Только нелюбимые ненавидят

      Как же всё-таки прекрасен дождь. Когда пробирает до дрожи холодной осенью. Когда моросит тёплым летним вечером, а затем исчезает так же быстро, как и начался. Когда льёт как из ведра, сплошной стеной закрывая потемневшее небо. Когда молния яркими вспышками озаряет всё вокруг, а гром тяжёлыми раскатами проносится по окрестностям. Всегда. Этот воздух, эта атмосфера. Это настроение.       — Как скучно. Я сейчас умру, — Николетта сидела, погружённая в свои мысли, мёртвым взглядом глядя, как дождевые капли тонкими струйками стекали по окну.       — И не говори, — простонала Кассандра, которая дремала, положив голову на руки.       — Ай! — чуть было не вскрикнула Летта, успев вовремя зажать рот ладонью. Прямо ей в висок прилетел бумажный самолётик, который теперь валялся на полу. Из интереса девушка подняла предмет и осмотрела его.       — От кого это? — сонно спросила Кассандра.       Николетта резко развернулась и посмотрела на Сириуса, который моментально отвёл взгляд в сторону профессора, старательно делая вид, что слушает лекцию.       — Угадай с одного раза, — Летта развернула самолётик и посмотрела на ожившую картинку. На ней весьма несуразно было изображено, как Николетта сидит в углу и плачет, а вокруг столпились однокурсники, которые тыкают в неё пальцами и издевательски смеются. — Он думает, что мы сдались.       — Ага… — сладко протянула Кассандра.       — Какой наивный.       — Ага…       — Он у нас ещё попляшет.       — Ага…       — Кэс!       — Извини, я сплю…

***

      Девушки быстрым шагом поднимались на гриффиндорскую башню, стараясь быть незамеченными. Они специально сняли слизеринские мантии, чтобы не вызывать лишних вопросов. Во время большой перемены все ученики разбрелись кто куда, так что коридоры были практически пустые, за исключением зевак, ещё не решивших, куда же им податься.       — Стоим, — прошептала Кассандра, и слизеринки моментально вжались в стену, навострив уши.       — Банановые оладьи, — громко произнёс какой-то мальчик, а затем последовал ужасный скрип и звук шагов.       — Идём, — спустя несколько минут сказала Николетта. Девушки, сделав максимально непримечательный вид, вышли из-за каменной стены и подошли к портрету Полной Дамы.       — Банановые оладьи, — произнесла Кассандра.       — Кто вы? Я вас не знаю! — пронзительным басом сказала Полная Дама.       — Мы в гости, — ответила Николетта и добавила: — К нашим друзьям.       — К каким ещё друзьям? Имя? — начала свой допрос картина.       — Сириус Блэк, — прошипела Николетта.       — В следующий раз приходите с ним, — нехотя ответила Полная Дама и открыла проход в стене.       Девушки зашли в гостиную, которая была абсолютно пустой. Ни одной живой души, слышно было лишь тихое потрескивание дров в камине и звук дождя, который лил без остановки уже не менее четырёх часов.       — Это комнаты мальчиков? — спросила Николетта, показывая рукой в сторону тёмного прохода.       — Да, — ответила Кассандра и протянула подруге небольшую коробочку, на которой большими буквами было написано «МЫЛО». — Ты достала ключ?       — Достала, — Летта пошарила в кармане и помахала небольшим ключиком. — Только вот от какой он двери?       — Пробуй все, — произнесла Кассандра, внимательно осматривая мельчайшие детали помещения, в котором они находились.       Николетта осторожно поднялась по немногочисленным ступенькам и, ступив на каменную площадку, глубоко вздохнула.       — Летта, — окликнула подругу Кассандра, — будь осторожна.       — Такое ощущение, что ты меня на войну отправляешь, — посмеялась Николетта и двинулась вперёд, пробуя открыть ключом каждую дверь на своём пути.       — Именно на неё я тебя и отправляю, — тяжело произнесла Кассандра и, опустившись на мягкое кресло с красной обшивкой, погрузилась в свои мысли.

