Первые

Уилл взлетел по лестнице в свою комнату, кровь пульсировала у него в висках, а руки дрожали так, что он не смог бы вставить ключ в замок. К счастью, дверь была открыта, Нэнси и Джонатан что-то смотрели в гостиной. Он пробежал незамеченным. Завернувшись в одеяло, он попытался успокоиться. Не вышло. В ушах, не переставая, звенели слова Билла. — Что ты сказал? — немеющими губами пробормотал Уилл, с трудом соображая, что должен сказать. Разумеется, нужно все отрицать. Ни в коем случае не допустить, чтобы Харгров понял, что прав. — Что слышал, — усмехнулся Билл, а затем, будто добивая, с удовольствием добавил: — Ты ведь гей. Голубой. Педик. Сладкий. — Я не… — голос предательски сорвался, Уилл понимал, что пропал. Билли теперь просто уверен, он прочитал правду по его реакции. — Я не понимаю… — Всё ты понимаешь, — фыркнул Билл, обдавая его презрительным ледяным взглядом. Под этим взглядом Уилл почувствовал себя гадким слизняком. Он дёрнул дверную ручку: они ехали с небольшой скоростью, он, конечно, вывалился бы из машины, но пострадал бы не слишком сильно. До дома он бы точно добежал, по такой узкой дороге Билли не смог бы сильно разогнаться. Он дёрнул ручку сильнее, но дверь была заблокирована. — Открой дверь, — голос свой Уилл не узнавал. Сердце колотилось как бешеное. — Разумеется открою, — потянул Билли, очевидно, подпевая певичке, кассета которой играла у него в машине. — Кстати, ты ведь в курсе, что пидоры плохо кончают? Про СПИД слышал? Они ехали со скоростью километров двадцать, а за поворотом уже виднелся дом Байерсов. Желание защититься сделало Уилла вдруг безрассудно смелым. — Отъебись от меня, — процедил он. — Мне насрать, что ты там думаешь, так что оставь свои нелепые фантазии для дрочки в ванной. Ты ведь там это делаешь? Или прячешься за дверью своей мамочки? Когда эти слова сорвались с языка, он ожидал, что Билли взорвётся и, как минимум, размажет его лицо по лобовому стеклу, но тот лишь фыркнул и с непонятным удовлетворением закатил глаза: — Тебе интересно, где я дрочу? Могу показать. А если ты очень попросишь, разрешу подрочить мне. Тебе ведь это привычно? Уилл оцепенел, невидимые жгуты перетянули грудь, он едва мог дышать. Он часто представлял, что его секрет раскроется, но никогда не догадывался, как это будет глупо и унизительно. Даже в Нью-Йорке под осуждающим взглядом Майка он не чувствовал себя таким омерзительным, облитым грязью и помоями. Билл поставил на первую передачу и остановился, насмешливо разглядывая Уилла в упор. — Открой дверь. — Байерс, — усмехнулся Билл, запуская руку в густые волнистые волосы, — она давно открыта. Уилл растерянно дёрнул ручку, и дверь открылась. Он буквально вывалился из машины, ноги от волнения подкашивались. Кажется, он не захлопнул до конца дверь, а Билли что-то прокричал ему вслед и смеялся, смеялся, смеялся… Больше всего на свете Уиллу хотелось умереть. Исчезнуть, раствориться и больше не видеть никого. Весь следующий день он провалялся дома, не отвечая на озадаченные взгляды Джонатана. Как Билл мог догадаться обо всем? Ведь о том, что было в Нью-Йорке, знал только Майк. Неужели, Майк мог что-то рассказать? Нет, Майк никогда бы… Да и с какой стати, если они ведь даже не знакомы с Биллом… И Майк не мог так поступить. Даже после всего. Особенно после всего. — Там какая-то рыжая девочка, — осторожно сообщил Джонатан, заглядывая в тёмную, зашторенную комнату. — Говорит, что вы вместе учитесь и делаете какой-то там проект… — Скажи, что меня нет дома, — без интереса отозвался Уилл, даже не делая попыток подняться с кровати и подать иные признаки жизни. Он лежал, свернувшись на кровати, без движения уже несколько часов и не мог придумать, как избавиться от парализующего страха. Лучшим вариантом было встретиться с Билли лицом к лицу и заставить его молчать. Только вот Билли был совершенно чокнутым, на него не подействовали бы ни угрозы, ни уговоры. А как только он окончательно поймёт, какую власть имеет над Уиллом, то всё станет только хуже. — Боюсь, что слишком поздно, — после недолгой паузы напомнил о себе Джонатан. — Мама уже сказала, что ты дома. Твоя подружка на кухне, пьёт чай. Мама в шаге от того, чтобы показывать ей твои детские фотки. — Чёрт, — против воли расплылся в улыбке Уилл. Чёрт, чёрт, чёрт. Ну почему нельзя оставить его в покое? — Поссорились? — спросил Джонатан с резкой озабоченностью в голосе. — Уилл, ты не выходишь второй день из дома, что происходит? — Ничего, — отозвался Уилл вяло. — Просто не хочу никого видеть. Джонатан ничего не отвечал, а Уилл по-прежнему не делал попыток вылезти из-под пледа. У него просто не получилось бы найти в себе силы посмотреть на Макс без страха. Её брат вот-вот сотрёт жизнь Уилла в порошок, а единственной ниточкой, что их связывала, была Макс. — Я скажу, что ты ушёл, — сдался наконец Джонатан. — Только с мамой потом сам как-нибудь объясняйся. — Спасибо, — Уилл с облегчением прикрыл глаза. Он получил ещё одну небольшую отсрочку.

