Антош, улыбнись, пожалуйста

      Антон приходил к Арсению через день уже несколько недель. Каждый раз он все никак не мог понять, что твориться с мужчиной. Странный вы какой-то, Арсений Сергеевич…       Среда. Прекрасный день для Антона. Ничто не могло его испортить. После учебы он сразу же отправился на свою подработку.       К Арсению он пришел часам к шести. Встречу у философа Арсений, видимо, уже забыл, раз не сказал ни слова про Волю и универ. В этот день он вообще был сам не свой: он был раздраженным и все время либо кричал, либо крушил все вокруг, что приносило не сильно много пользы Антону. Еще он был жутким придирой… — Антон, ты неправильно держишь метлу! — Шастун, только попробуй разбить ту вазу! — Шаст, если ты сейчас же не уберешь это, я не знаю, что тебе сделаю! Да что с вами сегодня, Арсений-Хуесений?       Несмотря на все его придирки, Шастун, держа язык за зубами, продолжал работать. — Шаст, прекрати елозить этой тряпкой! Выжми ее и вытирай нормально! Да ты щас получишь этой самой тряпкой, если я услышу хоть еще одно… — Шастун, убери этот мусор! — крикнул Арсений, указывая на только что разбитую тарелку. Арс-пидорас…       Пятница. Еще один прекрасный день, который невозможно испортить, хотя Воля уже попытался это сделать своими Марками и Кантами. Серега снова позвал выпить. А почему бы и нет? Пятница же       После последней пары Шаст вновь отправился убирать квартиры. Квартиру Арсения он оставил напоследок. Ну, что ты мне приготовил на этот раз?       Арсений впустил парня и ушел на кухню допивать чаек. Антон долго ожидал подвоха в спокойствии мужчины, но, вскоре, забил и продолжил нормально работать.       В доме было спокойно. Антон елозил тряпкой по полу, Арсений давно ушел в свои мысли, позабыв про чай. Он сидел за столом, смотря куда-то сквозь сахарницу, и помешивал чай ложечкой. Как-то

слишком

тихо…

      Антон взял перерыв и прошел на кухню к мужчине. Он поставил чайник на огонь, дважды убедившись, что он не электрический и что он ничего не сожжет, сел за стол к Попову. — О чем задумался? — сказал Антон, он не получил никакой реакции, тогда он наклонился вперед и посмотрел на мужчину снизу вверх. — Алле, Арсений, о чем твой пенек думает? — А? Да-да, ту тумбу тоже вытирать нужно от пыли, — проговорил Арсений, вернувшись в реальность. — О чем ты там бормочешь? — Юноша поставил ногу на ногу и отклонился назад. — Какую кашу варит твой котелок? — Не слишком ли грубые вопросы ты задаешь тому, кто платит тебе деньги? — спросил Арсений, неодобрительно взглянув на парня. — Вопросом на вопрос значит? — Антон хмыкнул и поменял ноги местами, почему-то гнева начальника он не боялся. — Антон… — устало протянул мужчина. — Я не в настроении говорить с тобой. — Да что такое? — наконец спросил парень, пытаясь заглянуть в глаза Арсения, но тот отвернулся, вроде случайно, а вроде и нет, не давая парню сделать это. — Не твоего ума дело, — фыркнул Арсений, глядя куда-то в окно. Антон пожал плечами и налил кипяток в чашку с уже не один раз использованным пакетиком чая. Да что с вами не так, Арсений Сергеевич?       Юноша сел пить чай, все еще стараясь уловить взгляд мужчины, но все его попытки оказались тщетны. Наступила звенящая тишина, которая, казалось бы, длилась вечно, но Антон то и дело нарушал ее, то позвякивая ложкой, то хлебая чай, то громко ставя чашку на стол. Арсений не желал говорить с парнем, он был погружен в свои глубокие и очень важные мысли. Ему просто было не до парня. Ну и идите вы в жопу, Арсений Сергеевич!       Антон что-то фыркнул себе под нос и, помыв чашку, отправился убирать квартиру дальше, иногда бросая короткий взгляд на мужчину, когда проходил мимо кухни. В одно из этих мгновений, ему все же удалось поймать взгляд мужчины, полный боли и отчаяния взгляд. И в этот момент в груди Антоши что-то кольнуло, он словно почувствовал ту печаль, которую сейчас испытывал Арсений. Но, почему?.. Это совершенно незнакомый тебе человек. Ты просто приходишь убираться к нему в квартиру. Вы с ним даже не дружите. Так, почему же кошки скребутся на твоей душе? Почему же тебе так тоскливо и больно?       Антон не хотел отвечать на этот вопрос. Он не знал ответа? Разве он не знал, как ответить на этот вопрос? Или ему просто не хотелось разбираться в причине, не хотелось возиться с этим?..

Не хотелось копаться в прошлом…

      Закончил он довольно быстро, Арсений же как будто и не сдвинулся с места. Он все еще сидел за столом, погруженный в свои мысли, однако теперь перед ним стояла чашка кофе. — Арсений Сергеевич, — уже более мягко и спокойно произносит Антон, чуть склонив голову вниз, как бы извиняясь. Арс не сразу замечает парня, но когда замечает его, стоящего в невинной позе, он легко улыбается. Тоша тоже улыбается и продолжает свою фразу, подойдя чуть поближе к мужчине. — Я закончил, могу я пойти домой? — Да, конечно, — Арсений вернулся в реальность и понял, что должен заплатить парню, да и за прошлую его работу тоже. Он встал и потянулся за кошельком, который почему-то лежал на подоконнике. — Сколько я тебе должен?       Антон получил свои деньги и ушел по своим делам. Перед уходом он вновь заглянул в глаза мужчины, и какое-то приятное тепло распространилось по его телу, заставляя его улыбнуться. В глазах Арсения уже не было той тоски и печали, которая была пару минут назад. Но, как долго эта боль не будет возвращаться к мужчине? Хвост Шаст, ты еще не забыл про наш вечер? Шааааст Тоша блен Только не говори, что снова все отменяешь

Шпала Все оки-доки

Хвост ??? Какие нахрен оки-доки? Ты что, уже пьешь там без меня втихаря?