***

      «Сколько их тут?!» — проносилось в голове у Летты каждый раз, когда ключ не подходил к очередной двери. Она блуждала по коридорам гриффиндорской башни уже более пятнадцати минут и всё никак не могла обнаружить комнату Сириуса. Засунув ключ в следующую замочную скважину, девушка провернула его и радостно воскликнула, когда тот подошёл. Прокрутив два оборота, дверь беззвучно открылась.       Николетта осторожно зашла внутрь и осмотрелась: никого. «Как же тут ужасно» — подумала девушка, глядя на грязные постели и разбросанные вещи. Её взгляд остановился на многочисленных плакатах с изображениями девушек в нескромных бикини. Путём несложных умозаключений Летта догадалась, что эта кровать принадлежала Сириусу.       Не решившись больше смотреть на эту мерзость, Николетта открыла дверь в ванную и замерла в изумлении. На полке в душевой кабине лежало лишь одно мыло и стояла лишь одна бутылочка «два в одном» с гелем и шампунем. Как парни могут обходиться таким маленьким количеством вещей? Девушка тут же вспомнила их ванную комнату, где полка уже еле выдерживала многочисленные масла, кондиционеры, гели, шампуни и крема.       «Нам никогда не понять парней» — с этой мыслью Летта раскрыла пачку мыла, которое ей дала Кассандра, и положила его на полочку. Оно почти не отличалось от того, что лежало до этого, разве что на новом мыле слегка виднелись чёрные крапинки. Не желая больше тут оставаться, девушка вышла из комнаты, закрыла дверь на два оборота и быстрым шагом направилась к подруге.       — Ну как? — спросила Кассандра, подскакивая с кресла.       — Успешно, — ответила Летта, протягивая мыло, лежавшее до этого у парней.       — Мне уже надоело тебя ждать, — буркнула Кассандра, засовывая свёрток себе в сумку.       — Знаешь ли, непросто среди всех комнат найти нужную, — Летта открыла дверь, пропуская подругу вперёд.       — А где же Сириус Блэк? — омерзительным басом спросила Полная Дама, так что девушки аж подскочили.       — Не захотел идти, — недовольно ответила Николетта, переступая через порог.       — Где он может быть? — прошептала Кассандра, догоняя подругу, которая уверенно шла вперёд.       — В библиотеке, конечно, — посмеялась Николетта и добавила: — Большой Зал. Других вариантов нет.       — Не очень хочется портить аппетит другим ученикам. Они же не виноваты, — поморщилась Кассандра, непрерывно глядя себе под ноги.       — Чего не сделаешь ради нашего любимого Блэка, — сладко протянула Николетта и скривила губы в ехидной улыбке.

***

      Девушки зашли в Большой Зал и осмотрелись: учеников было не так уж и много, да и сидели они вразброс, небольшими группками, о чём-то воодушевлённо беседуя и медленно пережёвывая свой ужин. Однако главный объект находился за своим привычным местом в самой середине гриффиндорского стола, окружённый лучшими друзьями. Парни пили тыквенный сок и обсуждали что-то, по всей видимости, очень важное.       Девушки забились в самый дальний угол зала, отвернувшись ко всем спиной. Кассандра достала из сумки тёмно-фиолетовый мешочек и протянула его подруге:       — Поосторожнее с этим. Малейший удар и она взрывается.       — Просто бросить? — недоверчиво спросила Летта, аккуратно сжимая в руке свёрток из ткани.       — Да, — ответила Кассандра и, выглянув из-за Николетты, подпрыгнула на носочках. Подруга была чуть ли не на голову выше, поэтому за её спиной почти ничего не было видно. Осмотрев учеников, глаза Кассандры моментально округлились, и она взволнованно посмотрела на подругу. — Они уходят.       — Блин! — выругалась Николетта, поспешно прогоняя в голове план действий. Не решившись больше медлить, девушка осторожным шагом пошла в сторону Сириуса, беззаботно оглядываясь по сторонам, будто бы просто прогуливалась.       Блэк резко развернулся и настороженно посмотрел на девушку. После того, как их глаза встретились, Летта принялась молиться всем богам мира, лишь бы Сириус ничего не задумал и не сорвал ей гениальнейший план мести.       Но, по всей видимости, боги не услышали её молитв. Блэк запустил правую руку в волосы, закидывая их назад, и поправил воротник рубашки. Он направлялся прямо на девушку, прожигая её взглядом. Ближе, ещё ближе. Вот между ними уже какие-то никчёмные двадцать сантиметров.       Блэк со всей силы толкнул девушку в плечо и, когда заветный мешочек выпал у неё из рук, сжал запястье её правой руки. По всему Большому Залу пронёсся громкий звук. Всё было как в замедленной съёмке: ужасный пронзительный шум, затем густой чёрный дым и крики учеников, выбегавших из помещения, морща лоб и закрывая нос от неприятного запаха.       Когда дымовая завеса пропала, открылось незабываемое зрелище: полностью пустой Большой Зал, перевёрнутые скамейки и бокалы, и лишь Сириус с Николеттой стояли посреди комнаты, выпучив глаза, так и не отойдя от шока, с ног до головы измазанные в вязкой тёмно-коричневой массе, медленно стекавшей вниз.       — Это что, навоз?! — в Большой Зал вбежал Джеймс Поттер, закрывая нос ладонью и параллельно вытирая слёзы с глаз: аромат стоял невыносимый.       — Да. И, судя по запаху, драконий, — шокировано произнёс Римус Люпин, стоявший рядом с другом.       — Не время умничать, Лунатик, — с этими словами Поттер, чьё лицо уже успело позеленеть, выбежал из помещения и склонился за огромной каменной колонной, опустошая желудок.       — Ты специально? — прошептала Николетта, глядя на свои когда-то белые кеды, которые ей уже вряд ли удастся отмыть.       — Не одному мне сегодня страдать, — также шёпотом ответил Сириус, с улыбкой глядя на Николетту, с ног до головы испачканную в драконьем навозе. Такое зрелище не могло не веселить.       — Ты сам начал эту войну, — уверенно произнесла Летта, глядя своему врагу прямо в глаза.       — И я наслаждаюсь ей, — с нахальной ухмылкой на лице ответил Блэк.       Летта больше не могла выносить этого ужасного запаха, поэтому, развернувшись, ушла, как говорится, по-английски. Возле дверей её уже ждала Кассандра, зажимая нос рукой.       Всю дорогу в гостиную девушки шли молча. Вернее, в голове Кассандры вертелись миллионы вопросов, но, только посмотрев на подругу, она стискивала зубы, откладывая всё на потом. Николетта пребывала в глубочайших раздумьях, морща лоб и кусая губы до боли. Так много вопросов и так мало ответов…       «— Ты сам начал эту войну.       — И я наслаждаюсь ей.»

