Мелодия неотразимого танца

— Не волнуйся, Ямазаки-сан, ты будешь в полной безопасности, — уверяет её Урахара. Они стоят перед Гаргантой — как назвал чёрную дыру Урахара, которая очень напоминает широко раскрытую пасть — в подвале магазина, том самом, что по совместительству является тренировочной площадкой. — Я бы не отправлял тебя туда, не будь я уверен в этом на сто процентов. Риэ не волнуется совершенно и ни капли не боится, ведь если Урахара-сан сказал, что позаботиться о её безопасном прибывании в Уэко Мундо, то так оно и есть. И ей не хочется убежать подальше от жуткой чёрной пасти, в которую вот-вот придётся нырнуть. Нет. Риэ лишь недовольна тем, что она только пришла в себя и вместо того, чтобы пойти увидеться с братом, убедиться, что он дышит и улыбается, а в груди у него нет зияющей дыры, её тут же отправляют в какой-то другой мир. Который, к тому же, если судить по комментариям Ичиго, не самое приятное место на земле. На плечо ложится чужая ладонь, ободряя и Риэ, не глядя, знает, что это Ичиго. Она уже успела запомнить ощущение осеннего уюта, исходящего от Куросаки. Раньше она думала, что чувствует это из-за странной связи между их реяцу, но вскоре поняла — причина в другом. Но спрашивать не решила, списав на странные способности Шинигами. Тренируясь с Ренджи, Риэ заметила исходящую от него силу и надёжность: появись перед ними сотня врагов, Риэ была уверена в своей безопасности. Ещё что-то подобное она ощущала встретившись с Хэйджамом — сносящий с ног запах смерти. И даже во сне, обнимаясь с настоящим отцом, словно глубоко внутри помнила о нём. И только Урахара оставался сплошной тишиной. Риэ несколько раз пыталась уловить от него хоть что-то, но раз за разом упиралась в молчаливую невидимую стену. Не то, чтобы её это напрягает, наоборот — иногда приятно укутаться в тишине и спокойствии, словно в одеяле. — Урахара-сан прав, тебе не стоит беспокоиться, — Риэ задирает голову, чтобы посмотреть в глаза стоящего рядом Ичиго. Ладонь так и остаётся у Риэ на плече. — Урахара-сан проведёт нас через Гарганту, а я доставлю тебя в Лас Ночес, на случай, если Пустые решат напасть. Риэ понимает, что Ичиго пытается её ободрить, но она также улавливает в его голосе лёгкое раздражение. Почему-то ей кажется, что Ичиго либо не очень любит это место, либо не хочет встречаться с кем-то по ту сторону портала. А когда Урахара-сан говорит что-то об уговоре с одним из жителей Уэко Мундо, на которого можно положиться, она приходит к выводу, что угадала в любом случае. Гарганту они преодолевают в тишине, потому что отвлёкшись на разговор, Ичиго потерял контроль над реяцу и тонкая дорожка под ним начала распадаться блестящими кусочками. Урахара же на разговор настроен не был, идя перед ними и явно что-то усиленно обдумывая. Риэ не хотелось его отвлекать. Когда они наконец достигают выхода из бесконечного тёмного коридора, Риэ перестаёт чувствовать свои ноги. Они гудят и пульсируют от долгого бега и всё чего хочется в данный момент — это упасть на мягкую постель и не вставать до завтрашнего утра. Возле выхода из Гарганты их ожидает группа людей — людей ли? — и стоит Ичиго ступить на ледяной песок, как на него с громким визгом бросается девочка, совсем ребёнок, и сбивает Куросаки с ног. — Ицуго! Нелл так скучала по тебе, Ицуго, — плачет девочка, утыкаясь головой ему в живот и пуская слюни с соплями на тёмную ткань формы. Костяная маска на макушке настораживает Риэ, заставляя мурашки пуститься по коже. Она отводит взгляд от успокаивающего ребёнка — и вопящего о мерзости — Ичиго, и внимательно рассматривает её спутников. Те выглядят совсем как монстры, что не единожды нападали на Риэ ранее, но более человечно, что ли. Насколько подобное понятие к ним вообще применимо. Глаза Ямазаки цепляются за дыру в животе, похожего на таракана, мужчины и понимает, что они действительно являются теми самыми Пустыми. Девочка наконец отлипает от Ичиго и троица представляется, становясь в глупую позу будто кучка супергероев. Вот только их имена проскальзывают мимо, потому что говорят они одновременно, путаются в названии своей шайки и принимаются спорить между собой. Ичиго поднимается с песка, отряхивается и знакомит Риэ с шумной троицей. Так она узнаёт, что девочку зовут Нелл, а её спутников, которые являются названными братьями