Буря внутри меня

      Эта ночь была лунной и очень тёплой, чтобы не сидеть в душной комнате, он вышел на улицу и просто дышал. Вредная привычка постоянно требовала достать из кармана сигарету и чиркнуть зажигалкой, но он боролся. Таким образом он наказывал себя, каждый раз придумывая себе всё новые неудобства: зимой самый колючий свитер на голое тело, от которого потом неделю не проходит раздражение, летом — наглухо застёгнутая куртка, чтобы было невыносимо жарко, отчего он перегревался и плохо себя чувствовал ещё несколько дней, теперь вот он отказывался от сигарет, борясь с собой. Каким будет следующее испытание для него, он ещё не придумал, но всё равно, ни одно из сотен придуманных им «наказаний» не могло ни на секунду отвлечь его от мыслей о ней. Она мерещилась ему в каждой прохожей девушке, хоть что-то, но напоминало её, будь то походка или кудрявые тёмные волосы, или звонкий смех, похожий на Маринин. В месте, где они выросли, где родилась их любовь, где они были друг у друга во всём первыми, он долго оставаться не мог. Его хватало на пару недель, а потом он снова сбегал, уезжал в город, пробовал учиться, работать, искать Марину, жить с матерью, даже пытался найти отца, о котором родные никогда ничего не говорили, но всё тщетно. Рано или поздно мысли возвращались к любимой, которой и след простыл, от этого становилось плохо, а самое паршивое было то, что она винила его в том, чего он не совершал, и даже не давала возможности объясниться. А ему было, что сказать! И больше всего ему хотелось пересказать ей разговор с её бабушкой в последний вечер её жизни. Если бы он тогда знал…       Прошёл почти год, но легче не стало. Время не лечит, как говорится в сказках, время лишь притупляет боль, будто ранка затягивается корочкой, но стоят её зацепить или намеренно ковырнуть ногтем, как больное место пронзает болью. Воспоминаниями и фантазиями Влад ежесекундно бередил рану, оставшуюся после ухода Марины, не давая ей зарубцеваться.       Он глубоко вздохнул и огляделся, пёс его бабушки снова куда-то запропастился, иногда он напоминал парню самого себя — время от времени бродил где-то, но каждый раз возвращался. В коридоре бабулиного дома зажегся свет, он сразу понял, кто попытается снова докопаться до него. Из-за двери показалась светловолосая девушка.       — Влад, ты чего не спишь? — она присела рядом и положила голову ему на плечо, от этого парень неуютно поёжился.       — Покурить вышел, иди в дом, — сухо ответил он, показательно доставая пачку сигарет из кармана.       Как же хотелось вытянуть одну! Почувствовать мягкий фильтр на губах, чиркнуть зажигалкой и поджечь её, мгновенный затяг избавит на секунду от многих мыслей и проблем, лёгкие окунутся в объятия сигаретного дыма, на языке останется терпкий вкус табака. Но нет, это наказание для себя он выдержит с твёрдостью.       — Иди внутрь, Света, — повторил он, поворачиваясь к девушке лицом. — Я сейчас приду.       — Хорошо, — согласилась девушка и, встав, поцеловала его в макушку. Он нервно дёрнулся, её поцелуи и прикосновения причиняли неудобства.       Он смог спокойно выдохнуть только когда девушка скрылась в доме. Как прекрасна эта ночь! Тихо, лунно, спокойно. Природа будто успокаивала бушующее сердце парня, убаюкивала его, и он был рад этому. Как-то по-детски, с тем же трепетом он ждал лето. Будто ничего не было, будто он не прожил год в постоянных терзаниях. Не было за этот год ни дня, чтобы он не думал о ней, и сейчас ему казалось, что завтра, когда наступит лето, всё будет как прежде — Марина приедет на целых три месяца, и в этот раз они уж точно больше ни на секунду не расстанутся.       Его передёрнуло, когда из-за соседского забора она услышал довольное поскуливание своей собаки. Вот он где! И чего он забыл в пустом дворе? Может, застрял где? Влад поднялся и лениво зашагал к соседскому забору, он никого не увидел.       Действительно, кто тут мог быть в четвёртом часу утра? Но то, что он услышал, заставило его напрячься и прислушаться. Девичий голос что-то ласково шептал кому-то. Мурашками покрылась кожа парня, будто среди тёплой летней ночи его с головой окунули в ледяную крещенскую прорубь. Сначала он подумал, что это снова плоды его богатого воображения, и он слышит только то, что хочет услышать, но, тем не менее, решил проверить кое-что. Днём он слышал от деревенских, что в доме бабы Люси кто-то видел свет, но сам Влад ничего странного не замечал. До этого часа. Он обошёл кустарник у забора, невольно хрустнув веточкой, и подкрался к калитке. И застыл на месте. Слово привидение в льняном белом сарафане девушка выпорхнула из-за зарослей амброзии выше человеческого роста. Она опасливо оглянулась, всматриваясь в то место, где секунду назад стоял Рамм.       