***

      Только переступив порог комнаты, Николетта схватила любимое полотенце и ночную рубашку и, распустив волосы, побежала в ванную комнату. Сбросив с себя всю одежду, девушка зашла в душевую кабину и включила кран. Стоя под тёплыми струями, Летта мёртвым взглядом смотрела, как мутная от грязи вода, закручиваясь в небольшую воронку, пропадала в отверстии в полу.       Николетту невольно посещали мысли о Сириусе. Эта его фраза… «и я наслаждаюсь ей»… был ли это вызов? Или что-то другое? Но больше всего ей запомнилась его ухмылка. Было в этом что-то особенное. Блеск в глазах, дрогнувшая жилка на виске, приподнятые уголки губ. Враги так не улыбаются. Но и друзья тоже… Эта мысль буквально загнала девушку в тупик. Николетта потрясла головой, не желая больше вспоминать черты его лица, которые смогла рассмотреть так близко. И как теперь забыть всё это? Девушка, из последних сил пытаясь думать о чём-нибудь другом, выдавила шампунь себе на ладонь и принялась втирать его в волосы.       Спустя двадцать минут Николетта вышла из душа, обмотала голову полотенцем и принялась растирать кокосовое молочко по телу. В умывальнике лежала целая гора грязной и ужасно пахнущей одежды. Не решившись откладывать дело на потом, Летта взялась за стирку вещей. Это заняло ещё около двадцати минут: одежда никак не хотела отмываться.       Когда тёмно-коричневые пятна окончательно исчезли, девушка сложила вещи в тазик и замочила в тёплой воде с лавандовым маслом, дабы избавиться от невыносимого запаха. Когда со всеми делами было покончено, Николетта вышла из ванной комнаты, плотно закрыв за собой дверь, и сняла с головы полотенце.       — Летта? — шокировано произнесла Кассандра.       — Да? — испуганно откликнулась девушка. — Что-то случилось?       — Ты решила изменить образ?       — Что ты несёшь? — Николетта уже начала думать, что подруга сходит с ума.       — Посмотри в зеркало, — осторожно ответила Кассандра.       Летта вначале решила, что это какая-то очередная шутка, но, в силу своей любопытности, всё-таки подошла к зеркалу. Посмотрев на своё отражение, девушка громко вскрикнула и схватилась руками за голову.       — Мои волосы! Что с ними?! — стоя перед зеркалом, Летта не могла поверить своим глазам.       Её прекрасные густые чёрные волосы сейчас были окрашены в тёмно-зелёный цвет. Не сказать, что это портило её внешний вид, напротив, такой цвет был ей очень даже к лицу. Он выгодно подчёркивал её голубоватые глаза и мёртвенно-белую кожу. Теперь девушка была похожа на хрупкую фарфоровую куклу, однако вовсе не такую беззащитную, как можно было подумать.       — Ты сама покрасилась? — спросила Кассандра, заворожено глядя на подругу.       — Нет! Я просто помыла голову шампунем и… — Николетта на секунду прервалась и встретилась взглядом с подругой. — Вот скотина…       — Ты ему мыло из жабьей икры, а он тебе зелёную краску для волос, — усмехнулась Кассандра.       — Так, Кэс, ты за кого вообще?! — посмеялась Николетта.       — А знаешь, мне даже нравится, — протянула Кассандра с улыбкой на лице.