и по совместительству опекунами, Пеше и Дондончакка. Урахара говорит, что им пора и троица успокаивается, из-под земли выныривает огромный фиолетовый червь, от чего Риэ отшатывается, с ужасом глядя на их питомца, как с улыбкой сообщает Нелл. Риэ прощается с Урахарой, сдерживая порыв обнять мужчину, а затем Ичиго помогает ей забраться на спину «милашки Бавабавы». Троица что-то бурно обсуждает, иногда вовлекая в разговор Ичиго, который только раздражённо отмахивается от их глупых шуток. Риэ сидит тихо, боясь пошевелиться, ведь, как ей кажется, она свалится, стоит сделать малейшее движение в сторону. Она осторожно осматривает округу, но зацепится нет за что — вокруг лишь облака затянутые чернотой, ледяная пустыня и засохшие деревья. И как Урахаре-сану только пришло в голову отправить её в столь ужасное место, лишённое всего живого и кишащего Пустыми? Сказать по правде, Риэ понимает почему Ичиго недолюбливает Уэко Мундо. А ещё сильно сомневается, что состоящая из ребёнка, мужчины-таракана, чудака в маске тики и огромного червя, компания может быть теми на кого можно положиться и кто позаботится о её безопасности в случае чего. За то короткое время, что она находится в Каракуре, Риэ привыкла доверять Урахаре, она даже чувствовала особую привязанность к мужчине как если бы они знали друг друга невообразимо долго, но сейчас у неё сомнение сосёт под ложечкой. Риэ дёргает головой в сторону Ичиго, который объясняет Нелл и остальным её ситуацию и почему вдруг понадобилась их помощь. Пеше с важным видом кивает головой буквально на каждое слово и от этой картины у Риэ смех щекочет горло. — Ицуго останется с ней? — Нелл клонит голову на бок, смотрит с надеждой. И теперь в горле застревает ещё и интерес. Ей определённо очень нравится Ичиго. Риэ думает, что у неё точно ещё будет возможность расспросить одного из них. — Нет, — Ичиго отрицательно мотает головой и в детских глазах что-то угасает. — Я тут в качестве сопровождающего. Бавабава тормозит около огромной крепости с белоснежными стенами, которое в близи кажется запредельно массивным и бесконечно тянущимся в стороны. Риэ внимательно осматривает предположительный вход, но двери не находит. — Добро пожаловать в Лас Ночес, — Пеше резво соскакивает со спины Бавабавы, Нелл и Дондончакка следуют за ним, позируя так же, как и пару часов назад, когда они только познакомились. Ичиго помогает Риэ слезть и она ловит себя на мысли, что ей ужасно не хочется прощаться. Они ведь расстанутся на неизвестно какой промежуток времени, и она будет отсиживаться в этом леденящем душу и кости месте совершенно одна. Интересно, если попросить Ичиго остаться, он согласиться? — Мне пора, Риэ. Дальше тебя проведёт Нелл. — Хорошо. Спасибо, Ичиго, — Риэ закусывает губу, удерживая глупую, абсолютно детскую просьбу при себе. — Ицуго мог бы пойти с нами. Нелл уверена, что Халлибель-сама будет рада тебя видеть. — Сомневаюсь. Риэ ещё какое-то время смотрит в след удаляющемуся в шунпо Ичиго, пока Пеше пытается отыскать что-то на абсолютно ровной стене без выемок или неровностей. — Странно, она точно была здесь, — он шарит руками по холодной гладкости, прыгая из стороны в сторону. — Что же нам делать, янсу? — Дондончакка выглядит испуганным, обнимая свою огромную голову, которая казалась ещё больше, чем тело. Риэ глубоко выдыхает и опускается на корточки рядом с обеспокоенной Нелл, обхватывая колени руками и прижимая их к груди. — Что они ищут? — спрашивает Риэ, рассматривая надколотую маску Пустого. И как так получилось, что такая малышка живёт в столь страшном месте? — Тут должна быть дверь, Нелл выходила отсюда, чтобы встретить Ицуго, но, наверное, она пропала. — Как это? Пеше громко вскрикивает от радости и они с Дондончаккой хлопают в ладоши, счастливые от того, что не придётся искать другой вход. Внутри оказываются бесконечные длинные коридоры с полным отсутствием окон и Риэ неуютно от замкнутого пространства, дышать становится труднее, поэтому Ямазаки решает сосредоточиться на рассказе Нелл. Она говорит о том, что теперь они могут спокойно жить в Лас Ночес, ведь здесь больше нет Заэльаппоро и Ннойторы, которых она так сильно боялась, но они всё равно почти всегда находятся за пределами стен крепости. — После того как Ицуго одолел Айзена-сама, Халлибель-сама стала правительницей Уэко