По ту сторону моря

Дин плюхается обратно на постель и берет пульт. - Эй, захвати мне сэндвич! - кричит он Сэму, закрывающему дверь. Сэм заглядывает обратно в номер: - Чувак, сделай его сам. Направляя пульт в сторону телевизора, Дин заявляет: - Вот-вот начнется доктор Секси! Сэм качает головой и уходит. - Только с горчицей, а не майонезом! - громко выкрикивает Дин ему вслед. Он включает телек как раз тогда, когда играет заставка. Кровать скрипит, пока он подкладывает подушки, удобно устраиваясь и облокачиваясь о деревянную спинку кровати. Очередной мотель, опять сучковатая сосна. Ему нравится эта местность, надо было бы почаще охотиться на морских монстров. Отличный пейзаж, отличная еда, не так много людей. Антенна, правда, плохо ловит. Дин хмурится, глядя на телевизор, и переключает в поисках канала получше. Картинка мигает и искривляется, и делается четкой, только когда на экране возникает сам Доктор Секси, броский и прекрасный как всегда, в своем развевающемся белом халате. - Чувак, отлично смотришься, – говорит ему Дин. Доктор разбирается с красоткой доктором Фрэнкли, но Дин знает, что на самом деле она не злится. Просто он ее заводит, и Дин в общем-то может ее понять. Если бы она хоть немного соображала, то затащила бы его в ближайшую кладовку, вместо того чтобы возмущаться. На первой же рекламе картинка снова ухудшается, экран мигает, когда начинается шоу. Затем все возвращается в норму, только чтобы переключиться на совершенно другой канал, Дин отрывается от телека и, само собой, видит Каса. - Привет, Кас, – говорит он как ни в чем не бывало, решив делать вид, что никакого поцелуя не было. Он был готов противостоять демонам, монстрам и тому подобному, он даже смотрел в лицо Смерти, но это... это совсем другое. Он выключает телевизор и решает подняться с кровати, так как валяться на кровати в той же комнате, что и Кас, внезапно начинает казаться занятием полным риска. Или полным еще чего-то. Возможно, напряжения. - Ну и как там дела с ангелами? - спрашивает Дин, когда Кас начинает подходить к нему. - История с комитетом продвинулась дальше? - Ты действительно хочешь это знать? - его голос низкий и хриплый, и он подходит все ближе, пока его лицо не оказывается напротив лица Дина. Дин застывает на месте. Он должен отойти, отвернуться, но не может: его словно загипнотизировали изгибы губ Каса, очертания его рта. Дин не двигается с места, даже когда Кас наклоняется вперед и целует его. Это совсем не то, что было у охотника в планах. Он не целует ангелов, он западает на людей. Точнее на женщин, горячих и сексапильных. Но сейчас его целует Кас, его губы такие мягкие и осторожные, и он не может этому противостоять; один поцелуй переходит в другой, а потом еще и еще, в нескончаемую череду поцелуев, пока он не приходит к выводу, что сходит с ума. Когда Кас утыкается носом в его щеку, Дин хочет попросить его прекратить, просто остановиться. Проклятье. Но затем Кас целует его шею там, где кожа очень чувствительна, и Дин вздрагивает. - Мне это нравится, - шепчет Кас, водя пальцами по его шее. И дело в том, что Дину тоже нравится. Он хватает его за отвороты тренча и притягивает к себе, чтобы поцеловать, как следует. Движением языка он приоткрывает его губы, потому что, эй, раз уж Касу захотелось поцеловать кого-то, он сам ему покажет, как это нужно делать. Кас отвечает, прижимаясь к нему с тихим, отчаянным, нуждающимся стоном, совсем как у людей. Это невероятный прилив силы, и руки Дина скользят под плащ Каса, притягивая его еще ближе. Его тело теплое и жесткое, он прижимается в ответ, с достаточной силой, чтобы Дин отступил назад. Поцелуи становятся все более хаотичными и совсем отчаянными, когда