Erfolglose Hitze.

      Мирон открывает глаза и понимает, что не знает, где находится. Это была совершенно незнакомая квартира. Вокруг было много разного барахла. Повсюду валялись пустые бутылки и банки из-под пива. В углу стоял старый, местами слегка потёртый, письменный стол. На нем лежали исписанные листы бумаги и старый ноутбук. В этой комнате были немного обшарпанные стены, а по углам покоился мусор недельной давности.       «Похоже, хозяин этой квартиры полный неряха. Где я? И что вчера было? Так, баттл, судья, моё поражение, потом я что-то делаю, а дальше ничего, темнота.» — думает Окси.       Он приподнимается на кровати и чувствует острую боль внизу живота. Федоров со сдавленным стоном валится обратно на постель и скручивается в позе эмбриона.       Откуда-то слышатся шаги. В комнату кто-то входит, но Мирон не видит этого человека. Он жмурит глаза из-за невыносимой боли. Лежит такой беззащитный, беспомощный и слабый. — Доброе утро, Мирон. Тебе плохо? Принести таблетки? — взволнованно спрашивает зашедший.       Окси ни о чем сейчас не думает. Он просто хочет, чтобы эта мучительная боль поскорее прекратилась. Поэтому качает головой в знак согласия. Этот человек выходит из комнаты. Он возвращается спустя две минуты и садится рядом с Яновичем. — Присядь чуть-чуть. Я принёс лекарство. — ласково и с некоей заботой в голосе говорит неизвестный.       Он аккуратно приподнимает голову Мирона, дабы тот смог выпить таблетки. Окси вынужденно открывает глаза и… охуевает. Рядом с ним, буквально в пяти сантиметрах, сидит обеспокоенный Карелин. Он ошарашенно пялится на Славу и ничего не понимает. — Тебе лучше выпить таблетки, а то потом будет хуже. Ты совсем измучил свой организм. — мягко выговаривает его бывший оппонент, слова были пропитаны беспокойством и волнением. Казалось, что это не он буквально несколько часов назад смешал его с грязью. — Всё нормально, Мирон? Может, мне стоит вызывать скорую? — теперь уже очень взволнованно спрашивает Слава. — Нет, не надо. Я сейчас уже скоро пойду, мне нужно домой. — быстро мямлит он и предпринимает попытку встать. Но падает обратно на кровать, у него совершенно нет сил, к тому же, живот всё ещё адски ныл. — Хей, ты никуда не пойдешь, ясно? Тебе сейчас нехорошо. Я сам доведу тебя до дома, когда ты будешь в норме. И не переживай, ничего плохого я тебе делать не собираюсь, специально для тебя выпил почти всю пачку подавителей. Ну согласись, Мир, ты сейчас не в состоянии куда-либо идти. — уверенно вторит Карелин. Ему не сильно хотелось, чтобы Мирона кто-нибудь изнасиловал по дороге. Пускай уж лучше отсидит течку у него, в тепле и безопасности. — Не стоит, Слав. Со мной всё нормально. — нагло и очень заметно врёт Фёдоров. Ему было неловко сидеть рядом с Карелиным. К тому же, в такие неприятные дни. Поэтому ему очень хотелось побыстрее уйти отсюда. — Это видно. Выпей обезболивающие, чтобы боль прошла быстрее. Я же вижу, тебе совсем плохо. — говорит Слава. Он спешно пихает в чужой рот две белые таблетки. Тот быстро их глотает и, взяв кружку с водой из рук Карелина, запивает. — Спасибо, Слав. Так, что вчера было и почему я у тебя? — спрашивает Янович. — У тебя прямо во время баттла началась течка. — в этот момент Мирон дико покраснел, ему было жутко стыдно и неловко за себя.       