***

      Слизеринки шли по коридорам Хогвартса в сторону Астрономической башни. Их шаги громким эхом отзывались в мёртвой тишине, ведь все ученики сидели либо в гостиных, либо в библиотеке, и в коридорах не было ни единой живой души. Основные уроки уже давно закончились, осталась лишь Астрономия, которую всегда ставили ближе к ночи, дабы можно было лучше рассмотреть всю красоту ночного неба.       Спустя десять минут девушкам всё-таки удалось одолеть крутые ступеньки, и они вышли на огромную мощёную камнем площадку, на которой уже находились некоторые ученики. В их числе была и знаменитая четвёрка. Услышав, что кто-то пришёл, Блэк резко развернулся и, осмотрев Николетту с ног до головы, мерзко ухмыльнулся:       — А тебе идёт, Рейд, — посмеялся парень. — Идеально сочетается с твоей слизеринской мантией.       — Достань головастика из волос, Блэк, — ответила Летта, вспомнив про мыло, предназначенное специально для Сириуса. Это было вовсе не простое мыло. При контакте с водой оно резко разбухает и распадается на множество мелких и ужасно противных головастиков.       — Теперь ты ещё больше смахиваешь на змею, — моментально среагировал гриффиндорец. — Только чешуи не хватает… хотя нет, и она у тебя есть!       Летта показала Сириусу средний палец и опустилась на стул рядом с Кассандрой, которая уже заняла им места около подоконника. Девушки положили головы на каменный выступ и принялись любоваться звёздами, которые сегодня были как никогда яркими.       Спустя пятнадцать минут, когда Астрономическая башня была полностью заполнена учениками, на площадку вышла профессор и в самом начале урока (что для неё большая редкость) сказала всем поделиться на пары и с помощью телескопов изучить поверхность Луны, детально изобразив каждый видимый кратер на листе пергамента. Ученики загудели, словно гигантский пчелиный рой, и взялись за выполнение задания.       Пока Кассандра усердно работала, Летта внимательно следила за Блэком и Поттером, которые в лучших традициях ничего не делали. Парни просто смотрели на Луну и тихо разговаривали, то ли чтобы никому не мешать, то ли чтобы никто не смог их подслушать.       — Кэс, где телескоп? — прошептала Николетта, не отрывая глаз от гриффиндорцев.       — Я в него смотрю, — протянула Кассандра, явно недовольная тем, что её отрывают от работы.       — Не этот телескоп, — закатила глаза слизеринка.       — А, ты про это, — Кассандра наконец-то оторвалась от работы и осуждающе посмотрела на Летту. — Может, хватит уже?       — Не будь такой занудой, — Николетта снова закатила глаза, не понимая, что произошло с её подругой. — Ты же сама это придумала!       — Когда я согласилась тебе помочь, я и не догадывалась, что это зайдёт так далеко, — Летте вначале показалось, что Кассандра шутит, но, посмотрев на её серьёзное выражение лица, девушка поняла, что это не было сказано в шутку.       — Ты совсем как мои родители! — Николетту уже начинало бесить такое поведение подруги, поэтому она из последних сил держалась, чтобы не наорать на неё. — Просто дай мне телескоп!       — Ты эту кашу заварила, тебе и расхлёбывать, — с этими словами Кассандра достала из сумки продолговатую коробку, распечатала её и протянула телескоп подруге, сопровождая всё это крайне недовольным взглядом. Слизеринка вообще ненавидела, когда кто-то не следует её советам. В силу своего ума девушка была убеждена, что её суждения являются правильными и того, кто посмеет её ослушаться, ждёт неминуемый провал.       — Всё будет хорошо, вот увидишь, — Летта улыбнулась и приняла телескоп, но, судя по выражению лица Кассандры, эта улыбка могла стать для неё последней. Подруга смотрела на неё так, будто та находилась в миллиметре от смерти.       Но Николетта была на сто процентов уверена в том, что делала. Её вообще сложно было от чего-то отговорить. Приняла какое-то решение — надо выполнять. А там как пойдёт. По мнению Летты, не бывает правильных или неправильных решений. Каждое имеет свои плюсы и свои минусы. Ведь, как говорится, не попробуешь — не узнаешь. А попробовать в своей жизни Николетта хотела всё без исключения.       Летта решительным шагом направилась к Сириусу с Джеймсом, крепко сжимая в руке телескоп. Подойдя к парням, она глубоко вздохнула и уверенно произнесла:       — Наш телескоп не работает, а вы всё равно ничего не делаете.       — И? — протянул Сириус, неохотно прерывая беседу с лучшим другом.       — Не будь таким тупым, Блэк. Обмен, — лукаво улыбнулась Николетта. Джеймс настороженно посмотрел на девушку, но всё-таки обменял протянутый ею телескоп на тот, что без дела лежал у них. Совершив успешную махинацию, Летта направилась к подруге, победно улыбаясь.       — Вот видишь, всё как по маслу, — пропела Николетта, засовывая полученный предмет в сумку.       — Ещё не вечер, — протянула Кассандра, увлечённо вырисовывая детали очередного кратера.       — Уже ночь, — Летта прекрасно понимала, что имела ввиду подруга, однако, в силу своего характера, не могла не съязвить.       — Не умничай и рисуй кратеры, — ответила Кассандра, протягивая Николетте телескоп.       — Не умничаю и рисую кратеры, — передразнила подругу слизеринка, пытаясь направить оптическую трубу прямо на Луну.       — Мистер Блэк, мистер Поттер, если вы не поняли, эта работа на оценку! — крикнула профессор с другого конца площадки, где она помогала двум гриффиндоркам настроить телескоп. — Или вы хотите получить Тролль?       — Мы думаем, профессор! — громко ответил Сириус.       — А нужно делать, мистер Блэк! — после этих слов профессор отвернулась, а Сириус с Джеймсом, похоже, решили взяться за дело, ну или же просто сделать вид, что чем-то заняты.       Парни установили телескоп на штатив и, пока Поттер рылся в сумке в поисках пергамента, Блэк заглянул в окуляр и тут же раздался громкий шлепок. Парень резко отпрянул назад и закричал, закрывая правый глаз ладонью.       — Мистер Блэк, что случилось?! — шокированная профессор моментально подбежала к гриффиндорцу, распихивая любопытных учеников.       — Этот телескоп ударил меня в глаз! — завопил Сириус, морщась от боли.       — Уберите руку, — Блэк осторожно опустил ладонь, и профессор смогла рассмотреть его глаз. — Будет синяк. Идите в Больничное крыло, мадам Помфри вам поможет.       Сириус посмотрел на Летту взглядом, в котором явно читалось желание убивать, и побрёл в сторону лестницы, что-то недовольно бормоча себе под нос.