Шпала Да буду я, не кипишуй Минут через 20 буду

      Удивительно, но Антон не соврал и реально был у Матвиенко через 20 минут. Сережа был только рад видеть друга, поэтому повел его сразу на кухню, где его уже ожидало вино и коньяк с различными закусками. — Прям как на поминках, — заметил юноша, садясь за стол, друг явно не обрадовался этой фразе. — Почему как на поминках-то? — открывая бутылку с вином, спросил Сережа. — Дак кто пьет вино с коньяком, дак еще и с закусочками? — усмехнулся Антон, глядя, как парень разливает вино по бокалам. — А че ты предлагаешь? — спросил Матвиенко, но, по ухмылке Шастуна, понял, что зря спросил. Через пару минут они переселились в комнату на пол, не забыв захватить с собой бутылки с вином и коньяком. Тоша так же откопал в комнатушке друга еще одну бутылку коньяка, которую припас его сосед по комнате.

***

      Суббота. Прекрасный день, чтобы отдохнуть, сделать дела, которые хотел сделать еще в понедельник, погулять или же проснуться утром с жуткой головной болью, что и сделал Шастун. — Бля… — Шастун поднялся с кровати, щурясь и придерживая голову рукой. Паренек прошел на кухню и начал искать что-нибудь, что сможет унять боль. — Ая-я-й, Антон, ругаться плохо, — усмехнулся Арсений и прошел к парню на кухню, Тоша порядком удивился этому. — Арсений Сергеевич, — начал Антон, смотря на него круглыми, как блюдца, глазами. — А что вы тут делаете? — Я здесь живу, — с усмешкой проговорил Попов. Он прошел на кухню и поставил чайник на огонь. Мужчина открыл шкафчик над раковиной и достал оттуда коробку с различными таблетками, мазями и прочими лечащими вещами. Чуть покопавшись в ней, он нашел нужную таблетку и протянул ее парню, который, как видно по его лицу, мысленно спрашивал себя: «Где я? Кто я?». — Откуда вы? — начал юноша, но Арсений его прервал. — Пей, давай и не задавай глупых вопросов, — грозно приказал Арсений, отчего Антон тут же проглотил таблетку. — А теперь послушай меня: еще раз ты вот так вот напьешься, и я тебе зарплату урежу. Ты меня понял?       Антон несмело кивнул и сделал пару шажков назад. Арсений не дал ему отойти далеко, он приблизился к нему и с силой нажал на плечо, чтобы юноша нагнулся. — Ты меня понял? — грозно прорычал Арсений ему на ухо, от чего по коже Антона пробежались мурашки, а головная боль на пару секунд усилилась — Понял… — проскулил юноша, сжавшись в комочек. Да что я вам сделал, Арсений Сергеевич?

***

— Думаю, он не будет против, если мы сделаем пару глоточков, — сказал Антон, садясь на свое место, Серега с ним согласился. — Кстати, где этот твой. — Дима? Да хрен его знает. Гуляет где-то, — сказал Серега, попивая винцо. — Не, я про твоего соседа, у которого мы одолжили бутылочку, — уточнил Антон, покрутив бокал с вином и сделав небольшой глоток. — Так Димка и есть мой сосед, — напомнил ему Серый, сделав еще пару глотков, — ты совсем себе мозги хлоркой вымыл?       Бокал за бокалом они выдули бутылку, затем вторую и перешли на коньяк, уже играя в бутылочку. Антон открыл коньяк и сделал пару глотков с горла, Сережа допивал винишко.

