Директор. Цена поступка

Музыка грохотала так, что уже через час сидения около барной стойки у Айвона напрочь отказали уши и разговор с кем бы то ни было потерял всякий смысл. Но в том то было и дело, что Айвон пришел в клуб не разговаривать. Он был полность, досуха выжат и эмоционально и физически. Последняя сессия едва не похоронила все его мечты и вот теперь ему нужна была разрядка. Тем не менее, если бы не грядущие каникулы, он совершенно точно решал бы свои проблемы как-то иначе, через сетевик, например. И уж точно откосил бы от данного утомительного похода. Правда каникулы предполагались весьма условные, максимум недели две на отдых, а потом — репетиции перед гастролями и сами гастроли. Но две недели — это хороший перерыв для молодого здорового организма, поэтому теперь он с друзьями, такими же молодыми да горячими, как он сам, завалился в не очень дорогой, но приличный клуб, где можно было выпить, снять девочку, а кому надо — мальчика, сбросить напряжение. Таких клубов в Алимании было полно. Этот конкретный был из разряда «приличных», хотя Айвон недолюбливал их в принципе. Но он был молод, какие-никакие гарантии чистоты и анонимности руководство клуба давало, поэтому за компанию Айвон посещал его время от времени. Породистого брюнета с тонкими, правильными чертами лица Айвон заметил сразу. Тот расслабленно сидел у бара, с независимым видом что-то потягивал из высокого бокала и, казалось, совершенно не был заинтересован в том, что происходит вокруг. Но довольно быстро Айвон заметил, как мужчина тихо, аккуратно посматривает поверх бокала на окружающих, сканирует обстановку. Да и расслабленность выглядела наиграно, фальшиво. «Тоже ищет, — подумал Айвон, — Но хорош! Холеный, костюм дорогущий, выглядит на миллион. Что он тут делает? Для птицы такого полета не там ищет. Завел бы себе постоянного эннера, наверняка может себе это позволить. Чудак. Зачем рисковать? Вот если бы у Айвона были такие деньги… Господи, да один его галстук стоит как десять степендий Айвона. Друзья пили, веселились, орали что-то, дурачились. Айвон заметил, как взгляд роскошного мужика скользнул по их компании и почему-то почувствовал неловкость. И настроение, чёртово хорошее настроение куда-то испарилось. Вся тусовка вдруг стала вызывать еще большее раздражение и дискомфорт. Айвону даже показалось, что красавчик, глядя на их компанию, презрительно кривит губы, мол, мелюзга. Захотелось притвориться, что он не с этими придурками, принять этакий независимый вид. И вот, что совершенно было не в характере Айвона, он распрямился, немного отсел, принялся анализировать собственные движения, выражение лица, добиваясь нужного эффекта, ловить волну, которая потом при случае могла помочь ему сыграть определенного настроение на сцене. Он развлекался так до тех пор, пока Джино не заметил его ужимки, не расхохотался и не заорал ему прямо в ухо: — Mamma mia! Ваша светлость! «Пусть мне позволят руку государя поцеловать коленопреклоненно», — и кулем свалился куда-то под барную стойку. — Шут гороховый, — отреагировал Айвон. — «Но сколько можно? Это святотатство С таким упорством скорби предаваться». Джино не унимался, продолжая декламировать из-под барной стойки. Наконец, выполз оттуда, и тут уже Айвон хмыкнул, отвлёкся от своей роли задумчивого аристократа, потому что Джино — это такое свеженькое Prosecco с пузыриками, мог расшевелить кого угодно. Он вытащил откуда-то многохвостую плётку (не иначе под стойкой нашёл реквизит), и пополз на коленках к ошалевшему Айвону: — «По правде говоря, государь, просто я болтал так, в шутку. Если вы желаете меня за это повесить, вы имеете полное право, но я бы предпочел, чтобы вам было благоугодно меня выпороть».