Mr. and Mrs. Stark

      Дом встречает всё теми же холодными блёкло-голубыми стенами просторного холла, в котором, уже так до боли привычно витает аромат ванильных духов. Весь пентхаус буквально пропитан Сансой; здесь всё, начиная от портретов на стенах и заканчивая незамысловатыми, но безумно дорогими статуэтками на полках в гостиной – часть её. Вот только, отчего-то, самой девушке, с каждым днём, всё сильнее хочется сбежать из этого места. Оно кажется каким-то чужим и враждебным. Слишком много неправильных решений здесь было принято; слишком много секретов было сокрыто.       Дом – в последнее время слишком тяжело назвать это место таковым; скорее клетка для Пташки с ещё незажившими крыльями, и ловушка для дракона, отказывающего принимать свою истинную сущность.       – С возвращением, – Санса улыбается, выходя из лифта следом за мужем, при этом несколько нервно сжимая в руках лямку собственной сумки. – Я думала насчёт вечеринки, но уверена, что тебе бы не понравилась эта идея.       Джон усмехается. Девушка знает его достаточно хорошо, ведь вечеринки он ненавидел всю свою жизнь. Как и эти чёртовы светские приёмы которые им слишком часто приходилось посещать или устраивать самим; те самые, с которых хотелось сбежать ещё до того, как часы пробьют полночь.       – Как насчёт вечера вдвоём? Я закажу еду из ресторана.       Старк согласно кивает, подходя к мужчине, и осторожно кладя ладони на его плечи. Ногой девушка случайно задевает колесо инвалидного кресла, отчего на светлых джинсах остаётся едва видимая для глаз грязная полоса.       – Не беспокойся об этом. Отдохни. Я сделаю всё сама, – ладони Сансы скользят по груди мужа, а она сама наклоняется вперёд, настолько, что её губы оказываются у его уха, опаляя раковину тёплым мятным дыханием. – В этом месте было слишком пусто без тебя. Я рада, что ты вернулся.       Девушка говорит хрипло и слегка приглушённо, заставляя приятные мурашки скользнуть по спине и плечам Сноу. Он почти чувствует радость от своего возвращения в это место. Почти. Ведь войти сюда своими ногами и въехать на инвалидном кресле – это крайне разные вещи. Мелисандра говорит, что это ненадолго, и если он будет прилежно стараться, сможет передвигаться самостоятельно уже в ближайшие пару недель. Впрочем, теперь Джон верит доктору, ведь стоять на своих двоих сейчас, он может уже на пару секунд дольше, чем это было ещё неделю назад.       Сноу накрывает одну из ладоней Сансы своей, слегка сдавливая её пальцы, но практически тут же отпуская. Тело всё ещё продолжает болеть, но, по крайней мере, теперь он учится обходиться без обезболивающих, которые, впрочем, всё ещё лежат в кармане его спортивных брюк.       – Раньше ты не скучала в моё отсутствие, – роняет Джон, но в тот же миг жалеет о произнесённых словах, ощущая, как жена слегка отстраняется назад, словно он её оттолкнул. – Прости, мне не стоило...       Санса всего на миг прикрывает глаза, при этом плотно сжимая губы. Мужчина прав. Раньше, в его отсутствие она находила для себя занятия, например такие как – Джейме Ланнистер. Джон всегда знал о её изменах, но никогда не говорил об этом вслух. Никогда не обвинял и не прогонял. Но значило ли это, что мужчина слишком сильно любил, или же, быть может, он тоже никогда не был ей верен? Маргери, Дейенерис – Старк подозревала многих девушек, но всё её догадки так никогда и не получили своего подтверждения.       – Всё в порядке, – Санса снова пытается улыбнуться, но на этот раз выходит слишком неловко. – Мне будет нужно отлучиться буквально на пару часов, надеюсь ты справишься здесь без меня?       Сноу понимает, что девушка лишь проявляет свою заботу, но её вопрос заставляет его почувствовать злость. Может теперь он и прикован к инвалидной коляске, но это не значит, что мужчина не способен позаботиться о себе самостоятельно.       – Конечно.       Кивнув, Старк прижимается губами к его щеке, оставляя на ней след персиковой помады. Ей нужно идти, ведь это дело больше не могло терпеть отлагательств, она и так тянула слишком долго. Сегодня последний шанс. Джон же, кажется, вздыхает с неким облегчением, когда слышит отдаляющиеся шаги жены. Похоже, за последние недели проведённые в госпитале, он уже привык к одиночеству. Впрочем, сейчас мужчину больше волнует то, что он должен сделать в ближайшее время. Сансе не следует быть рядом с ним в этот момент. Ведь в этот раз, неведенье защитит её больше, чем лишнее знание.       – Я скоро вернусь, – слова девушки сливаются с щелчком лифта, створки которого медленно сомкнулись, скрывая за собой миссис Старк, чей задумчивый взгляд голубых глаз устремился в пол.       Джон, вновь оставшись абсолютно один, устало потирает пальцами переносицу, чувствуя сводящую с ума головную боль. В последнее время она мучает его почти каждый день. "Последствия аварии" – так говорят доктора. Они же утверждают и о том, что у него могут быть даже провалы в памяти, пока организм не восстановится полностью. Впрочем, к счастью, пока память не пыталась его подвести.       Используя небольшой пластиковый джойстик, расположившийся на ручке кресла, мужчина без труда заставляет его поехать в нужную сторону: к кабинету. Туда, где за портретом Сансы, висящем на стене, располагается небольшой сейф, код от которого известен только ему. И в этом сейфе хранятся наиболее важные вещи до которых нельзя позволить добраться никому постороннему.       Дверь кабинета не заперта как и всегда, но оказываясь в нём, Сноу лишь тяжело выдыхает. Разбросанные до этого бумаги, теперь лежат аккуратными стопочками на столе, а папки в шкафу пронумерованы и разложенны по цвету. Даже ручки и карандаши, что прежде были разбросаны повсюду, теперь сложены в одну коробочку, на которой можно заметить выведенные рукой Сансы незамысловатые узоры, расположившиеся вокруг нарисованной головы оскалившегося волка. Женская рука чувствуется в этом месте больше, чем когда-либо прежде.       Джон усмехается. Кажется, теперь ему придётся разделить собственный кабинет с женой, ведь похоже, за последние две недели, она обосновалась здесь больше, чем он мог даже предположить. Впрочем, сейчас у Сноу есть более важные дела, чем раздумье над таким пустяком.       Подхватив угол картины, мужчина потянул её на себя, вынуждая распахнуться словно дверцу шкафчика. За ней же, открывается вид на встроенный в стену сейф, открыть который без кода невозможно и вовсё. Он прочнее, чем в любом банке или же ювелирном магазине. Джон позаботился об этом ещё до того, как они с Сансой перебрались в этот пентхаус. Вот только, незадача в том, что сидя в инвалидном кресле, мужчине до него не дотянуться.       Сноу выругался. Каковы шансы, что он не рухнет, если рискнёт подняться на ноги без опоры и даже без страховки сзади? Они кажутся слишком призрачными, вот только выбора у Джона нет.       Боль пронзает всё тело практически в ту же секунду, когда мужчина делает первый рывок, который, впрочем, оказывается неудачным. Глаза слезятся, но Сноу лишь крепко стискивает челюсти, нескончаемое думая о том, что в кармане всё ещё лежат обезболивающие, и он сможет позволить себе выпить пару таблеток, как только покончит со всем этим.       "Играй до конца" – так всегда говорил Нэд Старк, и Джон невольно усмехается, понимая, что он собирается слушать совет того, к чьей смерти приложил однажды руку. И мысли об этом кусают больнее разъярённого пса.       – Давай же, сделай это, – буквально рычит мужчина, злясь на самого себя. Он обязан, если не хочет проиграть.       