Снайпер для фигуриста

      Звонок от Виктора раздался перед тем, как я собирался ложиться спать. Его голос был запыхавшимся и обиженным: — Ты солгал мне.       Я прикрыл глаза, коротко выдохнув: — Да.       Виктор выдохнул, будто сквозь сжатые зубы: — Я возвращаюсь в Россию.       Я распахнул глаза, холодно глядя перед собой: — Я не для того отослал тебя в Хасецу, чтобы ты снова рисковал собственной жизнью. Виталий недвусмысленно дал понять, что не успокоится, пока не уничтожит тебя. Хасецу для тебя сейчас — самое надёжное и безопасное место. — Не говори со мной, как телохранитель, Юри. Твоя жизнь беспокоит меня не меньше, чем моя собственная.       В голосе Никифорова было столько обиды, что я невольно почувствовал вину. Вздохнув, я упал на разобранную постель. — Виктор, прошу, не нужно никуда ехать. Я обучен выживать и убивать. Не беспокойся за меня. — Но однажды ты уже едва не умер от яда.       Я тихо вздохнул. На моём теле была масса шрамов самого разного калибра, а он всё ещё думал о том дротике с ядом, который и следа-то практически не оставил. Разве что попортил зрение. — Виктор, я обещаю тебе, со мной всё будет в полном порядке. Как и с твоим племянником. Я обо всём позабочусь.       Ненадолго повисло молчание, после чего Виктор произнёс: — Юри, пообещай мне, что ты вернёшься ко мне сразу после выступления на произвольной и оглашения результатов. Ты сразу же возьмёшь свои вещи и вернёшься ко мне, в Хасецу. Иначе я первым же рейсом вернусь в Россию.       Этого я допустить не мог. Усевшись на постели, я тяжело вздохнул: — Хорошо, Виктор. Я обещаю тебе, что вернусь в Японию сразу после соревнований. — Хорошо. И, Юри… я всегда рядом.       С этими словами Виктор отключил связь. Я бросил телефон на постель, задумчиво разглядывая узор на покрывале, свёрнутом в ногах. Понимая волнение Виктора, я всё равно не должен был так быстро уступать.

***

      Весь следующий день прошёл будто в тумане. Мне было совершенно всё равно на исход этапа. Мне было даже всё равно, попаду ли я в финал. Сейчас все мысли крутились вокруг Никифорова. Так что закономерное четвёртое место я воспринял как должное. Однако, это не совсем устроило моего юного соперника.       Из-за раздумий я едва успел перехватить ногу Плисецкого,занесённую для удара. Юрий выглядел не многим лучше меня. — Виктор в порядке?       Юрио говорил тихо, отрывисто, скрывая беспокойство за злостью от своего поражения. — Он в Хасецу. Ждёт меня.       Я выпустил ногу Юры, задумчиво разглядывая парня. Интересно, знал ли Отабек, что в случае устранения Виталия, его будущему подопечному придётся возглавить организацию, из которой Алтын так стремился его забрать?       Блондин несколько минут стоял напротив меня, насупившись, после чего протянул бумажный пакет. — С днём рождения. Кажется, он у тебя завтра.       Я взял довольно увесистый пакет в руки. Оставалось надеяться, что там не бомба и не гремучая змея. Осторожно развернув пакет, я обнаружил внутри ещё тёплые домашние пирожки. — Что это?       Плисецкий дёрнул плечом: — Просто ешь. Виктор ведь не особо разрешает употреблять подобное.       Я осторожно откусил от одного пирожка, с ещё большим удивлением глядя на Юрио: — Это ведь… кацудон.       В этот момент лицо блондина озарила настоящая, тёплая улыбка: — Ага, мой дедушка приготовил их. И, Юри… спасибо. Передавай Никифорову привет от меня.       С этими словами Плисецкий побрёл в сторону гостиницы. Я тепло улыбнулся вслед парню. Всё же, они с Виктором в чём-то были очень похожи. Своими загадочными речами время от времени — уж точно.

***

      Последние несколько лет вся моя жизнь напоминала собой квест: «Как не сдохнуть». С появлением в моей жизни Виктора, у меня создалось впечатление, что я вышел на финальный уровень с очень сильным боссом, которого окружали очень сильные пешки. И мне очень нужно было спасти из его лап прекрасную принцессу. Точнее, вместо принцессы в наличии был прекрасный король фигурного катания, одна штука.       И сейчас этот король больше напоминал мне разорившегося человека, потерявшего в своей жизни всё, ради чего стоило жить. Потухший взгляд, растрепанные волосы, простые джинсы и тонкий свитер под неизменным пальто. Рядом с ним сидел вполне себе бодрый Маккачин.       В тот момент, когда Виктор поднял на меня свои невозможные голубые глаза, я понял, что во что бы то ни стало, но я пройду этот долбаный уровень с чёртовым боссом, лишь бы только этот невозможный человек больше никогда не смотрел на меня так, будто я восстал из мёртвых, возвращая изгнанному королю его королевство и смысл жизни в целом.       Попав в его объятия, я ощутил, как напряжение отпустило меня. Виктор жив и здоров, остальное меня в тот момент не волновало. — Я люблю тебя, Виктор.       Слова дались легко. В этот момент я вспомнил собственные слова о любви, сказанные несколько месяцев назад Виктору. Отстранив его от себя на полшага, я ответил: — Виктор, прошу, будь всегда рядом со мной. Я знаю, я должен был сразу всё сказать тебе… но я слишком испугался за тебя, чтобы придумать что-то кроме, как отослать туда, где тебя не смогли бы достать.       Никифоров с тёплой улыбкой посмотрел на меня, после чего мягко прикоснулся губами к моей ладони: — Это предложение, Юри?       Я раздумывал полсекунды, прежде чем ответить: — Да. Да, это предложение.       Виктор вновь прижал меня к себе, прежде чем ответить: — В таком случае, я всегда буду рядом, Юри. Куда бы нас не занесла жизнь.       Вокруг гудели люди, Маккачин рядом поскуливал, будто чувствуя наше настроение. Я же с щемящей в груди нежностью сжимал в своих руках самое дорогое, что только было в моей жизни. И нужно было очень сильно постараться, чтобы отнять это у меня.