***

      Мужчина отпрянул от него и снял чайник с огня. Он сделал чай и пару бутербродов и подал все это на стол. — Бон апети. Ешь и принимайся за работу, — фыркнул мужчина, усаживая высокую шпалу за стол. — Работу? — переспросил все еще ничего не понимающий Тоша. — Какую работу? Сегодня же не мой день — Обычную, — фыркнул Попов, — считай, компенсация за вчера. А что я такого вчера сделал?       Хотел было спросить Шастун, но уперся на грозный взгляд мужчины и желание что-либо спрашивать отпало. Шастун отвел взгляд и начал рассматривать чаинки в чашке, пытаясь вспомнить, что же он вчера такого натворил, что Попов так разозлился на него. А злится ли он на него?       Шастун снова посмотрел на мужчину, внимательно рассматривая каждую его мышцу и пытаясь понять: злится ли он на него или же просто срывается на нем. Антон немного увлекся разглядыванием Арсения, он даже успел пару раз забыть, зачем вообще начал разглядывать его лицо, но вскоре вспоминал причину и продолжал усердно пытаться что-то понять. Арсения уже начало напрягать то, что на него так неприкрыто пялятся. Ему стало не по себе, так что он встал и поправил свою рубашку. — Что ж, ешь быстрее и иди работать, — сказал он, прокашлявшись и сложив руки в замок. В его голосе уже не было той грозности, что была пару минут назад. — А мне нужно сделать еще кое-какие дела в городе. — Какие? — случайно ляпнул Антон и пожалел об этом. Попов холодно посмотрел на него и вздохнул. — Не твои заботы, солнышко, — невнятно произнес Арсений, но Шастун все равно услышал эти слова. Мужчина хмыкнул и ушел в коридор одеваться. Какое нахрен солнышко???       Вскоре Арсений ушел, а Шастун остался в доме в полном одиночестве. Вздохнув, он доел свой завтрак и принялся за работу. А я впервые в этом доме один остался.       Антон надел наушники, чтобы было не так скучно, и принялся убирать квартиру. И пока в наушниках играл плэйлист бывалого меломана, в котором после тяжелого рока идет классика, Шастун потихоньку наводил порядок в комнатах. Он и не заметил, как быстро пролетело время, и он почти закончил с работой по дому. Антону осталось убрать только комнату Арсения и огромную, по меркам Шастуна, гостиную.       Так как он не любил ту комнату за ее размер, он решил оставить ее напоследок. Антон подошел к комнате Арсения и положил руку на золотую ручку. Парень нажал на нее и дернул дверь на себя. Заперто. — Че? — Антон сначала пришел в недоумение, а потом ухмыльнулся. Он еще раз дернул дверь, дабы убедиться, что она случайно не оказалась открытой. Ну засранец, щас я тебе все выскажу!       Антон начал искать свой телефон по карманам, но проверив все карманы на своей одежде, телефон он так и не нашел. Шастун в панике начал перепроверять карманы, не веря тому, что он потерял телефон. Я забыл его у Сережи? А может дома оставил? Да не, я же сразу к нему пошел.       Шастун медленно съехал по стеночке на пол и схватился за голову. В наушниках заиграла грустная музыка. Телефон хоть и имеет привычку выпадать из карманов, но плеер засел в штанах парня на века. В нем же вся моя жизнь! Где я мог его просрать?! Вспоминай, глупая тыква, вспоминай!       Антон прикрыл глаза, чтобы лучше погрузиться в прошлое. Точнее он видел это в одном фильме и попытался повторить. Авось поможет… Что ж, дело ли в том, что Тоша решил вспомнить напрочь забытое прошлое или закрыть глаза действительно было хорошей идеей, но воспоминания потихоньку начали возвращаться. Многие из них были не ясными, размытыми, искаженными, но воспоминания были.

***

— Арсений Сергеевич! — крикнул Антон из комнаты. — Чего? — послышался голос Арсения из кухни. — Нееет, не так! — обиженно крикнул Антон и скрестил руки на груди. Арсений вздохнул и решил играть по правилам пьяного Тоши. — Что случилось, солнышко? — пролепетал Попов, от чего Антон широко улыбнулся и сел на кровать. — Где мой обещанный кофе? — Спросил Антон, слегка надув губки — Скоро будет, солнце! — продолжал играть Попов, чего только не сделаешь для паренька. — Он уже почти готов!

