Гид по WXK4-12

      Научная экспедиция на корабле «Алиса» была отправлена с целью изучения пригодных для жизни планет уже с десяток лет назад, хотя команда, почти постоянно пребывающая в криосне, пережила только год живого общения друг с другом. Каждый раз они просыпались на орбите новой планеты и каждый раз не изучали там ничего, кроме мизерных шансов на нормальную жизнь. И роль механика Бену, окружённому выдающимися и значимыми учёными, представлялась просто ничтожной.       Как же ироничен был тот факт, что именно он, невидимый член команды, сейчас ступал на землю планеты, перенаселённой живыми существами. Корабль годами летал по пустоте, учёные часами обсуждали осколки космического мусора, рассматривали под микроскопом всякие скучные камни, а механик-счастливчик просто однажды заснул в криокамере и проснулся посреди инопланетного джунглевого леса. Вот это достижение.       Бен слез с корабля и ступил на землю. Мягкая, покрытая невысокой тёмно-фиолетовой с зелёными пятнами травой, она давала ощущение, в которое удачливый экспедитор никак не мог поверить. Он упал на колени и дрожащими в тяжёлых перчатках руками сорвал несколько странных растений. Из одного корня росла кучка длинных закрученных тонких листьев и небольшой побег, на вершине которого была крупная почка. Эта трава была слишком жёсткой, чтобы её можно было растереть в перчатках скафандра. Она была повсюду на холме, некоторые травинки даже отращивали длинный побег, на котором через промежутки росли ещё пучки кудрей. Вершины таких переростков заканчивались пышными зонтиками. Это точно не было похоже ни на что, увиденное ранее Бенджамином. Подумать только, зашуганный техник с разбившегося исследовательского корабля открыл первую обитаемую планету. И он не знал, стоит ли радоваться такому везению. Вряд ли было бы чем-то лучше очнуться в пустыне, но весь тот песок был хорошо знаком и предсказуем, а от всего этого можно ожидать чего угодно. Становилось всё труднее и труднее сохранять спокойствие. Хотелось успокоить себя тем, что с каждым может случиться такое, но этого не удавалось из-за некоторой специфичности ситуации.       После нескольких минут ощупывания травы Бен поднялся на ноги и снова залез внутрь корабля. Теперь всё это внутреннее убранство, ставшие за время полёта родными, выглядели серыми и невыразительными. Механик снова запустил настолько же родной блок компьютера модели SX-64. Машина произвела простую, но мелодичную, монофоническую мелодию. Это устройство сопровождало Бена повсюду на службе. Хоть и тяжеловесное, но всё-таки переносное, оно позволяло подключаться к любым нужным сетям для их диагностики и настройки. Наверное, компьютер стал чем-то вроде компаньона, единственного пассажира, всегда готового пообщаться с техником, ответить ему на любые вопросы с помощью своего светящегося монохромного экрана. Хоть это и служебная машина, не предназначенная для развлечений, возня с ней доставляла больше удовольствия, нежели попытки начать нормальный разговор с живыми членами команды. Бенджамин подключился к телекому, но тот не ловил никакого сигнала. Час проведённый в волнительном ожидании ответа от любого приёмника прошёл зря. Можно было бы поставить маяк, чтобы кто-нибудь пролетающий заметил, но это бы потратило слишком много энергии и дало бы слишком мало результатов, ведь антенны были повреждены.       Ничего не получалось, казалось, что из ситуации нет выхода. Бен думал, что всё, что он может сделать как механик, сделано. Нет никого, кто взял бы на себя главную роль, нет никого, кто точно знал бы что делать, только он один на разбитом корабле посреди цветастых инопланетных джунглей. Нет ни инженера, ни капитана, ни этих высокомерных учёных. Маршем на корабле все всегда помыкали, не замечали как человека. Работу его принимали как должное, словно это восход и закат Солнца. Да и он сам пытался отстраняться от основной группы, боясь показаться слишком необразованным на собраниях, всегда находил поводы уйти, чтобы не становится невольным слушателем научной дискуссии, в которой он ничего не понимал. Он ожидал приключений на этом корабле, хотел оживить свою жизнь и притворялся тем, кем не является на психологическом тесте, чтобы пройти в долгосрочное путешествие. Уже в полёте корабельный медик, роль которого выполнял один из учёных, говорил, что всё это - тоска от адаптации к космической изоляции и она скоро пройдёт. Но она не проходила.       Бенджамин обхватил руками голову и, облокотившись на стол, тупо уставился в мигающий монитор. Некоторое время он пытался придумать, что ещё он может сделать, но ничего не получалось. В голову приходили лишь пессимистичные мысли о безысходности ситуации. Но, может быть, в том, что он один, а точнее в том, что его команды больше нет, есть свои плюсы? Он ненавидел своего начальника – инженера Льюиса. У него было чувство собственной важности, больше подходящее для главного инженера строительной миссии на Марсе с сотнями подчинённых, а не для космической экспедиции. Но теперь его нет, нет и его тупых приказов. И Бен может делать всё, что угодно и осталось только выбрать что. Марш внезапно для себя осознал, что ему наконец-то дана возможность реализовать себя несмотря на все возможные последствия, ведь рядом нет того, перед кем было бы стыдно, кто