все так же быстро, он встает и уходит по изборожденному песку. - Мама? Отец? Девушка садится, полностью в замешательстве, на ней нет ни следа. Родители, не веря, уставились на нее, и Дин заражается их опасливой радостью. Он не понимает, зачем Кас сделал это, но чувствует себя так, будто у него сняли огромный груз с плеч. Дин поворачивается и уходит, обходя маленькую толпу и следуя за Касом. Он нагоняет ангела на полпути к тропинке, все еще двигаясь слишком быстро, даже когда тот оборачивается, и, не успев затормозить, он влетает в его личное пространство. Кас спас жизнь той девушке, и Дин чувствует нечто куда большее, чем благодарность, большее, чем удивление, это скорее что-то обжигающее. Он не знает, что сказать, и просто обнимает его за шею и целует. Прямо как в том его сне. У Каса мягкие губы, и он целует в ответ с осторожностью, и поцелуй длится всего секунду, но они успевают погрузиться в него: Дин, целующий его, и Кас, отвечающий на поцелуй. И это здорово и странно одновременно, и то, что ангел отвечает – это странно тоже. Дин отрывается от него, и тот внимательно смотрит на него с теплотой во взгляде. Он совсем не кажется ни шокированным, ни взволнованным. Скорее даже довольным. - Эй, парни, я... эээ... парни? – окликает их Сэм. Дин все еще стоит с ангелом нос к носу. Ветер закинул его галстук на плечо, и Дин дотягивается на него, поправляя, и делает шаг назад, поворачиваясь к Сэму, который стоит и смотрит на них с широко распахнутыми глазами. - Да, Сэмми? – Дин сам удивлен, что его голос звучит абсолютно нормально. - Я чему-то помешал? - Что? - переспрашивает Дин, его сердце бешено колотится. – Мы искали то существо. - Оу… Последний раз, когда я проверял, его не было на лице у Каса, - он поджимает губы, и Дин хорошо знает это выражение – Сэм изо всех сил старается не засмеяться. - Сэмми, это серьезное дело, – настаивает Дин, – девушка фактически умерла. Ты был прав, там что-то есть, и оно убивает людей. - Дин, она упала, - объясняет Сэм. – Прямо на скалы. Хозяин шлюпки видел, как это произошло. - Оу... Это не было атакой змея? – Дин озадачен. Сэм качает головой. - Никакого змея на этот раз. - Я уверен, вы найдете его, - ободряюще произносит ангел. - Да мне и без монстра хорошо, правда, – отвечает ему Дин. Смотреть на Каса было ошибкой: его глаза глубокого синего цвета блестят на солнце, и он смотрит на Дина, будто завороженный, и Дин не может отвести взгляда от его неожиданно податливых губ, что изогнулись в намеке на улыбку. И Дин хочет поцеловать его снова, или же удрать на всей скорости в противоположном направлении. Он сам не знает, что лучше. Кас наклоняет голову набок, и его взгляд становится более холодным. - Верно, - он вздыхает. Глаза снова смотрят на Дина. – Я должен идти, долг зовет. Как ни прискорбно. И он тут же исчезает. Слава Богу. - Дин... - начинает Сэм. - Давай, Сэм, пойдем проверим ту семью, - Дин разворачивается и в спешке направляется обратно к холму, пока брат не успел перехватить его на своих длиннющих ногах. *** - Дальше поверни влево, - говорит ему Сэм. Из-за дождя видно плохо, но Дин, наконец, замечает поворот и выводит машину на дорогу. Озеро располагается по его правую сторону, волны бьются о берег. Небо серое, и вода в озере тоже, ветер встречный, а шторм достаточно силен, и Дин рад, что находится в импале, в тепле и сухости. - Долго еще? - Пока не доедем до конца полуострова, полагаю, - Сэм склоняется над картой. - Здесь не много дорог, и думаю они все ведут к главному причалу. - Погода сходит с ума. Нам повезет, если дорогу не затопило. - Эй, - произносит Сэм. - Говоря о безумии, давно это у тебя к Касу? Дин делает музыку громче и начинает настукивать ритм об руль. - Клевая песня, правда?