И вновь настанет утро

Хосок давно не видел, чтобы Сунен был в чем-то настолько заинтересован. И он должен поблагодарить Тэхена за то, что тот позволил этому случиться. Он в целом за многое должен его поблагодарить. Сунен постоянно говорит, что ненавидит Тэхена, однако еще ни одной няне не удавалось его приструнить. И именно поэтому Сунен так злится. Он терпеть не может, когда его ставят на место. Вместе с Суненом они подошли к экспозиции, посвященной Марсу, и попытались прочесть табличку, но Сунен уже нажал красную кнопку на дисплее, отчего воспроизвелось видео. Они отошли чуть назад, и Хосок произнес: - Потрясающе. Он взглянул на Тэхена. Тот выглядел столь же впечатленным. - Согласен, - прошептал он. - Ты очень, очень хорошо с ним обходишься, - сказал Хосок. Тэхен добродушно усмехнулся. - Он меня терпеть не может. Но все равно спасибо. Я правда стараюсь. Он посмотрел на Хосока, и они вновь друг другу улыбнулись, продолжая наслаждаться этим чудесным моментом на всем его протяжении. Сунен смотрел фильм про Марс, и когда тот закончился, Хосок напрягся и так очевидно, что Тэхен уже было собрался подбежать к мальчику, но Сунен вместе с парой других детей просто пошел в сторону Юпитера. - Возможно, я лезу не в свое дело, но… - начал Тэхен. Они стояли в большой комнате, где и пол, и стены были выкрашены в черный цвет, а свет падал лишь от дисплеев и завораживающей звездной карты, скопления огней которой украшали столь же черный потолок. В этом темном помещении тишину нарушали только тихий аудиоряд из видео и гул шагающих от экспоната к экспонату семей с детьми. Хосок взглянул на Тэхена, в глазах которого калейдоскопом отразились огни. Он спросил: - Где мать Сунена? На это вопрос было нелегко ответить, и Хосок задумался. Тэхен его паузу воспринял как нежелание отвечать вообще, потому тут же сказал: - Прости. Мне просто было интересно, где все остальные. Хосок ответил быстро, стараясь успокоить его: - Все в порядке. Не волнуйся. Тебе все равно стоит знать, - сказал он. – Мама Сунена – моя сестра. Тэхен пораженно взглянул на него, и тогда Хосок понял, как это прозвучало. - Ох, господи. Нет. Прости, - он нервно усмехнулся. – Я усыновил его. Но она его мать. Тэхен надул губы. - Ох, - сказал он. – Это неожиданно. Сунен уже закончил с Юпитером и двигался в сторону Сатурна. Хосок положил руку Тэхену на плечо и подтолкнул дальше, ближе к его сыну, на случай, если тот начнет плеваться. Это могло произойти в любую секунду. - Я думал, ты просто… развелся с женой и оставил себе ребенка, - произнес Тэхен с легким сомнением в голосе. Хосок не удержал смешка. - Нет-нет, - он чувствовал, что придется все объяснить. – Я был помолвлен, когда Сунен родился. Но мой жених не хотел воспитывать его. Поэтому он бросил меня. Тэхен несколько раз моргнул, а Хосок даже не знал, о чем тот думает. Это не было таким уж секретом. Обычно люди ни о чем не догадываются до тех пор, пока он сам обо всем не расскажет. Парни с его ориентацией в свои двадцать с лишним редко имеют детей, однако Хосок…Как ему кажется, этот симпатичный молодой человек его ситуацию точно поймет. - Оу, - сказал Тэхен. – Я даже и не знал. - Теперь знаешь, - ответил Хосок и затем охнул, так как Сунен встал, руки уперев в бока, и начал наседать на чьего-то ребенка, потому Хосок был вынужден подбежать к нему, дабы предотвратить очередную неприятность. После этого с планетами на сегодня было решено покончить, пусть Сунен и умолял вернуться. В планетарии так тихо и темно, в то время