Мелодия неотразимого танца

— Гуд монинг, Ичиго! Ишшин набрасывается на сына с крепкими отцовскими объятьями, но Ичиго подобный жест любви не оценивает, пинком выталкивая мужчину из окна. Ишшин успевает удержаться за подоконник, подтягиваясь и заглядывая в окно с выражением бесконечной гордости на лице. Ичиго пропускает всю похвалу мимо ушей, доставая одежду из шкафа. — Может позовёшь в гости свою подругу? Твой папочка хочет познакомиться с будущей невесткой, — Ичиго слишком резко оборачивается в сторону Ишшина, который усаживается на подоконник, закинув ногу на ногу. Он же был осторожен в стараниях скрыть присутствие Риэ у себя в комнате и уверен, что никто её не заметил. Тогда откуда?.. — Что за бред? Какая ещё невестка? — Не стесняйся, Ичиго. В твоём возрасте вполне естественно интересоваться девочками, — Ишшин многозначительно подмигивает и выпячивает большой палец, отчего Ичиго с трудом сдерживает желание выбросить отца из окна. — Никем я не интересуюсь, хватит уже, — продолжать глупый разговор нет настроения, поэтому Ичиго, изъяв из шкафа сменную одежду, идёт к двери. — К тому же, мы с ней даже не друзья. Куросаки закрывает за собой дверь, не слышит летевшего ему в спину ответа и вместо того, чтобы двинуться в ванную, шагает в комнату сестёр, отвлёкшись на шелест возбуждённых голосов. Он тянет ручку на себя, заглядывает внутрь, не постучав. В лицо прилетает что-то мягкое, Ичиго берёт плюшевого льва за лапу и хмурит брови, глядя на счастливую морду Кона. — Нии-чан, — вскрикивает Юзу. — К девушкам стучаться нужно. Вдруг Рукия-чан не одета. Рукия-чан, сложив руки на груди, кивает головой, соглашаясь с Юзу и улыбается так, что Ичиго хочется заехать глупой Шинигами по макушке. От слов девочки Кон растекается в лужицу, предаваясь фантазиям, и Куросаки наступает наглому льву на морду, стопой заглушая возмущения. Рукия стоит посреди вороха разноцветных платьев, юбок и маечек, — Куросаки не помнит, чтобы у его сестёр было столько одежды, — а Юзу достаёт из шкафа всё новые, разглядывает долго, отбрасывая лишнее в красочную кучу на полу. Рукия выглядит до ужасного воодушевлённой, словно собирается на свидание, а не на дружеские посиделки в кафе. Юзу кажется в разы радостнее самой Рукии, тщательно подбирая наряд, как будто выбор платья важнейшее событие в её жизни. Поэтому Ичиго решает, что ему здесь нечего делать и покидает комнату, намереваясь принять душ. Ичиго застёгивает последнюю пуговицу белой рубашки с короткими рукавами и тёмно-зелёным воротником, когда Рукия вихрем влетает в его комнату. — Как тебе, Ичиго? Кучики демонстрирует ему платье, бледно-жёлтое, длинной до середины бедра, на тонких бретельках, с открытой спиной и рюшами на лифе — на аккуратной фигуре девушки оно сидит идеально, делая акцент на нужных местах, но от мысли, что это платье принадлежит Юзу, хочется разорвать вещицу в клочья. — Успокойся, мне его подарила Мацумото-сан, — объясняет Рукия, глядя на нахмуренное лицо Куросаки. Уже на улице она бьёт ему локтем в бок с самодовольной улыбкой. — Признай, что я выгляжу сногсшибательно. — Да-да, — отмахивается от неё Куросаки, но мысленно соглашается. — Вчера со мной связался Укитаке-тайчо, — начинает Рукия, сменяя веселье серьёзностью. — Они вместе с Нии-саном расследуют дело о пропавших в Руконгае душах и Шинигами, — Ичиго дёргает голову в сторону Рукии, слушает внимательно. — За последние пару дней исчезновения полностью прекратились, — Рукия держится за подбородок, задумавшись. — Возможно, это связано с тем, что противник обнаружил место нахождение ключа. — У неё есть имя, знаешь ли, — щурит на неё глаза Куросаки, треплет волосы на затылке. — Всё это довольно странно. Пусть Урахара-сан и рассказал нам о событиях шестнадцатилетней давности, вот только ни слова о том зачем врагам понадобился