Во что играют Боги

"И смеется сталь, От крови пьяна... Знаешь, как тебя ждали здесь? Не было жизни, Была лишь война. Легким шагом ты входишь в смерть". Мельница "Зов крови"

      Родина встретила своих детей неприветливо. На улицах не было слышно ни смеха, ни людского говора, не видно было никакого движения. Не бегали и не шумели дети, не болтали, обсуждая последние сплетни, всезнающие соседки, не звучал, задорно и весело отбивая бока металлической чушке, кузнечный молот. Не сновали под ногами пёстрые куры, не блеяли в загонах овцы...Такую тишину называют мёртвой. Плоскодонные, рассчитанные на небольшую глубину лодчонки сиротливо дергались на привязи у причала, понапрасну ожидая рыбаков, брошенные без распорок сети мягкой лапой по гальке лениво гонял ветер.       – Эрет, неужели ты?! А я уже и не надеялся на встречу! Думал, что ты сбежал!— хрипло и вроде бы искренне расхохотался Блудвист. Поднявшись с массивного, вырезанного из цельного куска дерева, кресла с высокой спинкой и немного (что не укрылось от внимательных глаз собеседника) прихрамывая и опираясь на посох, он одним резким движением спрыгнул с помоста и неспешным уверенным шагом приблизился к небольшой — человек двадцать — делегации, вошедшей в Большой Зал Фъергарда вместе со своим вождём. Эрету стоило больших усилий сдержать себя и только огромное и, как ему показалось, печальное Ужасное Чудовище, флегматично обвившееся вокруг трона его отца да другие драконы, расхаживающие тут же, удержали его от того, чтобы вцепиться ненавистному в горло прямо в человеческом облике.       — Я исполнил твою просьбу, Драго Блудвист из рода Нойдов и привез тебе… мужчина немного запнулся – …невесту. Астрид Бесстрашная, дочь Сигурда Неистового из клана Хофферсон по своей воле согласилась прибыть сюда. Её сопровождают отец, с десяток человек охраны, а также ездовой дракон. Они ждут тебя на площади. Берк - то ещё местечко, скажу я тебе. Пришлось немало потрудиться, чтобы добраться туда...       — Ты узнал мое родовое имя? — перебил Драго.– Похвально, но мой народ, за исключением немногих выживших, уже больше полуста лет не существует. Лично я знаю только одного человека, да и то – он презрительно выплюнул последнее слово на пол – женщину. Она давно потеряла право называть себя этим именем. На севере и в ваших землях я больше известен как Драго Кровавый. Ещё меня называют Драго Драконий Король, потому что не существует дракона, которого я не смог бы подчинить. – Вождь Берка немного рассказал мне о тебе. Должен же что-то я знать о кровнике.       – Лестно осознавать, что Стоик ещё помнит меня. Но ты лукавишь: это не он, он не мог знать...Хотя я был сильно удивлен, много позже узнав, что он выжил… – продолжил Драго. – Ну да Хэддок всегда был неглуп, удачлив и упрям и, верно, смог сложить два и два, когда крыша Зала Совета воспламенилась по моему приказу. Зато на всем архипелаге и далеко за его пределами более нет простодушных идиотов, которые посмели бы назвать меня глупцом или лжецом! Лишь я один могу подчинять драконов и управлять ими!       — О, поверь, я в этом убедился! – желчно ответил Версайнд. – На Берке сейчас сложные времена: Совет недоволен вождём и, особенно — его приемником. Они и впрямь, как ты говорил, смогли приручить драконов, но среди них нет единства, большинство людей по-прежнему боятся ящериц-переростков и не знают, что теперь с ними делать. А сын Стоика и вовсе не вникает в дела острова, используя тварей лишь для развлечения. Глупый, безусый ещё мальчишка, что с него возьмешь!       — Я так и знал! Слухи о новом Заклинателе - лишь досужие выдумки старух.— с удовлетворением произнес Драго и с жадным любопытством спросил:       — А как там старая карга Ингельда? Как эта ведьма, не сдохла ещё? Это ведь она рассказала тебе о том, кто я, и не отпирайся.       — Если ты о старейшине Берка, то она жива, хотя и впрямь очень стара и слаба, - не уточняя, от кого именно получена ценная информация, сказал Эрет. Готи рассказала очень мало, каждое слово приходилось буквально разбирать по знакам, но кое-что, помимо сказанного при всех, Версайнд у нее действительно узнал, но не торопился делиться с остальными.       — Это ненадолго. Скоро она, как и всё жалкие ничтожества, что называют себя Лохматыми Хулиганами, исчезнут с карт Архипелага вместе с их горячо любимым островком, но об этом позже. Ну, и где она? — нетерпеливо воскликнул Драго, быстро пройдя вперёд и распахивая высокие, в потолок, двустворчатые двери, украшенные затейливой резьбой.       — Покажите же мне девушку, что станет залогом нового, моего мира! Версайнд, вышедший за ним на порог, дал знак рукой. Народ, к тому времени собравшийся на небольшой площади около ступеней, послушно - торопливо расступился и Астрид сделала небольшой шаг вперёд, опираясь на руку Сигурда. За всё время с момента, как Иккинг с остальными всадниками покинули их, девушка не произнесла ни слова, но её молчание Эрет списал на обычное волнение и нежелание общаться. Лицо Астрид было скрыто плотным покровом и оттого движения казались ломкими и неуверенными, как у слепца. «И зачем она надела ритуальное облачение? Чтобы казаться безобиднее или напротив, предостеречь Драго? Потому секиру с собой не взяла?!» За простым наборным поясом виднелся лишь небольшой нож в роговых ножнах. Больше никакого оружия воин так и не заметил. Он не сомневался, что для такого умелого воина, как Астрид и это - весомое преимущество, но все равно волновался.       Блудвист медленно, растягивая момент торжества, спустился с высокой лестницы, ведущей к главной площади, приблизился и, наклонившись, одной рукой с неожиданной осторожностью приподнял покров, не оказав прежде, как того требует обычай, должного уважения сопровождающему. Девушка подняла голову, две длинные льняные косы своенравно выбились из рыхлого узла на затылке, большие серо-голубые глаза глянули с вызовом и любопытством.       Сигурд охнул и его правая ладонь крепче сжала рукоять верного меча. "Что ж, она права: от Судьбы и предначертанного не скрыться, как не бегай. Уже скоро…»       «О Один, что она творит? Мы же обо всем договорились, всё обсудили, так зачем?! Глупая, безрассудная девчонка! Сам, своими руками придушу, если жив буду!» - чувствуя, как всё стремительно катится дракону под хвост, подумал Эрет, но не подал виду, продолжая так же спокойно стоять чуть позади Драго. Тот же был настолько уверен, что кровный враг не ударит в спину, что не взял с собой никакой охраны, хотя Эрет ни минуты не сомневался, что за каждым его движением внимательно наблюдают десятки враждебных глаз.       Если бы Драго внимательнее осмотрелся вокруг, то, заметил бы, что на площадь полюбопытствовать пришло только взрослое население Фъергарда. Среди них не было ни маленьких детей, ни немощных стариков и почти все были так или иначе вооружены, а выставленные им ранее воины охраны смешались и словно растворились во всё пребывающей со всех сторон толпе. Но его черные глаза под густыми нависшими бровями смотрели только на молчащую девушку.       — Не так хороша, как я ожидал, но с характером. Сколько ты хочешь за неё? — спокойно и буднично спросил Драго у Сигурда так, будто торговался на рынке за лошадь или собаку.       — Пойдем за стол, выпьем и обсудим всё хорошенько. У меня одна дочь и мандр за неё на Берке давали немалый. В ее роду были и славные воины, и сильные вёльвы.       — А ты думаешь, я этого не знал? — криво улыбнулся Драго. Улыбка из-за старого шрама, пересекавшего левый глаз, и интонации получилась зловещей, больше похожей на оскал. — А знаешь что, как там тебя... Я передумал. — осклабился шире воин, скомкав и бросив белую с красной вышивкой ткань себе под ноги и подняв посох. Девушка, небрежно отброшенная им в толпу, упала на колени. На рассеченной щеке показалась кровь, смешавшись с черной влажной землёй.       — Ты что творишь, выродок! — рявкнул Сигурд, не ожидавший такого пренебрежения и потянул оружие из ножен.       — Золото мне ещё пригодится, а этим тварям, — Драго пнул мелкого дракончика, в неурочный час подвернувшегося под тяжёлый сапог — все равно, кого жрать. Запах крови лишь подзадорит их. Эй, кто там! — он обернулся, подзывая своих прихвостней и указывая посохом на прибывших. — Уведите нашу гостью, да глаз с нее не спускайте! И получше заприте её дракона, пополнение очень кстати. Остальных убить!       Забияку (а в роли невесты была именно она. Неизвестно, кому из девушек пришла в голову идея поменяться, но реализовали они её блестяще: никто, кроме Громгильды, ещё на корабле почуявшей, что хозяйкой закутанная в белое фигура и не пахнет, до момента "икс" не заметил подмены) ударили сзади по голове, схватили под руки и куда-то утащили. Народ подался вперёд единым живым многоруким организмом, засверкало оружие, послышались выкрики и первые стоны. С крыши Большого Зала вверх взметнулся столб густого темного дыма от зажженной шерсти - условленный сигнал. Где-то вдалеке заревели драконы: битва за Фъёргард началась. Каждый нашел себе противника, на которого можно вылить накопившиеся ненависть и отчаяние.       Драго, использующий плащ вместо щита, сцепился было с Сигурдом, но между ними вклинился Версайнд. Парные клинки, которые, казалось, не меньше хозяина жаждали крови стоящего напротив человека, тускло сверкнули под низким зимним солнцем. Драго, ухмыльнувшись, шагнул назад к лестнице, не принимая вызов, накинул капюшон и отвернулся, явно собираясь уйти.       — Покажи свое лицо: я не привык бить в спину, в отличие от тебя. – прорычал Эрет. – Повернись и сражайся со мной!       — Ничтожество! Вы наивно думаете, что я не разгадал ваш план? Жалкие черви! Да я ещё наперед знал, что ты — он ткнул в Эрета посохом, обвел остальных горящим торжествующим взглядом. – споешься с выродком Стоика и нарушишь наш договор! Никому нельзя верить!       Узкие, хищно вырезанные ноздри крючковатого носа раздувались, на лице — улыбка-оскал.       — Что ж, я, в отличие от тебя, сдержал слово: твой народ сыт, здравствует и занят делами. Запаса металла на Фъёргарде едва хватило для починки доспехов и ковки оружия для моих людей, но, думаю, ты будешь не в обиде. В конце концов, эта малая плата за мою доброту.       — А как же вторая часть уговора? Или ты трусливо сбежишь? – оскалился в ответ Эрет, забегая вперёд и отрезая столь желанному противнику путь к отступлению. Заметно удлинившиеся клыки показывали, что мужчина еле сдерживает вторую сущность, но, понимая, что от когтей в этом бою мало проку, использует только силу зверя.       –Ты всё ещё хочешь поквитаться за свою женщину и щенка? Как ты мне тогда сказал: «Смирись и найди другую?» Так вот, не ты сегодня мой противник. Смирись, Эрет, я лишь преподал тебе урок, теперь настал их черёд. Блудвист отодвинулся в сторону и Эрет увидел закованных в цепи всадников. Разбитая голова Иккинга, пребывавшего без сознания, безвольно моталась из стороны в сторону, Рыбьеног и Сморкала были не в лучшем состоянии, но шли сами. Вслед за ними драконы Блудвиста тащили накрепко спеленутых Кривоклыка, Сардельку и Беззубика. С тайной радостью Версайнд не увидел среди них Престиголова, а это значило, что Задирака и Астрид успели скрыться.       –Ваш план провалился, и знаешь, почему? – обходя кругом Версайнда, вкрадчиво продолжал Драго. – Я знал каждый твой шаг, Эрет. Мне известно каждое произнесённое тобой слово, каждый вздох. Я даже знаю, что ты влюбился, как мартовский кот, в эту сейд, что она отвергла тебя и предпочла позорное отродье Стоика. Как думаешь, откуда? Ответ напрашивался сам собой, но...       –Не может быть...Ты лжешь! Никто из нас не стал бы служить тебе! –По своей воле - да, но я умею ломать не только драконов, да, Магнус? Какая ирония: твой лучший друг, правая рука – и предатель! - злорадно продолжал Драго. – Я не верю, ни единому слову не верю! – Он говорит правду, – Магнус, выступив вперёд, положил тяжёлую ладонь на плечо растерянного вождя. - Прости. Ты мне всегда был как брат, Эрет, но я, как и ты, не мог поступить иначе.