как Сунен уже израсходовал весь свой запас спокойствия, и им однозначно пора было ехать домой. - Мы обязательно вернемся, - сказал Хосок елозящему на заднем сиденье Сунену. - Я знаю, что тебе нравятся планеты. Тэ и папа совсем скоро сводят тебя еще. Хосок понял, как нагло и самонадеянно прозвучали его слова: Тэхен, возможно, никогда бы не стал делать что-то подобное вновь. Однако тот сразу же повернулся к его сыну и сказал: - Конечно сводим. Скоро вернемся все вместе. В остальное время мы можем читать книжки о планетах, ведь так? Мало что могло его заставить вести себя лучше, и если спокойный, милый Сунен вылезал наружу хотя бы на одну минуту за день - это уже большая победа, и Хосок не уверен, сможет ли он еще когда-нибудь увидеть своего сына таким же восторженным, каким он был, когда говорил, сколько бы он весил на Марсе. - Могу я попросить об отгуле? - спросил Тэхен, одним вечером в начале мая. Всю неделю он задерживался в их квартире, чтобы поговорить с Хосоком. Возможно, для того чтобы позволить ему хотя бы отдышаться немного по приходу домой - Хосок не знал. Да и не важно по какой причине - сейчас Тэхен стоял, облокотившись на кухонный стол со стаканом воды в руках, пока Хосок держал Сунена в объятиях, и просил о выходном с необъяснимым страхом. - Да, конечно. Неплохо будет, если ты предупредишь заранее, чтобы я мог подстроиться. И честно, Тэхен, - слова начали вылетать из Хосока, будто он не говорил несколько дней, - то, что ты доступен в любой момент, где и когда ты бы мне ни понадобился, просто потрясающе, и конечно же ты можешь взять отгул. - Хорошо, - сказал Тэхен. Он отпил немного воды из стакана, продолжив смотреть на который, он произнес: - 27 марта. Это понедельник. - Конечно. Ох, у Сунена как раз день рождения, - сказал Хосок, задумавшись, не выбрал ли Тэхен этот день нарочно. Кажется, он превращается в параноика. - Оу, - вымолвил Тэхен, смотря на Хосока странным, напряженным взглядом. – Я не знал, что у Сунена день рождения. У моей сестры он в тот же день. - Джису, верно? – спросил Хосок. Что-то он все же помнил. - Нет, не Джису, - медленно ответил Тэхен. – Дахен. Хосок начал мысленно перечислять членов тэхеновой семьи, но никак не мог вспомнить хоть кого-то с именем Дахен. - Круто, - сказал он. – Сколько ей исполнится? - В этом году было бы пятнадцать. - Было бы? – спросил Хосок прежде, чем догадался о смысле его слов, и, видя безэмоциональное выражение лица Тэхена, произнес: - Ох, прости. Мне очень жаль. - Все в порядке, - сказал Тэхен с едва скрываемой фальшью и, поставив стакан на стол, заключил: - Мне нужно идти. Увидимся завтра. И затем он ушел. Хосок хотел бы сказать что-то получше, но был без понятия как. По крайней мере, он надеялся, Тэхен понял, что о нем волнуются. Одним вечером Хосок пригласил Тэхена остаться на ужин. - Раньше я готовил почти каждый день, а сейчас у меня нет на это времени. Если ты присмотришь за Суненом, я сделаю нам всем что-нибудь вкусное, - сказал он. Таким, пусть и не самым деликатным, образом Хосок предлагал Тэхену провести время вместе, и тому совсем не сложно было сказать: - Да, отлично. Таким образом, на следующий день Хосок после работы набрал продуктов на рынке на нижнем этаже и, придя домой, принялся готовить. Сунен капризен в еде, поэтому на задней комфорке Хосок шевелил обычные макароны с сыром, параллельно туша курицу для себя и Тэхена. Они понемногу переговаривались, но по большей части Тэхен играл с Суненом. Тот, пусть они и так общаются лучше в