ключ и что он открывает. — Урахара, ублюдок, как он может рассчитывать на нашу помощь, толком ничего не объяснив? Рукия затихает, что-то обдумывая, а затем рассказывает о медальоне, который они с Ренджи нашли в одном из домов, признаётся, что, не сумев подавить любопытство, они заглянули внутрь и обнаружили старую фотографию с изображёнными на ней тремя мужчинами, один из которых — Урахара. Рукия ловит удивлённый взгляд Ичиго, но не даёт ему вставить и слова, вспоминает реакцию главнокомандующего — она не знает, кто остальные двое, но судя по лицу Ямамото-соутайчто, посетившие его воспоминания не из лучших. Рукия предполагает, что одним из них может быть Хэйджам, на что Ичиго кивает, соглашаясь. Тогда получается, что они с Урахарой не просто знакомы, но и были друзьями. Кучики молчит, но Ичиго может поспорить — в её голове та же каша, что и в его. Виднеется нужное им здание, а вместе с тем Ичиго замечает стоящих перед входом Риэ и Ренджи. Она запрокидывает голову, разглядывая вывеску, украшенную разноцветными блёстками. Кафе-мороженое занимает место у парка, из-за чего с летней веранды открывается освежающий вид на шуршащие листвой деревья, зелёную траву и прогуливающихся жителей Каракуры. Само здание небольшое, с деревянными столами и стульями, мягкими диванчиками, скатертями всех возможных цветов и живыми растениями в горшках, распыляющих приятный и вовсе не навязчивый аромат, смешавшись с запахом фруктового сиропа для какигори. Ичиго подмечает как Риэ поправляет тоненькие верёвочки на груди, слегка царапает ногтями голую кожу в вырезе на бедре, кажется, что она испытывает неловкость то ли от нахождения здесь, то ли от своего внешнего вида: нежно-голубое платье с вырезом до бедра, юбка которого развивается от ветра у самых щиколоток; обычно прямые локоны волнами стекают по спине. А может всему виной Ренджи, бросающий на неё взгляды. Прийдя первыми, они занимают столик на веранде с мягкими малиновыми диванчиками, достаточно большой, способный вместить всю их компанию. Улыбающаяся официантка тут же приносит меню, и от Куросаки не ускользает полный восторга взгляд Ямазаки, разглядывающей яркие шарики мороженого и сам утыкается в красочную книжечку меню. С каждой страницей вкусы поражают своим разнообразием, а от некоторых Ичиго едва не тошнит: лососевое, картофельное, огуречное, чесночное, мороженое со вкусом соевого соуса, нори, помидора, васаби и гои — разглядывая разноцветные кружочки, один вкус страшнее другого, Ичиго начинает понимать почему Иноуэ пригласила их именно сюда. Рукия, сидящая по левую руку от него, обменивается любезностями с Риэ по поводу как прекрасно они обе выглядят сегодня. Ренджи то и дело поглядывает на Рукию, бросая взгляды из-за меню, которым прикрывает румянец на щеках — точно такого же цвета, что и его волосы. Куросаки слышит громкий смех Кейго раньше, чем видит приближающихся к ним парней. Мизуиро отсаживается подальше от Асано, отчего тот ноет и заливается слезами, но забывает о предательстве друга, стоит ему заметить свободное место рядом с Риэ. Он садится так близко, что у них соприкасаются плечи, сминая пышный рукав платья, отчего Ичиго задаётся вопросом как скоро Кейго перейдёт черту и Риэ отвесит ему затрещину. В груди расплывается разочарование на пару с раздражением оттого, что он сидит слишком далеко и не может сделать этого сам. За бурным и непрекращающимся потоком комплиментов в сторону Риэ и Рукии, Ичиго упускает момент, когда к ним присоединяются подсевший рядом Исида и Садо, а затем чуть опоздавшие Иноуэ и Тацуки. Ичиго останавливает выбор на мороженом со вкусом зелёного чая, с ужасом слушая Риэ и Орихимэ, которые решают сделать заказ на двоих, чтобы попробовать как можно больше интересных вкусов. Чем-чем, а вот интересным то, что они заказывают, Ичиго не назвал