Мундо. Наверное она сейчас занята, но потом обязательно встретится с тобой. Риэ кивает, думая, что могла ошибаться и на самом деле человек, с которым Урахара-сан заключил уговор — правительница Уэко Мундо. Нелл вспоминает как она впервые встретила Ичиго, вдаётся в подробности, что ему и его друзьям пришлось пройти, чтобы спасти Орихимэ из лап Айзена, но рассказывает она хаотично, скачет с одной мысли на другую, отчего Риэ с трудом складывает цельную картину произошедшего. А ещё делает себе заметку расспросить Урахару об условиях его договора с бывшей Эспадой, которая не так давно была врагом всего Общества Душ, а теперь вдруг решила приютить у себя в замке Шинигами. Троица приводит Риэ в комнату, в которой ей предстоит жить какое-то время. Внутри оказывается просторно, но лишь за счёт того, что из мебели только диван и стоящий возле него стол. Зато здесь хотя бы есть окно, пусть и зарешеченное, из которого видно сияющий полумесяц. — В этой комнате раньше жила Орихимэ-чан, — сообщает Пеше, выставив указательный палец. Риэ не уверена как должна себя чувствовать после того как её поселили в комнату, где до этого была заперта пленница. — Наше Пустынное Братство всегда радо прийти на помощь, если тебе что-нибудь понадобится, Риэ-чан. — Янсу! Риэ благодарит их за доброту и когда дверь за шумной троицей закрывается, она валится на диван, который оказывается довольно мягким, ощущая себя распластавшимся по тарелке желе. Она накрывает лицо ладонями, прислушивается к тишине и пытается понять, что ей делать дальше. Сбежать отсюда уж точно не получится, но зато у неё есть огромная куча свободного времени, которое было бы неплохо потратить на тренировки. Без Ренджи будет как-то не так, Риэ очень ценила его помощь, но придётся довольствоваться тем, что есть. Риэ сомневается, что тренировки с Нелл, Пеше или Дондончаккой принесут хоть каплю прогресса и на секунду задумывается можно ли попросить помощи у правительницы Уэко Мундо, вот только вряд ли она располагает временем и желанием тренировать Шинигами.

***

Исида наблюдает за тем как Риэ общается с одноклассницами, отдаёт одной из них — Йосано, кажется, — скакалку и смеётся над проронившейся шуткой. Она выглядит и ведёт себя как обычно, — Исида не уверен чья это заслуга: Ририн как душе+ или Урахаре за предоставленную о Ямазаки информацию, — но осознание, что это всего лишь подделка бьётся загнанной в паутину бабочкой. Пусть Исида понимает, что находиться на виду, когда тебя обнаружил враг весьма неразумно, особенно если ты не способен себя защитить, но факт того, что Урахара решил спрятать Риэ в Уэко Мундо немного напрягает. Пусть ни Айзена, ни Эспады как таковой больше не существует и при новом правители Лас Ночес действительно казался довольно безопасным местом, чтобы укрыться от настойчивых преследователей, при условии, что обе стороны согласны на сотрудничество. Да и Урахара явно позаботился о том, чтобы Риэ ничего не грозило. Но Исиде всё равно не нравилась эта затея. Урахаре следовало отправить кого-то с ней. Куросаки, хоть его реяцу может исчезнуть в любой момент, или Абарая, с которым Риэ сблизилась за время тренировок и проживания под одной крышей. Но оба были нужны для подготовки к ритуалу изъятия ключа и поисков Хэйджама. Урью был готов пойти вместе с Риэ, но к тому времени как он добрался до магазина Урахары, Гарганта за их спинами закрылась, оставляя Ямазаки в одиночестве по другую сторону. Урью был удивлён подобным героизмом со своей стороны, но объяснения к нему всё же имелись. Во-первых, он просто не мог смириться с мыслью, что девушке придётся жить в кишащем кровожадными арранкарами месте. И не важно, что она Шинигами, умеющая в какой-то мере управлять своими силами, с многолетним опытом занятий кэндо — этого ничтожно мало, чтобы одолеть самого слабого арранкара, который вдруг решит померяться силами с Шинигами. Во-вторых, несмотря на небольшое количество времени проведённого вместе, Риэ не была совсем чужим для него человеком, как для того же Куросаки. Вряд ли Урью признался бы вслух, но единственной причиной, по которой он терпел поездки Рюукена в Токио и даже с предвкушением их ждал — это возможность поиграть с дочерью Ямазаки-сана. А ещё он знает, что у них много общего, больше, чем кажется на первый взгляд. После того как Урахара собрал