Хрустальное сердце

      — Володя… — тихо прошептала спящая Надя. Каждую ночь она засыпала в объятьях Горина в надежде избавиться от одного единственного кошмара, который мучает её уже много месяцев. Но как всегда безуспешно. Через пару минут девушка проснулась в слезах, ища защиты у единственного человека, находящегося рядом. И всегда этим человеком становился Саня. В такие моменты хоккеист думал, что по-настоящему дорог Лапшиной, но в ушах всё ещё звучало её тихое: «Володя». Ещё один кошмар связанный с небезызвестным фигуристом — ещё один шрам на сердце Горина.       — Зачем ты согласилась? — Саша внимательно посмотрел на девушку, ища в небесно-голубых глазах ответ на свой вопрос. Надя не торопится отвечать. Она как-то виновато опускает голову и кладёт её на плечо Горина так, чтобы её лица не было видно. Лапшина и правда не знает, что ответить. Она много раз задавалась этим вопросом, но не разу не могла на него ответить, так как хотелось бы. Всегда одно и тоже. Любовь. Безмерная, безграничная любовь к Леонову.       — Он лучший партнёр в России, — они оба знали, что она лгала об истинной причине, но никто не мог что-либо сделать. — Меня больше интересует, почему он согласился стать моим партнёром. Я не сомневаюсь, что Сева уже спрашивал его. Как думаешь, сколько ему заплатили, чтобы он катался со мной?       Говорить о Леонове и не называть его имени, было своего рода негласным соглашение со стороны Саши, Нади и Ирины Сергеевны. Все знали, что оно не облегчает никому жизни, но хотя бы сглаживает ситуацию.       Лапшина медленно закрывает глаза, желая, как можно скорее окунуться в омут снов. Пускай эти сны приносят ей нестерпимую боль, но они дают шанс вспомнить всё, что было полгода назад. Вспомнить его.

***

      Не спать всю ночь перед очень важным событием было ребячеством Володи, но со временем детская радость сменилась сомнениями. В голове молодого фигуриста появились предположения о возможных вариантах их встречи. Почему-то самым очевидным казалось, что Надя либо пошлёт его сама, либо приведёт с собой этого хоккеиста, который просто побьёт его, как тогда в раздевалке.       — Главное, чтобы она пришла, — прошептал Леонов, заваривая себе очередную кружку чая с ромашкой. Но больное воображение не успокаивалось, подкидывая в сознание мученика всё новые и новые варианты развития событий, результатом которых был разбитый морально, а иногда и физически, Володя и счастливая пара Саша и Надя, уходящая в закат.       Он выдохнул, откинувшись на спинку стула. Карие глаза лениво скользили по интерьеру кухни. Он устал. Устал просыпаться один. Устал каждое утро готовить завтрак на одну персону. Устал улыбаться в камеру, обнимая какую-то фигуристку. Устал сидеть один в три часа ночи на кухне, мучаясь от бессонницы. Он устал жить без неё.       Фигурист внимательно наблюдает за качающимися из стороны в сторону тенями. Там за стеклом бурлит жизнь Москвы, а здесь её будто и нет. Холодная квартира — всё, что осталось от их уютного гнёздышка, куда они возвращались после тренировок, выступлений и вечеринок. Казалось бы только вчера Надя оказалась на пороге спорткомплекса и учавствовала в кастинге. Только вчера Лапшина переехала к нему и учила готовить обычную овсянку с орешками и мёдом.       На лице Володи расползлась глупая настольгическая улыбка. Утомлённый фигурист закрыл глаза, постепенно засыпая под звуки никогда не спящего города.