***

— Вспомнил, я оставил его на тумбочке в той комнате… — сказал, почему-то, вслух Антон. Он склонил голову вниз и тихо проматерился. — Я заставил звать меня «солнышком»… Бляя… Ну я и лох…       Парень поднялся и пошел убирать ненавистную гостиную. Включив музыку громче и взяв тряпку в руки, он принялся вытирать пыль с полок. Тоша полностью погрузился в работу и песню. Он не замечал ничего вокруг себя.       Пока Тоша убирался, Арсений искал себе новую звезду. На организацию кастинга у него денег не было, так что пришлось искать кого-то своими двумя. «Москва — город возможностей» — говорили Арсению, — «поезжай, найдешь звезду». Ага, как же. Арсений обегал пол города, веря, что этот парень, или эта девушка, станет его новой звездой. Но, все они были какими-то не такими. То не было таланта, то «звезда» слишком зазнавалась… В общем, не везло Арсению. Он решил заглянуть к своему старому другу — Паше. Павел Воля и Арсений Попов дружили уже около пяти лет и еще ни разу не разочаровывались друг в друге. Паша был всегда рад такому гостю, как Арс, а Попов всегда впускал Волю в свою квартиру. Трудно сказать, когда и с чего началась их дружба. Она возникла внезапно и сумбурно для всех, кому они рассказывали о ней, когда их спрашивали.       А началось все с Арсюшкиных побегушек по всему городу и поисков акварели для Анны. Дело в том, что творческая личность на то и творческая, чтобы в три часа ночи ей внезапно захотелось бы порисовать акварелью. А кого нужно звать, когда тебе что-то хочется? Правильно, Арсения.       К этому времени мужчина только-только лег в кровать и сомкнул глаза, как внезапно раздалась уже раздражающая мелодия звонка. Подняв трубку и поняв, что же желает его звездочка, он слегка ахренел. — Звездочка моя, может, ты подождешь до утра, когда хотя бы один магазин откроется? — пытался выиграть себе сон Арсений. — Может, ты всё-таки ляжешь спатьки и дашь мне тоже поспать? — Арсений, эти краски нужны мне сию же секунду, — настояла девушка. — Все, никаких возражений.       Девушка повесила трубку, а Арсений остался наедине с самим собой, почему-то чувствуя себя мужем беременной дамы. Он привел себя в порядок, выпив чашечку экспрессо, и, умывшись, начал думать, где ему блять в три часа ночи взять акварель. Спец магазины уже давно закрыты, а в круглосуточных вряд ли найдется подобная вещица. Кроме того, Анна ненавидит дешевую подделку, так что если Арсений не принесет ей качественную акварель, то ему снова нужно будет бегать по городу и искать уже качественную акварель. Пару минут Арс просто сидел на кровати, не понимая, что происходит. Потом он сидел, пытаясь понять, где ему, черт возьми, взять акварель в три часа ночи. Было у меня пару художников в друзьях.       Арсений взял телефон в руки и начал листать список контактов. Он пытался вспомнить, как звали того художника, который был параллельно и звукорежиссёром. Дан? Дин? Джек?.. Арсений вздохнул и нашел имена на Д в своем телефоне. Джастин!       Арсений нажал на контакт, и раздались длинные гудки. Арсений начал ожидать, когда ему ответят, если ответят вообще. А пока шли гудки, Попов продумывал сценарий разговора, но, ему это не пригодилось. Абонент не отвечал, спит, наверное, как все нормальные люди в это время. Арс не стал звонить ему еще раз, пожалев его. Ему не сильно хотелось будить кого-то посреди ночи.       Часики тикали, а мужчина все сидел на кровати, свесив ноги на пол, пытаясь придумать, где взять краски. Через пару минут Джастин ему перезвонил, чему Арсений был очень удивлен.       Оказалось, что художник вовсе и не спал в столь поздний час, а творил новый шедевр. — Вот не уймётесь же, — почему-то вслух сказал Арсений. — У вас что, будильник стоить на три часа ночи, чтобы творить? — Ну, можно и так сказать, — усмехнулся, ничуть не обиженный Джастин. — А ты чего в такую рань не спишь? — На это есть много причин, — отмахнулся Арсений. — А ты, случайно, не акварелью малюешь? — Неа, — хмыкнул художник, зажав телефон между ухом и плечом. — Маслом. А что? — Да, акварель мне срочно понадобилась, — вздохнул мужчина. — У тебя случайно не завалялась? — Неа, — повторил художник, добавляя к своей картине еще пару штрихов. — Акварелью неудобно писать, так что, прости, но ее у меня уже лет 10 не водится. — Жаль, — печально вздохнул мужчина, — а не знаешь, где ее взять-то можно? — Обычные люди покупают ее днем в магазинах, — усмехнулся парень. — Но, раз тебе она так срочно нужна, могу порекомендовать тебе одно место, только т-с-с-с, никому не слова.       Джастин сообщил ему, что есть в городе пара магазинчиков, в которых продают все для художников, и что работают они почти круглосуточно. Однако эти магазинчики славятся своими кусающимися ценами. Вообще, быть художником — удовольствие не из дешевых. Вы хоть видели цены на кисточки? А на бумагу? Это я еще не говорю о хороших красках. Именно о хороших, качественных красках, а не бурбет какой-то…       Арсений тот час же отправился на поиски этих магазинов. Попов вообще был человеком не просвещенным, так что подробно расспросил знакомого о красках: как они выглядят, какие лучше, как выбрать качественные и т.д. Хоть Джастин и не любил акварель, но о ней он знал практически все.       Ближайший художественный открытый магазин находился в нескольких километрах от дома Арсения. Он был в каком-то дворе. В этом магазине, по иронии судьбы, Попов нормальную акварель не нашел. Зато нашел партию красок, с надписью «Окварель». Пошутив в голове и мысленно посмеявшись, он отправился дальше на поиски.       В конце концов, объездив здоровую часть города, Арсений-таки нашел нужную ему краску. Он потянулся к ней и, положив на нее свою руку, почувствовал вовсе не картонную упаковку, а что-то теплое и мягкое. Чья-то рука. Попов поднял голову и увидел лицо человека, которое будто говорило, что не отдаст эти краски просто так. — Я извиняюсь, но я первый увидел эти краски, — сказал Арсений и потянул упаковку на себя. — Я извиняюсь, но я первый дотронулся до этих красок, — возразил Воля и крепко сжал коробку. — Да, но мне они нужнее, — более напористо заявил Арсений и попытался выхватить акварель, но Паша резко поднял ее вверх. — А ты докажи! — мужчина ухмыльнулся и ехидно посмотрел на Арсения. Тот слегка растерялся, но нашел, что ответить. — Нет, это ты мне докажи, что они тебе нужны, — Арсений чуть отстранился от него и оперся на правую ногу, выпятив левую вперед. Он скрестил руки на груди и посмотрел на противника как на говно. — Я их взял, значит, они мне нужны, — сказал Воля и опустил руку с коробочкой вниз, а вторую поставил на свою талию, а на его лице все еще сияла ухмылочка. — Но мне нужней, — повторился Арс и снова попытался выхватить коробочку, но Воля не дал ему это сделать. Арс так и остался в полусогнутом состоянии, вытягивая руки вперед, он поднял голову наверх, смотря то на книгу, которую Воля снова поднял вверх, то на ухмыляющегося мужчину. — Да господи, возьми просто другую с полки, — предложил Воля, смотря, как блестят глазки Арсения, когда он смотрит на акварель. Арсений на секунду отвлекся от мужчины и бросил короткий взгляд на полку, где пару минут назад лежала акварель. — Там больше нет, — в привычном для него тоне, доложил Арсений, вновь смотря на мужчину с акварелью. — Не мои проблемы, — заявил Воля в шутливом тоне и, показав ему язык, ринулся к кассе. — А ну отдай! — крикнул Арсений и побежал за Пашей, который бегал зигзагами между рядами. — А ты попробуй догнать! — фыркнул мужчина и подбежал к кассе, впихнув товар продавщице в руки, та пробила его и сказала ему сумму, которую он должен заплатить за краски. — Стоять! — запыхавшийся Попов, практически врезался в Волю. Он услышал цену и быстро вытащил купюры из кошелька и вручил продавщице. Она отдала ему сдачу и пакетик с красками. Попов, довольно улыбнувшись, направился к выходу. — Спасибо, что донес мои краски до кассы. — Так, а ну стоять! — фыркнул Воля и побежал за Арсением — А ты догони! — усмехнулся Арсений и побежал к машине, улыбаясь, как последний дебил.       Догнал-таки. Воля сел к нему в машину и не желал выходить. Он назвал свой адрес и велел ехать туда. — Я тебе кто, водитель? — спросил Арсений, ни капли не удивившись. — Раз краски мне купил, значит, и до дома довезешь, — заключил мужчина и закинул ногу на ногу.       Арсений хотел что-то возразить, но внезапно его телефон зазвонил. Он что-то фыркнул и поднял трубку. По обрывкам фраз Арсения, Воля понял, что краски Попову больше не нужны и победно ухмыльнулся. Арсений положил трубку и вздохнул. — Куда? — Спросил он у пассажира, заводя машину. Воля объяснил, как добраться до его дома, ибо адрес он не помнил. — Как звать-то тебя? — спросил Воля, поудобней устраиваясь на своем месте. — Попов. Арсений Попов, — представился мужчина, не сводя глаз с дороги. — А тебя как величать? — Павликом Волей, — весело сказал худощавый мужчина, глядя в окно. — Тут направо. — И зачем же тебе краски? На художника ты не сильно похож, — продолжал вести диалог Арсений, он повернул направо. — А зачем мне тебе говорить? — сказал Паша с ноткой серьезности в голосе. — Ты незнакомый для меня человек. Вдруг ты маньяк какой-то? — Не хочешь говорить — не надо, — хмыкнул Арсений, — твое право.       Остаток пути они болтали о всяком. Воля задавал какие-то философские вопросы, а Арс отвечал на них, иногда его ответы тоже были философскими. Воле понравился Арсений, по крайней мере, он был хорошим собеседником. Когда они подъехали к дому Воли, тот немного расстроился, что они так быстро доехали. — Так и не скажешь мне, зачем они тебе нужны? — спросил Попов, подавая выходящему из машины философу краски. — Неа, — слегка растягивая гласные, проговорил Павел. Он взял взял краски и закрыл дверь машины. — Ну, тогда прощай, — сказал Арсений через открытое окно Воле. Он слегка улыбался, глядя на философа. — Ты это, заходи, если че, — усмехнувшись, сказал Паша и облокотился о крышу машины. — Непременно, — с улыбкой проговорил Арсений и, подождав, пока Воля отойдет от машины, укатил домой.