В его голове моментально вырисовывается картина того, как он жалобно молит Гнойного выебать себя. Всё-таки у него течка, а тут рядом такой молодой и сильный альфа, который вполне может его отыметь. Организму же не объяснишь, что с этим человеком спать нельзя. — Эй, ты чего? Я тебя не осуждаю, ты же ни в чем не виноват. К тому же, о том, что ты омега узнал только я и никому рассказывать не собираюсь, честно. Так что не волнуйся насчёт этого. — Слава мягко улыбается и продолжает. — Потом, после батла, ты ушёл куда-то. Я пытался найти тебя, чтобы помочь и нашёл. Ты, как меня увидел, сразу попытался убежать, но потерял сознание. Не переживай, я поймал тебя. И принёс к себе домой. — Но, зачем? Ты же мог просто оставить меня там и не париться. Я же тебе никто и ты мне ничем не обязан. — Нуу… Я не мог так с тобой поступить. Каким бы ты ни был, мне не хотелось, чтобы тебя изнасиловали. — серьёзно говорит Карелин. Он действительно не хотел, чтобы какой-нибудь мудак воспользовался слабостью Мирона. При одной только мысли об этом у Славы непроизвольно сжимаются кулаки. — Спасибо. Если бы не ты, то не знаю, чтобы со мной было. — Не стоит, Мир. Как я мог оставить такого милого и красивого омежку в беде. — Карелин по-доброму так ухмыляется.       Лицо Окси заливается краской от комплимента Славы. Он не привык к подобному. К нему всю жизнь относились как к бете или же альфе, но ни разу как к омеге. Из-за не особо яркого запаха и не типичной для омег внешностью. А тут так просто называют красивым. — Мм... Спасибо. — смущённо благодарит Янович и немного ёжится под внимательным взглядом.       Карелин немного наклоняется к его лицу и… целует. Очень нежно и очень мягко целует. Прямо в губы. Бедный Мирон тает, его ещё никто и никогда так не целовал. Славины руки ласково обнимают хрупкое тело, осторожно прижимая к себе.       Он еле заметно углубляет поцелуй. Его язык медленно и аккуратно оглаживал чужой рот, сладко сплетаясь с языком Окси. А тот уже ни о чём не думал. Течка вновь дала о себе знать, Мирон потёк и заблагоухал своим естественным, природным запахом. Ладони Карелина стали спускаться ниже, к упругим и мягким ягодицам.       Вот тут Фёдоров запереживал, спать с Карелиным не входило в его планы. Он пытается отстраниться от такого возбуждающего Славы. Несмотря на выпитые подавители, от Карелина пахло сильным и уверенным в себе альфой, который вполне может помочь ему с течкой. Этот запах окружает Мирона со всех сторон. Он просто тонет в нём. — Нет, прекрати. Не надо, пожалуйста. — зашептал омежка, оторвавшись от таких вкусных губ. — Извини, не сдержался. Просто ты так приятно пахнешь, все мысли уносит. Мы с тобой истинные, Мир. Такого вкусного запаха я ещё не чувствовал. Это поразительно. — говорит Слава, смотря Окси прямо в глаза и крепко держа его за руку. — Что ты говоришь? Как? Я же… Как это вообще возможно? — ошарашенно шепчет Мирон. Такого он точно не ожидал. — Успокойся, Мир. Для меня это тоже было большой неожиданностью. Но знаешь, я даже рад этому. По-моему, ты очень хороший омега. Я буду стараться тебе соответствовать. Ну что? Может, попробуем? Заставлять тебя не буду, если нет, то нет. — Давай попробуем, Слав. Если уж мы предназначены друг другу. Но… спать я пока не готов. — Я тебя не тороплю. Когда будешь готов, тогда и сделаем это. — Слава мягко улыбается. — А сейчас тебе лучше немного поспать. Ты выглядишь очень уставшим. — он укрывает его теплым одеялом и хочет уже было идти, но Мирон его останавливает. — Останься со мной ненадолго. Прошу. — Янович слегка краснеет и отводит взгляд, ему было дико неловко просить Карелина побыть с ним.       Слава улыбается. Он ложится к своей омежке под одеяло и крепко прижимает его к себе. Мирон засыпает, а Славка ещё долго умиляется ему и не понимает, как мог раньше жить без него.