бы. За время дружбы с Орихимэ он привык к её необычному вкусу в еде, пусть она и нередко удивляла своими предпочтениями, но он и подумать не мог, что Ямазаки разделит любовь Иноуэ к специфичным сочетаниям. — А что, если их все смешать? — предлагает Орихимэ, когда официантка ставит перед ними поднос с радужными шариками. Ямазаки проникается идеей и они сбрасывают мороженое в одну цветастую кучу, тщательно перемешивая, и полностью игнорируют потемневшие лица присутствующих. Смешивая все вкусы в прозрачной пиале они выглядят, как варящие зелье ведьмы, грозясь приготовить убийственную комбинацию. Первую ложку получившегося шедевра они пробуют одновременно, явно довольные результатом — прикрытые глаза, улыбки на губах и обнимающая щёку ладонь. — Вам тоже стоит попробовать, — зазывает Риэ, обращаясь сразу ко всем. Ичиго сузывает глаза на устрашающей смеси, которая выглядит, как если бы девушки набрали отвратительно пахнущей грязи из запущенного болота где-то на задворках дальних районов Руконгая. — Сомневаюсь, что это съедобно, — отказывается Ичиго, подозрительно косясь в сторону неприятной жижи. На его слова Риэ показательно хмыкает и зачерпнув побольше мороженого, поворачивается к Асано, протягивая ему ложку. Нервная улыбка Кейго вряд ли демонстрирует его неудержимое желание попробовать столь пугающее сочетание всевозможных вкусов, но послушно глотает содержимое. А затем врёт, что ему понравилось. В этом и есть весь Кейго, до ломоты в теле раздражающий своей привычкой свататься ко всем девушкам подряд. Ичиго не понимает его непостоянности, пусть Риэ и симпатичная девушка, но это не отменяет того, что даже с её появлением, Кейго продолжает цепляться к другим девочкам с их класса и параллели. Глазами Ичиго скользит по фигуре Риэ, её счастливому лицу, когда Садо выражает симпатию к их с Иноуэ десерту, а затем замечает взгляд Исиды, что ложится на девушку, пристально рассматривая — почему-то Ичиго кажется, что тот не в силах отвести от неё глаз, но он отворачивается сразу, стоит Риэ ответить на его гляделки. Ичиго слышал истории об их знакомстве от Риэ, но ему вдруг становится интересно узнать больше. Почему-то Ичиго сложно представить играющего в куклы Исиду и это ещё больше подогревает интерес. — Эй, Куросаки, — тихо зовёт Исида, склонившись к нему ближе, словно не желая, чтобы их разговор услышал кто-то ещё. — Мне кажется или что-то поменялось в реяцу Ямазаки-сан? Как будто она стала сильнее, я бы даже сказал стабильнее. Ичиго видит как Риэ замечает на себе его взгляд и прикрывает глаза, думая с чего бы ему начать и выкладывает всё по порядку, не упуская ни единой мелочи. О том, что Риэ оказалась Шинигами, которую ребёнком подбросили человеческой семье, о нападении Шинигами со странными способностями и о Хэйджаме, который охотится за девушкой. И если он её найдёт и получит заточенный внутри неё ключ, то неизвестно, что может случиться. Исида слушает внимательно, то хмурясь, то широко раскрывая глаза, а затем утвердительно кивает с выражением полнейшего понимания, словно всё услышанное не было для него новостью. — Если Ямазаки-сан родилась в Обществе Душ, тогда это всё объясняет, — Ичиго чувствует зарождающееся в груди любопытство, но Исида не раскрывает смысла, скрытого за его словами, поэтому Ичиго решает вытащить из него правду сам. — Что это значит, Исида? — тот поправляет очки, смотрит на Куросаки и вздохнув, поясняет: — Ещё в детстве я заметил, что у неё не самые лучшие отношения с отцом. Не думаю, что за годы что-то поменялось, разве что стало только хуже, — шёпчет ему на ухо Исида. Ичиго радуется, что все заняты мороженым и оживлёнными разговорами, чтобы обратить внимание на то как они шепчутся. — Ему не за чем было отправлять её в Каракуру вместе с братом, это бессмысленно — частная школа в Токио