последнее время, вел себя куда приличней, когда Хосок рядом. Например, позволял читать себе книжки о планетах, которые принес из библиотеки Тэхен. Сунену нравилось говорить о космосе. Он практически выучил все планеты, и Тэхен даже научил его особой песенке, чтобы легче было их запоминать. И Сунен действительно пел ее, вместо того чтобы просто Тэхена игнорировать. Когда они закончили с книжкой, и Тэхен уже начал петь, он сказал: - Тэ, тшш. - Хочешь спеть сам? - Да, - и Сунен попробовал, но сбился на Уране, что было уже очень хорошо. Тэхен выставил ладонь, чтобы тот дал ему пять, однако Сунен его проигнорировал. Ужин получился действительно вкусным. Хосок не врал, когда говорил, что раньше довольно хорошо готовил. С тех пор как Тэхен уехал из дома, он не ел ничего настолько потрясающего. До этого он почти весь месяц питался только яблочными дольками и замороженной пиццей. - Просто невероятно, - вынес вердикт Тэхен, когда наконец оторвался от поедания мяса. - Спасибо, - сказал Хосок. – И спасибо, что остался. - Ох, это тебе спасибо, что предложил, - сказал Тэхен. Он был рад, что у него возник предлог пообщаться с Хосоком. Он интересный человек, и Тэхену порой хочется узнать его получше. Особенно в последнее время. - Папа, я тоже хочу, - подал голос Сунен. - Хочешь попробовать? – удивился Хосок. – Тебе, наверняка, не понравится, но, если хочешь, я дам тебе кусочек. Он положил немного мяса на его маленькую тарелку. Сунен все съел и произнес: - Вкусно, - а затем вернулся к своим макаронам с сыром. Хосок с Тэхеном, не моргая, уставились на него, а затем взглянули друг на друга с одинаковым изумленным выражением лица. Неужели они были удостоены видеть Сунена, спокойно кушающего, а не швыряющегося едой и кричащего. Хосок слегка улыбнулся Тэхену, отчего в уголке глаза у него мелькнула маленькая морщинка. После ужина Тэхен предложил помыть посуду, чтобы Хосок с Суненом могли обсудить прошедший день. Тэхен знал, как редко Хосоку удается вот так сидеть и просто разговаривать со своим сыном, при этом не отвлекаясь на текущие дела. Он хотел дать ему эту возможность. И не только потому что сидящие вместе, расслабленные и счастливые быть рядом друг с другом Сунен и Хосок выглядели очень мило. Тэхен закончил с посудой и сел на другой конец дивана. Ему комфортно. Он так много времени провел в этом доме, что уже не ощущал себя гостем, оттого ему совсем не нужно было долго раздумывать прежде чем плюхнуться рядом. Спустя минуту Хосок, не без неловкости в голосе, спросил: - Не хочешь помочь мне уложить Сунена в кровать? - Кровать? – удивился Сунен. – Нет. Я не устал. И он, нахмурившись, помотал головой. - К счастью, еще пока что не время спать. Но мы скоро будем укладываться. - Я не хочу, - запротестовал Сунен, надувшись, и это значило, что он собирается заплакать. - Да, я помогу, - быстро сказал Тэхен, стараясь успеть до того момента, когда все обратится в хаос. - Я не устал, - заканючил Сунен и начал плакать. Но все не так уж плохо. У него уже несколько часов не было истерик, что достаточно их освежило. Тэхен уже не чувствовал свое привычное изнеможение, которое он ощущал каждый раз, когда Сунен начинал сходить с ума. - Всем нужно когда-нибудь ложиться спать, - начал успокаивать его Хосок. – Ты днем сегодня спал? - Я ненавижу спать днем, - крикнул Сунен. - И как я мог забыть, - промолвил, улыбаясь, Хосок. Сунен юмора не оценил, что совсем не касалось Хосока с Тэхеном, отчего выкрики мальчика их вовсе не расстраивали. Конечно, это