***

— Что привело тебя на этот раз ко мне? — спросил Воля у гостя, попивая свое какао с корицей. — А что, мне нельзя просто так зайти в гости к старому другу? — спросил Арсений, макая очередную печеньку в чай. — Ага, знаю я тебя, — с усмешкой произнес мужчина, слизывая с себя шоколадные усики. — У тебя всего несколько причин приходить ко мне: либо у тебя какая-то проблема, либо тебе одиноко и ты хочешь внимания и мою коллекцию коньяка, либо тебе надо выговориться. — А ты хорошо меня знаешь, — усмехнулся Попов. Он хотел уже достать печеньку и понести ее в рот, но она не выдержала и упала назад в чай, расплескав его. Чай попал в первую очередь на рубашку Арсения. — Класс, теперь ее нужно будет стирать… — М, давай ее сюда, — сказал Паша, вставая, чтобы помочь другу. — Я как раз белое щас буду стирать. — Да ладно, не так все тут и серьезно… — рассматривая пятнышки, сказал Попов. — Не-не, я не позволю тебе идти на встречу в грязной рубашке. Снимай, давай, — приказал Воля, уйдя куда-то в другую комнату, видно, чтобы дать что-то надеть взамен грязной рубашке. Попову все же пришлось повиноваться Воле, иначе он бы так и не отстал, Арс только попросил его отвернуться. — Прям как девчонка… — фыркнул Паша, но все же отвернулся.       Когда Арс все же переоделся, Воля запустил стирку, вытер стол от чая и сел назад на свое место. — А теперь рассказывай, — приказал Воля, пристально смотря на Попова в черной майке.       Арсений не сразу понял, что он хочет услышать, но потом до него дошло. Попов начал рассказывать ему печальную историю о том, что перевелись в этом мире талантливые люди, одни только выскочки бездарные да идиоты с завышенной самооценкой остались. Выслушав эту историю, Паша вздохнул: — Мда… Все же эта майка мала на тебя. — Ты вообще слушал, о чем я говорил? — пробурчал Арсений, нахмурившись. — Слышал, слышал… — выдохнул Воля. — Только вот ни чем я тебе помочь не могу. Нет у меня знакомых певцов. — Я не знаю, что мне теперь делать, — печально продолжил Попов, попивая чай с размокшими кусочками печенья. — Да не переживай ты так, найдется твоя звезда, — решил подбодрить его Воля. — Не будет же она вечно от тебя прятаться. — Может быть, — уже более радостно произнес Арсений. — Все же, нужно будет устроить кастинг.       Машинка закончила стирать, так что Воля пошел разгружать белье. На улице было прохладно, так что свою рубашку Арсений сегодня точно не увидит. Пришлось Попову идти до дома в майке Воли, но тот против не был.       Придя домой, Арсений увидел Тошу, который явно был зол на мужчину. — Ар-рсений Сергеевич, какого хрена вы меня тут заперли?! — начал чуть ли не кричать юноша. — Ладно бы просто запер, дак ты еще и телефон мой в другой комнате закрыл! Нет, ну какого хрена?! — Тош, определись уже: на Вы ты со мной будешь говорить или на Ты, — сказал Арсений, проходя на кухню. — Что у нас на обед? — Я тебе не кухарка, чтоб еще и обеды готовить, — фыркнул Шастун. — Да и чего это ты меня Тошей зовешь? Я тебе не давал право меня так звать! — Ну, тише, тише, королевна ты наша, — в том же духе продолжил Арсений, рассматривая содержимое кастрюль и холодильника. — Мда, не густо… Сгоняй-ка в магазин и прикупи чего-нибудь. — Я не мальчик на побегушках, чтобы таким заниматься, — фыркнул Тоша и отвернулся, скрестив руки на груди. — Сдачу можешь оставить себе, — Сказал Арсений и дал парню косарь. — Хорошо, — Тоша выхватил купюру и, улыбнувшись, побежал в коридор обуваться. — Другое дело, — сказал Арсений, заходя в свою комнату. Он взял телефон юноши и кинул его ему, — телефон-то свой не забудь. — Агас, — Тоша поймал телефон и, спотыкаясь, выбежал из квартиры. Через пару минут телефон Арсения зазвонил. Это был Тоша. — А че купить-то? — Купи пельменей, — сказал мужчина, чуть подумав, — или еще чего-нибудь быстрого и вкусного. — Быстрого и вкусного… — задумчиво повторил Шастун, — Понял.       Антон положил трубку. Через пару минут ожиданий он вернулся в квартиру к Попову с большим пакетом. Попов начал распаковывать его и немного удивился. — Я думал ты просто пельмени возьмешь или дошик, — сказал мужчина, глядя на купленные парнем продукты, — да и где ты все это накупил всего на одну тыщу? — Места надо знать, — фыркнул Антон, подходя к столу с продуктами, — а теперь кыш отсюда! Ты мне мешать будешь!       Попову все же пришлось уйти с кухни, а Антон закрыл дверь, чтобы мужчина не подглядывал. Антон около часа возился на кухне, что только заставляло Арса нервничать и пытаться заглянуть, но Шаст прогонял его, обещая, что если он еще раз заглянет без разрешения, то получит метлой по голове. Запахи с кухни только пробуждали аппетит Попова. Чтобы хоть как-то отвлечься от еды, он засел за ноутбук, начав продумывать, где и когда будет проходить кастинг.       Спустя какое-то время Антон перестал греметь кастрюлями и пригласил Арсения к столу. Запахи с кухни уже давно соблазняли Арсения, так что он почти в ту же секунду прилетел на кухню и сел за стол. — Я и не знал, что ты умеешь готовить, — сказал Арсений, поедая содержимое тарелки. — А тебе и не надобно знать об этом, — усмехнулся Тоша, — ты ешь, давай, а то остынет — Надобно… Ишь какое слово знаешь, — усмехнулся мужчина, — Кстати, омлет вкусным вышел. — Это не омлет… — Тихо сказал Шастун. Он сказал это настолько тихо, что Арсений даже не услышал этого.       Арсений видно хотел еще что-то сказать парню, но телефонный звонок отвлек его.       Звонил Паша. Он вспомнил одну хорошую певицу среди первокурсниц, так что решил сообщить об этом Попову. Арс выглядел задумчиво, он даже есть стал не так быстро, как ел до звонка. — Невкусно? — спросил Антон, пытаясь вывести мужчину из своеобразного транса. Арсений молчал, он был погружен в свои мысли. — Арс… Арс, у тебя муха по щеке ползет. Но это тоже не вернуло мужчину в реальность. Тоша вздохнул и отложил вилку в сторону, он чуть привстал и потянулся к Попову.

Хлоп.

