Чистая кровь

Каникулы в доме Лестрейнджей проходили своим обычным ходом, пока одного солнечного утра друзья не заметили, что чуть ли не весь состав Пожирателей смерти столпился в гостиной. Все о чем то переговаривались в пол голоса, а на стеклянном столике лежал свежий номер «Ежедневного пророка». Друзья подошли поближе и увидели заголовок, где жирными буквами было написано: «Я маглорожденный и горжусь этим», а под ним было фото трех человек, в центре парень лет 15-16 с длинным крючковатым носом, большими оттопыренными ушами и черными кудрявыми волосами, одетый в матнию, а по бокам от него лысоватый мужчина с глуповато-восторженным как у ребенка выражением лица, одетый в рубашку и джинсы и женщина в скромной блузке. Лицо парня на обложке казалось Брюсу знакомым, он уже видел его раньше в Хогвартсе, а мужчина и женщина рядом с ним очевидно его родители, но одеты они были как маглы. - Кто это? – спросил Брюс. - Это Аарон Леви, - ответил Рудольфус, спустя минуту чтения, - от учится с нами на одном курсе, только на Гриффиндоре. - А рядом с ним его родители маглы? – задал еще один вопрос Брюс, хоть и прекрасно знал на него ответ. - Да, - кратко ответил Рудольфус. - Отлично! – проворчала Беллатриса. - Теперь не только грязнокровки, но и их магловские родственники будут считать себя волшебниками. - «Я даже представить себе не мог, что являюсь волшебником…» - начал цитировать Рудольфус. После этих слов Беллатриса презрительно фыркнула, а Рудольфус продолжил читать. - «Пока в семь лет печенье, которое я не мог достать со шкафа само будто по волшебству плавно спустилось по воздуху мне в руки…» - читал Рудольфус. «Семь лет», - подумал Брюс. – «Именно в этом возрасте и у меня проявились первые магические способности!» Белла лишь закатила слава на это предложение из статьи. - «Сказать, что мои родители были удивлены, что я волшебник, это ничего не сказать, ведь я им ничего не рассказывал про мой трюк с печеньем и сам не мог понять, что это было, но когда мне исполнилось 11 лет мне пришло письмо из Хогвартса, а дальше я будто попал в сказку!» - продолжал читать Рудольфус. «А ведь также думал и Я когда профессор Дамблдор познакомил меня с миром магии!» - вспоминал Брюс события пятилетней давности. - «Я даже не подозревал о существовании магии, пока моему сыну не пришло письмо из школы волшебства…» - продолжал цитировать Рудольфус уже слова отца Аарона. – «а потом волшебные палочки, метлы, заклинания, зелья, совы, живые картины… Я моя жена были просто в шоке!» - читал Рудольфус с все больше надменным тоном. «Превосходно!» - думал Брюс. – «Магл узнал о волшебном мире и сколько еще таких «счастливых родителей»? Ведь этот самый Аарон далеко не единственная грязнокровка». Реакция Брюса сменилась, теперь он уже не ассоциировал себя с этой «звездой Ежедневного пророка», а наоборот, чувствовал лишь неприязнь, понимая, что будет, когда магловские родители других волшебников повалят в волшебный мир. А тем временем Рудольфус продолжал читать, чуть ли не после каждой строчкой закатывая глаза и насмешливо меняя голос. - «Я сразу заметил, что волшебники не очень дружелюбно относятся к таким как я и моя жена,» - цитировал Рудольфус слова Леви старшего. Брюс и Беллатриса злорадно ухмыльнулись. - «Но спустя несколько лет нам удалось более-менее добиться уважения к себе, да, мы не умею колдовать, но это не делает меня другим, мы такие же люди как и вы! Волшебники ошибаются, полагая, что мы отличается». Если Брюс сохранял невозмутимость слушая эту пропаганду толерантности, то Белла фыркнула так, что Пожиратели смерти повернулись к ней. Рудольфус в свою очередь продолжил читать. - «Не только мой отец выделялся в магическом мире, оказалось, что некоторые волшебники считают, что я и другие маглорожденные чем то отличаются от остальных», - продолжал читать Рудольфус уже слова Аарона. Брюс еще раз злорадно ухмыльнулся как и его девушка. - «В данный момент я и мои родители работаем над созданием организации, которая будет продвигать интересы маглов и их социализацию в магическом мире. Пока нас поддерживают только такие же родители, чьи дети внезапно оказались волшебниками. И мы хотим стать частью мира магии. Мы хотим добиться того, что бы не только маглорожденным волшебникам, но и их родителям была доступна вся информация о мире волшебства вплоть до посещения мира магии, а в перспективе и обучение магии всех желающих, независимо от их происхождения. Мне кажется несправедливым, что маглам узнавшим о волшебникам стирают память. Да и сам Статут секретности рано или поздно перестанет быть актуальным и все узнают о магии, это будет замечательно! Когда два мира наконец встретятся, мы столько сможем дать друг другу, столько обучится и я уверен, что в общении между волшебниками и маглами не возникнет никаких проблем. И еще хотелось бы заметить, что слово магл имеет негативный оттенок, его лучше заменить каким то более толерантным и политкорректным, например «лицо не владеющее магическими способностями», - закончил Рудольфус. - Неужели кто то поддерживает этого ненормального? – язвительно спросила Беллатриса. - Поддерживает, иначе каким образом эта статья оказалась на страницах «Ежедневного пророка», - ответил ей Рудольфус. «А ведь в чем то этот шизонутый прав», - думал Брюс. – «Статут секретности рано или поздно падет, но дальнейшие перспективы будут явно не настолько радужными, какими их видит семейка Леви. Думаю Пожирателям уже пора действовать».