Мелодия неотразимого танца

Рукия и Ренджи стоят в углу зала собраний и ждут пока соберутся капитаны. Бьякуя появляется первым, терпеливо ожидая прибытия остальных, не показав ни капли недовольства, даже когда Кьёраку-тайчо опаздывает на целых пятнадцать минут и явно страдает от похмелья. В отличие от капитана двенадцатого отряда, который не приминает указать Шунсую на его безответственность и безалаберность. Одним стуком зампакто главнокомандующего в зале устанавливается тишина. Он велит Ренджи и Рукии доложить всю имеющуюся информацию. Они становятся в центре и, прочистив горло, Ренджи начинает: — Проведя расследование вместе с Кучики и с помощью Шинигами из шестого отряда, было обнаружено, что семьдесят пять процентов пропавших душ проживали в районах с первого по двадцать восьмой. После, их количество значительно снижается. В районах с семьдесят третьего по восемьдесят девятый не зафиксировано ни одного пропавшего, — Ренджи замолкает, давая Рукии слово. Она подходит ближе и достаёт из кармана серебряную цепочку с такого же цвета медальоном, в котором обычно хранят фотографии. — Также в одном из домов двенадцатого района было найдено украшение в комнате пропавшей девушки. По словам её сожителей девушка никогда не носила ничего подобного и эту вещь они видят впервые. Возможно, цепочку обронил похититель, но следов реяцу не было обнаружено. Главнокомандующий подзывает Рукию к себе и берёт у неё медальон. Он поддевает ногтем крышку и смотрит на выцветшую от времени фотографию. Его глаза, всё время прикрытые, расширяются и у Рукии создаётся впечатление, что перед ним предстал призрак прошлого, тот, которого хотелось закопать поглубже в самые потаённые уголки души и никогда больше не вспоминать. — Отдайте это в двенадцатый отряд, пусть проверят его, на нём могла остаться реяцу похитителя. Кучики кивает и главнокомандующий отпускает их с Ренджи, в то время как капитаны продолжают стоять неподвижно. Подождав пока Шинигами уйдут, Кьёраку переводит взгляд на Ямамото-тайчо и потирает подбородок. — Нэ, Яма-джи, что же ты такого увидел? Аж побелел весь. У меня от твоего взгляда мурашки по всему телу, — капитан говорит несвойственным ему серьёзным тоном, растеряв всю дурашливость и, кажется, протрезвев. — Куроцучи-тайчо, закончить анализ нужно как можно скорее. Это дело первостепенной важности, — игнорируя Шунсуя, говорит главнокомандующий. Маюри уверяет, что всё будет готово к вечеру и исчезает в шунпо. — И свяжитесь с Урахарой Киске. — Что происходит, соутайчо-доно? — спрашивает Унохана, озвучивая вопрос терзающий всех присутствующих. — Возможно нам скоро предстоит столкнуться с прошлым, о котором мы все надеялись забыть.

