Вернуть голос

POV Макс       После уроков я с Владом как обычно пошел домой. Мы всегда ходим одной и той же дорогой, разговариваем, шутим, иногда останавливаемся в парке, где садимся на знакомую нам скамейку в дальнем углу парка и делаем домашнее задание, чтобы вечером со спокойной душой идти покорять мир. Так я называл наши вылазки в горы, недалеко от города. Туда мы ездили на мотоцикле Влада. Мы могли бродить по горам часами, если бы не мамы, которые очень волнуются, когда мы приходим позднее одиннадцати, не предупредив их.       Так вот, пришел я значит домой, переоделся, засунул тетрадку и теоретический материал в сумку через плечо со значком гильдии «Хвост Феи»* и отправился на дополнительные по математике.       По дороге обратно в страну знаний, как называют нашу, да и любую другую школу учителя, я все размышлял над тем, что мне сказала Маша Горланова, наша местная звезда. Пф! Она позвала меня поговорить после последнего урока в кабинет химии (а в коридоре никак? меня, между прочим, ждали). FlashBack       В кабинете химии, кроме меня и Маши, была еще одна девочка. Она была примерно моего роста, такие же блондинистые волосы, только заплетены в высокий хвост, такие же карие глаза, скрытые за очками в красной оправе. Возможно, если бы нас двоих показали бы какому-нибудь незнакомому человеку, то он бы решил, что мы брат и сестра близнецы. Она, можно так сказать, была моей копией, только в женском варианте. Звали ее, кажется, Мика.       — О чем ты хотела поговорить? — перейдем сразу к делу, а то перспектива лясы с вами точить меня не очень та и устраивает.       — Для начала ответь на вопрос: какие у тебя отношения с Лавровым? — зачем этой зазвездившейся курице знать, какие у меня отношения с Владом?       — Мы друзья, а что? — нет, ну серьезно, зах ей это? — К чему такой вопрос? — сложив руки на груди, спросил я.       — Да так просто, — Маша как-то удивленно произнесла это, заправляя за ухо выбившуюся прядь светлых волос. — Просто мне показалось, что вы встречаетесь, — задумчивым голосом пробурчала себе под нос, отвернув голову. Она что, думала, что я не услышу?       — С дуба рухнула? — нет ну серьезно! С какой пальмы свалилось это чудо?! — Мы оба парни! — весомый аргумент.       — И что? На дворе двадцать первый век! Каждый второй гей или лесбиянка! — признаю, 1:1.       — Допустим. Тебе-то это зачем? Неужели Некита решила бросить? А? — мои хитрый прищур и усмешка ничто по сравнению с ее взглядом, которым она смотрит на тех, кого считает мусором, ничтожеством, низшим существом пищевой цепочки. Аж до мурашек. Бррр. Но я ж мужик, виду не подал.       — Мне это незачем, — демонстративно движением головы поправила челку и кивнула на подругу, — но вот моя подруга очень бы хотела встречаться с Владом. А с тобой мы встретились исключительно ради того, чтобы узнать в каких вы отношениях. Ведь, если бы ты с ним встречался, то мне было бы чуточку сложнее помочь Мике увести у тебя Влада, — она издевается или как? Ели бы я с Владом встречался, и он бы меня любил (ну почему это не правда?), то не ушел бы от меня, хоть ты в лепёшку расшибись! Иначе это уже не любовь, раз так просто готов бросить человека ради очередной дуры, которая верит в сказки и принцев на белых мерседесах. Я даже ничего объяснять ей не буду. Разве объяснишь маме, что аниме — это не китайский порномультик, а искусство? Вот и тут также. Буду я еще время на нее тратить. Пф. Меня ждут, а я тут ерундой занимаюсь. — А так все намного проще. Тем более вы с Микой похожи, а это еще один плюс, — ага-ага. Но то, что эта твоя Мика не знает того, что Влад со мной смотрит аниме — это минус (хотя, она даже, наверное, не знает, что это такое), а минус на плюс — минус. Да и Влад не особо разговорчив с малознакомыми ему людьми. Вот так то. А, вы это, не удивляйтесь, что Влад со мной аниме зырит. Это я его уговорил. Я то анимешник, а он нет, но по непонятным причинам смотрит его вместе со мной. Ему даже некоторые из них нравятся. «Блин, Влад, спаси меня! Я домой хочу! Я кушать хочу, а мне еще к математике готовиться!»       