***

      — Как же я хочу спать, — сонно простонала Николетта, подавляя зевок. — Эта Астрономия так утомляет.       — Мне ещё нужно сдать кое-какие книги в библиотеку, — ответила Кассандра, старательно складывая вещи в сумку.       — Извини, Кэс, я пойду в комнату, — протянула Летта, осторожно спускаясь по ступенькам.       — Хорошо, встретимся там, — сказала Кассандра, направляясь вслед за подругой. Когда девушки спустились по крутой лестнице, они разошлись в разные стороны: одна направилась в сторону библиотеки, а другая — в подземелья.

***

      Летта медленно шла в гостиную факультета, насвистывая тихую мелодию себе под нос, чтобы не уснуть. От Астрономической башни до гостиной Слизерина нужно было пройти через весь Хогвартс, а это около пятнадцати минут ходьбы.       Зайдя в тёмный коридор, который вёл к подземельям, девушка вздрогнула, увидев странный блик впереди. «Должно быть, какой-то ученик зажёг палочку» — успокаивала себя Николетта.       Если слизеринка чего-то боялась, то всегда переходила на бег. Вот и на этот раз, заметно ускорив шаг, девушка двинулась вперёд и, пройдя совсем немного, споткнулась обо что-то и кубарем покатилась по лестнице. Когда она остановилась, то распласталась по полу, изнывая от невыносимой боли. Кожу жгло, по щеке медленно стекала струйка тёплой крови, губы саднило, а правая часть головы, на которую девушка приземлилась, вообще не чувствовалась.       Трясущейся рукой Летта достала из кармана волшебную палочку и прошептала «Люмос». На кончике предмета зажёгся свет, озаряя всё вокруг. Не в силах поворачивать голову, девушка всё-таки попыталась это сделать. Перед глазами проносились звёздочки, свет казался необычайно ярким и ослепляющим.       Последнее, что Летта увидела, прежде чем потерять сознание, была высокая фигура с чёрными волосами и в кожаной куртке. Человек всё приближался и приближался, минуя многочисленные ступеньки.       Месть сладка, но не достаточно питательна…