Кас прижимает его к стене. В последний раз, когда они были настолько близко, Кас бил его, но сейчас все куда лучше, особенно когда Кас прижимается бедром к его паху и трется об него. Дин ловит ртом воздух и с глухим стуком ударяется о стену головой. - Господи... Кас... Кас целует его подставленную шею, от него пахнет чем-то немного похожим на росу и свежим приозерным воздухом. - Что... а что случилось с застенчивым девственником? - спрашивает Дин осипшим голосом. Он может чувствовать его член, прижимающийся к его бедру, твердый и требующий внимания. - Ты. Ты привел меня в логово порока, – шепчет тот в его шею, – когда всем, чего я хотел, был ты. Удивленный, Дин берет его лицо в ладони, приподнимая его, чтобы посмотреть на него. - Серьезно? Ты никогда ничего не говорил. Кас прищуривает глаза. - А если бы сказал, как бы ты отреагировал? - Я бы с криками убежал в ночь, - Дин все еще мог бы это сделать, если бы контролировал себя. Всего этого слишком много для восприятия, и Дин снова целует его, пока Кас пробирается под его рубашку, скользя пальцами по животу и выше. Дин подается навстречу его рукам, и это безумство: то, как отчаянно он нуждается в этих прикосновениях. - Дин, я должен у тебя кое-что спросить, - его руки останавливаются на груди. Этот официальный тон сразу привлекает внимание Дина. - Что? Кас задирает его майку, обнажая грудь. Его глаза задерживаются на татуировке, а пальцы соскальзывают ниже, к центру груди. - Я оставил на тебе и Сэме печати, скрывающие ваше местонахождение от ангелов. Но, к сожалению, вы и от меня сокрыты. - И? - слишком сложно сосредоточиться, когда пальцы Каса гладят его кожу. Кас поднимает к нему глаза. - С моими вернувшимися полностью силами, я могу оставить такую отметку, что я, и только я, смогу найти тебя. Если ты позволишь, – он надавливает ладонью на его грудь. Дин приоткрывает рот, но закрывает снова. - То есть я буду принадлежать тебе или типа того? – спрашивает он, наконец. Дин пытается звучать воинственно, но терпит неудачу. Эта идея заводит его, а это совсем ненормально. С едва заметной улыбкой Кас качает головой. - Нет. Ничего подобного. Дин делает вдох. - Ладно, хорошо. Валяй. - Благодарю, – Кас закрывает глаза, концентрируясь. Резкое жжение, и Дин охает, но не от боли. - Сделано, – спокойно произносит ангел. - Чудно, - отзывается Дин. Кас кажется озадаченным, и Дин целует его. Он полностью уверен, что это во всех смыслах неправильно, что ангел и человек не должны вот так целоваться, будто от этого зависит их жизнь. Но то, как они дополняют друг друга, кажется правильным, особенно когда Дин кладет ладони на его ягодицы, а Кас стонет и толкается ему навстречу. И Дин хочет, хочет толкнуть его на кровать, раздеть догола и... Из-за окна раздается знакомый шум, шум двигателя импалы. Кас хмурится, будто он понятия не имеет, отчего поцелуи прервались. - Мой брат?- напоминает ему Дин. Он всегда либо крайне вовремя, либо крайне невовремя. - Ну да, - кивает Кас. Дин снова натягивает майку. - Вниз, чувак, – говорит он собственному слишком возбужденному члену, засовывая руки в карманы, чтобы подправить положение. Он оглядывает Каса, который и не двигался с места. Тот просто стоит, погруженный в раздумья, еще больше помятый, чем обычно. - Кас, иди сюда, дай мне хоть… – Дин поправляет его плащ спереди, одергивая его, а Кас наблюдает за его руками. Галстук висит еще кривее обычного, и Дин распрямляет его. Но нет, слишком ровно, это же очевидно. И он снова выворачивает его наизнанку, но опять получается не то. Дин уверен, что это все равно не та сторона, но уже слышит, как Сэм идет по дорожке, и отворачивается, проводя ладонью по собственным волосам, стараясь