Марина. Как много раз он представлял встречу с ней, в его голове она происходила по сотням разных сценариев, он много-много раз повторял про себя, что хочет ей сказать, так почему же именно сейчас он будто врос ногами в землю и не может пошевелить ни единым мускулом, хотя всё тело бьёт дрожью. А если это мираж? Если утром он придёт сюда и никого не окажется здесь? Если это всё сон, и даже сейчас он спит?       «Пусть хоть во сне, но я должен увидеть её!» — решил для себя парень и сделал смелый шаг в чужой двор.       — Марина? — его голос прозвучал не так твёрдо, как хотелось ему первоначально. Девушка не обернулась. Неужели и правда, сон? — Маришка, я узнал тебя.       Наконец, она повернула голову, её взгляд заскользил по нему, он будто чувствовал это.       — Здравствуй… — ответила она, сильно изменившимся за год голосом.       — Ты снова здесь, я не могу поверить… Значит, люди говорят правду? Ты вернулась? — он нёс какую-то чепуху, совершенно непохожую на то, какие слова он прокручивал каждый день в голове, представляя их встречу.       — И что же ещё обо мне говорят? — как можно более безразличным тоном поинтересовалась она.       — Многое, — отмахнулся гость, не спуская глаз со своей возлюбленной.       — Ты им веришь?       — Не всему.       — Зря! Ведь всё, что они болтают правда, — на этих словах девушка медленно повернулась лицом к своему полуночному собеседнику.       Сердце Влада оборвалось и упало куда-то в пекло. Перед ним стояла мечта — его Марина, готовящаяся стать матерью. Столько раз он представлял свадьбу с ней, её ослепительное свадебное платье. Интересно, какое бы она выбрала? Пышное или прямое? А может и вовсе не белое и не платье? Сейчас модно выходить замуж в брючных костюмах, может и ей понравилось бы такое одеяние? Сотни раз он фантазировал, как она с волнением в глазах подойдёт к нему и с небольшим страхом в голосе скажет, что беременна. Он бы подхватил её на руки, крепко-крепко обнял и больше никогда бы не позволил поднимать что-то тяжелее кружки чая, который он бы ей готовил.       Мысли материальны, слышал, Влад? Посмотри, твоя Марина беременна. А то, что не от тебя, так это извини, ты не уточнял в своих мечтах этот нюанс.       — Кто отец? — еле смог выдавить он.       — Какая разница? Ты ведь понимаешь, что не ты, — огрызнулась она и развернулась, собираясь уйти. Но парень внезапно схватил её за запястье, настойчиво останавливая. — Что ты делаешь? — она одёрнула руку, пытаясь освободиться от оков парня.       — Прости. Я сделал больно? — юноша ослабил хватку, и пару раз провёл пальцами по запястью девушки, нащупав на правой руке браслет из ниток. Она не сняла его, даже после всего, что произошло, несмотря на то, что носит под сердцем ребёнка от какого-то другого мужчины. Спустя столько лет его детский подарок был по-прежнему с ней. Означало ли это, что не всё потеряно? Могло ли это значить, что она всё ещё помнит и чувствует то же самое, что и он? Сможет ли он объясниться, взывая к их когда-то одной на двоих мечте быть вместе навсегда? — Я просто очень рад, что ты вернулась.       — Ты так и остался эгоистом!!! — наконец вскипела брюнетка, одёргивая руку. Все её попытки сохранить самообладание полетели к чертям.       — Почему??? — не понял он.       — Вот ты рад, что я вернулась. Да? Ты рад, что я тут стою ПЕРЕД ТОБОЙ. Беременная, возможно брошенная, униженная, натерпевшаяся страданий, оставшаяся ни с чем. А ты просто рад! — прокричала она на одном дыхании, разочарованно покачав головой. — ПРОСТО. РАД.       — Подожди, но, Марина, я не это имел в виду…       — Оставь меня в покое, — девушка подхватила полы своего платья и поспешила к крыльцу своего дома, желая, как можно скорее скрыться во мраке тёмных комнат.       — Тебе сейчас нужна помощь и поддержка, — продолжил он говорить вслед уходящей.       — Нет, мне сейчас нужны силы, чтобы со всем этим справиться.       — Я помогу тебе! — снова проявил рыцарство он.       — Мне не нужна твоя помощь! — повысила голос она. — Я справлюсь сама! Как и справлялась до этого!       — А я всё равно буду рядом, слышишь? Всё равно! — прикрикнул парень ей вслед, буквально забрасывая слова в медленно закрывающуюся дверь. — Всегда…       В этот раз он не позволит никому украсть её у него, она не сможет, как в тот раз, скрыться от него. Они поговорят! Хочет она того или нет, но он должен с ней поговорить, и это не только его желание, но и долг перед памятью её бабушки. Этот остаток ночи будет для него самым длинным. Она за долгое время так близко, всего лишь за стеной.       — Влад, ты где? — послышался голос Светы со стороны его дома, она звала его, но не видела. — Ты идёшь в дом?       В какой ещё дом?! Его место рядом с Мариной. И отсюда он точно не уйдёт! Ни этой ночью, ни следующей. Будет кормить собой комаров и муравьёв, но не сдвинется с места, не будет спать и, если потребуется, моргать. Ей придётся хорошенько подумать, как отвязаться от него, но она всё равно никуда не уйдёт. Он будет рядом. Как и обещал.