      Что ж, это помогло. Мужчина ошарашенно смотрел на Тошу, не понимая, что только что произошло. Тоша ухмыльнулся и медленно отстранил руки от уха мужчины и вернулся в более удобное для трапезы положение. — Муха, — проговорил Тоша, и указал на несуществующую муху, которая по идеи летала где-то в комнате. — Я прогнал муху. Хотел поймать ее, но она улетела. — Ммм… — многозначительно промычал Попов. Он проморгался и продолжил есть — Кто звонил? — спросил Шастун, доедая последний кусочек «омлета». — Один мой старый друг. Кажется, он нашел для меня новую звезду, — с улыбкой сообщил Попов. — А у тебя, были проблемы с поисками? — спросил Тоша, отправляя тарелку в раковину. — Угу, — Арсений кивнул, он поглядывал на парня. — Если эта девушка будет такой же, как и остальные, то придется вскоре ехать в другой город… — А что, в Москве таланты перевелись? — спросил Тоша с усмешкой. — Я конечно еще не проводил кастинг, но, не думаю, что найдется кто-нибудь нормальный, — сказал Арс и подбросил тарелку Шастуну в раковину. — А кастинг дорого стоит. — Эй, ты и сам можешь тарелку помыть! — фыркнул Антон, развернувшись к мужчине, который все еще стоял рядом с Шастуном. — А кому я деньги за уборку плачу, а? — с усмешкой спросил Арсений — Домохозяюшка моя.       Антон, видно, хотел что-то возразить, но против правды не попрешь, так что он повернулся обратно и злобно начал мыть тарелку. — Не называй меня так… Я не «домохозяюшка», и тем более не твоя… Тьфу ты, не твой, — фыркнул Шастун. — Какие мы сердитые! — усмехнулся Попов и отошел к столу, чтобы допить свой чай. — А кто убирается в моем доме и готовит мне, а? — Ой, да иди ты! — чуть ли не крикнул Антон. Он развернулся и брызнул на него водой, стекающей с его рук. — Эй, не брызгайся! — фыркнул Арсений. Как он ни пытался увернуться от брызгов, пару капель все равно намочило его одежду. — Шо, воды боишься? Тогда получай! — Антон уже домыл тарелку. Он набрал в ладошки воду и развернулся в Попову. — О, нет-нет-нет-нет… — Арс поставил чашку на стол и убежал куда-то в коридор. — Так-то тебе и надо, — усмехнулся Антон и пошел за ним. — Шаст, это уже не смешно, — чуть серьезнее сказал Арсений. Он залез на диван, думая, что Тоша там его точно не достанет. — Ты же в курсе, что воду потом тебе с пола убирать — Ну, ла-адно, ла-адно, — растягивая букву «а», проговорил Антон. Он поднес ладошки с водой ко рту и выпил все воду. Он развел руки в стороны, показывая, что в них нет воды. Арс поверил ему и слез с дивана. Он подошел к нему и хотел уже что-то сказать, даже улыбнулся, но не тут то было. Тоша — очень коварный мальчик. Он ухмыльнулся и Попов понял, что облажался, его улыбка быстро слетела с лица, когда Антон выдул на него струю воды. — Очень по-взрослому… — буркнул Арсений, пытаясь убрать воду с лица руками. — Хы, — Антон широко улыбнулся и вытер влажные руки о свои штаны. — Кстати, а чего это кастинг дорогой? Ты не можешь просто пригласить людей в свой дом? — Все не так просто, как ты думаешь, — начал Арсений. Он вытер лицо полотенцем. — Для начала нужно снять помещение, где люди в одном зале будут ожидать своей очереди, а в другом я буду принимать их. Так же нужен охранник, который не будет пропускать нетерпеливых вне очереди… — Чем тебе не угодил твой дом? — никак не мог понять Антон. — Люди могут ждать в коридоре, а ты можешь принимать их в своей комнате. — Антон, это не профессионально, — фыркнул Попов, — вряд ли кто-то захочет, чтобы его продюсер принимал его в какой-то зашарпанной квартире, а не в профессиональной студии. — Я бы хотел… — буркнул Тоша, — Тут уютненько…       Арсений не стал с ним спорить, так как понимал, что это бесполезно. Он махнул на него рукой и направился в свою комнату. — У меня есть еще дела, — сказал он с важным видом, — можешь идти домой. Мы такие занятые, что аж пиздец!       Тоша хотел что-то сказать Попову, но тот грозно посмотрел на него, давая понять, что лучше к нему не лезть и уйти, пока еще есть возможность. Тоша понял это, так что через пару минут в квартире Арсения снова никого не было, кроме, конечно же, самого Арсения.       Антон быстро спустился по лестнице и оказался на улице. Погода была не такой уж и солнечной, хотя синоптики уверяли об обратном. На Шастуне была легкая куртка, так что парень прижал руки к груди, чтобы было хоть не так холодно, особенно, когда дул ветер. Чем быстрее — тем теплее.       Антон направился к автобусной остановке, по пути обдумывая, что он будет делать завтра и как бы дать Сереже подзатыльник за вчерашнее. А что было вчера?..       К своему удивлению, события вчерашнего дня Тоша помнил отрывисто. Он дошел до остановки и начал переминаться с ноги на ногу, ожидая свой транспорт. Виной тому холод, или же просто плохая память Шастуна, но он не смог ничего вспомнить. В голове была та еще каша, но любую кашу кому-то да нужно расхлебывать. Именно этим Антон и займется, но дома, если в конец не замерзнет по пути и не превратится в льдинку.       Из своих мыслей Тошу вывела вибрация телефона в кармане, как, оказалось, звонил Арсений, что удивило юношу. Еще пару секунд Антон смотрел на «Тот еще пидор», светящийся на экране телефона, а потом, будто опомнившись, поднял трубку. Тоша, наверное, зря поменял название контакта, Арсений ведь не такой уж и плохой. — Тош, ты на каком курсе учишься? — сразу перешел к делу Арсений. — На четвертом, а что? — поинтересовался юноша, вглядываясь вдаль, чтобы не пропустить свой автобус. — А с первокурсницами знаком? — спросил Попов. — Нет, но… — пробурчал Шастун и хотел еще что-то спросить, но его нагло прервали. — Ясно, спасибо, — только и услышал Тоша перед тем, как мужчина повесил трубку. Че?       