Ещё один рывок, и на этот раз, Сноу удаётся удержаться на ногах. Колени дрожат, а боль сковывает буквально всё тело, но Джон упрямо нажимает на нужные кнопки, вводя только ему известную комбинацию цифр, с наслаждением слушая негромкий щелчок и замечая как приоткрывается дверца сейфа. Внутри практически пусто: лишь небольшая папка, и что-то ещё – лежащее в тени.       Но когда пальцы наконец смыкаются на заветных листах, мужчина понимает, что его стремительно покидают последние силы. Грохот наполняет стены притихшего кабинета, а Джон, слегка откидывая голову назад, прижимаясь затылком к полу, пытается отдышаться. "Посадка" оказалась не самой мягкой, отчего позвонки слегка дёргает, а поломанная рука взвывает с новой силой, вынуждая крепко стиснуть зубы. Впрочем, в карих глазах, вместо боли, отражается лишь удовлетворение, ведь столь необходимая чёрная папка, сейчас лежит на полу рядом с ним. Сноу замечает и цепочку, выглядывающую из-под стола. Протянув руку, он подхватил её кончиками пальцев, притягивая к себе. Как оказалось, из сейфа выпала и ещё одна лежащая там уже последние восемь лет вещица. Та самая, которую когда-то Джон всегда носил в кармане словно талисман. Помнится, однажды – в пансионате, он даже серьёзно подрался с другим мальчишкой, позволившим себе попытаться её забрать. Та драка закончилась сломанным носом и несколькими синяками, а также отменой каникул для провинившихся. Это был первый год, когда Сноу не приехал к Старкам на Рождество.       Кулон тяжестью ложится в ладоне, а мужчина на доли секунды прикрывает глаза. Ведь это фактически последнее, что осталось у него от прошлой жизни. Одна из немногих вещей, которую удалось отыскать среди копоти и сажи после пожара, поглотившего дом Таргариенов. Удивительно, что кулон практически не пострадал, и был найден под сгоревшей детской кроватью. Но вот только Джон знал, что мама никогда не снимала его со своей шее, а значит... на самом деле, один из пожарных снял его с обгоревшего тела Лианны.       Эта мысль пугает, но Сноу старается об этом не думать. Сегодня он не был готов его открывать, ведь внутри кулона находилась последняя вещь, служащая напоминанием о его семье: их общая крохотная фотография. Единственная. Больше не сохранился ни один из снимков. Только этот. На нём Рейгар и Лианна счастливо улыбаются, а на коленях отца сидит четырёхгодовалый Эйгон Таргариен. Изображение совсем маленькое, лиц практически не разглядеть, но даже несмотря на пройденные года, Джону кажется, что он всё ещё до мельчайших подробной помнит о том, как выглядели его родители. Помнит каштановые волосы матери и небольшую родинку у правого уголка её губ. Помнит платиновые волосы отца, отдающие при свете золотом, и открытую широкую улыбку. Иногда, Сноу искренне жалеет, что не умеет улыбаться также.       Воспоминания готовы вывернуть душу мужчины наизнанку, но он не может позволить этому случиться. Только не сейчас. Джон потерял обоих своих родителей будучи ещё совсем ребёнком, и он слишком долго был один, но теперь всё по-другому. Сноу больше не ощущает удушающего одиночества. Не ощутит, пока Санса рядом. И мысли о жене слишком быстро возвращают мужчину в реальность, в которой он должен покончить со своим последним делом.       Его взгляд вновь падает на папку, а в голове слишком отчётливо звучит голос Пересмешника:       "Вы сделали правильный выбор, мистер Старк. В мести нет чести, но иногда она важнее чем власть или деньги. Обещаю, что корпорация Старков окажется в надёжных руках".       И Джон знает, что слова Бейлиша правдивы. Впервые "Stark corporation" действительно окажется в надёжных руках. Ведь в этой папке, в тех документах, что находятся в ней, написано то, о чём не знает никто кроме Сноу и Давоса. В этих строках лежит ключ к наследию Старков.

