Что будет, если художник, писатель и редактор оккупируют квартиру?

Опять этот сон… Приподнимаюсь на локтях, трясу головой, и с меня спадают наушники. За окном брезжит рассвет, и в доме царит тишина. Точно боясь, что мой разум вновь играет с чувствами, спускаюсь вниз и вижу напротив панорамного окна спящих в обнимку Шурфа и Макса. Рыбник откинулся на спинку дивана, а писатель спит, устроив свою голову у него на коленях; распечатки лежат на полу, в углу комнаты мерно похрапывает компьютер. Правая рука Рыбки покоится на светлой макушке, а левая как раз вытянута по спинке дивана. Подхожу и аккуратно, чтобы не разбудить, развожу его пальцы, смотря на когда-то придуманный, исполненный и испорченный мною же узор. Вспоминаю, как ты, молодой и безбашенный, уговорил меня после пары перенести рисунок на бумагу, чтобы он не пропал бесследно, и я согласилась. Но каково было моё удивление, когда через пару дней ты потащил меня в тату-салон! Я, конечно, это предвидела и думала, что ты просто хочешь выбрать эскиз будущего «рукава», хоть я и противилась, но… Ты потребовал у местного мастера набить эти грешные узоры на твоих пальцах — а меня даже заставил нанести часть узора лично; надо сказать, я побаивалась, что руки дрогнут от столь непривычного оборудования и я всё испорчу… Слышу шорох и встречаюсь со взглядом колдовских зелёных глаз. Макс ничего не говорит, но смотрит очень внимательно. Я отпускаю руку, не удерживаюсь: взгляд вниз, наклоняюсь и целую узор — и вновь смотрю на Макса. А он тянет кисть к моему лицу и проводит по щеке, притягивая ближе и спрашивая на самое ухо: — А если бы у меня были такие узоры? — и я слегка краснею, понимая, что он намекает на поцелуй, отстраняюсь и ухожу, а Макс устраивается вновь на тёплом теле. *** POV Макса В моём запасе уже не одна книга, а целых три законченных, ещё шесть нужно доправить и две дописать, куча рецензий, немереное количество статей… А денег в кармане — шиш! Нужно срочно что-то с этим делать! К тому же, журнал, на который я так успешно подрабатывал в студенческие годы, почему-то меня резко выпер, как только я опубликовал одну из книг. Вторую книгу редакция почему-то отказалась публиковать, хотя до этого давала добро. Ничегошеньки я не понимаю в этой дерьмовой жизни! Ну да ладно, выкручусь, где моя не пропадала! Можно подумать, что на одной редакции мир клином сошелся, да ничерташеньки! Вон — пруд их пруди… *** Наконец добрался до интернет кафе, мой-то ноут почил с миром на днях. Всё лучше и лучше… Хорошо хоть, я всю инфу на флешке храню. Захожу на веб-сайт издательства, и мои глаза лезут на лоб. Да меня в пух и прах размазал какой-то Безумный_Рыбник! Это что ещё за рыбина такая? И главное, к его комментам все прислушиваются и — понеслось, как снежный ком — все дружно хоронят мою работу! Да чтоб вас! Так… Ну и что ты за чёрт из табакерки такой? Ого! Сценарист! Так… Современный альтернативный театр… Критик… Пф, скандальный мальчик! Эм, а это ещё что? Подпалил сцену, когда ему стали перечить во время представления, и сделал вид, что так и надо? Во псих! А тут у нас что? Видеоролик?.. Ох, мама дорогая! И как мне теперь это развидеть? И кто вообще это спонсировать согласился?! И вообще, не надо таких страшилок на мою бедную головушку и шаткую психику. Я, между прочим, есть хочу, а после такого неделю аппетита не предвидится! Фух… Ну хоть какое-то успокоение. А нет, похоже, желудок у меня живёт отдельно от разума, вон, морзянку, видать, учит и мне глупому что-то пытается сообщить, а я его, дуралей этакий, не понимаю… А это что? Представление в бассейне? Чего?! Нет, всё, я это отказываюсь читать! Разворачиваюсь и ухожу. Так дела не делаются. Мне срочно нужны деньги. Одними рецензиями не проживёшь… Может, занять у Лиса? Не, к нему в последнюю очередь, а то опять в махинации затащит. Буду сидеть и в покер обыгрывать этих денежных мешков в его заведении дни напролёт. Я так от скуки снова загнусь… Возвращаюсь к компу и начинаю рыться в рекламных объявлениях. О, какая-то новая фирма открылась! Неплохие деньги, мне подойдёт! *** — Что значит «опечатки и нескладно