Сестры

      Семьи Сакамаки и Комори возвращались со школы. Шу почему-то не спал и с дергающимся глазом смотрел всю дорогу на Элинор. Сама Элинор выглядела на удивление счастливой, что было странным для нее, вечно чем-то недовольной.       — Эли-тян, что-то случилось? — спросила Юи.       — А? Да нет, ничего, — отмахнулась рыжая.       — Я слышал, что Шу сделал так, что все узнали, что ты переписывалась с одноклассником прямо на уроке, — с упреком сказал Рейджи.       Элинор фыркнула.       — Что? Правда? Твое ледяное сердце все же смог кто-то растопить? А ты еще говорила, что никогда не влюбишься! — восторгалась Юи.       Элинор рассмеялась.       — Что смешного? — не понимала Комори младшая.       — Чего не понятного? У твоей сестры вообще нет сердца, вот и ржет она, как конь, — ворчал Аято.       — Аято-сан, у меня есть сердце. Просто оно не работает в этом направлении, — вытирая слезы и посмеиваясь, произнесла Элинор.       — Тогда почему ты переписывалась с ним? — осторожно спрашивал Шу.       — У тебя что-то было с тем уродом? — дополнил Канато.       Элинор удивилась. Она явно не понимала их.       — Аа… хм… Не знаю, зачем я с ним переписывалась. Наверное, природное любопытство. Я часто из-за него делаю ошибки. — Комори старшая как-то странно посмотрела на Канато. — И вообще, я видела его впервые. Разве у меня могло что-то с ним быть?       — Слабо верится, — тихо фыркнул Шу.       Юи согласилась мысленно с первым Сакамаки. Ее сестра знала многое и скрывала это.       — Юи-тян, я тебе кое-что расскажу потом. Ты только мне напомни, хорошо? — вывела Элинор из раздумий сестру.       — Хорошо, но о чем напомнить? Что ты хочешь мне рассказать? — спрашивала Комори младшая.       — Я пойму, — подмигнула Элинор; она по-теплому улыбалась.       — Так, Ведьмочка, это интересно. Почему ты хочешь рассказать только ей и нас оставить в неведении?       — Вас это не касается никаким боком, — с презрением посмотрела рыжая на Райто.       Юи посмотрела на третьего Сакамаки. Тот выпучил глаза, а на его лбу появилась испарина.       — Что такое, Райто? — спросил Субару.       — Я почему-то не могу залезть в голову к Ведьмочке. Как будто она поставила защиту, я прямо чувствую эту преграду на пути в ее мысли.       Юи вздрогнула. «Неужели он действительно умеет читать мысли?»       — Да, Стервочка, я умею читать мысли, но почему-то не твоей сестры!       «Как так?! Разве это не выдумки? Это просто нереально!»       — Нет, Стервочка, ты ошибаешься. Это вполне реально.       Неожиданно Аято укусил Юи в плечо. Блондинка сморщилась от боли.       — Твоя кровь так прекрасна, когда ты боишься, — пробормотал он, высасывая терпкую жидкость Комори младшей.