***

      Тормунд с силой обрушивает кулак на тоненькую деревянную дверь, которая сотрясается от его ударов, того гляди и вовсе рискуя сорваться с петель. Мужчина слышит за ней яростный лай как минимум нескольких собак, а также скрежет их когтей по дереву. Вырвутся – перегрызут ему глотку.       – Мистер Болтон! – бас здоровяка кажется разлетается по всей округе, впрочем, в ближайших нескольких милях нет ничего и никого живого. Только пустырь.       Гаинт возвращался к этому дому уже несколько дней подряд, ведь именно этот адрес дал ему Роберт Баратеон. Впрочем, уже на следующий день, протрезвев, он даже не смог вспомнить о своём звонке, и упорно утверждал, что никогда не устраивал слежку за своей женой при помощи жучка. Наверное, для полицейского это было бы отличным поводом забить на всё происходящее, но, увы, Гаинт не нашёл в себе силы этого сделать. Особенно учитывая то, что Баратеон назвал адрес того ублюдка, который нашёл тело Дейенерис Таргариен пару недель тому назад. Алиби у парня не было, но обыск его лачужки не дал никаких результатов, поэтому он был отпущен домой, и после этого, Торн приказал оставить мальчишку в покое, утверждая, что благодаря ему, труп нашли ещё до того, как он бы успел разложиться полностью. Только вот какой от этого прок, если головы всё равно не оказалось рядом?       Тормунд ещё раз ударил кулаком по двери, только на этот раз скорее с отчаянием, нежели с надеждой. Ведь если во все предыдущие дни Рамси предпочитал не открывать её перед незваным гостем, то едва ли сегодня он решит поменять своё мнение.       Выругавшись, мужчина отступил назад, уже было намереваясь спуститься с ветхого крыльца и вернуться обратно к машине, как обернувшись, он невольно вздрогнул, поняв, что всё это время, позади него кто-то стоял. Губы парня растянулись в широкой, но слишком пугающей улыбке.       – Офицер, рад что вы пришли, – Болтон шагнул вперёд. – Зайдёте на чай?       Взгляд Тормунда невольно скользнул к правой руке Рамси, в которой он сейчас сжимал ручку новенького топора. Его лезвие едва заметно поблёскивало под лучами полуденного солнца. Так же, как и взгляд пристальных голубых глаз психопата. Ведь назвать этого паренька – дрочившего на полуразложившийся и расчеленённый труп – как-то иначе, Гаинт едва ли действительно мог.       – Пожалуй.       Полицейский напряжённо наблюдал за тем, как Болтон неспешно отпирает дверь своего дома, при этом мурлыкая себе под нос какую-то незамысловатую мелодию. Его же псы залаяли ещё громче и словно агрессивнее – они чувствовали своего хозяина.       Ладонь Тормунда невольно легла на кобуру с пистолетом, висящую на его поясе.

***

      Практически неделю Санса набиралась смелости, чтобы прийти в это место. Полицейский участок кажется ей слишком пугающим – пробуждающим не самые приятные воспоминания. Впервые она попала сюда по вине старшего брата. Тогда девушке едва исполнилось пятнадцать, и Робб уговорил её отправиться на вечеринку вместе, говоря, что она слишком консервативна и ей тоже следует научиться развлекаться. Вот только, не прошло и часа, как на "закрытый" клуб была совершена облава полицейских, что искали наркотики и незаконно хранящееся оружие. К удивлению для Сансы, у её брата оказалось первое. Они несколько часов провели в участке, пока туда не явился разъярённый отец, внёсший залог за непутёвого сына. Девушка впервые видела Нэда таким злым и разочарованным одновременно.       Второй и до этого мига последний раз, Старк была здесь вместе с тёткой Лизой. Они никогда не были действительно близки, но в тот момент, девушка не могла бросить родственницу в одиночестве, ведь Кейтилин отказалась приходить к дверям полиции, не желая связывать своё новое имя – Старк, с чем-то столь грязным, как случившееся с её сестрой. И только теперь Санса могла осознать, насколько это было... подло. Ведь она бы никогда не бросила Арью, случись с ней такое.       