явно лучше нашей. Он просто-напросто избавился от неё, чтобы не мешалась. Злость наполняет сознание, затуманивая рассудок, да так, что будь Ямазаки-старший здесь, Ичиго бы не удержался и заехал ему в лицо. У него в голове не укладывается как можно настолько не любить собственного ребёнка, пусть и приёмного, чтобы избавиться от него при первой же возможности. Ичиго смотрит на Риэ и видя как она, со счастливой улыбкой на пухлых губах, увлечённо разглядывает вылепленого Рукией Чаппи из мороженого, вся злость испаряется, оставляя лишь ноющее в груди сочувствие. Ему сложно представить какого это: сначала потерять настоящих родителей, а затем расти в семье, где отец не упускает возможности напомнить тебе, что ты среди них чужая. Ичиго вспоминает её реакцию, когда Исида спросил её, что она делает в Каракуре, понимая чем она была вызвана. По крайней мере, теперь у неё есть Урахара-сан, который позаботится о девушке и защитит от любой опасности. Пусть Урахара многого не договаривает, но Ичиго видит как он хочет исправить свои ошибки. И то как сильно он верен данному много лет назад обещанию. В большинстве случаев Урахара имел свою выгоду, но Ичиго бесконечно благодарен ему за помощь, какой бы та ни была. Ругательство и последующий смех Риэ выталкивают его из раздумий. Ичиго осматривает её, пытается понять, что произошло, а затем Риэ тянется за салфеткой, вытирает ткань платья на ноге и Куросаки понимает, что она обляпалась. Орихимэ воодушевлённо восклицает — пятно похоже на сердечко. Когда приходит время уходить, облака меняют цвет с молочного на спелый персик, жара спадает, развевая освежающий ветер. С другой стороны стола доносится смешок — Абарай глумится над Ямазаки, которая, в отличие от Иноуэ, с трудом поднимается с места от количества съеденного. В ответ он получает удар локтем под рёбра. — Нам обязательно нужно будет сходить куда-нибудь ещё, — Иноуэ хлопает в ладоши, довольная донельзя своей идеей, а затем скрывается на другой стороне дороги вместе с Тацуки, машет рукой на прощание. Вслед за ними уходят Мизуиро и Кейго, который напоследок успевает поцеловать Риэ руку, за что Ичиго отвешивает ему подзатыльник. Куросаки замечает как Ямазаки пытается скрыть глаза и подавить непрошенный румянец, а затем цепляется взглядом за посудную лавку за их спинами. Риэ плавно ныряет внутрь и Куросаки входит вслед за ней вместе с остальными, образуя опасную для столь узкого пространства толкучку. Ичиго ведёт головой в разные стороны, пытаясь понять, что могло заинтересовать девушку в столь неприметном месте и едва не натыкается всем телом на Ямазаки, но успевает предотвратить столкновение и вместе с тем уже привычное покалывание силы внутри. Риэ словно не замечает их небольшого инцидента, слишком увлечённо разглядывая каждую кружку. Она вертит их в руках, идёт к следующей, задевает юбкой пыльные стеллажи, пока не находит ту самую — рельефная чашка, пастельно-зелёная, с мелкими цветами лотоса удобно ложится в её ладонь, и Риэ с улыбкой на лице несёт ту на кассу, едва не столкнувшись в проходе с изучающим глиняные тарелки Ренджи. Услышав цену, Ичиго сначала думает, что ослышался, он не сводит глаз с усиленно размышляющей Риэ и понимает, что ей не хватает денег, а затем на стол ложатся монеты — Исида с невозмутимым видом закрывает кошелёк. Садо находит чашку довольно милой, но добавляет, что будь она с плюшевыми зверюшками, то выглядела бы куда лучше. Рукия с ним соглашается, но исправляет — с Чаппи та была бы бесподобной. Ичиго думает, что оба варианта отвратительны и цветочный узор смотрится намного лучше, но держит мнение при себе. Когда они с Рукией идут в сторону его дома, оставляя позади Исиду, Риэ и Ренджи, Ичиго едва сдерживается, чтобы не обернуться на звонкий смех Ямазаки, смеющейся над шуткой, которую он не слышит.