****

После выходных, которые Уилл провёл в затворничестве, ему казалось, что находиться на улице будет странно, но на деле ничего особенного он не почувствовал. Жизнь вокруг продолжалась, и ничего вроде бы не изменилось, только вот Уилл видел теперь всё, будто через матовое стекло. В школе Макс сделала вид, что ничего не произошло. Они кивнули друг другу вместо приветствия и обменялись парой ничего не значащих фраз по поводу мейоза у дрозофил, а потом Макс вылетела из класса первой, стоило прозвенеть звонку с урока. Она не ждала его и у ворот, где Уилл оставлял велосипед. Всё повторилось и во вторник, и так продолжалось всю неделю. Макс больше не требовала объяснений, и Уилл был за это ей благодарен. И ему, правда, было жаль. Но теперь он каждую минуту ждал, когда же Билли Харгров растреплет всем в округе о его секрете. Он старался быть к этому готовым, но разве можно быть к такому готовым? О дне рождении Дастина не шло даже речи. Хотя он и пригласил Макс, теперь это не имело смысла. Он боялся находиться с ней рядом. Будто ограничивая встречи с Макс, можно было спастись от Билли. Он и сам уже не собирался идти на день рождения, но в пятницу Майк неожиданно перехватил его за плечо в коридоре: — Ты ведь придёшь? — Что… Я… — Уилл растерянно замялся, пойманный врасплох, он не знал, как поступить: соврать, что придёт или соврать, что появились другие планы. — Я не очень уверен… — Я так и знал, что ты струсишь, — усмехнулся Майк, торжествующе улыбаясь. — Поэтому напоминаю, что завтра в пять у меня. Не опаздывай. Вариант «нет» не рассматривается. Уилл никогда не мог сказать «нет», когда Майк смотрел так, поэтому он кивнул. Подарок для Дастина он выбрал давно, все равно его нужно вручить. Так почему бы не сделать это на дне рождения? Он заглянет на пару часов, а затем сразу уйдёт. И в конце концов, возможно это последняя возможность Уилла повеселиться и побыть среди друзей. После разоблачения Билли никто на него даже не посмотрит.