***

Ичиго ворочается, пытаясь лечь удобнее и в итоге переворачивается на спину. С приоткрытого окна слышится щебет птиц, лай соседской собаки и разговор идущих на работу людей. Тёплый апрельский ветер развевает шторы. Ичиго садится на футоне, потягивается и смотрит на спящую в его кровати девушку. С кухни слышится приятный аромат — Юзу принялась готовить завтрак. Ичиго с неохотой поднимается, прячет футон в шкаф и переодевается в тёмно-фиолетовую кофту с длинными рукавами и белые джинсы. Снимая пижамные штаны, Ичиго то и дело косится в сторону кровати, убеждаясь, что девушка спит и не увидит его щеголяющим в одних трусах. Ичиго слышит как Юзу впускает в дом гостей, обменивается с ними парой слов, а затем раздаётся стук в дверь его комнаты. Исида не ждёт пока Ичиго откроет и входит сам, вслед за ним появляются Садо и Орихиме. Здороваются они тихо, стараясь не разбудить девушку. Иноуэ кладёт на стол дынную и сахарную булочки, уверяя, что ей станет намного лучше после насыщения вкусной выпечкой. Ичиго предлагает Орихиме стул, а сам садится на край кровати, аккуратно, чтобы не задеть девушку, в то время как Исида и Чад предпочитают стоять. — Итак, Куросаки, объясни всё по порядку. Я так понимаю, она и есть та девушка, о который ты так усердно думал в школе? — сложив руки на груди, спрашивает Исида. Ичиго кивает, слаживает пальцы в замок, оставляя руки лежать на коленях и смотрит в пол. — Впервые я встретил её в магазине Урахары-сана, — в ответ слышатся удивлённые вздохи. — Я и сам был в шоке, но Урахара-сан ускользнул от ответа и я решил, что расспрашивать его бесполезно. К тому же, он рассказал, что в Обществе Душ стали пропадать Шинигами и обычные души, так что мне было не до неё. Куросаки рассказывает им всё: о бурлящей внутри реяцу, стоило им оказаться близко друг к другу; о первом нападении Пустого; о том, что она не просто зашла к Урахаре за покупками, а на самом деле там работает; о том, что загадочным образом магазин Урахары с товаром для Шинигами превратился в лавочку сладостей; в подробностях описывает случившееся в Обществе Душ и то, что, возможно, неизвестный им враг ищет его. И, что вчера, когда Ичиго почувствовал реяцу Пустого, девушка снова оказалась там. — Не понимаю, откуда взялось столько Пустых? — спрашивает Ичиго ни у кого конкретно. Исида с важным видом поправляет очки. — Что-то мне подсказывает, что они пришли за ней. Ичиго не успевает ничего ответить — девушка ворочается во сне, разворачивается спиной к окну, её нога опасно приближается к затылку Куросаки и тот инстинктивно хватает девушку за лодыжку. Это случается снова: лёгкое подёргивание, дрожание, быстрое, но ощутимое. Он отпускает её ногу и девушка устраивается поудобнее: подминает под себя одеяло, обнимая его ногами и выставляя на показ бедро, едва прикрытое юбкой. Оно сразу приковывает взгляды всех присутствующих к себе, заставляя парней залиться румянцем. На бледной коже расцветает синяк размером с кулак. Девушка словно чувствует на себе чужие взгляды и медленно открывает глаза, тщательно проморгавшись. Она видит стоящих перед собой Исиду и Ясутору, сидящую на стуле Орихиме и резко садится в кровати, хватаясь за голову. — Ты в порядке? — заботливо интересуется Иноуэ. — Тебе лучше так внезапно не двигаться. Девушка виновато кивает и растерянно осматривает комнату — Ичиго видит, как она отчаянно пытается собрать пазл произошедших вчера событий. Затем она устраивается удобнее, смущённо накрывая голые ноги одеялом. Ичиго чувствует себя неловко от того, что так внимательно разглядывал её бёдра, даже если в первую очередь делал это только из-за синяка. Тишина наполняет комнату и можно услышать постепенно просыпающийся дом: Карин ссорится с отцом, а Юзу пытается их разнять, уговаривая сесть за стол, ведь стынет еда. Куросаки замечает как взгляд девушки цепляется за боккэн, подпирающий стену и она расслабляется. Её глаза, зелёные