***

Ичиго ругается на жару, расстёгивает пару пуговиц на школьной рубашке, но это не спасает совершенно. Путь к магазину Урахары никогда раньше не казался таким изнурительным — Ичиго не помнит, чтобы в мае было настолько жарко. Наслаждаясь спасительной прохладой магазина, что приятно освежает горящую кожу, Куросаки не сразу прислушивается к тихому разговору за дверьми. — Они дошли до этой точки, — звучит голос из глубины магазина. Ичиго входит в комнату, где Рукия указывает пальцем на неизвестное ему место на карте. — Но потом след обрывается, как будто его реяцу просто испарилась. Ичиго садится возле Рукии — все слишком заняты разглядыванием нарисованной кромки леса на бесцветной бумаге, чтобы обратить внимание на его появление, поэтому он решает влиться в суть разговора. — Тот Шинигами, который напал на Ямазаки мог скрывать свою реяцу. Возможно это тоже его рук дело. — Да, — подтверждает Йоруичи, Урахара ограничивается лёгким кивком, не сводя глаз с карты. — До того как он выбрал идти за Хэйджамом, его способности были весьма полезны в Омницу Кидо. — В любом случае, даже если мы не можем обнаружить место, где он прячет похищенных им души и Шинигами, пока Ямазаки-сан в безопасности — преимущество на нашей стороне, — Ичиго обводит взглядом комнату, осознавая, что Риэ здесь нет. Как и Ренджи. — И, чтобы так и оставалось, мы можем попытаться изъять из неё ключ. — Разве такое возможно? — ошарашенно спрашивает Ичиго. — Как я уже говорил, — мужчина делает акцент на последнем слове и Куросаки вспоминает, что он действительно упоминал о предыдущем носителе. — Ёшиока Шоичи, настоящий отец Ямазаки-сан, прежде был выбран главнокомандующим на роль защитника ключа. Незадолго до своей смерти он передал его дочери, зная, что вскоре Хэйджам явится за ним. От слов Урахары Ичиго злится. Он не понимает почему нельзя было отдать ключ тому, кто может постоять за себя, а не маленькому ребёнку, который и говорить-то толком не умеет. Неужели он не подумал о том, что рано или поздно её обнаружат, а она и защитить толком себя не сможет, не подозревая о своей силе. — Значит, ты хочешь передать ключ кому-то другому, Киске? — Именно, Йоруичи-сан, — Урахара кивает, обращает глубокий взгляд серых глаз к Ичиго и он начинает понимать. — Я думал о том, чтобы запечатать его в тебе, Куросаки-сан. Таким образом мы сможем стабилизировать твою реяцу. Но я пойму, если ты откажешься. Ичиго молчит какое-то время — конечно он согласен, ведь так ему больше не придётся опасаться, что его силы могут исчезнуть в любой момент, но почему-то ему кажется, что Риэ будет против. Какой бы изнурённой и разбитой она не была, окунувшись в новую реальность, Ичиго думается, что эта сила многое для неё значит и как бы ни было опасно, он сомневается, что девушка пожелает от неё отказаться. К тому же, с тренировками у Ямазаки есть возможность стать хорошим бойцом, способным защитить себя, но Ичиго не может позволить себе поставить её под удар. Хватит того, что Риэ и так состоит из душевной боли — не стоит подвергать её боли ещё и физической. Куросаки открывает рот, чтобы согласится, но слова так и остаются не сказанными, тонут во внезапном духовном давлении, которое стихает спустя пару секунд. Он ощущает реяцу Ренджи рядом с Риэ и только сейчас до него доходит, что они тренируются внизу. Кажется, никто, кроме него не замечает этой быстрой вспышки. — Но прежде, чем приступить к приготовлениям, мне нужно, чтобы вы кое-что достали из Общества Душ, — Урахара протягивает Рукии свёрток бумаги. — Йоруичи-сан покажет дорогу. И будет лучше, если никто не узнает о вашем визите. Выражение лица Урахары и тон, с которым он произнёс последнее предложение, нехотя наталкивает Ичиго, что их посылают на преступную деятельность, которую в Готее вряд ли оценят по достоинству.