успокоиться. - Дин, - Сэм проталкивается в дверь, его руки нагружены пакетами, – у меня появилась зацепка об очевидцах в гавани Коппера... О, привет, Кас. - Сэм, - произносит Кас, отводя взгляд в пол. Сэм переводит взгляд с Дина на него, потом опять на брата. Он беззвучно произносит губами: "Ничего нет?" Дин отвечает сердитым взглядом. - Ты мне сэндвич принес? Младший протягивает ему пакет, и Дин выхватывает его из рук брата. Он поворачивается и бегло замечает свое отражение в зеркале: покрасневшие щеки, взлохмаченные волосы и красная отметина на шее - ничего удивительного, что Сэм ухмыляется. - Кас, хочешь чего-нибудь? Я пончиков принес, – говорит Сэм. Кас задумчиво оглядывает коробку, затем протягивает руку и выбирает тот, что в шоколадной глазури. Когда он кусает его, Дин невольно спрашивает: - Эй, ты же с нами не очеловечишься совсем? Кас качает головой. - Нет. Но разгуливая среди людей так долго, у меня появились некоторые... желания. Сэм ухмыляется, и Дин отказывается даже смотреть на него. Или на Каса. Потому что хей, ладно, между ним и Касом что-то есть, что-то странное и порочное. А может даже что-то… святое. Он скрещивает руки на груди, как раз над новой печатью. Чем бы это ни было, оно будет серьезным, по-другому и быть не может. - Эй, - произносит Дин, кладя сэндвич на кровать, – я только что вспомнил, что мне надо заскочить в магазин, мы остались без зубной пасты. Сэм озадаченно хмурит лоб. - Нет, Дин, не думаю. Но тот уже в дверях. Он направляется к машине, усаживается в ее гостеприимное кресло, и хватается одной рукой за руль, другой поворачивая ключи в зажигании. Дин выводит ее на дорогу, все еще ощущая, как горит грудь там, где Кастиэль отметил его. Он ставит кассету «AC/DC» и делает погромче. Когда час спустя он возвращается, то снова чувствует себя самим собой. Сэм сидит за компьютером, а Кас исчез. - Он наблюдает за заседанием канадского парламента, – говорит Сэм. - Повезло ему, - Дин заглядывает в холодильник и обнаруживает там свой сэндвич. – Спасибо, чувак. - Ты в порядке? – спрашивает младший со своей извечной серьезностью. – Ты практически сбежал отсюда. Дин хмурится. - Ничего подобного. - Дин... - Я в порядке, – он разворачивает сэндвич, и откусывает большой кусок, демонстративно завершая разговор. - Ну, - Сэм откидывается назад, на спинку своего стула. – Захочешь об этом поговорить – я здесь. - Серьезно, Сэм? Хочешь послушать о моем сексуальном кризисе? Что теперь мне нравятся члены? Точнее ангельские члены? Сэм шокировано уставился на него. – О… окей… если так подумать, пожалуйста, давай больше никогда не будем об этом говорить. Дин ухмыляется и снова кусает сэндвич. Сказанное вслух странным образом успокоило его. - Я рад, что мы поговорили об этом, Сэмми. *** Лодка наклоняется и трясется, и Дин хватается за поручни. Он сейчас очень сомневается в принятом решении, потому что плаванье действует на него куда хуже, чем он ожидал, и он чувствует, что ему все еще есть, чему учиться. - Тебе обязательно было на весь день поездку брать? Сэм толкает его локтем и улыбается. - Да ладно, даже если мы ничего и не увидим, с долей удачи у нас к ужину будет свежая форель. - Потрясающе, – вздыхает Дин. Последнее, о чем он сейчас думает, это еда. Он предпочитает рыбачить, сидя на причале. На неподвижном, безопасном и надежном причале. Причалы не тонут. - Вот, - Сэм сует ему пачку печенья. – Это поможет. - Имбирное печенье? – Дин медлит, но печенье есть печенье, и он достает одно и осторожно надкусывает, все это время высматривая местоположение спасательных жилетов. Сэм, тем не менее, развлекается, болтая с другими пассажирами, задавая наводящие вопросы об их впечатлениях. Сэм в этом