Второй шанс

Первый месяц после похорон выдался самым тяжелым. Постепенно жизнь Марка приходила в норму. Он вернулся на работу и старался отвлечься занятостью от мыслей о возлюбленном. После того как он перебрался в другую комнату, он почувствовал некоторое облегчение. Сначала он думал, что таким образом предает своего любимого, но Кори продолжал являться к нему во сне каждую ночь. Не с грустной улыбкой, а с теплой и добродушной, всем своим видом давая понять, что Марк поступает правильно. Альфа был рад видеть своего омежку во снах, но и в течении дня он как минимум один раз чувствовал его присутствие. Сидя за рулем дорогой иномарки, ему казалось, что блондин сидит рядом. На работе, принимая очередного пациента ему чудилось, словно Кори сидит неподалеку, с нежностью в глазах наблюдая за тем как альфа старается унять капризного альфочку, который боится укола. Из мыслей Марка, любимый не уходил никогда, и с недавних пор темноволосый начал задумываться о своем психическом состоянии. Не сходит ли он с ума, ведь постоянно видеть или даже чувствовать присутствие покойного супруга как минимум странно. Обращаться к психологу с подобной проблемой он не хотел, тем более в своей же клинике. Стоит только ему зайти в кабинет психолога, об этом будет судачить вся клиника и сильнее жалеть вдовца. К такому он готов не был. Шел второй месяц его одиночества. Приходя домой в пустую квартиру, он не чувствовал привычного аромата вкусных блюд, которые готовил омега к его возвращению. Он не слышал заливистый смех Кори при просмотре комедии, и в постели было непривычно пусто, холодно и одиноко. Свыкнуться с мыслью что он остался один было не просто, и мозг активно отказывался принимать этот факт. Каждое утро он просыпался с надеждой, что все произошедшее ранее — дурной сон. Но стоило ему увидеть непривычный для глаз орнамент белых обоев, он понимал, что все это реальность. Он один и сломлен. Первые недели ему звонили родители покойного, интересовались самочувствием и предлагали помощь, от которой альфа всегда отказывался. Но вскоре звонков стало все меньше, и окружающие словно позабыли о произошедшем. Но только не Марк. Он прокручивал в голове первую встречу с Кори, их первый поцелуй, первый секс. Но в конце подобных мыслей перед его глазами представало бледное лицо омеги, лежащего в гробу. Шелковая розовая подушечка делала его лицо еще бледнее. Прекрасные серые глаза были закрыты, а губы застыли навек, потерявшие прежнее тепло. В очередной раз придя с работы домой и закрыв входную дверь, Марк снял туфли и отставив их на коврик, направился прямиком в спальню. Если аппетит к нему и вернулся, то на готовку не было никакого желания. Как правило он питался вне дома, посещая небольшие ресторанчики или закупаясь в супермаркете сэндвичами. И теперь, наплевав на ужин, он ушел в спальню. Прикрыв дверь и присев на постели, он посмотрел на зашторенные окна и ослабил узел серого галстука, переводя взгляд на соседнюю стену. За ней находилась комната, в которую альфа боялся заходить. Пока что. Но он знал, что однажды это придется сделать.