словно хвойный лес, устремляются на Исиду. Тот смотрит на неё в ответ, так внимательно, будто пытается раскрыть её секрет и хмурится отчего-то. — В последние дни произошло куча странных событий, которые никак не хотят укладываться у меня в голове. Я требую объяснений. Надеюсь сейчас подходящее время, — Исида усмехается в ответ на язвительную фразу. Девушка продолжает, переводя взгляд на Орихиме. — И отговорка, что всё это мне приснилось не подействует, — Иноуэ виновато улыбается. Исида берёт инициативу на себя и объясняет ей всё, что она хочет знать. Ичиго не отрывает от неё глаз, наблюдая с какой растерянностью и шоком она слушает Исиду. Пустые, Шинигами, Квинси, реяцу и прочее — всё это никак не может уложиться в голове и она останавливает Исиду, размахивая руками. — То есть ты хочешь сказать, что я уничтожила всех тех монстров просто выпустив огромное количество этой вашей реяцу? — Именно, — подтверждает Исида. — И это удивительно, что ты так быстро пришла в себя, потратив столько духовной энергии. — Но каким образом? Если бы у меня были какие-то способности, то с рождения, так ведь? — Не обязательно. Хоть я с детства мог слабо видеть духов, но Шинигами стал лишь недавно, — присоединяется к разговору Ичиго. — Мама говорила мне, что когда я была ребёнком, я боялась спать одна и с выключенным светом из-за призраков в моей комнате и брату приходилось спать со мной. Я всегда думала, что это нормально. Все дети боятся монстров под кроватью, — она на секунду замолкает, а затем хлопает в ладоши, словно вспоминает что-то важное. — Значит тогда в больнице, когда родители оставили нас в игровой комнате, ты действительно видел духа. А я обозвала тебя странным. Все до единого смотрят на неё в недоумении, но Исида молчит, задумавшись, словно пытается достучаться в самые потаённые уголки сознания. В один миг его глаза расширяются как от осознания чего-то важного, а затем улыбается уголком губ. — Так вот оно что. Я всё не мог понять отчего мне казалось, что мы уже встречались, Ямазаки-сан. — Вы знакомы? — спрашивает, всё время хранивший молчание, Садо. — Да. Её отец лучший врач в Токио. Рюукен часто ездит к нему на конференции. Так случалось, что иногда он брал меня с собой, когда я был ребёнком. И, насколько я знаю, они общаются и помимо работы, — девушка кивает, подтверждая слова Исиды. — Но как тебя занесло в Каракуру, Ямазаки-сан? От Ичиго не ускользает печаль, заполонившая её глаза. Но она быстро стряхивает её, что можно подумать ему показалось. Ичиго понимает, что ей не хочется говорить об этом. — Если коротко, то Даичи проходит практику в больнице твоего отца, а я просто увязалась за ним. Исида вдруг становится серьёзным, он держится за подбородок, усердно над чем-то размышляя. — Это довольно странно. Такое огромное количество реяцу не может взяться из ниоткуда. Ямазаки — весьма обычная человеческая семья. Будь они Шинигами или, тем более, Квинси, Рюукен знал бы об этом. Не понимаю. Ичиго чувствует как сидящая рядом девушка напрягается. У Исиды звонит телефон, по-видимому, будильник и он напоминает, что им пора в школу. Куросаки провожает друзей и просит передать учителю, что он плохо себя чувствует. Ямазаки ещё слаба, она не в состоянии пойти в школу или дойти до дома, поэтому Иноуэ настаивает, чтобы она осталась у Куросаки-куна, а его просит присмотреть за девушкой. Сёстрам Ичиго тоже говорит, что ему нехорошо и сегодня он останется дома. Юзу предлагает завтрак, говорит, что ему станет лучше после еды и Куросаки не возражает, забирая двойную порцию тарелок к себе в комнату. Юзу застывает с половником, а затем топает ногой и упирает руки в бока. — Ну вот, неужели нельзя поесть на кухне? И зачем ему две тарелки? — У него там девушка, — не отрываясь от еды, с набитым ртом говорит Карин. — Чего? — вскрикивает Юзу, на что тут же прибегает Ишшин и узнав причину беспокойства дочурки, заводит лекцию о взрослении, «том