хорош, Дин признает. На борту еще пять пассажиров, одна пожилая пара и компания из троих друзей, и Сэм уже знает всех их по имени. Девушка из судовой команды помогает им расположиться на своих местах. - Вы Дин, так? – спрашивает она, поправляя козырек своей бейсбольной кепки. - Да, мадам. - Меня зовут Сью, а не мадам, - Сью проверяет удочку и катушку Дина, удостоверяясь, что установлены они должным образом. – Ты когда-нибудь уже это делал? Дин качает головой. - Только речная рыбалка. Ну, или сидя на причале. Ничего настолько серьезного, – он старается изо всех сил не отрывать взгляда от воды, выглядывая любую подозрительную активность. Сэм хлопает его по руке. - Ну, все будет в норме, пока ты слушаешь, что я говорю, и присматриваешь за катушкой. Дин замечает, что тот ухмыляется. - Обещаешь, что я поймаю больше рыбы, чем мой глуповатый братец? Сэм громко смеется. Сью вовсе не похожа на Элен: она выше, ее волосы короткие и седые, но ее манера общаться в точности такая же. И у Дина ноет в груди, боль от их потери все еще так же сильна. Элен и Джо ушли навсегда, а он жив, несмотря на все те разы, что уже умирал. Но они, тем не менее, мертвы. Потому что бог мудак. Дин надеется, что там наверху они смогли встретиться с Эшем и что они отрываются в его небесной версии «Дома у дороги». - Я спросила, какую наживку ты предпочитаешь, Дин? - Сью с любопытством разглядывает его. Дин проводит ладонью по волосам, он прослушал половину ее инструктажа. - Простите. То, что там мой брат использует. Пойдет? Она помогает ему устроиться, и несмотря ни на что, Дин обнаруживает, что это здорово. Сияющее солнце, прохладный бриз и повсеместное веселье помогают ему встряхнуться, особенно после того как один из рыбачащих цепляет что-то большое, а остальные поддерживают его одобрительными кивками. Дин улыбается, и сразу же думает, что хорошо бы и Кас был тут с ними. Это нелепо на самом деле, хотеть разделить с ним подобное, но он уже снова начинал привыкать к ангельскому молчаливому, спокойному присутствию рядом. Это словно успокаивало его. Не говоря уже о поцелуях. Правда, это совсем не было успокаивающим. Это было чем-то совершенно другим. Следующую рыбу вылавливает Сэм, здоровая речная форель. Дин размышляет о том, что сейчас делает Кас. Вероятно, сидит на каком-нибудь небесном собрании. Бедный чувак. Ему лучше было бы быть с ними сейчас и ловить рыбу. В своем костюме, плаще и галстуке. Он усмехается, когда в его голове возникает эта картинка. Сэм поглядывает на него, удивленно приподнимая брови. - Кас. Рыбачащий, - поясняет Дин. Сэм смеется. - Хотел бы я на это посмотреть. - Думаю, он бы ее просто наколдовал. - Но в любом случае, мы бы отлично поужинали. Дин придвигается поближе к брату. - Что-нибудь полезное узнал? - спрашивает он, кивая в сторону других пассажиров. Сэм качает головой. - Неа. Я даже с капитаном судна говорил, он решил, что я нервничаю, и начал меня уверять, что судно не потонет, что он плавает тут уже лет тридцать без всяких происшествий. - Ну, знаешь, он в любом случае не сказал бы нам ничего, что могло бы напугать пассажиров, – Дин искоса поглядывает на воду, сегодня спокойную и прозрачную. На горизонте медленно ползут контейнерские суда. - Нам ничего не остается, кроме как просто половить рыбу, - Сэм пожимает плечами. Дин хотел уже было заметить, что это одна из самых малопродуктивных охот, на которых они были, но леска начинает дергаться, и ура! - там явно что-то большое, определенно крупнее, чем аквариумная рыбка Сэма. Дин начинает наматывать леску. *** Еще один день расследований. Они пообщались уже с пятью хозяевами сувенирных магазинчиков, шестью менеджерами мотелей и четырьмя официантками. Лишь