Идеальная картина
19 февраля 2018 г., 01:00
There are twenty years to go, the best of all I hope. * Впереди двадцать лет, И, я надеюсь, лучшие.
Салли распахнул шкафчик своего друга в поисках чего-либо, что помогло бы достать у Ким ещё один кусок той странной колбасы. Идея была проста — выменять колбасу на что-то. Шкафчики Тодда и самого Сала не обрадовали большим наличием вещей, в которых нуждалась бы повариха. Похожая ситуация была и с вещами Ларри. Фишер уже хотел было закрыть шкафчик, но нечто привлекло его внимание. — Ларри, засранец, какого чёрта?! — Салли всмотрелся в листок, прикреплённый на дверцу. Он не мог поверить, что Джонсон действительно повесил его дерьмовый рисунок к себе в шкафчик. В голове сразу всплыли воспоминания того самого дня…***
— Ну что, великий критик Салли-Кромсали, как оценишь сию картину? Ларри подошёл со спины к Салу, который стоял напротив мольберта, и положил ладони ему на плечи. Этот жест немного смутил Фишера, хоть и заставил улыбнуться. — Воу, полегче, парень, — рассмеялся Джонсон, — Если будешь смотреть на картину так, то точно проделаешь в ней дырку. — Да ладно тебе, просто мне кажется я где-то уже подобное видел. — На картине была изображена улица, полная людей, которые сновали по улице туда-сюда, машины, почти наезжающие на спешащих пешеходов и нависшие серые дома под тёмным небом. — Чёрт, как у тебя получаются такие реалистичные картины? Здорово нарисовано. — Не придумывай, парень. Спорим, ты также сможешь? — Ларри чуть отстранился, взял карандаш и передал его Салли. После он накрыл его руку своей и поднёс к свежему листу бумаги. — Вот видишь, теперь ты тоже клёво рисуешь. Этот жест заставил Сала тихо рассмеяться. Рука Джонсона, лежавшая до этого на плече парня, перекочевала к Салли на грудь и слегка прижала поближе к груди Ларри. Такое положение заставило Фишера окончательно расслабиться и откинуть голову на плечо другу. В комнате повисла уютная тишина, разбавляемая лишь шуршанием карандаша о бумагу. — Ну что, теперь твоя очередь рисовать самому. — Шёпот Ларри отдался лёгким волнением в груди у Сала, заставив целый табун мурашек пробежать по его спине. Джонсон не отстраняясь быстрым движением руки убрал изрисованный лист бумаги, открывая чистоту и свежесть нового. Теперь, когда рука Ларри не лежала на руке Салли, последний почувствовал прохладу на нагретой коже и некоторую досаду. Желая быстрее разобраться с этим, Фишер поспешно сменил карандаш на кисточку и несколько раз провёл ей по листу. — Современное искусство? Почему бы и нет. — Такая поспешность в действиях немного развеселила Джонсона. — Но мне нравится, круто. — Да иди ты. — Сал дёрнул плечом и хотел уже сорвать лист, но Ларри его остановил. — Чувак, я не издеваюсь, реально прикольно. Искусство это, типо, всегда эмоции, а здесь усраться как много эмоций. Вот, например, раздражение. — Парень принялся тыкать пальцем в мазки на рисунке. — Вот нетерпение. А это, хм, может быть это любовь? Фишер чувствовал как с каждым произнесённым словом щеки начинают пылать сильнее и сильнее. Кто бы мог подумать, что даже со скрытым под протезом лицом, он для Ларри как открытая книга? — Что ж, думаю я это оставлю и где-нибудь повешу, — подвёл итог Джонсон, — Буду видеть то, какой ты эмоциональный каждый день. — Придурок, только попробуй. — Салли пытался выглядеть разозлённым, но получалось плохо. Плохо, ибо Ларри крепко прижал его к себе и уткнулся носом в затылок, чем заставил Сала задрожать всем телом.