возрасте» и нужде уединения — одному или с девушкой. Не имея терпения всё это слушать, Карин хватает школьную сумку и выбегает из дома. Ичиго пинает дверь — руки у него заняты подносом с горячей едой — и входит в комнату. Ямазаки говорит по телефону. Её глаза светятся любовью, голос звучит мягко, а на губах цветёт улыбка. Ичиго замирает, не в силах оторвать взгляд. Она совершенно не выглядит, как колючка какой он её представлял. Ямазаки кладёт трубку, но продолжает смотреть в экран телефона, будто не желая отпускать человека по ту сторону. Ичиго становиться неудобно — он словно подглядывает в окна, пока люди проживают самые интимные моменты своей жизни. Девушка поднимает на него глаза и Куросаки приходит в себя. Он ставит на стол поднос, а сам садится на стул. — Я звонила брату, сказала, что сразу после школы пойду к однокласснице на ночёвку. Он пришёл домой только под утро, поэтому не заметил моего отсутствия. Снова, — последнее она говорит едва слышно, но Ичиго сидит достаточно близко, чтобы поймать невольно сорвавшееся слово. — Моя младшая сестра приготовила завтрак. Я подумал ты захочешь перекусить. Пар поднимается над лёгким овощным супом, аромат которого постепенно заполняет всю комнату. Ямазаки глотает слюну, едва не пустившуюся по подбородку и тянется к тарелке. Она набирает первую ложку и краснеет с головы до пят, когда слышит урчание живота — ещё немного и пар пойдёт. Ичиго понимающе улыбается и они молча принимаются за еду. Небо заливает пламенем, когда Ямазаки просыпается во второй раз. Окно раскрыто полностью, впуская свежесть лёгкого весеннего ветра. Ичиго читает книгу, заданную в школе, поэтому не сразу замечает шуршащую одеялом девушку. Куросаки отрывает взгляд от книги и внимательно смотрит на пытающуюся выбраться из пут одеяла девушку. Она борется с ним, словно с невероятно сильным противником и когда у неё получается наконец избавиться от мягкого соперника, изображает победную гримасу, от которой Ичиго заливается хохотом, случайно захлопнув книгу посреди главы, не оставив закладку. Ямазаки злобно щурит глаза, складывая руки на груди. Она выглядит безумно забавно: её школьная рубашка помялась, пару пуговиц не выдержали метания девушки и разошлись, на щеке у неё засохла слюна, а волосы торчат во все стороны, в некоторых местах образовав комки. Девушка напоминает Ичиго попавшего под грозу льва. Она хмыкает и дёргает головой, делая свою причёску ещё смешнее. Пусть она и проснулась, но на её лице отчётливо читается рассеянность, какая бывает, когда поспишь днём — абсолютное непонимание где ты, кто ты и какой сейчас год. А ещё Ичиго видит, что ей жарко. У неё по шее сползает капля пота, она отодвигает пошире ворот рубашки и когда ветер задевает кожу, её лицо расплывается в истинном блаженстве, как глоток воды в усушливую жару. Ичиго сглатывает, мысли словно пчелиный рой. Он отворачивается, слишком увлечённо рассматривает стену и почёсывает затылок. — Если хочешь, можешь принять душ. — Было бы отлично, — Ямазаки выползает с постели и осторожно становится на пол. Она прислушивается к собственным ощущениям, Ичиго видит, что тело ещё пока плохо слушается, но помощи она не просит, а Ичиго не решается предложить. — Вот только у меня нет во что переодеться. Ичиго достаёт из шкафа первую попавшуюся футболку — фиолетовую, с надписью «Nice Vibe» белыми буквами на груди — и свободные шорты. Он выглядывает из комнаты, проверяя коридор на наличие родственников и убедившись, что всё чисто, проводит тихо смеющуюся девушку в ванную. Только открыв дверь, Ичиго слышит шаги, а после появляется Карин. Ичиго резко запихивается в ванную вместе с опешившей девушкой, крепко удерживая её на ногах, игнорируя уже привычное покалывание реяцу от близкого контакта с Ямазаки. — Ичи-ни, это ты там? — спрашивает Карин, после стука в дверь. — Д-да. — Не занимай надолго, я пришла с футбола и мне безумно хочется