Мои молитвы были услышаны. Телефон в моей сумке зазвонил, оповещая о том, что мне могут сделать атата по попке, если я сейчас же не спущусь.       — Ладно, мне пора, — взглянув на экран, сказал я и направился к выходу. — Удачи вам, дуры, — последнее слово я пробурчал, когда дверь уже была закрыта. Ибо, если бы Машка это услышала, то… End FlashBack       Моя филейная часть осталась цела, но меня сразу же предупредили, что в следующий раз ждать не будут. «Конечно-конечно. Так я и поверил», — вот, что тогда я подумал. …любил… «Да какой нафиг любил?!"-…       Хотя, было бы здорово.       Сам я любил Влада с самого детства. Мы дружили еще чуть ли не с пеленок. Жили в одном дворе, ходили в один детский сад, в одну школу. Сколько себя помню: мы всегда были вместе. Всегда. И я всегда любил. Но что будет, если Влад заведет себе девушку? Возьмем, например, ту же самую Мику. Они будут проводить время вдвоем: ходить в кино или кафе, гулять за ручку, может Влад даже свозит ее на своем мотоцикле в горы, куда мы с ним любили ездить. Мы будем отдаляться друг от друга, пока в один прекрасный день я этого больше не смогу терпеть и не расскажу о своих чувствах, а меня пошлют и скажут, что и без меня ярко солнце светит! Эх!       Отбросив все ненужные мысли, хорошенько встряхнув головой, ускорил шаг, дабы не опоздать на математику. Сказал бы мне кто пять минут раньше, что моим глазам представится картина, где Влад с невиданной мне ранее яростью будет избивать парня, я бы рассмеялся и врезал бы тому человеку за наглую ложь и клевету в адрес моего возлюбленного, к которому я испытывал безответные чувства, но, походу, ударил бы зря.       Как только подошел к воротам школы, услышал звуки. Сначала это был смех и какие-то маты, на которые я не обратил внимание (мало ли что, у меня подготовка к олимпиаде), потом глухой звук, будто что-то или кого-то ударили — это уже интересно, а затем и приглушенные крики мольбы о прощенье, всхлипы и пустые обещания типа «я так больше не буду» вперемешку с проклятиями, напоминающие «я все маме расскажу».       В два прыжка преодолев расстояние от ворот до угла самого здания, мне предстала та самая картина, в существование которой не хотел верить. Влад безжалостно избивал парня, в котором, приглядевшись, узнал Толика. На его лице уже алели синяки, волосы растрепаны, белая футболка приобрела зеленовато грязный оттенок из-за травы, в общем, выглядел он жалко, особенно с этими ничтожными попытками отвечать на удары. Признаться честно, я первый раз вижу Влада таким… злым.       Первым делом поспешил предотвратить попытку моего друга (а хотелось чтобы парня. эх!) стать уголовником в 16 лет. Решительным шагом направился к парням и оттолкнул Влада.       — Ты что делаешь? — Влад смотрел на меня ошалело (у меня такая же реакция была, когда я тебя увидел вот таким, так что нечего на меня тут такими глазищами смотреть), словно я помешал ему в тот момент, когда он подписывал очень важный договор с много-много ноликами.       — Это ты что творишь? — вопросом на вопрос ответил я, намереваясь помочь Толику встать. — Тебя за это посадить могут, -вы только представьте, этот упырь вместо того чтобы принять помощь, оттолкнул мою руку, буркнув сквозь зубы: «Не трогай меня!» из-за чего получил уничтожающий взгляд со стороны Влада, поднялся на ноги, развернулся на сто восемьдесят градусов и, засунув руки в карманы темных джинс, сделал несколько шагов и отчетливо процедил: «Педики!», после чего ретировался со своеобразного поединка.       От его последнего слова я остолбенел. «Он догадался о моих чувствах к Владу?! Как?! Где я спалился?! Черт! Это плохо! Если он кому-то расскажет, у Влада могут возникнуть неприятности. Блин, все из-за меня! Из-за моей любви к нему! Блять! Что же теперь делать? Теперь понятно, почему Влад избил его».       — Прости, — внезапно сказал парень, вырывая меня из размышлений, за что ему, кстати, большое спасибо. Я бы с ума сошел, если бы продолжил думать в том направлении. Только вот, за что он просит прощение? — Из-за меня про тебя пойдут не самые положительные слухи, — о чем это он? Это все ведь из-за моей любви, верно же?       — О чём ты? Какие еще слухи? — стал утолять свое любопытство, при этом глупо улыбаясь. Может, так я хотел поддержать парня? Или показать, что все в порядке?       — Ну, мы с Толяном разговорились и как-то начали разговаривать о тебе, — что?! — Толян сказал, что ты на олимпиаду скоро едешь по математике, а потом зачем-то сказал, что тебе очень идут очки, — мое охуевшее состояние стало мегаохуевшим, но перебивать я не стал (к тому же я и сам знаю, что мне идут очки, но я их редко надеваю, только когда некоторые скупердяи выпускают книжки с милипиздрическим шрифтом, а так у меня хорошее зрение). — А потом вдруг сказал, что в них ты выглядишь сексуально и, что будь ты девчонкой, он бы трахнул тебя, а потом еще добавил, что и так не против заняться с тобой сексом, — ох, держите меня семеро, я ща этому извращенцу сам морду набью! — Ну, а я че? Не сдержался, он меня так выбесил своей рожей похотливой, вот и ударил. Я его вообще в больницу планировал отправить, чтоб не засматривался на чужое, а тут ты.       — То есть, это я виноват?! — серьезно? Устраивает драку он, а виноват я?! — Я то тут причем? И что еще за: «…чтоб не засматривался на чужое…», а?       — А что, хочешь сказать, что нет? — это ответ вопросом на вопрос к какому вопросу, к первому или второму? Слишком много вопросов и мало ответов, нечестно. Хотя, ответ на вопрос: опоздал ли я на математику, я знаю. Конечно опоздал! Но с этим можно разобраться и потом. — Не будь ты таким милым и дружелюбным, этот урод не захотел бы тебя изнасиловать, а я бы не присвоил тебя себе! — смущение взяло верх над нами обоими: Влад осознал, что сказал и, немного покраснев, отвернулся, а я весь залился краской и стал рассматривать то место, где еще несколько минут назад Толик валялся жалкой тушкой (печально и весело одновременно наблюдать за такой картиной. Это зависит от того, с какой стороны посмотреть. Как говорится, все относительно).       — Что ты хочешь этим сказать? — если он скажет то, что я хотел услышать от него всю свою сознательную жизнь, то я точно разревусь от счастья, и плевать, что я парень!       — Ты так хочешь это услышать? — я прям чувствую, как он прожигает меня своим внимательным взглядом. После моего легкого кивка, он сказал таки эти три заветных слова. — Максим, я люблю тебя и хочу с тобой встречаться, — я видел, как его ладони сжимаются в кулаки, чувствовал, с какой надеждой он смотрел на меня, слышал, как он нервно сглотнул в ожидание чуда, которое случится. Я скажу ему, сейчас. — Но, наверное, это невозможно. Да и вообще, тебе наверное противно слышать такое от парня, прости, — что?! Нет. Нет!       Как же я хотел ему все сказать, но мой голос совсем меня не слушался. Я не знал, что мне делать, как поступить? Решение пришло неожиданно. Это словно рефлекс, взявшийся из ниоткуда. Как только Влад, намереваясь уйти, обошел меня и направился к воротам, я резко сорвался с места, моментально преодолевая расстояние между нами, развернул его за руку и крепко обнял за талию, утыкаясь носом в его широкую, сильную грудь.       — Дурак, — беззлобно, любя сказал ему я, обнимая его еще крепче и чувствуя, как меня обнимают в ответ сильные руки. — Ты такой дурак, — слезы. Кто сказал, что плачу в основном от того, что грустно? Рыдать можно и от счастья. Ведь, что может быть лучше, чем взаимные чувства? Правильно, ничего. Разве может не радовать тот факт, что человек, которого вы любили всю свою жизнь, тоже любил вас столько же. Это прекрасное чувство, когда спустя столько лет, думая, что чувства не взаимны, вы признаетесь, и вам отвечают той же любовью, что и вы отдаете. Что может быть лучше? — спросите вы. Я отвечу. Это поцелуй. Первый, нежный, осторожный поцелуй после ответного признания. — Я тоже люблю тебя.