`Разделим Смерть`

POV Мэтт. Алый "додж челлинджер" развил скорость до двухсот километров в час, но мне было все равно. За мной мчались три патрульные машины полицейских, но мне и на это было все плевать. Никогда в жизни я так не спешил. Двадцать минут назад зазвонил телефон, я тут же поднял трубку. По этому номеру мне мог звонить только один человек - Халле Лиднер. - Мэтт, - её голос был непривычно встревожен. - Мелло заказал крупную партию взрывчатки. Не знаю, что он затеял на этот раз, но Ниа отправил в Лос-Анджелес несколько агентов, и... - Выезжать? - сразу я нащупал суть разговора. От слов "Мелло" и "взрывчатка" меня бросило в дрожь. Этот идиот способен на все. Еще в приюте он отличался отменной отчаянностью и склонностью к риску. - Да, и немедленно. - Хорошо. Я отбросил телефон. Накинул на плечи белый жилет. Торопясь, вышел из квартиры. Уже несколько лет я снимал квартиру на окраине Лос-Анджелеса. Не сказать, что хоромы, ниже среднего, но для меня это был штаб и жилье в одном флаконе. Повсюду раскинулись провода и электроприборы, блоки сигарет и банки пива. Моя работа - хакер. Никто, кроме Лиднер, обо мне ничего не знает. И я выполняю иногда частные заказы, но моя основная цель - поиск Мелло и информации для него. Часть за частью я откалывал сведения от базы СПК, и на данный момент мною было украдено порядка девяноста процентов информации. Что касается поисков друга - тут мне существенно помогала Халле, которая, как выяснилось, была его родной сестрой. Для меня это был шок. Но не в моих принципах удивляться длительное время, и я принял это как должное. Белобрысый ублюдок постоянно лавировал где-то, исчезая в тот момент, как только я его нашел. Но сейчас мне была известна его точная локация, и поэтому я готовился нанести туда визит. Готовился, да видимо, медленно. Он решил взорвать все к чертям. "Все или ничего" - никого не напоминает? "Спеши, пока он не натворил глупостей" - последнее сообщение от Лиднер. Спеши, легко сказать! Но если дело касалось Мелло, я был готов совершенно на все, а ведь он может совершить сколько угодно глупостей, причем настолько абсурдных, и самое главное, он может искалечить себя. Теперь все стало ясно. Лиднер давала мне шанс спасти блондинистого идиота. Позже поблагодарим её, сейчас главное - спасти Мелло. Теперь ясно, зачем ему было столько взрывчатки. Чертов фанатик, ради поимки Киры ни за что не остановится, и если надо, взорвет сам себя. Кретин! Я не могу допустить, чтобы он погиб. Накрепко засела фраза: "Разделим смерть пополам." - Ну же, Мелло, не будь дураком! - пробормотал я, сжав челюсти. Быстрее, еще быстрее! Что вы сигналите, уроды, я все равно не остановлюсь. Мельком бросил взгляд на зеркало заднего вида - уже пять машин. Плевать, если выживет - сделаю все что угодно, а пока - глотайте пыль. Двести двадцать километров. Движок автомобиля угрожающе гудел, но я будто ничего не слышал, мертвой хваткой сжимая руль. Скорость... К чертям все! Мои родители погибли из-за неё и бурана, но я сам по себе любил высокую скорость, а вкупе с тем, что мне нужно спасти друга-самоубийцу это придавало мне сил. Он - мое все. Родителей не вернуть, а Мелло я еще могу спасти. Ну же, колымага! Пока ты тут плетешься, он может гореть заживо! От одной мысли, что от Мелло осталась лишь обугленная головешка, я покрылся липким потом. А что если он и впрямь уже умер? Я же с ума сойду. Но нет, нет доказательств, что он мертв. - Пока живу я, живешь и ты, понял? И не смей умирать на девятнадцатом году жизни! - прошипел я, вдавливая и без того плоскую педаль газа в пол машины. Все расплывалось из-за высокой скорости, но в мозгу упрямо стучало - спаси Мелло. Только ты знаешь, что он в этой дыре. Впереди меня - огонь, позади - полиция, деваться некуда. Добравшись до пылающего здания, я понял - все. Он активировал заряды, и теперь его тело пожирает пламя. - Нет! Не отпущу, - свистящим от напряжения шепотом произнес я, резким ударом перенося вес тела на педаль тормоза. Завизжала резина покрышек, "Додж" мучительно застонал, пытаясь остановиться, а я уже отстегнулся и распахнул дверь. Быстрее, Мэтт, шевели конечностями! Пылающий склад встретил меня столбом огня. Господи, как горячо! Хорошо, что очки на мне, иначе бы жар выжег мне глаза. А Мелло, помниться, смеялся над моими очками. "Если я не поспешу, смеяться будет некому," - напомнил я себе. Сердце колотилось ужасно. Никогда в жизни