****

— Дастин и Лукас как раз поехали за выпивкой, — дружелюбно улыбнулась Одиннадцатая, открывая ему дверь. — Вы разминулись буквально минуты на три. На Одиннадцатой было надето платье с розовой юбкой и белым кружевным топом, и выглядела она такой конфетно-кукольной, что даже Уилл не мог не отметить, что она очень милая. — Очень интересно, как они это собираются провернуть, — заметил и натянуто улыбнулся Уилл, чтобы поддержать беседу. Они прошли в гостиную, в которой Уилл не был уже очень давно, но казалось, что ничего здесь и не изменилось: те же диван, кресла, стол, телевизор со здоровенной антенной. Лишней здесь была одна лишь Одиннадцатая. — Ох, — всплеснула руками Одиннадцатая, немного взволнованно. Они с Уиллом почти не общались раньше, она могла быть с ним знакома лишь заочно, оттого им обоим было неловко оставаться наедине. — Дастин говорил, что у него есть знакомый старшеклассник, который у него в долгу или вроде того… — Стив Харрингтон, — выкрикнул из глубины дома голос Майка, а затем показался и сам он, сияя широкой улыбкой. Уилл облегчённо улыбнулся, но Майк не улыбнулся в ответ — он смотрел только на Одиннадцатую. — Представляешь, сам Супер Стив покупает нам сегодня пиво. Одиннадцатая улыбалась Майку, Майк влюблённо смотрел на Одиннадцатую, Уилл мысленно зарывался в песок головой. Неужели эти двое ещё не насмотрелись друг на друга? — Это, однозначно, успех, когда бывший твоей сестры у тебя в рабстве, — хмыкнул Уилл, отводя глаза в сторону. — Где Макс? — небрежно спросил Майк, но, встретившись с ним глазами, Уилл понял, что Майка этот вопрос действительно интересует. — Она… У неё не вышло прийти, — соврал не слишком удачно Уилл и, чтобы перевести тему, принюхался и спросил: — А что за запах? Одиннадцатая вдруг громко ахнула и, вывернувшись из медвежьих объятий Майка, куда-то умчалась. Майк улыбнулся и, взъерошив волосы, одними губами произнёс: — Жаркое. Уилл понимающе кивнул и присел на край дивана, скользя глазами по знакомому интерьеру. По правде, он и не рассчитывал оказаться здесь ещё раз. Без Одиннадцатой, как ни странно, было труднее выдерживать присутствие Майка. — Ты расстроен, что я пришёл? — спросил Уилл невзначай, будто речь шла о самых обыкновенных вещах. — Что? — выдохнул Майк почти возмущённо. — Конечно, нет! — Что я пришёл один, — уточнил Уилл небрежно. — Без Макс. Уилл специально не смотрел на него, давая ему возможность подумать над ответом, только вот это был Майк. Чистый, кристально честный Майк. Он неожиданно сел рядом с Уиллом, заставляя того вздрогнуть. Уилл с трудом удержался и не отодвинулся. В тишине отчётливо тикали часы над камином. Говорить о чем-то ещё Уилл не видел смысла, пока немой вопрос висит между ними в воздухе. — Вы встречаетесь? — сдался Майк, нарушая тишину. — Нет, — качнул головой Уилл и, набравшись смелости, добавил: — И ты должен знать, почему это невозможно. — Уилл, я… — Майк слегка отодвинулся. — Может быть, тебе стоит присмотреться получше? Кажется, она действительно славная, и тебе с ней было бы хорошо… — Майк, — раздражённо перебил Уилл, поджимая губы. — Если ты думаешь, что это работает так, то глубоко ошибаешься. — Уилл, просто поверь мне… — Майк улыбнулся и положил руку на его плечо. — Это бывает. Это просто такой возраст, иногда случаются сбои. Просто ты ошибся. Даже если это и не Макс, то все равно ты ещё встретишь своего человека… — Ты ничего об этом не знаешь, — оборвал его Уилл, поворачивая голову и встречаясь с сияющими глазами Уиллера. — Ты не знаешь, что я чувствую. — Знаю, — спокойно сказал Майк, продолжая смущённо улыбаться. — Я знаю об этом все. — В каком смысле? — У меня было что-то подобное. Уилл быстро встал с места и отошёл к дальнему креслу, чтобы непонимающе уставиться на Майка оттуда. Что-то подобное. Майк тоже чувствовал это, он тоже… Тоже… — Кто это был? Майк смотрел на него и лёгкая улыбка светилась на его губах. Желудок Уилла сделал сальто. — Кто? — требовательно выпалил Уилл, сжимая ладони в кулаки. Не может быть. Всё, что он чувствовал — всё было взаимно. Он знал, он ведь знал, что небезразличен Майку, он это чувствовал, просто не верил, что такое возможно. — Я думал о тебе, — опустил глаза Майк. — До поездки в Нью-Йорк и во время неё тоже. Я не знал, что мне с этим делать, не знал, с кем поговорить об этом. Ты, кстати, тоже не помогал! Уилл с горечью усмехнулся. Он тем летом так часто оставался с ночёвкой у Майка, что мама перестала покупать его любимый готовый завтрак. Засыпая в его кровати, забрасывая на него руку, Уилл мог представлять, что всё взаимно. И это было взаимно. Он сделал шаг навстречу, но Майк предупреждающе покачал головой и продолжил: — Помнишь тот вечер, когда ты пропал? — Смутно, — хмыкнул Уилл, чувствуя, как кровь поднимается к щекам. — Ты поцеловал меня, — мягко напомнил ему Майк, понизив голос до полушёпота. — Я оттолкнул тебя. Ты сбежал. — Спасибо, что освежил воспоминания, — вставил насмешливо Уилл, как ни странно не чувствуя больше неловкости. — Я все ещё надеялся, что ты вернёшься, и мы поговорим, — продолжил Майк негромко, — хотя и не знал, что должен сказать. Может быть, я этого хотел, но когда всё случилось, это было неправильно. Всё было неправильно, понимаешь? — Не понимаю, — вставил Уилл непринуждённо. — И мы пошли ужинать во Фрайдис, — как ни в чем не бывало продолжал Майк, с мечтательным видом вглядываясь куда-то в область левого плеча Уилла, — и шериф Купер был там с Одиннадцатой, ему показалось, что это хорошая идея познакомить нас. Тебя не было, и Одиннадцатая села напротив меня и сказала «привет». Тогда я понял, что было неправильным, понимаешь? — Нихрена я не понимаю, — взорвался Уилл, сам от себя не ожидая, — то есть тебе достаточно, чтобы девчонка сказала тебе «привет», и ты готов перечеркнуть всё, что было до этого? — Дело не в том, что она сказала, — скривился, как от зубной боли, Майк, — а в том, что-то, что я чувствовал к тебе, было совсем не тем, за что я его принял. Я люблю тебя, Уилл, но… Может быть, ещё не поздно? На негнущихся ногах Уилл подошёл к дивану, на котором сидел Майк, и буквально упал к ногам Майка, оказываясь глазами с ним на одном уровне. — Уилл, ты меня не слушаешь, — сокрушённо пробормотал Майк, качая головой. — Это ошибка. — Это не может быть ошибкой, — немеющими губами пробормотал Уилл, вплотную приближаясь к Майку. Уилл коснулся его губ своими. И мир, как и в прошлый раз, разлетелся на куски. А Майк, как и в прошлый раз, почти сразу отвернулся, легонько толкая его в грудь. Вина и жалость отразились на его лице. — Уилл, — пробормотал Майк, прикрывая глаза, и совсем тихо закончил: — тебе лучше уйти.