Сунена только раззадорило, потому, когда его уже укладывали спать, он вел себя совершенно отвратительно. Хосок выручал Тэхена в ходе процесса: помог переодеть Сунена и предложил почитать ему сказку на ночь, если тот будет достаточно тихим, чтобы слушать ее. Сунен хотел послушать сказку, однако не переставал кричать, потому, когда он отказался от поцелуя, Хосок со вздохом пожелал ему «спокойной ночи» и вывел Тэхена из комнаты, пока Сунен кричал, чтобы они остались. - И так каждую ночь? – спросил Тэхен. - Да, конечно, - сказал Хосок. К концу дня он выглядел очень уставшим. Даже с помощью Тэхена оставлять своего всхлипывающего ребенка одного в комнате было трудно. И Тэ было знакомо это чувство. Так тяжело оставлять Сунена одного, когда он плачет так, будто в чем-то очень сильно нуждаясь, но при этом отказываясь ото всего на свете. - Не останешься выпить бокал вина? – спросил Хосок, когда они, оказавшись в гостиной, несколько секунд неловко простояли, неуверенные в том, что делать дальше. Учитывая их отношения работника и работодателя, такое предложение было вполне допустимо, однако очевидно, что Хосок не хотел, чтобы Тэхен уходил, а тот хотел остаться, потому и ответил: - Конечно. Вино было ожидаемо хорошим. Тэхен хотел признаться, что он едва видит разницу между пойлом за два доллара из «Трейдер Джо’с»*, которое он после школы лихо распивал со своим другом, и этой бутылкой, которую, как ему кажется, они тратили напрасно, но Хосок достал эти шикарные бокалы, по которым быстро, будто профессионал, разлил жидкость, что теперь сказать ему подобное казалось грубостью. Стены в квартире толстые, но приглушенные рыдания Сунена до сих пор доносились до кухни с высокими потолками, где Тэхен, склонившись на барную стойку, наблюдал, как Хосок наполнял их фужеры. Они сидели друг напротив друга. Тэхен сделал маленький глоток и отметил, что это вино пить куда легче, чем то, что ему доводилось раньше. Оно не было настолько похоже на темный сироп, имело терпкий, но при этом мягкий вкус. - Хорошее вино. - Это мое любимое, - сказал Хосок. – Я большой фанат каберне. Тэхен не совсем понял, что тот имел в виду**. Он знал о существовании только красного, белого и розового вина. Но все равно кивнул. - Этот вечер прошел гладко. Ты хорошо обходишься с Суненом. Я тебе за это очень благодарен, - сказал ему Хосок. - Я сам рад видеть его таким радостным, - ответил Тэхен. – Рядом с тобой он лучше себя ведет. Он не был уверен в том, что не сказал лишнего, но это было правдой. Когда Тэхен с Суненом одни, тот ведет себя, совершенно не зная рамок, будто желая заставить Тэхена чувствовать себя неуютно. С Хосоком он более осторожен. Что довольно логично, ведь Хосок его отец, и он живет с ним… довольно давно, наверное. Тэхен до сих пор не знает, как эти двое стали семьей. - Мне жаль, - произнес Хосок, - что он так ужасно к тебе относится все время. Он довольно трудный ребенок. Тэхен кивнул. Сунен действительно трудный ребенок. Но это не значит, что у него нет и хорошей стороны. - В последнее время мы гораздо лучше ладим. - Ты так хорошо к нему относишься, - повторился Хосок. – Ты даешь ему отпор, но остаешься добр, тем не менее. Ему это необходимо. Он налил себе еще один бокал. Тэхен заметил, что вино слегка окрасило его губы. И это ему шло. На нем была одета рубашка с расстёгнутым воротником, а на голове царил легкий беспорядок, и прямо сейчас он выглядел замечательно. Хосок красивый парень. Уставший, но очень красивый. - Я стараюсь, - сказал