Образ хорошей семьи продолжал рушиться буквально на глазах. Они никогда не были так идеальны, как это изображалось на семейных снимках и портретах.       – Мисс?       Голос, раздавшийся позади, заставил девушку стремительно обернуться. Женщина, с уставшим взглядом серых глаз, под которыми уже пролегли тёмные круги, вопросительно взглянула на Сансу, словно не понимая, что она здесь делает. И прежде чем офицер успела бы спросить хоть что-то, Старк поспешила заговорить с ней первой.       – Я пришла кое-кого навестить, – быстро лепечет она, стараясь, чтобы голос звучал как можно более убедительно. – Своего дядю. Вы задержали его двумя неделями ранее за драку в баре, – пальцы с силой сжимают ручку сумки. – Его зовут Сандор Клиган. А я Синди. Клиган, – она не должна называть своего настоящего имени       На лице женщины стремительно отражается удивление. Она ожидала услышать многое, но только не то, что эта эффектная и красивая девушка, может иметь хоть какое-то отношение к Псу. Впрочем, едва ли хоть кто-то в здравом уме станет лгать о таком родстве. Офицер повела плечами.       – Его выпускают уже завтра. Своё он отсидел, а задерживать его на дольше оснований нет. Поэтому вам возможно следует подождать до...       Но перед тем, как женщина успела договорить, Санса поспешно её перебила, с отчаянием качнув головой. Сегодня была её последняя возможность оказаться с Клиганом лицом к лицу, при этом не боясь постичь судьбу своей же тётки; вот только на этот раз, Пёс бы обязательно закончил начатое, не оставив жертву в живых.       – Нет! – слишком резко и громко, привлекая ненужные взгляды. – Мне нужно сегодня, пожалуйста. Завтра я уеду и... сегодня мой последний шанс увидеться с любимым дядей.       Старк замечает, как от её последних слов, женщина слегка скривилась, но подумав несколько секунд, она всё же кивнула, жестом призывая девушку следовать за собой.       Коридоры в полицейском участке слишком узкие и тёмные, в них Сансе сразу становится не по себе, но она упрямо продолжает идти вперёд. К окружающей духоте стремительно примешивается запах пота и перегара, и от этого, тошнотворный ком застревает где-то в глотке.       Металлические решётки камер выглядят словно клетки. Впрочем, отчасти, они ими и являются – только для людей, а не для животных. Вот только Пёс заслуживает чего-то гораздо более худшего чем даже это.       Старк чувствует, как собственные ногти вонзаются ей в ладони.       Всего шесть камер, но четыре из них пусты. В одной, девушка замечая ещё совсем юного парня – его тело изрисовано татуировками, а на лице десятки пирсингов. Он сидит на скамейке с опущенной вниз головой и скрещёнными на груди руками. Судя по тому, что "заключённый" никак не реагирует на приход посторонних, он, кажется, крепко спит, хоть и в столь неудобной позе. Во второй же, Санса видит огромных размеров мужчину, что стоит у стены, привалившись к ней плечом, в тот момент как его взгляд непрерывно следит за ней. Это заставляет дрожь скользнуть по плечам и спине Старк.       – Клиган, – теперь голос женщины-полицейской звучит грубо и холодно, в то время как её ладонь ложится на кобуру с пистолетом, будто она опасается, что Пёс сможет добраться до неё даже через металлические прутья. – К тебе племянница. У вас есть десять минут.       После этого она стремительно уходит, а Санса делает ещё один шаг вперёд, замирая прямо напротив камеры, но при этом сохраняя дистанцию для того, чтобы мужчина не смог дотянуться до неё рукой. Девушка нервничает, но старается скрыть это из-за всех сил; Сандор шагает вперёд, всё также не отрывая от неё изучающего и опасного взгляда. Его губы растягиваются в оскале.       – Я тебя знаю, Пташка, – мужчина смыкает пальцы на прутьях. – Хорошо, что ты пришла. Мне не придётся искать тебя завтра. За предательство нужно платить.       