*****

      Элинор Комори нервничала. Она обдумывала предстоящий разговор с сестрой.       «Я должна быть предельно осторожна. Я должна рассказать только то, что разрешено, я не должна проболтаться».       Элинор вошла в гостиную, где сидела Юи, из которой пили кровь Канато и Райто.       — Стервочка, твоя кровь самое лучшее, что я когда-либо пробовал!       — Жаль, что у твоей сестры не такая кровь.       — Тебе все равно нельзя пить ее кровь. Ты же знаешь, что с тобой тогда сделает Отец.       Элинор удивилась.       — Что?       Вампиры и Юи заметили рыжую.       — Ну и ну, я даже не почувствовал ее приближения, — удивился Канато.       — Наверное, мы были слишком увлечены кровью Стервочки, — начал оправдываться Райто.       — Вампиру опасно так сильно увлекаться жертвой. Его могут убить в момент забытья. И, по-моему, вы обсуждали уже мою кровь. Почему за это вас накажет отец, если будете пить мою кровь? Неужели при наличии жертвенной невесты запрещается пить чужую кровь?       Элинор заметила некое облегчение на лице Юи. Видимо, она наслаждалась наступившей паузой.       — Вообще-то можно пить кровь не только из жертвенной невесты. Просто твоя кровь вонючая, ее невозможно пить, — сказал Канато, поднимаясь: видимо, ему надоела Юи.       — Тогда почему ее запретил пить ваш отец?       Райто тоже встал. Он усмехнулся:       — Ведьмочка, ты же и так все знаешь.       — Знаю что? Конкретней можно? — начала давить Элинор.       Комори старшая напряглась. Ей казалось, что против нее что-то замыслили. Вопрос состоит только в том, что она вообще не понимала, что происходит. Почему какой-то посторонний мужчина, которого она не видела ни разу, запрещает своим детям пить ее кровь? Неужели тот мужчина что-то знает о ее происхождении?       «Да нет, это бред какой-то»       — Не строй из себя идиотку. Ты прекрасно понимаешь, о чем мы, — недовольно фыркнул Канато.       Элинор занервничала. Что вообще происходит? О чем говорят эти вампиры? Почему они говорят, что Элинор понимает, о чем они говорят, если это совсем не так?       — Хватит говорить загадками! Меня ваша неконкретика раздражает.       Рыжая злилась.       — Эли-тян, скажи, зачем ты сюда приехала? Ты ведь знала, что здесь вампиры, для которых мы… пища. Почему же тогда ты поехала со мной? — вбросила неожиданно Юи.       Веснушчатая опешила.       — Но… я ведь уже говорила тебе. Я здесь только потому, что чувствую своим долгом быть с тобой в этом ужасном месте. Мне тебя было очень жаль, ты мне очень дорога. Я бы не простила себе, если бы ты тут была одна, и эти не Божьи твари… они… мерзкие… противные… ненавижу… их…       — Врешь! Ты просто грязная шлюха, которая умудрилась как-то захомутать нашего отца, а в скором времени будешь нашей мачехой! — завизжал Канато. Элинор на мгновение показалось, что на краях его глаз были слезы.       — Чего?! — удивилась Элинор.       — Ох, Канато-кун, мы же хотели помучить ее в неведении, если оно вообще было, — как-то разочарованно сказал Райто.       — Что? Как это — вашей мачехой? Я не собираюсь выходить ни за кого замуж! И уж тем более за вампира! Мне нельзя выходить замуж за иных и тем более нельзя выходить ни за кого замуж, пока я без обряда посвящения!       — Ты врешь! Все ты можешь, нам сам Отец сказал, что ты его будущая жена! — визжал в ответ Канато.       Элинор вся тряслась от возмущения.       — А ничего, что я даже не знаю вашего отца? Я его не видела ни разу! Более того, я даже имени его не знаю! Это вообще законно, выходить замуж за неизвестно кого да еще и против воли?       — Подожди, Ведьмочка, то есть ты сейчас об этом услышала впервые? — пытался разобраться Райто.       — Конечно впервые! Меня даже никто не спрашивал! Ладно, Бог с ним — против воли. Но по обычаям моего народа я не имею права ни венчаться, ни спать с кем-то до одного обряда, который надо мной еще не совершали! Более того, переспать я не могу до этого обряда ни с кем, у моего тела мощная защита на это. А если меня попробуют венчать с кем-то, то оба сгорят дотла в ту же секунду!       — Ой, Ведьмочка, да врешь ты все, — махнул рукой Райто.       — Вообще-то нет. У нее действительно есть защита. Только странная она какая-то, — вмешался четвертый Сакамаки.       Он бросил эту фразу без задней мысли, однако по взгляду Элинор можно было понять, что слова вампира насторожили ее.       — Подожди, Канато-сан, а ты откуда знаешь? — удивилась Элинор.       — Не важно. Главное, что я лично в этом убедился, — пробурчал Канато, отворачиваясь. На его щеках можно было заметить легкий румянец.       — А, братец, ты растешь! Неужели ты хотел воспользоваться телом Ведьмочки, когда она уснула прямо на тебе?       Элинор на минуту выпала из реальности.       — Канато-кун, неужто ты хотел мою сестру изнасиловать? — испуганно лепетала Юи.       — Ох, Канато-кун. Ты ведь тот еще некрофил. Как я мог забыть об этом! — в своей театральной манере говорил Райто.       Канато рычал на них и говорил, что они идиоты.       — Так, стоп, — начала Элинор. — То есть это ты оставил мне засос?       «Хорошо, что я знаю, как их убирать, но сам факт что его кто-то мне оставил!»       Канато передернулся и испуганно посмотрел на Комори старшую. По его глазам было понятно, что его раскрыли.       — Ах ты подонок! — разозлилась Элинор и воспользовалась своими способностями.       Канато почувствовал на своих щеках чей-то удар. Он не понял, кто его бил, да и сам не видел этого. Выглядел он ошарашенным.       — Юи-тян! Идем за мной, пока меня инфаркт не хватил.       Комори младшая, наблюдавшая за всем этим испуганными глазами, не сразу поняла, что к ней обращаются. Однако спустя несколько мгновений, она встала и пошла за сестрой.       Девушки шли по коридору. Они молчали, ибо пытались осознать то, что сейчас произошло.       Неожиданно Юи подала голос.       — Эли-тян, ты же что-то хотела мне сказать.       — А? Да, хотела. Но сейчас мне надо это все переварить, прийти в себя. Так что я вряд ли смогу тебе сейчас сообщить это. Хотя, ладно. В общем, я нашла человека из моего народа. Он может помочь провести этот обряд. Я сначала думала, что вообще можно с этим повременить, но как только я узнала про мое вынужденное замужество, то поняла, что этот обряд стоит совершить.       — То есть ты готова выйти замуж за незнакомца?       — Не совсем. Просто я не хочу сгореть дотла, пока не выполню свою земную миссию, из-за какого-то урода.       — А почему ты мне решила об этом рассказать?       — Просто этот обряд будет происходить в полнолуние, все по традициям. Но есть одна проблема: в полнолуние вампиры сильнее и опаснее. Я боюсь тебя оставлять наедине с этими упырями на это время.       Юи улыбнулась.       — Я рада, что ты за меня переживаешь.       — А как иначе? Но есть одна проблемка - я не знаю, куда конкретно тебя деть. Все же, иным нельзя присутствовать на этом таинстве. Но, я думаю, мы что-нибудь придумаем.       — Спасибо тебе, Эли-тян. Кстати, там вы что-то такое говорили. Я не поняла, так ты девственница или нет?       Элинор переклинило. Она остановилась.       — Что такое?       — Юи-тян, давай не будем говорить про мою девственность. Это ужасная тема для разговора.       — Да, прости.