***

      Ирина Сергеевна Шаталина придирчиво просматривала выступления Лапшиной и Леонова, подмечая все недочёты и записывая их в кожаную тетрадку. Но всё равно тренер считала, что главная ошибка — это выпускать их на лёд сейчас. Пожалуй, одна из её лучших учениц имеет психическое заболевание, и врач прописал ей антидепрессанты. Сам собой возникает вопрос, как Надя будет выступать под действием успокоительного с человеком, из-за которого она их и принимает?       Но не выпускать их на лёд тоже не вариант. Губить потенциал одних из лучших фигуристов страны она не имела права. По отдельности они обыкновенные фигуристы, но вместе — прекрасный дуэт, понимающий друг друга с полувздоха.       Ирина Сергеевна сняла заколку, распуская густые каштановые волосы. Зелёные глаза внимательно смотрели на стоп-кадр, где Володя и Надя исполняли парную поддержку. — Другого варианта нет, — Шаталина слегка прищурилась, постукивая по столу фигуркой в виде конька. — Слишком многое поставлено на карту. У них будет только одна попытка. Следующую придётся ждать лет десять.       Тренер взяла в руки старую добрую раскладушку* серого цвета. Порывшись в списке контактов, она нажала на кнопку вызова.

***

      Неожиданно раздалась мелодия Бетховена. Сева быстро схватил золотой айфон, попутно отвечая на вызов.       — Алё, Сева, — раздался голос Шаталиной по другую сторону. — Ты уже сказал Леонову?       Мужчина вспомнил утренний разговор с подопечным, от которого до сих пор остался горький осадок на душе. Уходя, Сева запер Володю в квартире, перед этим напоив того успокоительным и спрятав всё колюще-режущее, а также алкоголь.       — Да, — наступила минутная пауза. Всегда во время таких вот звонков им обычно не о чем было говорить. Всё ограничивалось вопросами и односложными ответами. — Ир, может, пока повременить с выступлениями. Ни Володя, ни Надя не готовы к ним.       Сева как-то печально взглянул на фотографию двух фигуристов. Но больше всего на этом фото его привлекала девушка. Изящная фигуристка в красном платье, с тёмными волосами и зелёными глазами.       — Мы это обсуждали ещё вчера, — сердитый тон Шаталиной в полной мере отражал всё её недовольство. — Они — фигуристы. Мы не можем не пускать их на лёд. Тем более психотерапевт сказал, что нельзя ограничивать. Возвращение к фигурному катанию — лучшее решение, звезда моя.       В слова врачей Сева никогда не верил. Даже в юности он редко обращался к докторам, больше доверяя самолечению. А тут психотерапевт. Какой-то человек утверждает, что у тебя не всё в порядке с головой. Легче просто обратиться к экстрасенсам и ведьмам. Толк будет примерно таким же.       — Ты же знаешь, что даже если бы им запретили выходить на каток и видеться, они бы всё сделали наоборот, — почему-то мужчина был уверен в своих словах как никогда. Может, потому что в своё время ему никто так не помогал? — Так что же повлияло на твоё решение? И не говори мне, что я неправ.       Раздались гудки, оповещающие, что Шаталина завершила вызов. Сева был доволен собой. Доказать свою правоту Ире и довести её до такого состояния мог далеко не каждый.       Мужчина прыснул от смеха, вспоминая былые времена, когда Шаталина звонко смеялась от даже не смешной шутки. Но вспомнив о чём думал до звонка коллеги, вновь уткнулся в экран компьютера. Сева прочёл уже тридцатую статью по психосаматике. Даже если он не верил врачам, тренер ясно понимал, что с ребятами что-то не так. И правильней всего было ознакомиться с проблемой.       Единственное, к чему пришёл Сева, было то, что обоим фигуристам требовалось лечение. И всё чаще в голове бывшего фигуриста возникала немного бредовая идея. Скорее всего, он пожалеет, если не воплотит её в жизнь, но где вероятность того, что он не пожалеет, если осуществит задумку? Такое действие со стороны тренера, а если Ира поддержит, то и двух тренеров может вызвать бурю эмоций, как положительных, так и отрицательных.       Как говорится, попытка не пытка. Сева одним кликом мыши закрыл все вкладки с информацией про психологические и психосоматических заболевания, забивая в строку поиска новый запрос. Главное, чтобы Шаталина всё одобрила, а остальное вполне можно разрешить.