окончания кое-где написаны»? У вас для этого редакторы есть!.. Это как «в штабе таких не числится»? Ладно, я понял, пошёл править текст… Чего? Да я ж не успею за два дня всё исправить!.. Не-не-не! Увольнять меня не надо, я всё сделаю! Ага, сделаю… Да я загнусь! Вот писать — это да, а править ошибки — ну честное слово, это работа для зануд! Хм… Сажусь за комп и быстро тарабаню по клавиатуре. О, да на этом сайте всё можно быстро проверить и редактора себе найти. Хм, все на альтруистских началах тут подрабатывают? Ну, а почему бы и нет? Так… Загружаем текст, вбиваем тэги и… Готово! Можно начинать править. О, одна заявка на редактуру. Быстро, однако ж. Кхем!.. Открываю окно сообщений и давлюсь чаем, разбрызгивая его на клавиатуру. В графе запросов значится Безумный_Рыбник. Это шутка такая, что ли? Ну и ладно, пусть правит. Даю добро и указываю срок в один день. Приходит лаконичный ответ: «Справлюсь и за 6 часов». Хах, шутник… Ну ладно. Мне терять уже нечего, и я начинаю править с последних глав. Слышу стук каблуков за собой, в офисе гаснет свет, и я отдираю свою многострадальную щёку от клавиатуры. Время — 10 вечера, вокруг ни единой живой души. Дёргаю мышку, и экран загорается. Безумный_Рыбник: справился за 5 часов 20 минут Вершитель: Скорострел!) Безумный_Рыбник: если б не отвлекали, мог бы и быстрее Вершитель: А ещё сможешь? Безумный_Рыбник: с тобой, малыш — хоть всю ночь Вершитель: Тогда кидаю новый текст. Безумный_Рыбник: давай, давай… мне всё равно жутко скучно… надеюсь, этот будет интереснее Вершитель: Вот наглый! Безумный_Рыбник: я не наглый, а в меру критичный И кто меня дёрнул спрашивать у этого безумца, почему книга ему показалась скучной! Он два часа объяснял мне, где и что он бы поправил в содержательном смысле… Ох… Но, должен признать, я и вправду воспользовался некоторыми советами этого горделивого типа. Наутро книга была сдана, гонорар — получен, а я счастливый отправился спать. Но счастье моё длилось недолго. Меня и тут попёрли с работы, заявив, что я приставал к дочке начальницы. Но я-то просто сидел в офисе и переписывался с Безумцем, пока эта малолетка крутила шуры-муры с секретарём. Но когда я попытался опровергнуть обвинения, то понял, что не имею ни каких доказательств. Переписка с Безумцем — не в счёт. Такое я бы, пожалуй, и под страхом смертной казни не обнародовал! В общем, работу пришлось менять. Ну не везёт мне по жизни! Устроился в контору-однодневку, прекрасно понимая, что меня могут облапошить, но шальные деньги имеют свойство кружить голову. Продержался там месяца три, и то только потому, что на них Лис со своей «культурной бандой» наехал. А так… дали б мне волшебного пенделя ещё в первую неделю, так ничего и не заплатив. Тем временем мы с Безумцем доправили шестую книгу и дошли до того, что если я не начну нормально писать, то он найдёт меня и отгрызёт руки. Я, конечно, поржал, но потом мне пригрозили куда более интимными вещами, и челюсть моя улетела куда-то в тартарары. Я вот даже не знал, мерзко или интересно мне было это читать. Но я прочёл… До конца… Все три листа текста. Я, наверное, идиот? А этот безумный продолжал глумиться надо мной. Хотя, надо отдать ему должное, текст он правил бесподобно и очень быстро. Мне посоветовали одну редакцию для публикации новой книги, и я воспользовался предложением. Дурище! Да кто вообще слушает советы конкурентов? Конечно же, наивный старина Макс! Тьфу! В общем, меня и тут облапошили… А, впрочем, ничего нового. Но, как говорится, нет худа без добра! Утро. Меня высвистывают из редакции, и я приземляюсь многострадальной пятой точкой на гранитные плиты мостовой, вслед летит коробка с моими же вещами. Едва успеваю пригнуться и чувствую, как что-то горячее стекает по лицу. Поднимаю голову и вижу… настоящего Атланта! Холодный взгляд, ничего не выражающее лицо — как маска, собранные в хвост чёрные волосы и белый костюм… окроплённый кофейными водами. — Ой! — я стушевался. Сильная рука тянет меня за ворот и ставит на ноги, окидывая быстрым взглядом. — Очередной горемыка-писатель? — Ну, типа того… — чёрт, сильный… А атлант презрительно