*** — «Да, выпороть сперва, потом повесить»…*** Не провоцируй меня, балбес, а то ведь отхожу вот этой твоей плеткой, где ты ее раздобыл, кстати? Доказывай потом всему миру, что ты ардусный ардус и вообще ничего подобного в виду не имел. Джино тут же подскочил на ноги, раскланялся и, пристроившись на высоком табурете, как ни в чем не бывало, отхлебнул из бокала и изящным жестом прикурил здоровую сигару. — Ну, «если бы каждый из нас получал, что заслуживает, никто не избежал бы удара плетью». А если ты тут репетируешь, то почему бы мне не присоединиться? Что это тебя так разобрало? Приметил кого? — и выдохнул чуть ли не в лицо Айвону целое дымное облако, от которого Айвон замахал руками и попытался отскочить как можно дальше. — Да иди ты! Тьфу! Нет! Просто… иди к черту…! Когда бардак кое-как прекратился, а Джино продефилировал в эннер-зону, высмотрев себе мелкую девочку с мягким взглядом испуганного олененка, коих в этом заведении было море, породистый самец уже куда-то делся. Айвон вздохнул. Тот мужчина… что-то такое внутри дернулось от его взгляда. Наверное, именно таким вот ардусом и хотелось бы стать когда-нибудь в будущем. Чтобы окружающие аж приседали от распространяющейся вокруг ауры власти. «Представляю», — подумал Айвон, — «как он действует на эннервасов, если даже мне не по себе стало». И откуда-то появилось совершенно иррациональное желание встать напротив этого мужика, помериться взглядом, показать, что тоже ого-го… Какая ерунда! Заломать ардуса, да еще такого! Бред! Хотя, ну, наверное, мягкий, слишком покорный эннервас ему бы по душе не пришелся. Хотелось вот чего-то такого, хищного, сильного и на коленях. Нереально. Таких эннервасов просто не бывает. Айвон сам удивился этим своим мыслям, решил, что это у него от долгого воздержания, тряхнул головой. Не фантазировать надо, а пойти и снять кого-нибудь, нагнуть, поиграть, трахнуть, в конце концов. А то такая чушь в голову лезет. И да, обязательно парня, никаких девочек. Ну, вот вообще не надо. Айвон оглянулся, вылез из-за стойки справедливо решив, что сидя на попе ровно никого не найдешь, и отправился вглубь помещения, туда, где обычно кучковались нижние. В общем-то, так было принято — ардусы сами искали себе эннервасов. Выбирали. Потенциальный партнер мог и отказать — до заключения Договора ничего предосудительного в этом не было. И Айвон чуть было не рухнул как подкошенный, когда в эннер-зоне, чуть в сторонке, будто бы отдельно от остальных снова увидел того мужчину. Он сидел теперь на мягком диванчике, что-то сосредоточенно рассматривая в собственном бокале, вроде сам по себе, вроде бы и не здесь. И Айвон завис. Он все еще не мог понять… Но вот, мужчина поднял голову, натолкнулся взглядом на замершего Айвона и, отставив бокал, поднялся. И совершенно спокойным, уверенным шагом отправился прямиком к нему. За те десять шагов, что он сделал, в голове у Айвона промелькнуло по крайней мере с десяток мыслей и вопросов: «Он меня за эннерваса принял…?» «Что-то хочет спросить…?» «Может не ко мне…?» И так далее. Мужчина подошел к нему, встал напротив, разглядывая пристально, можно сказать даже нагло. Он был старше лет на пять, не меньше, немного выше ростом, и смотрел свысока, так, что внутри у Айвона начал закипать гнев. Но вдруг как-то болезненно искривились тонкие губы — почти улыбка, но не она. И мужчина опустился на колени. «Черт…»! Это был настоящий шок. Разрыв шаблона, полное непонимание происходящего и пустота в голове. Этот человек не был похож на того, кто снизу, он просто не мог быть эннервасом, не мог стоять на коленях и уж тем более не мог стоять на коленях перед ним, перед Айвоном. Надо было соображать, надо было что-то сказать, как-то отреагировать на такой подарок судьбы. В голове винегретом замешались мысли: «Боже! Он эннервас! Не потяну! Черт! Мой! Мне! Почему я? Я не готов! Не справлюсь! Хочу!» Сколько