Санса хмурится, не понимая о чём говорит Клиган, но в этот миг едва ли её это волнует. У неё есть собственные вопросы, и сегодня, она намеревается получить на них ответы. Только бы они позволили хотя бы на дюйм приблизиться к пугающей истине.       – Что вам известно об убийствах, происходящих в городе? – она поглядывает на паренька в татуировках, но он, кажется, продолжает спать. – Я знаю, что вам известно больше, чем вы говорите.       Слова Мизинца до сих пор крутятся в голове. Насколько она может им доверять? Мог ли он солгать, указывая на Пса? Но судя по тому, как в этот миг скалится Клиган, её вопрос угодил прямо в точку. Ему что-то известно. Она должна знать хотя бы самую малость.       Сандор хмыкнул, скользя взглядом по лицу девушки, после спускаясь и к её телу: упругим грудям, проглядывающим через тонкий свитер; тонкой талии и стройным ногам. Трахнуть её будет одно удовольствие. Старк везунчик, что имеет её уже восемь лет. Впрочем, теперь ему придётся посмотреть как это делает с ней кто-то другой. Пёс знает, что заставит сучку кричать, а после заткнёт её маленький ротик своим хером. Мысли об этом пробуждают в его штанах жизнь. Дождаться завтрашнего дня будет сложно, но оно того стоит.       – Хочешь получить ответ на свой вопрос, Пташка? Отсоси мой член и я тебе его там.       Санса морщится, замечая, как ладонь мужчины потянулась к ширинке. Такой ублюдок как он, едва ли заслуживает права на существование. Она вновь возвращает взгляд к его лицу и невольно вздрагивает. Повернувшись, он позволил свету охватить свою правую половину, обнажая безобразный шрам. Старк невольно отступает назад. Она помнит его. Помнит...       Картинки прошлого кружат перед глазами, заставляя задыхаться. Пить. Так сильно хочется пить. Санса рассеянно моргает, но теперь лицо Клигана стынет у неё перед глазами. Идя сюда, она думала, что впервые встретится с ним лицом к лицу, на деле же – их первая встреча состоялась ещё восемь лет назад. Вот почему он сегодня узнал её.       Пёс тенью стоит за спиной Джоффри, когда Баратеон нажимает на кнопку звонка. Она сама впускает монстров в свой дом, смыкая за их спинами дверь. В тот миг, девушка может думать лишь о своей погибшей семье, и она не сразу понимает того, какие именно документы кладёт перед ней юноша, прося их подписать. Но постепенно, просьбы сменяются приказами, а после – сильным ударом. Но бьёт не Джоффри, вместо него это делает Пёс. Это продолжается несколько часов, а может даже и дней. В те мгновения Санса едва ли чувствовала время. Только жажду. Ей так сильно хотелось пить, но губы были разбиты в кровь. Слишком больно. Она не могла даже говорить, а на хрустальных бокалах матери оставались кровавые следы. Словно алая помада.       Старк вздрагивает, качая головой, стараясь отогнать от себя картинки прошлого. Её взгляд вновь скользит на Клигана, который всё также продолжает скалить зубы в оскале.       – Ты пришла ни к тому человеку, Пташка, – рычит он. – Спроси своего мужа кто убил Джейме Ланнистера, и он даст тебе ответ на этот вопрос.       Санса не хочет этого слышать. Не хочет верить словам этого человека. Джону ничего не известно. Он бы рассказал ей если бы знал хоть что-то. Он бы пошёл в полицию. Только если мужчина не пытался защитить убийцу...       Девушка попятилась к выходу, уже словно издалека слыша басистый смех Пса – будто лай собак. Сердце предательски колотит в груди.       – Как только я отсюда выйду, Пташка, – начинает Сандор, но Старк не даёт ему закончить.       Теперь в её голубых глазах наравне со страхом и растерянностью полыхает и ненависть. Она готова оголить свои клыки, чтобы перегрызть глотку тому, кто когда-то посмел причинить ей боль. Волки не прощают обидчиков.       – Вы не выйдите, – слова звучат как приговор.