поворачивается к выкинувшим меня амбалам и спокойным голосом говорит: — Так и передайте Нанке, что если под моими окнами ещё раз будут летать юные дарования, то в его офис залетят все возможные проверки и комиссии, — и уже оборачиваясь ко мне, — Пошли, угощу чаем и заодно выслушаю твою исповедь. Подбираю вещи и почему-то семеню за атлантом, как примагниченный. В зале общей работы нас встречает шебутной ураганный секретарь, забирает коробку и смеётся над непуганым воробьём, то бишь надо мной… Выяснилось, что я не первый вылетевший из той конторы чужак. Этот цветастый всезнайка тоже побывал на моём месте, и симпатичная девочка с растрёпанными волосами и круглыми жёлтыми глазами, как у совы, да и вообще половина состава этой редакции. В общем, директор-атлант почитал мои статьи и зачислил меня в штаб в этот же день, но с испытательным сроком в месяц. И можно с уверенностью 90% сказать, что с этого момента мои дела наконец-то пошли в гору, без возникающих то тут то там оврагов и непроходимых бездн. Теперь мои тексты редактировал Сэр Лонли-Локли, несгибаемый и настолько прямолинейный, что порой хотелось расшибиться в лепёшку — и я втихаря продолжал переписываться с Безумцем… С Мелом я быстро подружился. Правда, я всё никак не мог понять, по девочкам он или по мальчикам? Но когда мы расстались с Меламори, той совоглазой брюнеткой, то все вопросы тут же отпали. Этот прохвост оказался самой настоящей сорокой в том, что касается одежды, но в остальном — бесспорным натуралом, который, недолго думая, на следующий день пригласил мою бывшую на свидание в ближайшую кафешку и закормил её мороженым. Проработав в редакции с пафосным названием «Чаша» полгода, я получил личный кабинет, но по привычке так и болтался эпизодически в зале общей работы. Когда темнело и все уходили по домам, я бежал к компу в самом дальнем и тёмном углу, желая — нет, жаждя! — переписки с Безумцем. Мел подшучивал, что у меня электронный роман, а я отвечал, мол, списываюсь с отцом и не могу этого сделать дома — всё недосуг купить ноут. Мы уже не так часто занимались выправкой текста, а, скорее, просто болтали. Чёрт, никогда бы не подумал, что можно так высокопарно говорить о всяких извращённых вещах! Но я за год привык и освоился с его стилем, и меня это уже вроде как не пугало. Хотя порой так и хотелось собрать манатки и пулей вылететь в другую комнату… или туалет… чтоб не видеть написанного!!! Думаю, воплотить его идеи в жизнь я бы не решился, как-то это уж слишком… Не знаю… Стоит об этом только подумать, как я сразу начинаю краснеть! *** Ночная тишина, свет монитора, и мои пальцы быстро перебирают клавиши. Дышу нервно, сбито, глаза, должно быть, горят, как у кошки во тьме… Безумец ждёт ответа, а я облизываю губы и чуть прикусываю язык, гуляя по клавиатуре ловкими пальцами, как заправский пианист. За моей спиной скрипнула дверь, и из кабинета директора упал тонкий луч света. Я, как пойманный зверёк, замер, надеясь, что меня просто не увидят. Ага, как же! А монитор выключить, Идиот?! С таким же успехом я мог бы наставить на себя прожектор. Вот он я, любуйтесь! Сижу, занимаюсь практически непотребствами… Дверь открывается шире, и оттуда выходит Лонли-Локли. Пиджак снят и перекинут через одно плечо, в руке телефон, и всё внимание сосредоточено на нём. Должно быть, заработался, и его опять кто-то терроризирует. Он растерянно отрывается от маленького экрана и с удивлением смотрит на меня. — Макс, почему ты ещё не дома? — и идёт ко мне. Я еле успеваю сделать новую вкладку, лишь бы хоть как-то скрыть эту непотребщину от начальства, а иначе… я не хочу терять эту работу! Шурф подходит, кладёт руку на моё плечо и наклонившись смотрит на мою страницу в Вк. — Я бы на твоём месте поменял аватарку, Вершитель. — хлопает меня по плечу и удаляется по направлению к выходу, а я амёбой растекаюсь по стулу и возвращаюсь к соседней вкладке. Безумный_Рыбник: и чего ты тормозишь? Или уже рукоблудством занимаешься? Так я только начал ;) Отправляю ранее набитый ответ и ему вдогонку делаю приписку: «Меня чуть начальник не спалил! Какое там рукоблудие…»