одна из них, та, что прожила в этой местности всю свою жизнь, кое-что слышала о существе из озера. Ее двоюродный дед видел что-то лет двадцать назад, рыбача на судне, но описанное существо смахивало скорее на огромную змею. Очередным местом посещения становится ресторанчик «Рыбный дом Роя». Официант просто пожимает плечами, когда они спрашивают о крупном существе, живущем в озере. - В смысле, рыба? У нас ее полно. Дин закатывает глаза. Официант молодой и опрятный, смахивающий на студента колледжа, и у Дина такое чувство, что тот полагает, что обслуживать людей ниже его достоинства. - Нет, не совсем, - Сэм берет у него меню. – Скорее что-то достаточно крупное, чтоб потопить судно. - Ну да, - поддерживает Дин. – Мы слышали кучу историй обо всех этих шлюпках, потонувших в этом сезоне. Странно, не находите? Официант поправляет свою униформу, а потом чуть склоняется к ним. - Ну, наверное, мне не стоит этого говорить, - он оглядывается назад. Дин наклоняется к нему. - Да ладно, нам вы можете сказать. Тот делает глубокий вдох. - Ладно. Мой отец говорит, что это мошенничество со страховками. Экономика в упадке, а содержать все эти суда стоит немало, – он протягивает меню Дину и выпрямляется. – Могу я предложить вам что-нибудь выпить? Когда он уходит, Дин смотрит на брата. - Мошенничество со страховками? Мы тут это расследуем? - не то, чтобы он полностью верил сопливому мальчишке, тем не менее, в этом что-то есть. - Дин, мы этого точно не знаем. Люди каких только безумных теорий не изобретают, чтобы объяснить эти феномены. - Мне это безумным не кажется, – отвечает тот. – Если люди хотят уйти из бизнеса, они находят способ, - он откидывается назад на стул, и замечает Каса, шагающего через зал и выглядящего совсем неуместно посреди моря джинс и фланелевых рубашек. Выражение лица Дина смягчается при виде его. Сэм машет ему, и Дин хочет уже сказать ему не делать этого, потому что Кас и без того теперь может найти их, ну или во всяком случае его самого. Он так и не сказал еще брату о новой печати, и сам не был уверен, нужно ли ему говорить. - И не забывай о большой змее, - продолжает младший. – Это не было мошенничеством со страховками. - Это было двадцать лет назад, - отвечает Дин. Официант возвращается, неся кофе, салат для Сэма и кусок пирога для Дина. - Серьезно? – спрашивает Сэм, когда тот принимается за него. – Это разве не пятый кусок за сегодня? - Он фруктовый, - отвечает Дин, кладя на тарелку брата большой кусочек персикового пирога. – Тебе полезно, - он смотрит наверх и видит, что Кас уже подошел к ним и теперь терпеливо ждет. Через мгновение Дин двигается, освобождая для него место. – О, Кас, привет. Что такое? Кас опускается рядом с серьезным выражением лица. - Я побывал на двух заседаниях парламента и одном слушании в сенате США, – он наклоняется вперед, его бедро прижимается к бедру Дина. – Это заведение продает бурбон? Сэм смеется: - Чувак, прости, но нет. Ясно ощущая прикосновение ноги Каса, Дин разглядывает его профиль, восхищаясь линией подбородка, изгибом шеи. Он привлекателен, красив, но не совсем тот, на кого он бы взглянул дважды. Это же не лицо Каса, его глаза никогда не смогут увидеть его истинный облик, только Джимми. Бедняга Джимми давно ушел, и теперь ждет свою семью наверху. Кас вздыхает. - И все же это было куда лучше, чем слушать Джеремиэля, рассказывающего о старых добрых днях, когда низшие чины знали свое место. Он утверждает, что Престолы и Херувимы строят заговор, чтобы подобрать небеса под себя. Кас поворачивается к Дину, и его пронизывающий взгляд откидывает все лишние мысли Винчестера. Это не глаза Джимми. Это только Кас. Дин кивает, хоть и потерял нить разговора и понятия