***

Ичиго смотрит на спокойный овал озера, отражающий нежно-голубое небо без единого проплывающего облака и зелёные верхушки деревьев, распыляющих хвойный запах, щекочущий ноздри. Чуть выше озера, на небольшой возвышенности среди елей прячется дом в традиционном японском стиле, — он тянется вширь, разбрасывая в стороны бежевые стены, — Ичиго на секунду кажется, что они пробрались на частную территорию какого-то богача и это лишь вопрос времени пока за ними явится кто-то из Готея. Уверения Йоруичи-сан, что здесь давно никто не живёт абсолютно не помогают, когда они проходят несколько барьеров, которыми окружён участок. Ичиго то и дело оборачивается и бурчит под нос, из-за чего получает оплеуху от идущей рядом Кучики. Йоруичи отодвигает сёдзи и первая входит внутрь, так легко и уверенно, словно к себе домой. Ичиго ожидает увидеть разруху, прорвавшиеся внутрь растения или, хотя бы, застеленные пылью полы и мебель, но вопреки его ожиданиям, помещение пахнет свежестью, а деревянные доски пола чистые, как если их помыли совсем недавно. Ичиго едва слышно приоткрывает сёдзи, ступает в большую комнату, залитую светом и слабым ветром из широко открытого окна. Подойдя ближе, Ичиго видит всё то же озеро с сияющей от солнца водой. Справа от себя он замечает распахнутые фусума, что соединяет между собой две комнаты и приближается к заниженному столику с мягкой подушкой на полу вместо стула. Над столом висит картина — пейзаж спокойного озера в окружении хвойных деревьев, очень напоминающая вид за окном, а возле него возвышается напольная лампа с чёрными цветами лотоса на торшере. Стопка из трёх книг аккуратно подпирает стену, с потрёпанными корешками, словно их читали много раз; кисть с чернилами и чистые листы бумаги как будто ждут, что ими вот-вот воспользуются — комната походит на чей-то кабинет и совершенно не похоже, что в доме не живут много лет. Посреди стола лежит раскрытый альбом, словно кто-то смотрел фотографии и отвлёкшись на что-то, забыл его убрать. Ичиго кажется неправильным заглядывать в чужую жизнь без разрешения, но яркая фотография приковывает внимание, отчего Ичиго невольно рассматривает запечатлённых на снимке людей. Смеющаяся женщина так сильно похожа на Риэ — Ичиго на секунду теряется, думая, что это она и есть, но Риэ сидит на руках у мужчины и смотрит прямо в камеру, улыбаясь до ушей. Ичиго не уверен, но на вид ей не больше года — совсем малышка. Куросаки чувствует ноющую боль в сердце, глядя на счастливую семью. Из слов Урахары-сана Ичиго знает, что отец Риэ пожертвовал собой ради защиты дочери, мать погибла при нападении, а Исида рассказал, что в приёмной семье Ямазаки нередко ощущала себя лишней и совершенно чужой. Хоть Ичиго и рос без матери, но у него были — есть — любящие сёстры и слегка чудаковатый отец. Он даже представить не может каково было Риэ жить в подобном окружении, а затем узнать, что ты и не человек вовсе. Ичиго переворачивает страницу, бумага хрустит между пальцами, и не верит своим глазам. Риэ сидит на зелёной лужайке во дворе дома, смеётся и с восхищением хлопает в ладоши, глядя на тёмноволосого мужчину, корчащего дурацкие рожицы, который слишком напоминает Ичиго его собственного отца. Куросаки вынимает фотографию из альбома и прячет в карман, надеясь, что никто не обратит внимание на её отсутствие. — Ои, Ичиго! — Йоруичи заходит в комнату и Куросаки