их всех в своём магазине и объяснил план действий, он попросил Исиду присмотреть за Ририн и позаботиться, чтобы никто не заподозрил подмены. Урью просьбе не возражал, всё-таки отправиться в Общество Душ он не может, а здесь он будет хорошей помощью, особенно если на Ямазаки снова нападут, не отличив Ририн от настоящей. Всё же какое-то количество её реяцу ещё оставалось в гигае. Риэ — Ририн, исправляет себя Исида — машет ему рукой, заметив пристальный взгляд. Стоящая рядом Йосано почему-то заливается румянцем, — он замечает это даже с расстояния — а Аямэ хмыкает. Исида не понимал как такой человек как Ямазаки сдружилась с этой троицей. Он знал о них немного, но их любовь к сплетням и желание знать обо всём и всех было тем, в чём убедились даже учителя. Звонок с общего урока физкультуры означает так же и окончание школьного дня. Исида идёт в раздевалку и вспоминает, что у Риэ сегодня занятия кендо, поэтому прежде, чем покинуть спортивную площадку, он просит Ририн подождать его у школьных ворот. Опешившие взгляды подруг он игнорирует. — До завтра, Риэ-чан! — Увидимся, — она машет одноклассницам на прощание, а когда они с Исидой остаются одни, то она в раз меняется, выбрасывая всё то, от чего можно было принять эту Риэ за настоящую. — Ох, как же мне надоело притворяться. А ведь ещё недели не прошло. И вообще, мне обязательно идти на занятия кэндо? — Конечно, обязательно, — Исида поправляет очки. — Кэндо — неотъемлемая часть жизни Ямазаки-сан и если ты будешь её игнорировать, то и враги, и знакомые могут заподозрить неладное. — Хорошо, хорошо, я поняла, — Ририн дует губы на его слова. — Зануда. Исида решает остаться с ней на протяжении всего занятия. Не только из-за просьбы Урахары или чтобы предотвратить возможный побег Ририн, а ещё потому, что от вида тренера у него трепещет необъяснимое ощущение опасности где-то в районе солнечного сплетения. Даже если ему кажется, лишние меры предосторожности не помешают. Пока Исида наблюдает за вполне довольной Ририн, каждым движением Савамуры и взглядами, которые тот на неё бросает, к нему подсаживается парень, грузно плюхнувшись рядом с зажатым к боку боккэном. — А я смотрю Ямазаки пользуется популярностью у парней, — Исида переводит взгляд на навязавшегося собеседника. Тот на Исиду не смотрит, наблюдая за объясняющим выпад тренером. — Не так давно она приходила с другим парнем. Он, конечно, был брутальным со своими мышцами и татуировками, — как пить дать в универе учится — но прическа у него ужасная. Очень похожа на ананас. Уверен, что из-за неё они и расстались. Исида не знает чего ему хочется больше: чтобы этот парень поскорее от него отсел и перестал утомлять глупыми слухами или рассмеяться в голос от сравнения причёски Абарая с ананасом. — Мы с Ямазаки-сан не встречаемся, — говорит Исида, возвращая взгляд на Ририн. Савамура теперь отошёл от неё подальше, со слаженными на груди руками наблюдая за девушкой. — Можешь считать нас дальними родственниками. Исида всерьёз посчитал, что упоминание фальшивого родства избавит его от дальнейших расспросов. И, если повезёт, парень и вовсе пересядет. — О, круто. Значит, у меня есть шанс к ней подкатить. Исида решает не спрашивать почему он вдруг сбросил со счетов Абарая, ведь то, что он не сопровождает Ямазаки на каждое занятие ровным счётом ничего не значило, но тот, видимо, сделал свои выводы. Да и это кажется Урью глупым — поддерживать разговор с незнакомцем о ненастоящих парнях Ямазаки. Исиде, похоже, везёт, потому что приходит очередь его собеседника демонстрировать свои навыки и когда он заканчивает, то обратно к Исиде не подсаживается. Перед уходом Савамура их тормозит. Он подходит как-то слишком близко для тренера, забрасывает руку Риэ на плечо и показывает большой палец. — Хорошо постаралась сегодня, Ямазаки, — та кивает в знак благодарности. Исида осторожно наблюдает за мужчиной сквозь стёкла очков. — Немного хуже, чем в прошлый раз, но я слышал, что тебе нездоровится, так что всё в порядке. Набирайся сил и встретимся на следующем занятии. — Хорошо, до встречи, Савамура-сан. Тот с широкой улыбкой на губах скрывается в коридорах школы и Урью спешит проводить уставшую Ририн домой. И всю дорогу ему не даёт покоя столь фамильярное поведение со стороны тренера и брошенная им фраза о проблемах Риэ со здоровьем.

