Сломленные

***

На стене в ее комнате висела распечатка. «У каждого своя война, о которой ты и понятия не имеешь. Так что будь добр. Всегда» Магия этих слов плохо срабатывала, взгляд Нуры давным-давно сжег несчастный листок, если бы мог. На днях она услышала в школьном туалете следующее: — Она вмазала ему, потому что ты назвала его имя, а не Вильяма. Ты разве не заметила, как Крис Пенетратор ее теперь достает? — Я не виновата, что она не дослушала меня. А Крис и сам не без грешка. На прошлой неделе он переспал с Ирэн и кинул ее в ту же ночь! Решимости в ней было мало, но и отмалчиваться в стороне не получалось. Сомнения ходили за ней по пятам и не отставали, сколько она их не гнала. Нура снова раскладывала все по полочкам, снова анализировала — последствия могли стать масштабными. В пятницу вечером к ней заглянула Эва и две бутылки красного полусухого. Эва стащила их из родительского запаса с расчетом на то, что Эскиль составит им компанию, но он вприпрыжку убежал на свидание с восхитительным Инрике. Где-то между болтовней о ЛГБТ сообществе и пятничных вечеринках, Эва ляпнула, что Крис Пенетратор ухлестывает за ней и, возможно, он в нее влюблен. — Пенетраторы и любовь находятся на разных полюсах для начала, — с усмешкой констатировала Нура. А во-вторых, поведение Ханны Линд цепляло Кристофера сильнее, чем их текильные поцелуи с Эвой. — Я думала, ты выше этого унижения. — Ты вот не знаешь, но целуется он ахуительно! Эва закатила глаза, бессовестно пропадая в своих фантазиях. Нура слегка толкнула ее, призывая свою подругу, обнимающуюся с бутылкой вина, мыслить трезво, а та лишь мечтательно протянула: — А-ху-и-тель-но. Они от души над этим посмеялись, но рыжая не захотела переводить тему. От вина ее в конец развезло, и она призналась, что однажды они чуть не переспали. Было трудно определить из-за чего блестели ее глаза — алкоголя или влюбленности — но Нура забеспокоилась. — Эва. Мы говорим о Крисе Пенетраторе. О том самом, чье имя красуется на спине каждой третьей девчонки Ниссена в черной толстовке. — Это все напускное, Нура, и он просто хочет казаться крутым. На самом деле он очень хороший парень. Нура рассудила, что без толку сейчас с ней спорить, и приобняла свою подругу. Разговор перешел на темы о Мадриде, ромашках, мечтах. Когда Эва крепко заснула, Нура тихонько вышла в гостиную. Из головы не выходили слова Эвы о том, что люди поголовно скрывают свои истинные лица — все носят маски, даже сама Нура. Она должна поговорить с Вильямом. — Я думал, вы поодиночке не ходите. — Привет, Вильгельм, — она растянула свои алые губы в улыбке. Вильям пригласил ее в квартиру, уже пустую, но в жутком бардаке. — Ты немного опоздала, все веселье закончилось полчаса назад. Нура присела на диванчик, а Вильям — на подоконник, чтобы покурить в открытое окно. — Я знаю, что та девушка собиралась покончить с собой из-за тебя. Без подробностей, но факт остается фактом. — И? — Ты должен наладить отношения между Ханной и Крисом. Вильям усмехнулся. — Переспят и все само утрясется. Делов-то. — Облако дыма вылетело на улицу. — Почему тебя вообще заботит эта ситуация? Наверное, это было завуалированное предложение не лезть не в свое дело, но Нура все еще ждала чуда. Например, что Вильям Магнуссон намеренно скрывает от всех свою порядочность и честность. Например, что Вильяма Магнуссона хоть немного волнуют жизни других людей вокруг него. Например, что дружба — одна из основополагающих ценностей в его собственной жизни. — Почему тебя эта ситуация не заботит? Крис ведь твой друг, а ты позволяешь ему так себя вести. — Как? — Как мудак. — Крис и есть мудак. Он помолчал, докурил сигарету и выбросил ее в окно. — Слушай, дела Криса — это дела Криса. Не надо здесь геройствовать и воображать себя Матерью Терезой, договорились? — Ты же видел, что было в школьной столовой. В ней кипело желание восстановить справедливость, она даже соскочила с дивана, как будто так ее идея быстрее бы дошла до Вильяма, но он только улыбнулся, пытаясь убрать челку с глаз. — Ты забавная, Нура. Она поняла, что бесполезно, и вся воинственность исчезла, она даже стала как будто меньше. От Вильяма это не ускользнуло, он внимательно ее разглядывал, и Нура это чувствовала, хотя усердно отводила взгляд. — Одно свидание со мной и я поговорю с ним. И она снова загорелась, вспыхнула как зажженная спичка. — У меня есть идея получше.