не имеет, о ком Кас говорит. Все, что он знает, так это то, что он чувствует бедро Каса, и это заставляет его сердце колотиться быстрее. - Пирога хочешь? Кас отрицательно качает головой. - Как продвигается дело? - В этой местности вроде ничего не видели, - отвечает Сэм. – Наверное, здесь мелководье. - Не говоря уже о том, что все это возможно можно списать на мошенничество со страховками, – добавляет Дин. Сэм косится на него. - Но тут видели большую змею. Это может относиться к мифологии индейцев Лакота, где упоминается существо по имени Анчегила - огромная змея, обитающая в речных водах и загрязняющая их солью. - Увиденное двадцать лет назад, – напоминает ему Дин. - Ты что, энциклопедия мифов? - Кому-то надо ей быть. - Я делаю вывод, – перебивает Кас, его нога снова касается ноги Дина, – что поиски идут не очень хорошо. - Да нет, неплохо, – отвечает тот, подмечая, что Кас выглядит более радостным теперь, чем когда он только пришел. Будто он рад, что сидит тут с ними двумя. – Но могло быть и лучше. Они заканчивают есть, и сразу после официант приносит счет, который забирает Сэм. - Я заплачу и попробую подловить хозяина и поговорить с ним. Он выскальзывает из кабинки прежде, чем Дин успевает его остановить, и теперь они с Касом остались наедине. - Полагаю, поцеловать тебя прямо здесь было бы неуместно, – произносит Кас, смотря на его губы. - Да, - быстро отвечает Дин. – Было бы... Совсем… Кас оглядывает зал. Половина столов пусты, а оставшиеся клиенты были сосредоточены на своей еде. – Никто даже не смотрит, – замечает он. - Кас, – Дин качает головой. Он не собирается говорить об этом посреди «Рыбного дома Роя». – Пойдем прогуляемся, - он подталкивает его локтем, и они выходят из кабинки и направляются к двери. – Сэмми, мы будем снаружи, ладно? – окликает Дин брата. Сэм, болтающий с хозяином, кивает и машет рукой в ответ. Снаружи сияет послеобеденное солнце, и Дин смотрит наверх. - Погода наладилась, – заявляет он и подмигивает. Говорить о погоде – глупее некуда. Раньше он лучше разбирался в таких делах. - Да, Дин, - Кас кидает на него взгляд, пока они идут по тропинке. Когда они сворачивают, то оказываются окруженными деревьями, вне поля зрения прохожих. - Слушай, - начинает Дин. Он поворачивается к Касу, чье лицо проясняется, а в выражении лица видна надежда. Как такому можно противостоять? – Проклятье, Кас. Дин хватает его за отвороты плаща и притягивает к себе в поцелуе. Кас приникает к нему с тихим довольным вздохом, будто это все, чего он хотел от жизни. Неуверенность Дина исчезает, он слишком занят тем, что наслаждается ласковым скольжением губ Каса по его губам, и тем, как руки Каса двигаются наверх, к его плечам, как его теплое дыхание долетает до его щеки. - Кас, - снова произносит охотник, отрываясь от него. Кас повторяет его движение, оставляя на его губах еще один, последний быстрый поцелуй, а затем отпускает. - Я знаю. Вы с Сэмом направляетесь в библиотеку. - Да, - отвечает тот, его пальцы все еще держат отвороты его плаща. - Тогда увидимся позже. Употребление Касом такого человеческого выражения заставляет Дина улыбнуться. - Ладно. Мы будем все в том же мотеле. - Я знаю, как найти тебя, - отвечает Кас, и его голос становтся громче, а интонация двусмысленнее. Новая печать. Под желудком приятно кольнуло, и, черт, это все еще его заводит. - Давай, иди уже, - он хлопает его по плечу, когда отпускает отвороты тренча. С шорохом листьев на ветру, Кас исчезает. *** Очередная пыльная библиотека, Дин листает старые газеты и разочарованно вздыхает. - Сэмми, на этом озере люди умирают постоянно. Его внимание привлекает один заголовок: на этот раз речь о трех жертвах, утонувших в 1954 