***

Йоруичи отдаёт Рукии карту с пометкой того места, где оборвались следы Хэйджама в прошлый раз и предупреждает, чтобы они ни в коем случае не лезли в бой, если им удасться его отыскать. Оба послушно кивают и скрываются в шунпо. Йоруичи надеется, что всё пройдёт гладко. Пусть Урахара всё расчитал, но ей ужасно не хотелось наткнуться на кого-нибудь из слуг, а уж тем более на Тайсукэ. Йоруичи никогда не питала к нему особой симпатии, слишком скучным он ей казался. Она могла бы сравнить его с Бьякуей-бо, но в то время как Кучики в детстве был довольно озорным ребёнком, то Тайсукэ, вероятно, уже родился занудой. И Йоруичи очень сильно сомневается, что он будет рад тому, что посторонние ошиваются в доме его покойной сестры. — Не нравится мне эта затея, — говорит идущий позади Ичиго. — Зачем идти сюда ещё раз, если мы в прошлый ничего не нашли? Йоруичи понимает его беспокойство, ей и самой не по душе снова вламываться в поместье Каэдэхара, но Киске собирался идти сам, не желая утруждать их этой просьбой. Йоруичи не могла позволить этому случиться. — Киске предположил, что Шоичи мог спрятать сосуд в другое место, — она пожимает плечами и осторожно отпускает ветвь, чтобы та не попала в Ичиго. — И даже если враг каким-то образом сумел им завладеть, проверить ещё раз точно не будет лишним. — Мне всё равно это не нравится. Йоруичи не может винить его за это, к тому же в тот раз их поход сюда имел крайне неприятные последствия. И даже несмотря на то, что Риэ находится в Уэко Мундо и уж точно никуда не сбежит, у Ичиго их действия отставляют горький след в груди. Улыбка трогает губы. Очевидно, что за короткое время знакомства, Ичиго успел привязаться к Риэ, хоть сам может этого не признавать. В этом она походит на Шоичи с его умением располагать к себе любого, захватывать в свои сети и выбраться уже не получится. Вот только на Хэйджаме система дала сбой, но Йоруичи ни в коем случае не винила Шоичи, всё-таки тот был под глубоким влиянием Юудая, от которого избавиться было невозможно. Хвойный лес, огибающий поместье и прячущий его от чужих глаз, невесомо покачивается от ветра, а запах кристально голубого озера — отражение ясного неба — успокаивает. Стоит ступить за барьер, как воспоминания заполняют голову одно за другим: проведённые вечера на энгава за выпивкой с Шоичи и Киске, переживания Масами о неудачных попытках завести ребёнка и прочие моменты, которые спустя ничтожное, по меркам Шинигами, время превратились в череду трагедий. Нападение на Сейрейтей, смерть Юудая, не поддающийся воспитанию Хэйджам, попавший под крыло Шоичи, а затем инцидент с Айзеном и последующее изгнание из Общества Душ. Йоруичи не чувствует острой боли как раньше, всё же она не была так сильно привязана к Шоичи и Масами, но она знает, что отправься сюда Киске, то его ещё незатянувшаяся рана уж точно разошлась бы, заливая всё кровью. В поместье действительно никого не оказывается. Они без каких-либо происшествий добираются до кабинета Шоичи, но стоит Йоруичи найти нужную выемку в татами, как фусума раздвигаются, впуская в комнату высокого, дорого одетого мужчину. — А я всё гадал, кто же осмелился вломиться в дом сестрицы, да ещё и стащить важную вещь, — голос у Тайсукэ низкий, отдает холодом и, возможно, Йоруичи испугалась или хотя бы напряглась, услышав его, но она знает Тайсукэ не первое столетие и видела его таким же ребёнком, как и Бьякую. — Правда, я ожидал, что нарушителем окажется хитрый лис Урахара. Хотя, учитывая вашу с ним неразлучность, могу предложить, что он за всем этим стоит. И чего сам не объявился? Неужто не захотелось