Тэхен. – Моя младшая сестра, когда была поменьше, доставляла кучу проблем. Не так… много. Однако она желала контролировать всех и вся и очень бесилась, когда что-то шло не по ее плану. Он сделал еще глоток вина. - Моя бабушка быстро сдавалась и позволяла делать то, что ей заблагорассудится, поэтому сестренке казалось, будто ей дозволено все. Нужно быть настойчивей, как мне кажется. - Совершенно верно, - сказал Хосок. – Настойчивость ему необходима. - Правда? - Он просто, ну… - начал Хосок, но вдруг начал подниматься со стула. – Прости, я должен убедиться, что Сунен в своей комнате. Он обычно выбегает. Тэхен ждал у стойки, пока Хосок заглядывал в уже тихую комнату Сунена. - Надо же, - сказал он. – Сунен буквально отключился. - Сегодня был беспокойный день, - сказал Тэхен. - Я не люблю говорить об этом при нем. Он и так знает достаточно, и я не хочу, чтобы он думал, будто я рассказываю об этом всем подряд. Не хочу, чтобы он слышал всю историю. - Мм? – озадаченно хмыкнул Тэхен, который успел налить себе еще один бокал вина, пока Хосок ходил проверять Сунена. Теперь бутылка была пустой. Хосок сделал большой глоток. - Я ведь тебе говорил, что он приемный, так? - сказал он. - Верно. Он сын твоей сестры. - Да. Моей сестры. Она на три года меня младше. - Постой, а сколько тебе? – спросил Тэхен. Ему казалось, что Хосоку тридцать, только выглядит он молодо. - Мне 26 - Ох, ясно. - Так вот, мне было 22, в то время как моей сестре всего 19. Она встречалась с парнем, от которого забеременела, и она… - Хосок понизил голос, даже не смотря на то, что Сунен уже спал, - она не хотела рожать его. - Нет… - прошептал Тэхен. Не удивительно, что Сунену не следует слышать это. Знать подобное о себе слишком больно. - Бойфренд уговорил ее оставить ребенка, но испугался и бросил еще до того, как Сунен родился. Но было уже слишком поздно, чтобы… ты знаешь, что сделать. - Господи, - произнес Тэхен. Слышать это было действительно грустно. Хосок кивнул, и казалось, будто ему больно говорить об этом. Но он хотел все рассказать. - Мы думали, что она, как только родит Сунена, захочет его оставить, однако нашим родителям пришлось забрать его к себе. - Твоя сестра виделась с ним вообще? - Нет. Вся эта ситуация… она изменила ее, как мне кажется. Чтобы забыть об этом, она переехала на север и пытается начать все с чистого листа. Не знаю, чем она сейчас занимается. Мы почти не общаемся. - И она просто уехала? - Я не зол на нее, - сказал Хосок. – Правда, совершенно не зол. Я слишком сильно ее люблю, и надеюсь, что с ней все в порядке. Тэхен хотел спросить, в порядке ли сам Хосок. Но очевидно было то, что Хосок не рассматривает Сунена как причину, по которой он может быть не в порядке. - Мои родители взяли его к себе, однако годы их совсем не щадят, да и отец ослеп, поэтому, - он вздохнул, - остался только я. - Неужели у вас больше никого нет? - В Корее у нас большая семья, - ответил Хосок. – Но здесь живем только мы. Нельзя же просто отослать ребенка в другую страну. - Поэтому, остался только ты, - сказал Тэхен, допивая уже второй бокал холодного, мягкого вина. - Ага, - сказал Хосок. - Твои родители не помогают? - Они выручали до недавнего времени. Мама присматривала за ним иногда. До тех пор пока, - Хосок опустил голову, сглотнул, поджав губы, отчего на щеках его на секунду появились ямочки, - пока однажды он не ударил ее, после чего мама сказала, что боится Сунена. Тэхен с грустью в глазах промолчал. Хосок нахмурился. Вино кончилось, и он озирался по