оборачивается. Она открывает рот, чтобы что-то сказать и вместе с тем её взгляд падает к альбому на столе. — О, вот и он. Йоруичи берёт его в руки, быстро пробегает глазами по страницам, а затем закрывает, засовывая его в набитый вещами рюкзак — похоже она нашла всё за чем их послал сюда Урахара. И если она замечает пропавшую фотографию, то не говорит об этом ни слова. — Думаю, Тайсукэ не будет возражать, что я одолжила его любимую книжечку, — прежде, чем Ичиго успевает спросить кто такой Тайсукэ, Йоруичи ступает к выходу: — Нам пора идти, Ичиго. Есть ещё кое-что, что нужно сделать. — Йоруичи-сан, — она замирает на пути к дверям, поднимает к нему глаза, но Куросаки опускает взгляд, рассматривая белоснежные таби в варидзаши. В голове мелькает совершенно нелепая мысль, что стоять в обуви в доме как-то неправильно, даже если здесь никто не живёт. — Не то, чтобы я не доверяю Урахаре-сану, но мне всё это кажется немного непонятным. Куросаки отводит взгляд от пола, смотрит Йоруичи в глаза, словно может прочесть в них всю истину, но находит в них что-то такое, что он уже видел в глазах Урахары, когда тот рассказывал о событиях, при которых Риэ осталась сиротой. — Я понимаю, что ему неприятно говорить о прошлом и, если честно, я думаю ему необязательно этого делать, — Ичиго не обращает внимание на вошедшую Рукию, продолжая говорить. К тому же, он знает — её терзают те же вопросы. — Почему он не говорит о том, что Хэйджам хочет открыть с помощью ключа? Зачем попросил нас забраться в чужой дом и украсть альбом с фотографиями? Рукия молчит, не пытается остановить поток вопросов и не уточняет, что пришли они не только за альбомом, — его и вовсе не было в списке — а ещё за приборами, названия которых Ичиго вряд ли сможет угадать и плотным свитком, скрученным во множество слоёв — Ичиго и сам это знает. Йоруичи вздыхает и на секунду Ичиго кажется, что она скажет ему не лезть не в своё дело или дождаться подходящего момента, но этого не происходит. — Киске и Шоичи были лучшими друзьями во времена Академии и оставались таковыми даже после того как Киске пришлось бежать в Мир Живых, — она открывает рюкзак, достаёт из него альбом и листает страницы с горькой улыбкой на губах — такая бывает, когда ты вспоминаешь близкие сердцу моменты и понимаешь, что тебе больше никогда не вернуть те времена. — На самом деле, я бы сказала, что они были как братья, а Хэйджам оказался их общей ошибкой. Хотя, я не уверена, что в произошедшем есть их вина. — На фотографии в медальоне был Урахара с двумя Шинигами, — присоединяется к разговору Рукия. Йоруичи кивает и переворачивает страницу. — Да, у Киске есть такая же. Они сделали её сразу после выпуска. Оба довольные, что им удалось попасть в Готей, а Шоичи и вовсе оказался в первом отряде. Один только Юудай ни капли не обрадовался своему назначению в шестой отряд. Его ненависть к аристократам не перестаёт меня удивлять. — Юудай? Значит, третий мужчина не Хэйджам? — удивляется Рукия, когда её предположение оказывается ошибочным. — Конечно же нет. Насколько я знаю, он немногим старше малыша Бьякуи, — Йоруичи находит пустующее место, которое ещё несколько минут назад занимала фотография развлекающего Риэ Ишшина, но не говорит ни слова, лишь переворачивает страницу. Ичиго сложно разглядеть что-либо, но он отмечает большую компанию на снимке. Йоруичи какое-то время рассматривает его, а затем