- выкрикивает он, пока в колонках ревет «American Band”. Сэм дотягивается до кнопки динамика. - Сэмми, не смей... Приподняв брови, Сэм убавляет звук. - Отличная попытка, Дин. Итак, вы с Касом? Дин крепко сжимает руль. - Какого черта ты несешь? Нет никаких «нас с Касом». Сэм поворачивается и неумолимо смотрит на него. И тогда Дин сдается. - Ладно, хорошо. Это было только один поцелуй. - Ха. Так ты его все-таки поцеловал, - победно заявляет Сэм. - Что? Да чтоб тебя, Сэмми, – отвечает Дин, осознавая, что только что спалился. – Ну ты и придурок. Сэм смеется. Это искренний и звонкий смех, и Дину приходится отвернуться, чтобы брат не заметил, что он сам тоже начинает смеяться вместе с ним. Ему нравится этот звук, и он не слышал его уже очень давно. - Эй, я понял, он вроде очень даже ничего. - Заткнись, – отвечает Дин. Сэм начинает смеяться еще сильней. - С огромными голубыми глазами. - Я сказал, заткнись, придурок… - Я думаю, он тебе подходит, правда. Дин поднимает указательный палец в воздух: - Если ты сейчас не прекратишь, я остановлю машину, и… Сэм шлепает по колену, продолжая развлекаться. - Ты практикуешься для того момента, когда у вас будет дети? Дин ударяет по тормозам и выруливает машину в сторону обочины, чтобы ее не занесло на мокром от дождя асфальте. Он пробует пристально посмотреть на брата, но выдерживает лишь пару секунд, и лишь ухмыляется и качает головой. - Я понятия не имею, какого черта я делаю, Сэмми, – произносит он, наконец. – И если честно, он тоже. - Это не ново, - отвечает тот, становясь снова серьезным. - Разве кто-то из нас когда-нибудь это знал? Дин бросает на него удивленный взгляд. – Вау. Младшенький становится глубокомысленным… - Я просто хочу сказать, – продолжает Сэм, – я думал, что знаю, я был в этом уверен, а затем бесился, когда это не срабатывало. Я не уверен, что оно хоть раз того стоило. - Окей, – кивает Дин. Может, брат в чем-то и прав. – Я понял. - Так что эта история с тобой и Касом, может, пусть будет, что будет? - И тебя это не пугает?- спрашивает Дин. – Потому что меня да, во многих смыслах. - Я и не говорю, что совсем ничего странного тут нет, но сам подумай, Дин. Я пил кровь демонов. Я сказал «да» Люциферу, и я помню, как мы с ним мило болтали у меня в голове, – он усмехается, и тут же его голос становится будто уставшим и постаревшим. – По сравнению со всем этим, это ерунда. Да и в любом случае, мне нравится Кас. - Не то чтобы между нами что-то было. Я не... ты понял. Кас - парень. А Анна – это было совсем другое, - Дин улыбается. – Она была девушкой, и человеком, во всяком случае, тогда. Дину нравились девушки. Ему нравилось в них все: как они пахли, нравилось их касаться, и все эти изгибы женского тела... - Дин, поверь мне, между вами что-то есть. Дин хмурится – в смысле? - Ты вас двоих вместе со стороны видел? Дин качает головой. - Все, поехали, - он заводит мотор и снова выезжает на дорогу. Между ними ничего такого нет. Он просто поцеловал Каса, потому что… потому что был благодарен, что тот спас жизнь девушке. Конечно, Кас ему нравится, он хороший друг, они через многое прошли вместе, например через ад и конец света. Но Дин приберег романтику для людей, а не существ из другого измерения, и неважно, насколько эти существа очаровательны. * Маршмэллоу — аналог пастилы (но в варианте рецепта без яиц). Зефироподобные конфеты, состоящие из сахара или кукурузного сиропа, желатина, размягченного в горячей воде, декстрозы и ароматизаторов, взбитых до состояния губки. (Взято с википедии)