он промолчал, Айвон не знал, но мужчина у его ног оказался исключительно терпеливым. Или догадывался, какое впечатление произвел. Или считал, что Айвон имеет право вот так вот стоять и раздумывать, стоит ли с ним иметь дело. Но, в конце концов, этот вопрос он решил прояснить: — Позвольте служить Вам, ардус? Традиционная фраза, обычная, сто раз слышанная, тут звучала музыкой в исполнении идеала, низким бархатным голосом, с легким акцентом и отнюдь не самоуверенно. Неужели он думал, что Айвон сможет отказать? Айвон не зря был актером. Он приподнял бровь и мгновенно вся его неуверенность и шок спрятались за четко контролируемую мимику. Он немного наклонил голову и растерянная пауза стала казалась уместной, демонстрируя раздумья, а не полную потерю дара речи, коей на самом деле являлась. То, что мужчина был явно старше, не добавляло уверенности, но профессиональная привычка рассматривать себя, окружающих как бы со стороны, помогла оценить всю сцену — красивую надо сказать сцену — и отыграть ее достойно. Только в голосе своем Айвон уверен не был. И еще была у него одна не слишком удобная особенность — когда волновался слишком сильно, начинал слова местами переставлять. Он за собой это знал, и начал говорить медленно, с растяжкой. — Ты… сильно старше меня, — н-да, голос немного подводил, вибрировал как-то нехорошо, будто его хозяин близок к истерике. Но эннервас, если и заметил, то не подал вида: — Я осознаю это, ардус. Примете ли Вы мою службу? Настойчивый. Привык получать то, чего хочет? А что он хочет? Легкого приключения? Или настоящей боли? Или просто секса? Но упустить такое…! — Встань и иди за мной! — получилось хрипло, даже хорошо, как-то грубовато по-мужски получилось. Пожалуй, впервые в жизни Айвон порадовался, что часто приходил именно в этот клуб. Местные правила были ему хорошо знакомы, и он смог продолжать излучать уверенность, когда подошел к стойке регистрации. — Айвон Риверс. Он повернулся к эннервасу. Тот покачал головой. — Джон Смит. Да, банально, все всё понимают. Значит просто приключение. Регистратор протянул ключи от комнаты. *** Местная камора, была с одной стороны безликой — белый кафель, душ в углу, сток для воды, кресты, крюки-лебёдки, классический набор девайсов. С другой стороны — здесь было все и даже немного больше для наказаний, легких пыток, секса и всего, что может потребоваться для нормального проведения сеанса. Айвон бывал в этом клубе раньше не раз и с содержимым был, в общем-то, знаком, но сейчас, на фоне некоторой растерянности, решил не торопиться, максимально сконцентрироваться. Очень не хотелось ударить в грязь лицом перед таким наглым эннервасом, даже несмотря на то, что он уже не раз проводил сеансы, вел, управлял, помогал и требовал. Но сейчас, он чувствовал, будет что-то особенное. Он впустил мужчину в комнату, подтолкнул (Господи, как осмелился-то!) на середину. — Жди. А сам отправился вдоль стеклянных шкафов, высматривая и настраиваясь на определенный лад, пытаясь хотя бы приблизительно спланировать сценарий. «Боже! Я, наверное, совсем ему тормозом кажусь!» — мелькнула отчаянная мысль. И вдруг, как током пробило — а если все это шутка? Ну, мало ли! Спор там или что-то такое. Айвон слышал такие истории от своих приятелей-ардусов. Как они на спор прикидывались эннервасами. Этакий экстремальный вид спорта. А статус? — спросите вы. Да кто в таком возрасте думает о статусе! Буквально за секунду успел поверить в это подозрение, развернулся в бешенстве…. Мужчина опустился на колени и стоял спокойно там, где ему указали и ждал, опустив взгляд, явно настраиваясь. На резкое движение Айвона среагировал, вскинул немного удивленный взгляд, но тут же исправился, снова принялся рассматривать пол. Нет! Слишком взрослый для такого розыгрыша. Слишком