вымыться. — Х-хорошо. Слыша как шаги сестры удаляются, он с облегчением выдыхает и выпускает из рук девушку. Ичиго показывает ей как пользоваться душем, какие ароматные баночки можно взять и даёт своё полотенце. Она послушно кивает и Куросаки спрашивает стоит ли ему остаться, вдруг ей станет плохо, отчего девушка моментально заливается румянцем, называет Ичиго извращенцем и выгоняет из комнаты, уверяя, что будет в порядке. Спустя пятнадцать минут Ямазаки возвращается в комнату Куросаки с охапкой одежды в руках. Ичиго заканчивает застилать постель в новое бельё, показывает где можно оставить вещи и оставляет девушку одну, отлучившись за ужином. Вернувшись, он обнаруживает Ямазаки в компании Кона. Тот вырывается из шкафа, с громким криком «Сестрёнка» и слезами на глазах кидается на девушку. Та застывает от неожиданности, уставившись на плюшевую игрушку, зарывшуюся лицом ей в грудь. Ичиго оставляет на столе заботливо приготовленное Юзу карри и порывается избавиться от Кона, но Ямазаки опережает его, отодрав от своей груди плюшевого льва и бросает на край кровати. Ичиго хватает за голову бормочущего что-то про себя Кона и запихивает его в шкаф. Куросаки открывает рот, чтобы объяснить, но девушка его прерывает. — Не думаю, что мой мозг выдержит новую порцию непонятных мне терминов. Ночь сменяет вечер, расстилая на небе звёздное покрывало. Ичиго удобнее устраивается на футоне, но уснуть не может. Он не видит отсюда лицо девушки, но ему и не нужно — он чувствует каждой клеточкой своего тела, что она так же лежит с ворохом мыслей, не желающих складываться в одно целое. — Должно быть это прозвучит странно, — начинает Ямазаки и Ичиго ловит каждое слово. — Во всей этой суматохе я вдруг осознала, что мы так и не представились друг другу. — И ведь правда, — со слабой улыбкой отвечает Куросаки. — Тогда я начну. Меня зовут Куросаки Ичиго и я исполняющий обязанности Шинигами. — Приятно познакомится, Куросаки Ичиго. Меня зовут Ямазаки Риэ и я больше не имею ни малейшего понятия, кто я такая.

***

Женский крик ударяется о каменные стены, разлетаясь по всему помещению. Мужчины в потрёпанной форме Шинигами смеются, глядя на то как светловолосая девушка глубоко и прерывисто дышит, изо всех сил пытаясь остаться в сознании. Один из них пинает её, отчего девушка сдавленно вскрикивает, но больше не сопротивляется и даже не смотрит на своих мучеников ясными глазами со всепоглощающей ненавистью. Таких душ, как она — тысячи, они заполняют грязные, холодные клетки, но она первая, кто сопротивляется. Даже Шинигами из Академии не проявляли подобного упорства. Стоило схватить её и привести в комнату переговоров — как называет её босс — и она тут же стала кричать, лягаться, пинаться и кусать всё до чего дотянется. Вот только теперь она лежит на сырой земле, дрожит всем телом, не в состоянии и слова сказать. Один из мужчин замахивается зампакто, но его рука отказывается двигаться. Он смотрит за спину и обнаруживает удерживающего его за запястье Шинигами. «И когда только успел? Я даже не почувствовал его приближение». Высокий, со смуглой кожей и крепкой, выглядывающей из ворота пёстрого кимоно, грудью, испещрённой шрамами. Он смотрит ледяным взглядом серых глаз, сдувает со лба прядь алых волос и отпускает чужую руку. — Достаточно, — голос, как отражение глаз. Мужчина подходит к девушке, смотрит сверху вниз. — Она не та, кого мы ищем. — Да, Хэйджам-доно, — Шинигами кланяются, отвечая в унисон. Он сталкивается с ней взглядом — оставленная умирать надежда снова зарождается в глубине души. Ей кажется он её спаситель. Мужчина разворачивается, длинные волосы, заплетённые в косу, растрёпываются, свободные от резинки. — Бросьте её к остальным. — Но зачем их оставлять? Не проще было бы избавиться от них, раз они не те, кто нам нужен? — интересуется один из стражников, пока они поднимают с окровавленого пола девушку. — Они ещё могут быть полезны.