захлопывает альбом. — Юудай был для него как отец, пока не случился один неприятный инцидент. Тогда Шоичи пришлось взять на себя заботу о мальчике. Вот только тот не признавал никого, кроме Юудая. Йоруичи глубоко вздыхает, словно в своё время Хэйджам доставил ей не малых хлопот. Хотя вряд ли нападение на Готей и убийство сотни Шинигами можно назвать «мелкими хлопотами». Пусть Йоруичи-сан и не раскрыла всего, теперь Ичиго чуть лучше понимает чувства Урахары и почему он столь скуп на подробности — говорить о прошлом для него значит раздирать не до конца затянувшуюся рану. Да и Ичиго сомневается, что она когда-нибудь заживёт. — Хэйджам жаждет силы, которая поможет вернуть ему Юудая, — наконец говорит Йоруичи, минуя длинный коридор. Она не рассказывает, что случилось с Юудаем, а лишь слегка приоткрывает завесу прошлого, вспоминает времена до того как всё покатилось в чёрную бездну. Ничего важного, просто моменты, греющие душу. Ичиго хоть и не знает всей истории, но ему сложно представить существовании силы, которая способна вернуть обратно человека, что бы с ним не случилось. В глубине души он ощущает мелкий комок сочувствия к Хэйджаму, пока не вспоминает устроенного им хаоса. Ичиго разделяет желание увидеть дорогого тебе человека, родителя, но цена в сотни, а то и тысячи, невинных жизней — слишком большая, чтобы её заплатить. Пока они идут по тихому коридору, покидают дом и движутся вглубь леса, Ичиго узнаёт, что родная мать Риэ должна была стать главой клана Каэдэхара, — одной из благородных семей Общества Душ, — но отказалась от титула, выйдя замуж за простолюдина из Руконгая. Из-за произошедшего случая с Хирако и остальными, Йоруичи не удалось застать рождение Риэ, но она уверена, что её родители были бесконечно рады рождению дочери — после более ста лет вместе у них наконец получилось завести ребёнка. Куросаки интересно почему семья матери не спохватилась искать Риэ, раз в ту ночь её тело не нашли. Йоруичи мотает головой, говорит, что не уверена, но, скорее всего, им сообщили о похищении ребёнка, а после неудачных поисков они сдались и сочли её мёртвой. — Хорошо, что у них не вышло найти её, ведь своими поисками они ставили под угрозу план Шоичи. Йоруичи приводит их вглубь леса и Куросаки сначала не замечает ничего необычного в ряде ровных деревьев, тянущихся ввысь пока Йоруичи без особого труда не проделывает брешь в защитном барьере, используя подсказки Урахары. Перед ними появляется неприметная пещера, которую и без барьеров было бы трудно заметить. Она холодная и глубокая, с ровными каменными ступенями, ведущими под землю — Ичиго ожидает увидеть внутри зловещую лабораторию, что-то в духе Урахары, но помещение абсолютно пустое, с витающей в воздухе реяцу. Йоруичи молча осматривает каждый камушек, проводит руками по холодной поверхности и хмурит брови, когда не находит то, что ей нужно. Рукия стоит рядом, держит ладонь на зампакто, словно ощущает исходящую из этого места опасность. Ичиго ничего подобного не чувствует, но что-то в пустой, забытой пещере его настораживает. В голове нет ни единого предположения для чего использовалось тёмное помещение. Йоруичи тихо ругается и наконец оборачивается к ничего не понимающим Ичиго и Рукии. — Плохо дело, ребятки. Ичиго переглядывается с Рукией, ловит встревоженный взгляд фиалковых глаз и чувствует как та же тревога подкрадывается в его сердце.