я так не переживал и не боялся, как сейчас. Времени совсем нет. Ну что ж, если погибнуть, то только с ним. С замирающим от адреналина сердцем я вбежал в горящее здание. Ну и где же ты, Мелло? Где твоя бедовая блондинистая голова? Где ты? Я видел несколько тел погибших на своем пути - к счастью, это были не те, кого я ищу. Стараясь не обращать внимания на жалящие меня искры и всепоглощающий жар, я пригляделся. Ну же... Кажется, он! Распростертое на полу тело юноши. Господи, да что с ним! Половина тела обгорела, на лице зияла страшная рана. Он был без сознания... Кажется... Ощущая необычайный прилив сил, я поднял его на руки. Легкий и хрупкий, как цветок. Только мой. Безвольная, словно кукольная, голова откинулась. Я не знал, дышит он или нет. Нужно скорее вынести его отсюда. - Не вздумай умирать, слышишь, Кель! - я горячо шептал ему, задыхаясь от дыма. Привычные к большим объемам никотина, который я употреблял, легкие со смогом справлялись куда лучше, чем у Мелло, и поэтому, сжимая в руках его тело, я не думал ни о чем, лишь бы вынести его из этого пылающего ада. - Разделим смерть, как ты и хотел... Но не сегодня. Я переступал через поваленные пылающие предметы, ощущая, как плавиться кожа на ботинках. А он был весь в коже - в жилете, в сапогах, и многочисленные металлические раскаленные украшения теперь терзали его, как клеймо. Скорее, Мэтт! Мысли путались, я даже постарался вспомнить молитву, пока не понял, что это тщетно. Да где же выход, мать его?! Внезапно я увидел просвет, вернее, спасительную темноту ночи. Четырехаясь, я побежал туда, чтобы скорее выйти отсюда. У меня были опалены волосы, безнадежно испорчена одежда, но я готов был голым нести его на руках, лишь бы он жил. Мелло, держись, ты же сильный! Докажи всем тем, кто звал тебя принцессой, что ты стальной, что ты живешь несмотря ни на что. И вот он, долгожданный глоток холодного воздуха. Я справился! Я смог вынести его из этого ада. Теперь самое главное - не дать ему уйти. На секунду я остановился и прислушался. Да, я слышал его слабое дыхание, значит, он был жив! - Держись, Мелло, немного осталось, - теперь я говорил тихо и успокаивающе, пока он не пришел в себя от боли. Я бережно, как ребенка, уложил его на заднее сидение "Доджа" - полиция куда-то делась, завидев пожар. Что ж, оно и к лучшему. А теперь по газам. Взревев, заработал мотор, и машина сорвалась с места. Часы продолжали тикать. _______________________________________ У доктора Джеймса Мортона выдался нелегкий денек. Только за сегодня он прооперировал троих, причем случаи были не из легких. И теперь, дождавшись окончания рабочего дня, он с облегчением натянул плащ и подошел к выходу. - Удачного дежурства, мисс Стюарт, - кивнул он дежурной медсестре и уже собирался выйти, как тут к дверям больнице подлетел алый "Додж". Оттуда вылез молодой человек весьма странной наружности. Ярко-рыжий, в тельняшке, жилете и более чем подозрительных очках. Весь в пепле, местами обгоревший, он вытащил из салона кого-то и подбежал к дверям. Доктор Мортон засуетился, распахнул дверь и невольно охнул. Рыжеволосый на руках нес человека. Это был юноша. Все его тело покрывали ожоги, самый страшный - на лице. Волос на левой стороне черепа почти не осталось, а одежда по большому счету превратилась в ошметки и приклеилась к коже. - Срочно врача сюда! - бросил таинственный незнакомец. Мортон подбежал к нему. - Что случилось? - Немедленно окажите ему помощь, сейчас же! Этот человек пострадал в страшном пожаре! - времени, чтобы пускаться в длительные объяснения, не было, и поэтому Мэтт искал глазами, куда бы можно было положить Мелло. Дежурная медсестра срочно набрала реанимацию, а подбежавшие на шум санитары уложили обгоревшего на кушетку. Мортон, стаскивая на бегу плащ, поспешил за ними. - Останьтесь тут и зарегистрируйтесь! - бросил он на бегу, не давая Мэтту пройти. - Эвелин Стюарт, дежурная медсестра, - подала голос женщина за стойкой. - Пройдите сюда. Вам в операционную никак нельзя. - Но там мой... - Извините, - голос медсестры был вежлив, но холоден. - Ваше присутствие помешает операции, если она необходима. Доктор Мортон - отличный специалист, он знает, что делать в таких случаях. Мэтт шумно вздохнул и подошел к регистратуре. - Ваше имя? - осведомилась сестра. - Мэтью Арчер, - представился рыжеволосый, вытаскивая из кармана жилета фальшивый паспорт. С появлением Киры выдавать реальные