руки марать? — Какой ты необычайно разговорчив, Тайсукэ-кун, — Йоруичи ехидничает, цепляет на лицо кошачью улыбку. — Очень на тебя не похоже. Тайсукэ на её слова кривит лицо, смотрит с пренебрежением. А затем переводит глаза на Ичиго, рассматривает пристально и, кажется, что-то замечает, потому что зелёные глаза расширяются в удивлении. — Кто этот малец, Шихоин? Йоруичи остаётся довольной его реакцией, было приятно выдавить из него даже малейшую эмоцию, пусть и шок. — Куросаки Ичиго, исполняющий обязанности Шинигами, — отвечает за себя Ичиго, не очень довольный тем, что к нему относятся, будто его здесь нет. Или же он просто злится из-за того, что их обнаружили. — Сама законы нарушаешь, так ещё и детей в соучастники записываешь. Ты воистину ужасная женщина, Шихоин Йоруичи. Почему-то Йоруичи думала, что лёд пробьётся и он спросит о крохах силы, что ощутил в реяцу Ичиго; раскроет глаза ещё шире, не веря и вскрикнет «это невозможно». Но Тайсукэ лишь меняет тему, а те капли удивления в уголках хвойных глаз исчезают, словно их там и не было. И всё же он до жуткого скучный. Когда Йоруичи только усмехается, не удостаивая его ответом, Тайсукэ сводит взгляд на её лице и говорит, режет ледяным лезвием: — Ты же знаешь, что я обязан вызвать как минимум капитана Готея за столь грубое нарушение. Даже если ты и член семьи аристократов, принцесса одного из четырёх благородных кланов, это не отменяет того факта, что ты провела постороннего в правительственный район, не имея на это специального разрешения, — Йоруичи подмечает как с каждым словом глаза Ичиго расширяются. Что ж, стоило отправить его с Рукией и Ренджи, а здесь она бы справилась и одна. Зря переживала, что он не послушается и рванёт в бой, не заботясь о своей реяцу. — Более того, ты проникла сквозь защитные барьеры и совершила кражу. — Да ладно тебе, Тайсукэ-кун, — отмахивается от него Йоруичи. — Неужели тебе жалко небольшого альбома с фотографиями? — она видит, что её слова не производят ни малейшего эффекта, поэтому решается на козырь, желая удержать ситуацию в своих руках. Ведь, зная Тайсукэ, можно быть уверенным, что всё сказанное не было пустыми угрозами и он вполне обладает властью не только вызвать сюда весь Готей, но и устроить им встречу с Советом 46, которая явно не будет из приятных. — Даже для любимой племянницы? Йоруичи наслаждается результатом: ладони Тайсукэ с силой сжимаются в кулаки, глаза сначала распахиваются от абсолютного шока, а затем сужаются, заплывают гневом и Йоруичи на секунду представляет, что она вот-вот превратиться в пепел. Должно быть, Тайсукэ воспринял её слова как издевательство или шутку — разговоры о произошедшей трагедии в семьи Каэдэхара считались табу, они причиняли боль, словно раскалённое железо на коже. — Что ты сказала? — цедит сквозь зубы Тайсукэ. — Я сказала, что твоя племянница жива и Киске защищает её от охотящегося за ключём Хэйджама, который Шоичи оставил ей перед смертью, — говорит Йоруичи, вкладывая в слова всю присущую ей серьёзность, улыбка слетает с лица. — Думаю ты мог бы простить нам небольшую шалость, раз мы пытаемся спасти ей жизнь. — Хэйджам? Разве Шоичи не убил его тогда? — Оказывается, нет. Всё-таки его тело не было найдено. Готею следовало бы предугадать подобное развитие событий. — Но раз Хэйджаму нужен ключ, это значит, что он собирается… — Тайсукэ замолкает, поддевает пальцами подбородок, размышляя. — Хочешь сказать, он планирует вернуть Юудая к жизни? Йоруичи тяжело выдыхает, словно всё её тело вдруг заполнилось усталостью. — Эх, похоже прошлое упорно отказывается оставаться прошлым.