серьезный. Слишком старается. Выдохнув, Айвон вернулся к прерванному занятию. Так, мужчина молодой, сильный, но о его здоровье Айвон не знает ничего, следовательно, никакого экстрима. И, да, надо все-таки узнать, что ему нужно. Айвон ругнулся про себя на собственную тупость. Не иначе на самом деле мозги отшибло. Но, даже несмотря на это, он просто обязан демонстрировать уверенность. — Получается, это ты снял меня, а не наоборот, как здесь обычно бывает, — Айвон снова резко развернулся к эннервасу, снова заставив того вздрогнуть. — Имя. Или называть тебя Джоном? — Нет. Алеша. Пусть будет так, — губы, (что за губы!), чуть заметно дрогнули. Айвон кивнул. — Ты мое имя слышал, но предпочту я, чтоб обращался ты ко мне по правилам. Это понятно? — Да, ардус. — Хорошо. Теперь, поговорим о твоих табу. Я слушаю. — Только самое эктремальное, ардус. Никакой грязи. Плети, электричество, проколы — все что пожелаете. Депривация, дыхание, если в себе уверены. Айвон понимающе кивнул. Играть с дыханием с посторонним человеком — это надо быть очень опытным. Айвон умел, но в данном случае почему-то опасался. А депривация — это можно, но сколько у них времени? Часа два максимум. — Ну, раз уж меня ты снял, скажи, Алеша, что именно тебе надо, — в этом месте Айвон позволил себе смягчить интонацию ровно настолько, чтобы услышать правду, но и не разбаловать эннерваса, не внушить ложное ощущение, что им получится манипулировать. Но Алеша не стал выкобениваться. — Мне нужно наказание, ардус. Недавно… я сделал кое-что. То, что не имел право делать. И это мучает меня. — Ты явно не из бедных, Алеша. Почему ты здесь? Почему не с кем-то постоянным и надежным? Это же риск! Клуб конечно что-то гарантирует, но, если я тебя здесь покалечу, например, даже если меня посадят, тебе от этого не будет легче. — Мне… очень нужно, — Алеша прикусил губу, — И у меня нет сейчас возможности… Не спрашивайте почему, Господин. Пожалуйста. В этот момент Айвону впервые пришло в голову, что с парнем не все в порядке. Явное нетерпение говорило о какой-то проблеме. Однако, сначала Айвон решил, что это состояние аффекта — что-то случилось, эннервасу понадобилась помощь, но он оказался далеко от дома, где ему могли эту помощь оказать. — Хорошо, я помочь тебе готов, — произнес задумчиво Айвон, — И обещаю быть аккуратным, не увлекаться слишком сильно. — Я умею терпеть, ардус. Если можно… почему-то мне кажется, Вы сможете дойти до грани и остановиться. Пожалуйста, мне очень нужно, — Алеша повторился, как-то судорожно дернулся, вдруг согнулся, припав лбом к полу. Это было так красиво, что Айвон чуть было не кончил от одного вида. Изображать спокойствие становилось проблематичным. В то же время, он видел как его ломает. «Неужели Голод?» — А если потом неделю отлеживаться придется? — усмехнулся Айвон, почти уверенный, что эннервас попросит все-таки не доводить до такого. — Отлежусь, ардус, не впервой, — Алеша криво усмехнулся. Чтобы хоть как-то взять себя в руки, Айвон отправился продумывать сценарий. Это была его фишка — сценарии. Он, актер-недоучка маленького театра, который в глубине души мечтал дорасти до режиссера, оттягивался на подобных сессиях по полной. Те эннервасы, с которыми он имел дело, все как один говорили, что он творит что-то волшебное, заставляет так глубоко погружаться в атмосферу, чувствует потребности и вытаскивает страхи и снимает тяжесть, что после сессий с ним у них будто крылья за спиной вырастают. Они чувствуют свою нужность, чувствуют, что у них есть будущее, пропитываются осознанием своего положения, но не страдают от него, а наоборот — принимают его и парят. Правда, все его контакты сводились к десятку раз со знакомыми молоденькими и неопытными эннервасами. А в данном случае, Айвону хотелось сотворить что-то вообще фантастическое.