имена было смертельно опасно, даже в больнице. У Мэтта в планах были предусмотрены еще как минимум пять лет жизни, и поэтому он подстраховался, заказав фальшивый документ. Мэтью Арчер, американец, двадцати одного года от рождения. Кивнув, мисс Стюарт сделала несколько записей в бланке. - Документы, имя пострадавшего? - К сожалению, документы были сожжены. Имя - Маркус Бруно, - предусмотрительно выдумал несуществующего человека Мэтт. Имя - первое, что пришло в голову. - Ожидайте в приемной, - велела медсестра, заканчивая заполнять бланки на имена вымышленных людей. Парень повиновался, ведь больше ничего и не оставалось. Все его мысли были там, в операционной, и от того врача зависела жизнь самого дорогого человека для Мэтта. _______________________________________ - Можете входить, - распахнулась дверь, и из операционной вышел врач. Судя по морщине, пролегшей меж его бровей, положение дел не было спокойным. Я буквально сорвался с места и подбежал к нему. - Что с ним? Мортон смерил меня тревожным взглядом. - Состояние пострадавшего тяжелое, но стабильное. У него повреждено сорок процентов кожных покровов, и самое страшное, что на лице. Он может потерять левый глаз. Я буквально оцепенел. - Но... его можно спасти, ведь так? - мой голос дрожал, но мне было плевать, за кого меня примут. Я больше всего боялся потерять Мелло. - Есть такая вероятность. Есть выбор - избавить его от шрамов, но в таком случае он ослепнет на один глаз. Второй вариант - спасти зрение, но половина лица молодого человека навсегда останется изуродованной. Сказал - как скальпелем отрезал. Мелло больше всего ценил свою внешность, а если он увидит себя, это может стать для него ударом. - Так что же предпринять? Мы не имеем права действовать без согласия пациента, но операцию, вне зависимости от выбора, мы проведем через две недели, когда немного затянутся повреждения. Я молчал, не зная, что сказать. Мелло должен сам все решить, сам выбрать, и нужно дождаться, пока он придет в себя. - Я поговорю с ним. - Сейчас пациент находится в состоянии катаконии, ему нужна сиделка... - В ней нет нужды, - перебил я доктора. - Я сам в состоянии проследить за своим другом. - Что ж, тогда проходите, - медсестра выдала мне халат, и я вошел в палату. То, что предстало моим глазам, нельзя описать словами, здесь нужны эмоции. Передо мной, среди белоснежных простыней, лежала мумия, закутанная в бинты прочно, как бабочка в кокон. Несколько белых полос уже пропитались его кровью и алели, словно маки посреди заснеженного поля. Беспомощно подвешена левая рука, чтобы не потревожить тело, правый глаз закрыт, а левая половина лица и вовсе сокрыта множеством тонких марлевых повязок. Мелло, обожженный и недвижный, вызывал жалость и испуг. Сможет ли он выбраться? В раздумьях я машинально достал из кармана сигарету. - Никакого дыма, - сурово произнес Мортон, и я послушно спрятал сигарету. Значит, без курения. Тяжело, но необходимо. - Моя смена должна была закончится час назад, но... - Я пригляжу за ним, - спокойно прервал я его. - Позовете сестру через двадцать минут, необходимо будет сменить бинты, - проговорил врач и вышел. Я остался наедине с самим собой и со сгустком страдания и боли - Мелло. Эвелин пришла через полчаса, а я все так же сидел на стуле рядом с ним, будто верный пес, чутко стороживший сон своего господина. Мне было не до неё. Я не смотрел, как она осторожно разматывает бинты, и Мелло инстинктивно вздрагивает, ощущая боль. Я был с ним мысленно. Мои воспоминания... Они не имели значения. Сейчас все мое естество было зациклено лишь на одном. Наверное, я сумасшедший. Мне не раз говорили. Я полюбил? Полюбил парня, своего лучшего друга, полюбил настолько сильно, что был готов погибнуть за него. Не нужно искать в моих словах какой-то нежный или героический подтекст. Так оно и есть. Я верен ему до конца, но меня терзает то, что он не любит меня. Впрочем, мысли я допускаю какие-то глупые. Половинчатые. Я знаю лишь часть, но не уверен насчет Мелло. С его этими принцами, черт ногу сломит понять его чувства. Однако ощущения от того горячего поцелуя на мосту были еще свежими, даже спустя четыре года. - Мэтью? - раздался женский голос над ухом. Я поднял голову. - А? - Вы неважно выглядите. Прислать смену? - услужливо спросила Эвелин Стюарт. - Нет... - я снял неизменные очки и потер воспаленные от недосыпа и напряжения глаза. - Я сам должен справиться.