сторонам так, будто раздумывая, открыть ли ему еще одну бутылку. - Ты ведь понимаешь, что я не говорю о подобном перед Суненом, но он все знает. - Понимаю. Сунен вел себя действительно так, будто все знал. Взгляд Хосока немного мутный, и он сказал: - Иногда мне действительно трудно. Будто я больше ничего не могу сделать. Раньше Тэхен думал, что Хосок обычный богатей, кем он в каком-то смысле и является (он зарабатывает просто невероятное количество денег и платит Тэхену, столько, сколько он не получал ни на одной работе прежде), однако он, помимо этого, очень хороший человек. И остается хорошим человеком даже в такой сложной ситуации. - Надеюсь, тебе не кажется, что я его не люблю и не хочу содержать. - Вовсе нет, - сказал Тэхен, и эти слова вылетели из него с такой искренностью, что он покраснел. - Я очень сильно его люблю. Тэхен не знал, что сказать. И Сунен и Хосок оба, пусть будучи вместе, несчастливы и одиноки. Они больше не пили, но Тэхен остался еще на час, который они провели, сидя друг перед другом и просто разговаривая. Хосок рассказывал о своей работе веб-дизайнера без особого воодушевления, что заставляло Тэхена еще больше им проникнуться. Тэхен немного разговаривал. Вместо этого он позволил Хосоку вывалить все, что у того накопилось на душе за долгое время одиночества. Тэхен слушал, как тот говорил о своей семье, о сыне, о работе, о бывшем парне, вместе с которым они и купили эту большую, холодную квартиру. - Мне было 19, - сказал Хосок. – Из-за работы из пригорода я переехал сюда и его взял с собой. Мы долго не думали, заселились в самое приличное место, какое смогли найти. Тем не менее, он бросил меня, когда появился Сунен. Ему не хотелось детей и, видимо, он желал быть единственным человеком, на которого я трачу свое время и деньги. Ну и черт с ним. Мужчины – зло. Тэхен медленно, немного пьяно улыбнулся. - Но ты потрясающий, - сказал он. Перед тем как уйти, будучи еще навеселе, Тэхен на прощание крепко обнял Хосока, надеясь тем самым показать свою искренность. Все, чем он может пока что помочь, - это как обычно появиться в 8:15, чтобы следить за Суненом, однако о Хосоке он волнуется и надеется, что тот это понял. Хосок тем временем тоже посильнее его обнял, и они простояли так чуть дольше, чем могли бы себе позволить няня и работодатель, ведь теперь они были еще и друзьями. На следующей неделе зарплата Тэхена была чуть больше, чем должна была быть, и он спросил Хосока об этом. - Почему здесь зачтены лишние пять часов? Хосок, завязывая галстук, ответил: - Ты работал всю неделю и к тому же остался на ужин в пятницу. Отсюда получается 55 часов, так? - Почему ты заплатил мне за ужин? - Потому что ты помог мне уложить Сунена спать и присматривал за ним, пока я готовил? - Нет, - сказал Тэхен. – В тот момент это не считалось работой. - Оу, - неуверенно вымолвил Хосок. Из-за этой ситуации Тэхен чувствовал себя жалко. - Мы просто общались. - Хорошо, - согласился Хосок. – Можешь считать это премией? Тэхен пожал плечами. Он скопил уже столько денег, что долги в следующем квартале ему точно не светят. Не ударило ли это по хосоковому бюджету? Хотя странно об этом даже думать. - Хорошо. Пусть это будет премией. Но никогда больше не плати за мою дружбу. Я это терпеть не могу. Хосок сконфуженно улыбнулся, но кивнул и сказал: - Не буду. * Trader Joe’s – еще один дешевый супермаркет. ** cab или сabernet - красное вино из винограда сорта каберне-совиньон (Тэхен не разбирался в названиях вин, потому и не понял его).