***

Деревянный меч плавно рассекает воздух, с каждым махом набирая силу. Риэ совершенно одна в тренировочном зале, но даже будь здесь кто, она бы и не заметила — водопад мыслей оглушал, затапливая разум. Информация, полученная от Исиды сбивала с толку и Риэ до сих пор было сложно поверить в услышанное, хоть она и видела всё своими глазами. Несмотря на то, что она испытывала ужасную неловкость оттого, что Куросаки пришлось спать на футоне, Риэ не возражала остаться, ей казалось она истощила все силы: тело дрожало от слабости, ноги не держали, а перед глазами то и дело скакали чёрные пятна. Она едва оставалась в сознании пока говорила с Исидой. Дом Куросаки она покинула уже следующим утром, захватив с собой булочки, что принесла Орихиме. Куросаки настоял на том, чтобы провести её домой, не принимая отказа. Чувствуя неловкость молчания, Риэ спросила как они познакомились с Исидой и смеялась вместе с Ичиго, рассказывая те немногие истории, связанные с Урью. Из коридора слышится звон девичьих голосов и Риэ останавливается, вытирает со лба пот, уставившись на стоящих в дверях одноклассниц. — Риэ-чан! — вскрикивают три голоса, смешавшись в один. Они лезут обниматься, зажимают Риэ со всех сторон, не давая вздохнуть. — Ты где была всю неделю? — Мы ужасно волновались. Риэ не может различить кому принадлежат звучавшие одна за одной фразы, она усиленно пытается выбраться из удушающих объятий. Выпутавшись из девичьих рук, Риэ делает пару глубоких вздохов и спрашивает: — Вы чего это тут делаете? — Когда ты не пришла в школу мы страшно распереживались. Спрашивали учителя, но тот ничего не сказал. Мы решили подождать до выходных, но ты так и не пришла, так что мы решили пойти к тебе домой. Твой брат сказал, где тебя искать. Беспокойство одноклассниц поражает Риэ словно молния посреди ясного неба. Их забота столь неожиданна, но приятна, от неё у Риэ становиться тепло на душе. Она не могла подумать, что те станут переживать о ней. Они и знакомы всего ничего. Риэ вдруг чувствует себя бесконечно виноватой. — Извините, что ничего не сказала. Со мной всё в порядке, правда. Просто простыла немного, сейчас уже лучше. Йосано предлагает ей прогуляться, но Риэ отнекивается, ссылаясь на усталость после тренировки. Но от сопровождения домой отказаться не получается. Девушки ждут пока Риэ сменит красные хакама на чёрные джинсы, а белое косодэ на тёмно-синюю водолазку и джинсовую куртку. На чехле от боккэна они замечают вышитый цветок камелии. — Мы пока тебя искали, заглянули в парочку залов, — говорит Аямэ с мечтательной улыбкой на губах по пути домой. Субботний вечер выдался жарким и Риэ жалеет, что надела плотные джинсы. — Хотела бы я сказать, что там сплошь и рядом красавчики, но несколько приятных глазу экземпляров я приметила. Улицы заливаются смехом и приятными разговорами проходящих мимо девушек. Риэ чувствует себя до невозможного прекрасно — ей кажется, что жизнь вернулась в норму. Никаких монстров, рыжих Шинигами и Исиды, оказавшегося последним из рода Квинси, а не мальчишкой, с которым она любила играть у отца в больнице, хоть и считала странным. Но всё в миг разбивается, словно мамин любимый чайный сервиз, когда в небе мелькает знакомая рыжая шевелюра. Риэ запинается на ровном месте, останавливается на секунду, но одноклассницы не замечают небольшую заминку, продолжая обсуждать красивого парня, которого Аямэ встретила вчера в магазине. Видя здание своей квартиры, Риэ мысленно радуется. Сейчас она приготовит себе каппу рамэн со вкусом креветок, запьёт его самым сладким в мире кофе со сливками и, возможно, позволит Даичи посмотреть дораму вместе с ней. И на несколько часов можно забыться. Девушки прощаются, но Риэ не торопится входить, она стоит на месте и ждёт пока спины одноклассниц скроются из виду. Риэ глубоко вздыхает, вместе с воздухом выпуская непомерную тяжесть. — Я ценю заботу, но совершенно не обязательно меня преследовать. — Неподалёку объявился Пустой. Хотел проверить в порядке ли ты, — Риэ чувствует его, стоящего у неё за спиной. Ямазаки сжимает лямки чехла. — Даже если так, то выглядит это всё равно жутко, — поддевает его Риэ, пытаясь скрыть грусть скозящую в голосе. — Сталкер-сан. — Ха? Да я о тебе забочусь, боке, — вспыхивает Куросаки, вызывая смех девушки. — В любом случае, мне пора идти. У меня на сегодняшний вечер грандиозные планы. Спокойной ночи, Куросаки-кун. Надеюсь ты не планируешь подглядывать за мной в окно? — язвительно усмехается Риэ и закрывает за собой дверь подъезда, игнорируя ругательства Куросаки.