стал бы ругать за всякие мелочи. И сейчас нужно делать что-то, быть кем-то, начать самостоятельную жизнь без отечески настроенных покровителей. Вокруг ни души, делай что хочешь. Всё зависит от тебя. Можно охотиться, можно чинить корабль, можно описывать флору и фауну так как умеешь. Нельзя умирать, раскапывая в своей памяти неправильные поступки, и каясь себе же за них. Только нужно с чего-то начать. Сперва был взломан сейф с револьвером капитана. Это оружие было чистой формальностью на высокоинтеллектуальной вечеринке, ровно такой же, как и дешёвый сейф, не выдержавший нескольких полётов к скалам с холма. После был собран рюкзак с небольшим запасом еды и сигнальной ракетницей. Ей наверняка можно отпугнуть местных диких зверей, если что-то пойдёт не так. На глаза попался чудом не разбившийся в тряске фотоаппарат моментальной печати и картриджи - не нужно будет утомлять себя зарисовками или подробными описаниями новых видов. Теперь можно исследовать местность.       Спускаясь с холма, Бен всё больше поражался размерам и формам местных деревьев. Большая часть была с массивными, утолщающимися к земле, чёрными стволами. Их листва была изумрудной, в некоторых местах виднелись лопнувшие шаровидные плоды, из которых на легких порывах ветра вылетали тяжёлые пушинки, оседавшие на извитых ветвях. Странно, что они не так легко парили на ветру, как похожие у земных растений. Между этими величественными деревьями росли ещё более интересные, с очень длинными, тонкими и голыми стволами и широкими лёгкими светло-зелёными листьями на верхушке. Они выглядели очень молодыми, по сравнению с остальной чащобой. Под кронами деревьев летали почти незаметные мошки, пух и красные шестикрылые бабочки. Они роились между причудливыми синими цветами лиан в стайках из нескольких ярких и пары невзрачно-тёмных. Странную мелодию, еле слышную в шлеме скафандра, напевали птицы, спрятавшиеся в лабиринте веток и листвы.       Бен присмотрелся к севшей на лист чего-то похожего на папоротник бабочке. У неё было десять конечностей и дополнительная, третья пара крыльев, располагающаяся под двумя верхними. Он достал фотоаппарат и сделал снимок, бабочка, испугавшись вспышки, поспешно вспорхнула и присоединилась к стае. Бен положил в кармашек рюкзака ещё не проявившийся белый снимок. Эта инопланетная природа как-то странно успокаивала, несмотря на свои чуть ли не кислотные цвета. Наверное, стоило начать собирать образцы, хотя для этого нужно сперва найти отвалившийся научный отсек.       Начинающий ксенобиолог отвлёкся из-за того, что что-то пробежало в кустах, не дав себя рассмотреть. Всё страннее и страннее. Он оглянулся и начал всматриваться в ветки. Между ними вырисовывалась тёмная, то ли четырёх-, то ли шестилапая фигура размером с собаку. Это нечто как-то странно притаилось, почти не двигаясь, изредка рывками поворачивая голову в разные стороны. Бен так же не двигался, пытаясь рассмотреть животное. Не было видно ни оскала, ни блеска глаз, но оно, пусть даже не имея плохих намерений, может повредить скафандр, что грозит путешественнику смертью. И вообще Бену не нравится сам внешний вид следящего за ним создания, пусть даже полускрытый за ветвями кустов. Он быстро достал первое попавшееся под руку оружие – ракетницу. Голова животного перестала дёргаться и, повернувшись точно в его сторону, осталась обездвиженной. Существо стало медленно выходить из кустов на полусогнутых лапах, всё так же непрестанно следя за Беном. Это было небольшое животное с четырьмя нормальными лапами и двумя редуцированными по бокам. Но самой интересной деталью была морда. Вытянутый вперёд конус, состоящий из четырёх лепестков-челюстей. Глаза были какие-то примитивные, почти сливающиеся с тёмной кожей животного, обездвиженные.       Бенджамин стоял, направив на первого встреченного представителя фауны сигнальную ракетницу. Наверное, лучшим решением было бы взять револьвер, но было уже поздно. Очень не хотелось прерывать визуальный контакт с этим существом. Оно точно что-то выжидало и Бену это очень не нравилось. Ему вообще всё не нравилось в этой ситуации. Что-то непонятное безглазое и явно выглядящее хищным стоит и гипнотически смотрит прямо на него. Нет, конечно никакого мистического влияния оно не оказывало, но сама ситуация вынуждала Бена стоять и пытаться понять, что делать. Возможно, оно уйдёт, испугавшись его, или просто пройдёт мимо, ведь оно на самом деле травоядное с большими устрашающими челюстями. Ведь может такое случиться, да?       Четыре челюсти животного начали медленно раскрываться, обнажая глотку и расставленные, казалось бы, хаотично внутри клыки. Бен, недолго думая, нажал на курок ракетницы и схватился доставать револьвер. Существо быстро и с фырком сомкнуло пасть. Сияющая красным светом ракета проскользнула по его боку, оставляя ожог, а потом, ударившись о наклонённый камень, полетела в небо. Испуганное и раненное животное быстро сбежало, издавая писк. В небе висела красная вспышка от ракеты. У Бена всё ещё играли нервы после этого, и он быстрым шагом отправился обратно к кораблю. Эта ситуация, в которой он, позабыв о своей безопасности, ожидал от дикого животного первого шага, теперь казалась ему идиотичной. Возможно, стоит поумерить свои замашки исследователя, чтобы хотя бы остаться живым.

***