***

      Их с Сансой покои – одна из тех немногих спален в доме, в которой Джон действительно ощущает уют. Она напоминает мужчине собственную комнату, которая была у него в далёком детстве. Те же бежевые стены; зеркальный потолок; даже несколько плюшевых мишек, сидящих на постели. Кажется, одного из них он выиграл для девушки в тире, когда они провели лучшие выходные в своей жизни в Диснейленде. В те дни, они впервые за многие годы вновь почувствовали себя беззаботными детьми. Вот только, к сожалению, ни одни выходные в мире не могут длиться вечно, и раз за разом приходится возвращаться в суровую реальность.       Джон перевёл взгляд на панорамное окно, занимающее практически всю восточную стену. Отсюда открывался прекрасный вид на Лос-Анджелес. Вот только, как бы не был красив город "снаружи" – внутри он прогнил уже очень давно. И завтра, наконец вернувшись в игру после двух недель тишины, мужчине придётся убедиться в этом снова.       Колёса инвалидной коляски слегка застревают в высоком ворсе ковра, заставляя Джона выругаться сквозь зубы. Желание встать с неё слишком велико, но всё ещё ноющие позвонки после неудачного приземления в кабинете, напоминают, что он будет глупцом, если повторит такой "трюк" ещё раз.       Сноу скользнул ладонью по шёлковым простыням незаправленной после ночи постели. Желание вновь оказаться в ней вместе с Сансой затмевает всё остальное, вынуждая медленно вдохнуть и выдохнуть, чтобы хотя бы на время выкинуть из головы не самые пристойные картинки рисующиеся в воображении. Губы мужчины дрогнули в усмешке, а взгляд тёмно-карих глаз скользнул чуть ниже, замечая ручку дорожной сумки, видняющуюся из-под кровати. Странно. Обычно она лежала в гардеробной вместе с остальными чемоданами.       Джон нахмурился, отчего меж его бровей пролегла неглубокая складка. Слегка поддавшись вперёд, он ухватился ладонью за ручку, потянув её на себя. Уже спустя секунду, сумка оказалась водружённой на постель, и, к удивлению Сноу, она не была пуста.       – Какого..?       Расстегнув молнию, Джон пробежался взглядом по её содержимому. Внутри лежали некоторые вещи Сансы: джинсы, несколько рубашек и пару свитеров. Её обычный набор для путешествий. Но девушка не говорила, что куда-то собирается отправиться в ближайшее время. В любом случае, возможно, сумка так и осталась неразобранна ещё с их прошлой поездки в Джорджию, хотя, это было слишком сильно не похоже на Сансу, которая едва ли могла найти покой, пока всё не ляжет на свои полки и не будет развешано по вешалкам в гардеробной.       Впрочем, Джон уже было собирался убрать сумку обратно, как его взгляд кое-что привлекло. Что-то крайне яркое – разноцветное, выглядывающее из-под одной из кофт. Сноу осторожно выудил находку, при этом хмурясь, словно стараясь припомнить, видел ли он её когда-либо прежде. Ведь вещица казалась слишком знакомой, но едва ли она действительно могла принадлежать Сансе. Слишком пёстрая, для предпочитающей однотонность миссис Старк.       Сноу кончиками пальцев скользит по обложке блокнота, а уже в следующую секунду, он осторожно открывает его первую страницу. Она вся исписана мелким, но ровным почерком. Слова практически сливаются в единый текст, и прочитать хоть одну строку кажется весьма затруднительным. Впрочем, мужчина в который раз убеждается в том, что данный блокнот принадлежит не Сансе, ведь её округлые и практически идеальные буквы, слишком разнятся с этими – словно написанными на скорую руку.       Джон осторожно пролистнул ещё несколько страниц, но так и не обнаружил ничего интересного. Слишком много запутанных фраз, разобрать которые крайне сложно. Складывалось такое ощущение, что писавший их человек, был и вовсе болен психически. Губы мужчины дрогнули в усмешке, в то время как взгляд карих глаз скользнул по ещё одной из строк.

"Мёртвый. Красный. Роз шипы. Волчья пасть и крылья дракона. Белая смерть и Пересмешника песнь. Круг замыкается – игра кончается. За "престолы" каждый из вас понесёт свою смерть".