***

Капитан двенадцатого отряда уже несколько дней назад заперся у себя в кабинете, не реагируя на внешний мир. Акон привык к подобным выходкам капитана и даже не пытается подсмотреть за ним в тайно установленную камеру. Да и как тут подсмотришь, когда лейтенант всё время рядом, словно сторожит покой капитана, не позволяя никому потревожить важную работу, назначенную ему главнокомандующим. Куроцучи-тайчо набирает известные лишь ему комбинации на клавиатуре. Медальон лежит в выемке, освещённый золотым светом. На экране идёт загрузка, цифры стремительно набирают скорость. Фотография и личное дело выскакивают Маюри в лицо. Тот стоит, ошарашенный результатами анализа. — Какого чёрта? — спрашивает он у самого себя, а затем зовёт лейтенанта. Девушка появляется незамедлительно, словно только и ждала, что капитан её позовёт. — Нему, немедленно отправь Адскую Бабочку во все отряды. Нужно срочно созвать собрание. Уже через несколько минут зал собраний наполняется не только капитанами, но и лейтенантами. Куроцучи гневно топает ногой, уперев руки в бока, наблюдая за тем как медленно перебирает ногами Кьёраку-тайчо. И как только можно было напиться перед важным собранием? Ему хочется наорать на него, но времени на это нет, поэтому он подавляет злость и обещает себе, что обязательно отомстит безответственному капитану. — Анализ занял гораздо больше времени, нежели я предполагал. Информация о его владельце, как я и подозревал, была стёрта из общего доступа. Выглядело всё так, будто такого человека и вовсе не существует. С трудом, но мне удалось найти лазейку. Реяцу на медальоне пренадлежит Шинигами по имени Хэйджам, — Маюри делает паузу, пережидая отразившийся шок на лицах присутствующих. — Внутри него оказалась фотография, но та так сильно испортилась, что я посчитал тратой времени проводить её анализ. Особенно учитывая, что личность владельца и так установлена. — Но как? Он должен был погибнуть шестнадцать лет назад, — спрашивает Сой Фон, но никто не отвечает. — И зачем ему похищать души? — Вы связались с Урахарой Киске? — задаёт вопрос главнокомандующий, словно и не слышал капитана второго отряда. — Да, но ещё не получили ответ. — Тогда отправьте кого-нибудь лично. — Но зачем нам связываться с Урахарой Киске? Разве он не предал Готей 13? Да и кто такой этот Хэйджам? — бормочит Омаэда, но в тихом зале его прекрасно слышно и Сой Фон бросает убийственный взгляд на бестолкового лейтенанта, хотя полностью разделяет его точку зрения. Ей совершенно не хочется просить помощи у Урахары Киске. Но главнокомандующий не выглядит раздражённым. — Хэйджам возглавил нападение на Готей шестнадцать лет назад, безжалостно убивая Шинигами, которых раньше звал соратниками. Он проиграл бой и всем казалось, что он погиб, — объясняет главнокомандующий, словно читает сказку детям, а не рассказывает о кровавой бойне. — Если за всем действительно стоит он, то нам нужно пошевелиться, иначе он найдёт его раньше нас, — лениво тянет Кьёраку, потирая затылок. — Кого? — спрашивает всё тот же Омаэда, растеряв весь страх перед своим капитаном. — Ключ к нашей погибели.