вследствие внезапно возникшего шторма. Слишком много людей. Он больше не хочет ничего читать о смертях, не хочет слышать о горе тех, кто кого-то потерял. Он бывал там и делал это слишком много раз. Сэм, сидящий за столом напротив него, кидает на него взгляд. - Думаешь, это мог быть призрак? - Что? Нет, я этого не говорил, - он переворачивает страницу, потом другую, просматривая заголовки. Шериф, обнаруженный в буквальном смысле со спущенными штанами, развлекающимся с секретаршей. Дин ухмыляется - теперь это вошло в историю. - Ладно, вот, - Сэм поворачивает книгу, чтобы брат смог ее увидеть. – Оно называется Мишегинабег, - Он показывает Дину грубо нарисованного крупного змея с огромной головой, здоровенная челюсть полная зубов и выпученные глаза, - Великий змей. Говорят, он может принять любую форму, в том числе человека. - Окей, - говорит Дин, - увижу вот это, вылазящим из воды – сбегу. - Впрочем, последние свидетельства очевидцев относятся к 1883, - Сэм качает головой, и заправляет волосы за ухо. – Это связано со смертью рыбака, его сын выжил и рассказал о случившемся. Сказано, что из воды вырос Мишегинабег и выхватил его прямо из лодки, потому что они подплыли слишком близко к его берлоге. Он переворачивает страницу и обнаруживает картинку другой жертвы: на этот раз мужчина меж огромных челюстей, повсюду кровь, лодка разбита в щепки. Дин отворачивается и сжимает руки в кулаки, чтобы не тряслись. Глупо, это так глупо с его стороны - реагировать подобным образом всего лишь на картинку, паршиво нарисованную, почти карикатуру, но он даже слышит хруст раздробленных костей в зубастой пасти, которая утаскивает отбивающееся тело. - Дин, - окликает его Сэм. Дин заставляет себя взглянуть на него. - Что? Сэм смотрит на картинку, потом на брата. - Что такое? - Ничего, чудик, - он делает глубокий вдох, успокаиваясь. – Я просто устал, и все. Сэм кивает. - Само собой. Съесть такое количество пирога должно быть изнурительно. - Так, умник, - Дин отбирает у него книгу. – И если это оно, как мы его убьем? - А я-то думал, мы имеем дело с мошенничеством со страховками, - возражает младший. Дин насупился: брат иногда бывал просто занозой в заднице. - Ты что, за каждым моим гребаным словом следишь? - Дин, поверь, это не всегда просто, но да, я действительно слушаю, что ты говоришь. Дин смотрит на книгу и рисунок огромного змея, питающегося человечиной. Он хочет выдать брату что-нибудь еще, недвусмысленно выругаться, но когда он снова смотрит на него, Сэм тепло улыбается. Раздражение мгновенно исчезает, и Дин чувствует себя ослом. - Может, мне просто хотелось бы, чтобы это было мошенничеством, а не, - он указывает на книгу, - вот этой фигней. - Ну да. Мне тоже, - кивает Сэм. Они возвращаются к чтению, а когда заканчивают, Дин уверен, что теперь они знают еще меньше, чем когда начинали. Все эти истории о змеях не состыковываются между собой, а рядом ничего такого не происходит. Когда они уходят, Дин начинает думать, что вся эта охота была просто потерей времени. *** Горячая вода сбегает по его голове и плечам, вниз по спине, расслабляя мышцы, напряженные от сидения над книгами. Он увеличивает напор и стоит под горячей водой, расправляя плечи и наклоняя голову, так что вода стекает вниз по шее. Он хочет смыть с себя библиотечную пыль, пыль от миллионов историй о погибших братьях, сестрах, матерях и отцах, друзьях и любимых. Он так чертовски устал. Когда он заканчивает, то отодвигает занавеску и нащупывает полотенце, вытирая лицо, вылезая из ванной. Он едва не роняет полотенце, когда открывает глаза и видит напротив себя Каса. - Здравствуй, Дин. -Кас? Серьезно? Я же в ванной! А если бы я был тут по нужде? – он уже не