***

Риэ понимает, что уснула, когда её подбрасывает на диване от неожиданного стука в дверь. Прежде, чем она успевает ответить, в комнату ныряет «Пустынное Братство» почти в полном составе. Хотя Риэ не уверена считается ли Бавабава. — Халлибель-сама попросила Нелл привести Риэ к ней. Риэ кивает и послушно идёт за ними, ощущая как у неё дрожат руки. Не то, чтобы Риэ страшно встречаться с правительницей Уэко Мундо, бывшей Эспадой, просто волнительно. Правда, не в хорошем смысле. Даже если Халлибель и заключила сделку с Урахарой, она не обязана быть дружелюбной и приветливой. Всё же они враги. И от этого немного не по себе. Нелл что-то рассказывает, обменивается репликами со своими братьями, но Риэ их не слышит. Она тонет в оглушительном стуке собственного сердца и надвигающейся буре, которая грозит смести всё на своём пути, принося одно лишь разрушение. А потом она врезается взглядом в чужой и ей кажется, что её накрывает волной, выбивая весь воздух. Голубые глаза напротив смотрят пристально, бесстыдно изучая, а затем губы расплываются в оскале, от которого у Риэ по спине бегут мурашки. — И чего такая соплячка забыла в Уэко Мундо? Ещё и Шинигами, — он осматривает её с ног до головы, задерживает взгляд хищних глаз на оголённых ногах и лежащей на рукояти ладони. А затем возвращается к её глазам и Риэ его взгляд выдерживает. — Неужели тебя Готей послал в качестве переговорщика в надежде на сотрудничество между двумя мирами? Он насмехается и Риэ это безумно бесит. Очень хочется его ударить. Но на колено ложится детская ладонь и весь страх, как и злость, испаряются. Точно, ведь если она сейчас влезет в драку, то Нелл с друзьями окажется под ударом тоже. А Риэ не готова их подставлять, особенно будучи неуверенной в собственных силах. Пусть у неё намного больше реяцу за счёт ключа, но его реяцу ужасает. — Не твоё дело, — бросает в ответ Риэ и видит как в его глазах загорается интерес. — О, а ты оказывается не из пугливых, хоть и выглядишь слабачкой. — Да неужели? — Риэ усмехается и даёт ему сполна почувствовать свою реяцу, напоминая себе, что всего секунду назад не собиралась с ним драться. — Извините нас, Гриммджоу-сама, но мы спешим к Халлибель-сама, — Нелл кланяется, хватает Риэ за руку и поспешно уводит, пока они не успели вцепиться друг другу в глотки. Риэ старается быстрее переставлять ногами, чтобы поспевать за скоростью Нелл и чем дальше они от того придурка, тем Риэ спокойнее. И спина перестаёт жечься от его пристального взгляда, брошенного в след. Халлибель стоит посреди огромного зала, позади неё трон, сделанный из того же материала, что и большинство помещений Лас Ночес. Расположившиеся по обе стороны от него три женщины не отводят от Риэ глаз, готовые в любой момент броситься на защиту своей госпожи. — Согласно договорённости с Урахарой Киске, тебе позволено оставаться здесь, пока ему не надоест тебя прятать, — голос Трес Эспады низкий, но завораживающий и Риэ может лишь коротко кивать в ответ. Женщина оказывается не такой пугающей, как Риэ себе представляла, но что-то в её внешнем виде или же потоке реяцу выдавало холодную жестокость. — Было бы отлично, держись ты подальше от закрытых дверей и запрещённых секций, не хочется вдруг уличить тебя в шпионаже. И если вдруг захочешь подраться, то за пределами стен Лас Ночес, мне не нужны лишние разрушения, — Риэ виновато кивает. Конечно же их перебранка не осталась незамеченной. Но Халлибель по этому поводу больше ничего не говорит, только обводит взглядом шихакушо. — Позже тебе принесут форму, будь добра переодеться. Хоть от тебя и несёт Шинигами, но будет лучше, если ты не станешь выделяться. Риэ не успевает сказать ни слова, как Халлибель велит ей возвращаться в свою комнату. По дороге обратно Риэ расспрашивает Нелл о том грубияне, которого они повстречали ранее. Нелл объясняет, что он бывший Секста Эспада — Гриммджоу Джаггерджак. Она описывет его как грубого, безжалостного и агрессивного человека, который только и умеет, что драться. — Хоть он и привёл Орихимэ-чан, чтобы она вылечила смертельную рану Ицуго, но сделал это только потому, что сам хотел с ним подраться, — Нелл дуется, злится, но потом улыбается во весь рот. — Но Ицуго всё равно его победил. Риэ делает в голове заметку