Антон отстранил телефон от уха и посмотрел на экран, пытаясь убедиться, что Арсений действительно повесил трубку. И что это было? Ни тебе здрасте, ни до свиданья! Ну что за манеры у человека! Ну и пидор!       Пока Тоша распинался, он пропустил свой автобус, от чего разозлился еще сильнее. Он решил больше не отвечать на звонки Попова, а только отправлять ему сообщения.       Домой Шастун попал только под вечер, ибо автобусы по субботам почему-то ездят реже, что Антон считал крайне странным. Дома его ждала такая же тишина и покой, которая царила у Попова дома. В отличие от остальных студентов, Антон не желал жить в общаге, так что снимал квартиру, на которую и тратил большую часть своих денег.       Квартира была небольшой. Она была однокомнатной, но Антону и этого было достаточно. Шастун всегда мечтал иметь свою тарелку, свою кровать, комнату, квартиру и, наконец, его мечта сбылась. Конечно, все свободное время нужно тратить на работу, чтобы оплатить ее, да чтобы еще и деньги на еду остались, но Антон был не против этого.       О его подработке мало кто знал, как и о его мечте. Точнее об этом знало всего два человека — Сережа и Дима, которому Сережа и рассказал, так как не мог утаить это от него.       В первые дни Антон обижался на Серого, считал его предателем, но вскоре простил, и их дружба стала только крепче.       Антон привык жить один, хотя, иногда тоска по дому и родным приходила и к нему, но это случалось редко, просто потому, что у него почти не было времени думать об этом.       Придя домой, Антон сразу плюхнулся на диван и укутался в одеяло, чтобы согреться. А пока его тело грелось, он пытался собрать пазл своих воспоминаний и понять, почему утром он оказался у Арсения. — Может позвать кого-то? — предложил Серега, закусывая водку бутербродом. — Одним играть в бутылочку скучно. — И кого ты предлагаешь позвать? — задал вполне логичный вопрос уже пьяный Антон. — Кого-кого… Иру, к примеру, — предложил Сережа и налил в бокал еще вина. — Нее, она не пьет. Да и нас отговаривать будет, — отмахнулся Шаст и задумался, что в пьяном виде было делать трудновато. — Может Диму? — Диму? Не думаю, что он обрадуется, что мы стырили его коньяк, — сказал Матвиенко, подперев голову рукой. — Не думаю, что ему понравится, что мы пьем его же коньяк без него, — фыркнул Антон и взял телефон в руки, решив, что хорошей идеей будет позвать кого-нибудь из людей, записанных в его контактах. Хоть на что-то же они должны быть горазды, да? Сережа подсел к нему и стал пялиться в экран телефона. — Может Витю? — предложил Сережа, глядя на контакт с этим именем — Кто это? — спросил Шаст, взглянув на друга, он не сразу понял, что к чему. — Это ты должен объяснять мне кто это такой, — сказал Серега, смотря на Шаста, как на идиота. — С чего это? — все так же не понимая что и кто, ответил Шаст. — Ну не знаю, — Сережа сделал вид, что задумался, а потом продолжил, уже переходя на крик. — Может, блядь, потому что это твой телефон и ты должен знать, кто у тебя записан! — А, этот Витя, — наконец дошло до пьяного юноши, — Дак это этот… из этого… — Тот самый из того? — Спросил Матвиенко, допив вино из бокала. — Который с тем из того? — Ага, тот самый, — подтвердил Шаст, листая список контактов, чтобы найти людей. — А этот? — Сережа указал ему на человека под именем 'Женя-везеня' — Это… Парень, который в лотерею выиграл, — сказал Антон, удивившись, как он еще помнит его. — Звони, — почти приказал Сережа, опустошая последнюю бутылку вина. — Нее, — протянул Антон, листая контакты дальше, — мы с ним не в лучших отношениях. — Тот не идет, этот тоже не нравится, — начал ворчать парень с бутылкой в руках. — Просто выбери рандомного человека и позвони ему. — Раз такой умный, че своим еще не звонишь, м? — спросил Антон и икнул, на что собутыльник усмехнулся. — Мне не так много людей телефон давало. Дай сюды, — Сережа отнял у Антона телефон и пару раз протиснул в конец список и самое начало. Он нажал на первого же попавшегося человека и позвонил ему, даже не посмотрев на имя контакта. — И кому ты звонишь? — спросил Тоша, на что получил лишь короткое ''кому-то''. Длиннорукий Тоша отнял свой телефон у друга и посмотрел на экран, на котором горела надпись ''Арс-пидорас''. Тоша разозлился, что из более 50-ти людей, Сережа выбрал методом тыка именно Арсения. — Ты идиот, нахрена ты этому придурку звонишь?       Антон наконец-то смог скинуть звонок и сделал глоток из своей бутылки — Радуйся, что он не ответил. Я б тебя кофе напоил, если бы мои клиенты услышали меня пьяным, — фыркнул Тоша и, заметив, что Сережа его не слушает, несильно стукнул его в плечо. — Эй, гномик, ты меня слышишь вообще или слишком низкий для этого? — Я тут кое-че вспомнил, — сказал Серега, смотря куда-то вперед. Он встал и, слегка шатаясь, ушел в другую комнату. Тоша хотел пойти за ним, но сильное головокружение решило, что ему лучше сидеть и не рыпаться. Через пару минут Сережа вернулся, неся в руках какую-то коробку. — Че это? — спросил Шаст, глядя, как друг садится рядом с ним. Сережа ухмыльнулся и начал открывать. Коробку. Любопытство съедало Антошу с потрохами. Любопытство погубило кошку, оно сожрало Антона.