уверен, что новая печать была хорошей идеей. У него был долгий день, а теперь еще с Касом надо было разбираться, и он совсем не думает, что у него осталось так много энергии. Кас уставился на него, и до Дина резко доходит, что он голый. Совсем голый. И, похоже, это очаровывает Каса, который рассматривает капли воды, стекающие по его груди, будто никогда раньше не видел голого тела. Может, и не видел. - Кас, - тихо произносит он. Кас поднимает глаза, замечает левое плечо и его глаза широко распахиваются. Дин поворачивается, чтобы показать отпечаток целиком. - У тебя офигенная хватка, - напоминает он ему. - Я не знал, – Кас поднимает руку, раскрывая ладонь. - Да, жутко меня тогда напугал, когда я тебя впервые увидел, - говорит ему Дин. – Я не знал, что это ты меня вытащил. Решил, что это был демон. - Твоя душа. Она сияла в аду, словно маяк, - Кас прикладывает ладонь к его плечу, глядя, как она совпадает с отпечатком. – Она была прекрасна. Проклята, но прекрасна. Дин ощущает озноб, несмотря на пар от душа. У него нет сил думать об аде, не сейчас. И вообще никогда. - Я бы удивился, узнав, что от нее еще что-то осталось. -Ты ошибаешься, Дин, – Кас снова фокусируется на его лице. – Сильно ошибаешься, - снова этот проникающий в душу взгляд. Кас видит слишком многое, но от этого некуда спрятаться. - Так теперь ты специалист по моей душе? Медленный кивок. - Поверь мне, Дин. Почему в это так сложно поверить? - Я тебе верю, - Дин не может прервать этот взгляд, не может отвести глаз. – Я просто не верю самому себе. Кас прижимается губами к его плечу, его шее, к щеке, и наконец, к губам. Медленный, осторожный поцелуй, как если бы Дин был драгоценным и хрупким. Это походило на прощение, на взаимопонимание, и Дин пожелал, чтобы Кас вернулся назад и прижал к стенке, и получил то, чего хочет. - Какого черта ты тут делаешь? – спрашивает Дин, прижимаясь лбом к его лбу. – Почему не ушел насовсем? Ты же закончил с делами на земле. Так было бы намного проще. Он бы к этому привык, со временем. Кас делает шаг назад, его руки все еще на плечах Дина. - Я вернулся на небеса, оттого что думал, что принадлежу тому месту. Что там во мне нуждаются, - в его голосе слышится досада и грусть. – И, тем не менее, всем, о чем я думал, было вернуться назад на землю. К тебе. Через мгновение Дин понимает. - Свобода выбора, - произносит он, наконец. – Сука, правда? – ему почти жаль ангела. - Спокойствие или свобода, - шепчет тот, пристально глядя на Дина. - Или ты. Дин сглатывает. - Трудный выбор, - Касу так же хреново, как и ему. И это странным образом успокаивает. - Может и нет, - Кас касается его щеки, а затем целует. Целует все так же нежно, но Дин ловит себя на том, что отвечает таким же образом, обхватывая его за шею и придвигаясь ближе, роняя полотенце, что зажато в его руке. И, возможно, это именно то, что ему нужно – просто быть обнаженным рядом с ним, и черт с ними, с последствиями. - Дин, – Кас делает шаг назад. – Мне жаль, но я должен идти. - Что? Куда идти? – недовольно спрашивает тот. - На небеса. Я пришел, чтобы сказать именно это, - он опускает руки и смотрит в сторону. – Поверь, я бы предпочел этого не делать. - Я тоже этого не хотел бы. Ангел резко поднимает голову, встречаясь с ним взглядом. - Приятно знать. - Ну... да... - чувствуя себя еще более голым, чем когда-либо, Дин поднимает с пола полотенце. – Надолго? - Несколько дней. Может и больше, – Кас хмурится. – Было созвано особое собрание. Я уверен, что оно крайне важно. - Сарказм, мне нравится, – отвечает тот, довольный, несмотря на разочарование. – Постарайся не веселиться там слишком много. Когда Кас приближается и целует его снова, Дин чувствует привкус сожаления.