      Улыбка спала с его губ слишком стремительно; Сноу тяжело сглотнул. Смысл большинства слов, что были записаны в этом блокноте, был ему отнюдь не понятен. Но только не этот абзац. Здесь он понял каждое из слов, и осознание этого заставляло всё внутри неприятно сжаться. Тому, кто это написал, кем бы ни был этот человек – было известно слишком многое. Больше, чем мог позволить себе знать посторонний.       Джон резко вскинул голову, услышав шаги за дверью. Цокот каблуков казалось наполнил собою весь притихший пентхаус, а уже в следующий миг, дверь, ведущая в покои, медленно приоткрылась, а на пароге застыла Санса. Взгляд её голубых глаз скользнул по мужу, а после он переместился к блокноту в его руках. Улыбка стремительно пропала с губ девушки, сменившись гримасой растерянности и страха. Сноу слишком хорошо знал свою жену, чтобы прочитать эти эмоции на её лице.       Старк осторожно шагнула вперёд, а её ладони нервно скользнули по собственным бёдрам, словно девушка пыталась стереть с них невидимую для глаз грязь. Или может быть кровь? То, о чём знала только она сама. Ведь вода может смыть многое, но из памяти всего этого не убрать. Её не почистить и не заставить забыть. Каждая ошибка, которую ты совершил однажды – всегда будет рядом с тобой.       – Джон? – её голос предательски дрогнул.       Сноу смотрит на девушку несколько долгих секунд, после чего вновь переводит взгляд на блокнот в своих руках. В голове снова бьёт набатом о том, что он уже видел его где-то прежде. Такой яркий – его слишком тяжело не заметить. Ручка быстро скользит по листам, а взгляд зелёных глаз впервые сталкивается с его. Она говорит неуверенно. Боится? Растеряна? "До встречи, мистер Старк" – голос хриплый, больше напоминающий мужской.       Джон несколько раз словно рассеянно моргает, чувствуя, как на доли секунды сбивается дыхание. Он не смотрит на Сансу, когда задаёт ей один единственный вопрос:       – Где ты его взяла?       От Сноу веет холодом, и девушка это чувствует. Старк делает ещё один осторожный шаг вперёд, при этом скользя языком по пересохшим губам. Не только у тебя есть секреты, дорогой. И от осознания этой истинны хочется смеятся и плакать одновременно. Но на лице Сансы не отражается ни одной эмоции. Старк лишь слегка ведёт плечами, отчего с них соскальзывает лямка сумки, а она сама падает на пол, но, кажется, девушка даже не обратила на это внимания.       Санса осторожно протянула вперёд руку, позволяя своим пальцам обвиться вокруг запястья Джона, тем самым вынуждая мужчину вскинуть взгляд и посмотреть ей прямо в глаза. Они оба молчат ещё несколько секунд, а последний вопрос Сноу продолжает висеть между ними в воздухе. Он хочет услышать ответ, но одновременно с этим, слишком боится его узнать.       Как далеко ты способна зайти, милая Санса?       Девушка мечется словно пойманный в ловушку зверёк, но ведь это всего лишь Джон – она может ему доверять. Наверное, он единственный кто встанет на её сторону, какую бы ужасную ошибку она бы не совершила. По крайней мере в это искренне хочется верить.       – Я нашла его в твоём кабинете, – наконец глухо произносит Санса, опускаясь на постель, но всё ещё не выпуская запястье супруга из своей хватки. – Она... думаю офицер Ваилд выронила его случайно, когда вошла туда без позволения. Я обнаружила его практически сразу. Игритт не успела уйти далеко.       Джон сжимает ладонь здоровой руки в кулак. Сердце колотит в груди словно сумасшедшее, а надежда с каждой секундой становится всё более призрачной. Офицеру Ваилд было известно слишком многое. Намного больше, чем даже думал её напарник. Наверное, она лишь просто играла с Тормундом, устанавливая жучки в кабинете Старка и притворяясь наивной овечкой. Но почему? Какие именно цели преследовала девушка? Против кого она играла на самом деле?       – Ты совершила плохой поступок? – муж смотрит Сансе прямо в глаза, а ей так сильно хочется смеяться. Нервно. Истерично.       Ведь в этот миг, Старк кажется, что в Джоне – она видит своего отца. Он так сильно на него похож. Сноу, чёрт возьми, говорит совсем как он. И это слишком иронично, учитывая, что мужчина приложил руку к гибели Нэда.       Оступиться на глазах у мужа, девушка боится также сильно, как когда-то боялась ошибиться перед отцом. Это кажется таким странным и закономерным одновременно. Всё в этом мире идёт по кругу.       Очередной вопрос висит в воздухе, делая его крайне горячим – обжигающим лёгкие. Обоим молодым людям слишком тяжело дышать, ведь непроизнесённая вслух правда давит на грудь. Игра в "престолы" слишком жестока, и лишь немногим удаётся не сойти с дистанции. Здесь тебе приходится либо нападать самому, либо защищаться, но иногда, это словно становится единым целым. Ты защищаешься нападая – иначе проигрыш.       Санса молчит, и это ломает его окончательно. Джон медленно закрывает глаза, а уже в следующую секунду чувствует губы жены на своих. Она целует его отчаянно, словно моля о спасении. Её зубы прикусывают до боли, а язык, будто извиняясь, скользит по месту укуса. Мужчина сдаётся и целует её в ответ.       Они практически проиграли.