****

— Привет, — неуверенно сказал Уилл, когда подошёл достаточно близко, чтобы Макс, сидевшая на пороге его дома, его услышала. Она подняла немного сонное лицо, и Уилл заметил на щеке отпечатки от складок куртки, в которую сидела уткнувшись. — Привет, — чуть хрипло откликнулась она. — Что смешного? Уилл действительно улыбался, совершенно неожиданно для себя. Петляя окольными путями, он всё-таки дошёл до дома, потратив несколько лишних часов. Сколько на пороге сидела Макс, Уилл не представлял, а спросить было неловко. — Просто подумал, как это будет выглядеть со стороны, если я сейчас пройду мимо тебя и закрою дверь. По кислому выражению лица Макс Уилл понял, что шутка не зашла. Он мысленно отметил, что если он надумает писать сценарии для ситкомов, лучше не брать Макс в напарники. Об этом он решил ей уже не сообщать. Он сел на ступеньку рядом с ней и оперся подбородком о колени, меланхолично разглядывая не слишком ровный газон. — Как день рождения? — Не знаю, — дёрнул плечами Уилл. — Я с него ушёл до начала. — Расскажешь, что случилось? — Нет. После разговора с Майком и повторения тех самых событий, что выбили его из колеи на полтора месяца, проблема с Билли отошла на второй план. По правде, он даже подзабыл, что над ним в данный момент висит Дамоклов меч расправы. Он чувствовал себя абсолютно разбитым и без этого, а если припомнить все — можно лезть в петлю. — Я не знаю, что случилось, и я даже не уверена, что хочу знать, — призналась вдруг Макс. — Я просто хочу с тобой дружить, и чтобы все было по-прежнему. — Макс, я… — голос вдруг сорвался на слишком высокую ноту, Уилл прокашлялся. — Я не думаю, что ты этого действительно хочешь. Все было плохо, совершенно ужасно. Его жизнь разлетелась на куски. И Макс была не причём, во все это впутывать ещё и её было бы неправильно. — Я знаю, что это Билли, — с грустью в голосе сказала Макс. — Он что-то тебе сказал. — Нет! — помотал головой Уилл. Если Макс захочет узнать, что именно Билл сказал, а он ей расскажет, то… — Пообещай, что не будешь ни о чем спрашивать у него. Пообещай, Макс! — Я уже говорила с ним, — просто отозвалась Макс, прямо вглядываясь ему в лицо. — Он обещал, что больше не будет. — Что не будет? — холодея, переспросил Уилл. Сердце, кажется, настолько замедлилось, что в глазах начало темнеть. Макс молчала чудовищно долго просто рассматривая выражение ужаса на его лице, прежде чем сказать: — Я не знаю, что. Но он обещал. Ледяной капкан, сковавший его сердце и лёгкие, потихоньку распустился. Он устало потёр глаза и попытался улыбнуться. Не вышло. Макс вытянула мизинец и ткнула им в его коленку. — Я не могу заставлять тебя дружить со мной, если ты не хочешь, но если ты хочешь, то, пожалуйста, Уилл, — тихо попросила его Макс, вглядываясь в темноту перед собой. — Ты даже себе не можешь представить, как мне одиноко. — Боюсь, что могу, — устало выдохнул Уилл, перехватывая её мизинец и наклоняя голову на её плечо.