по возможности избегать Гриммджоу, ведь судя по словам Нелл, его даже не нужно провоцировать на драку — он успешно спровоцируется самостоятельно из-за любой мелочи. Когда Риэ возвращается в комнату, то на постели уже лежит обещанная форма. Она наскоро натягивает белый боди без рукавов с чёрным горлом, короткую юбку — Риэ давит недовольство, потому что надеялась на просторные хакама — и короткие чёрно-белые сапожки; аккуратно слаживает шихакушо на стуле в углу комнаты, который либо принесли вместе с одеждой, либо Риэ попросту его не заметила. Под юбкой Риэ повязывает к бедру небольшой кинджал, вручённый Йоруичи-сан со словами, что дополнительная защита никогда не повредит. Волосы Риэ собирает в высокий хвост, оставляя две передние пряди и идёт к Нелл, чтобы те показали ей место, где можно потренироваться. Всё же не хочется сидеть сложа руки. Нелл вместе с остальными приводит её, как и было велено Халлибель, за пределы Лас Ночес. Риэ задирает голову, смотрит на растянувшуюся над ними черноту и удивляется как они живут здесь, не уставая от вечной ночи. Пеше говорит, что они останутся смотреть за её тренировкой и, если у неё вдруг возникнут трудности, то старший братец с радостью ей поможет и подскажет. Риэ выгибает бровь, а затем заливисто смеётся, соглашаясь. Пеше остаётся доволен. Первый час Риэ тренирует движения, вспоминая всё то, что ей показывал Ренджи. Получается с трудом, потому что ноги тонут в песке, а без напарника оказывается туго. Или без, хотя бы, тренировочного манекена. Риэ бросает взгляд на играющих во что-то братьев: Нелл плещет в ладони, смеётся, одержав победу; Пеше уверяет её, что в следующий раз так просто не сдастся. Риэ думает о Даичи и Кёке, думает о Нацуко и грусть расползается внутри чернильным пятном. Ямазаки отряхивается, прогоняя мысли и обхватывает рукоять Харуказэ крепче. Она делает выпад, но ноги грузнут в песке и Риэ едва удаётся устоять на месте, а не распластаться как когда-то на катке, на который её потащила Нацуко. Громкий смех стучит в ушах и Риэ резко оборачивается, чтобы возмутиться, но едва ли не утыкается носом в чужую грудь и слова теряются. Она отскакивает подальше от появившегося из ниоткуда арранкара, испепеляя его взглядом. — Ты что, зампакто впервые в руках держишь? — насмехается Гриммджоу и желание его ударить возращается с удвоенной силой. Находящаяся неподалёку троица затихает. — Тебя это не касается. — Не слишком ли ты дерзкая для такой соплячки? Риэ хмурит брови от дурацкого прозвища, поднимает зампакто, почти утыкаясь лезвием в грудь Джаггерджака, в то же место, куда едва не клюнула носом сама. Гриммджоу вопросительно гнёт бровь. — Не слишком ли много ты о себе думаешь? — Если ты пытаешься напугать меня своим жалким зампакто, которым и пользоваться-то не умеешь, то предупреждаю, что попытка идиотская. Риэ лишь хмыкает и прячет меч в ножны, наслаждаясь разочарованием в голубых глазах. Но затем он вздыхает, чешет затылок и тянется к своему мечу. Риэ напрягается всем телом, готовясь защищаться. — Давай, доставай зампакто, я покажу как нужно им пользоваться, — он становится в стойку и, не дождавшись пока Риэ сделает как просят, нападает. Она едва успевает заблокировать удар, клинки сталкиваются, режут слух, а лицо Гриммджоу оказывается близко, хищная усмешка на губах. — Может, если я достаточно тебя покалечу, то Куросаки разозлится, прибежит тебя спасать и мы с ним наконец подерёмся по-настоящему, — Гриммджоу продолжает с силой напирать и всё, что Риэ остаётся — это защищаться. — Ты в курсе, что вся им провонялась? Это противно. Он даже в твоей реяцу. — Понятия не имею о чём ты, — говорит Риэ и замахивается ногой, чтобы ударить коленом в бок, но Гриммджоу её перехватывает, сжимает лодыжку и резко дёргает на себя, прижимаясь всем телом. Клинок его зампакто опасно блестит у её шеи, в то время как Харуказэ выпадает из рук, глухо ударяясь о холодный песок. Риэ задирает голову, чтобы посмотреть ему в глаза. — Говорил же, что слабачка. Будь на моём месте реальный враг, ты бы уже была мертва, — ухмыляется ей в губы Гриммджоу. — А разве не ты говорил, что собираешься меня покалечить? — Риэ возвращает ему ухмылку и видит в его глазах, что он доволен. — Поверь, у меня ещё будет на это время.