****

Всё та же машина, всё тот же водитель. Только вот на этот раз Уилл готов к разговору. На самом деле, он искал встречи с Билли, а тот, как назло, всю неделю насмешливо игнорировал его присутствие в своём доме. Ему будто доставляло удовольствие подвешенное состояние Уилла. — Так и будешь молчать? — нарушил тишину Байерс, выдержав всего несколько минут напряжённого молчания в салоне. — Нам особо не о чем говорить, — спокойно сказал Билли, даже не оборачиваясь к нему. — Макс сказала, что ты неплохой парень, — он резко свернул в какую-то подворотню, и Уилл не удержался и бросил на него удивлённый взгляд. — Она иногда бывает наивной, но в людях разбирается. — Рад слышать, — отозвался Уилл, внимательно следя за дорогой. Ехали они отчего-то дворами, а не привычной главной дорогой. — Так что можешь продолжать общаться с Макс, — хищно улыбнулся Билл. — Я не возражаю. — Очень великодушно, — отозвался Уилл, чувствуя, что вот-вот Билл выкинет свой козырь. Но тот молчал, так продолжалось почти всю дорогу, и Уилл почти поверил, что на этом всё закончится. Но потом машина вдруг стала тормозить. Судя по всему, они остановились за спортивным магазином, это место было Уиллу знакомо. — Мне нужна будет услуга, — подтвердил его опасения Билл, вытаскивая ключ из зажигания. — В обмен на молчание. — На… Молчание, — Уилл задохнулся. Неужели, он и правда надеялся, что все вот так просто кончится? — Да, — усмехнулся Харгров. — Молчание. Ты же не думал, что я просто сделаю вид, что ничего не знаю? — Что за услуга? — быстро собрался с мыслями Уилл. Может быть, это даже к лучшему? Услуга за услугу, и они будут квиты? — Бушкилл. На выходных. Поедешь со мной и сделаешь, что скажу, — Билли отстегнул ремень безопасности и расслабленно откинулся на спинку, вытаскивая сигареты. — А теперь можешь выметаться из машины, до дома сам дойдёшь, тут недалеко. — Бушкилл? Но зачем? — тотчас вспоминая про планы с Джонатаном, он добавил: — Я не могу на выходных. Мы с Джонатаном собирались сходить на «Гудзонского ястреба»… — Это не мои проблемы, — насмешливо фыркнул Харгров. — Я заеду за тобой в субботу в районе десяти. Уилл растерянно сжимал в руке ремень безопасности, неумело подбирая слова: — Но… — Байерс, — перебил его на полуслове Харгров, — если ты не понял, твоё мнение ничего не значит в данной ситуации, освободи, пожалуйста, машину. — Просто отлично! — буркнул Уилл, открывая дверь и вылетая из машины, как ошпаренный. — Эй, Байерс! — вдогонку прокричал ему Билли. — Что? — раздражённо рявкнул Уилл, разворачиваясь обратно к машине. Билл насмешливо улыбался, медленно затягиваясь сигаретой, и Уилл был почти уверен, что никакие это не сигареты. — Ну, что? — устало спросил Уилл уже спокойным тоном. — Надень что-нибудь тёплое, — удовлетворённо хмыкнул Билли и завёл машину.