***

      Пять утра — время, когда ночь еще не ушла, а утро только-только начинает приходить, маленькими шажками. Антон лежал на мокрой от утренней росы траве и смотрел на небо. Он смотрел на полную луну, на мерцающие звезды, которые уже потихоньку начинают исчезать на бледно-синем небе. Антон улыбался. Он думал о звездах, о том как он мог лежать сейчас с Ирой, как мог слетать на одну из этих звезд. Было бы хорошо побывать на других звездах.       Из своих мыслей его вывел звонок. Антон достал телефон и прислонил его к своему уху, даже не смотря на контакт: — Ал-лё, — протянул юноша пьяным голосом и усмехнулся. — Антон, ты звонил мне вчера, — послышался голос. — Что-то случилось? — Да так, ничего особого, — пробормотал Шастун немного невнятно, — плостосручайно позвонил. — Эм, Шастун, все в порядке? — с беспокойством спросил Арсений. — Все за-е-бись, — ответил Тоша и засмеялся, Арсения напряг этот смех. Смех Тоши немного заглушал звук улицы. — А мне так не кажется, — сказал Арс таким необычным для него тоном, — Тош, где ты сейчас? — А зачем вам? — спросил Тоша с усмешкой и растянулся звездочкой на травке. — Я отвезу тебя домой, — ответил Арсений, он начал греметь посудой, наверное, мешал сахар в кофе — А если я уже дома? — снова задал вопрос Тоша и насмешливо ухмыльнулся. — Тогда я привезу тебе чашку кофе — тепло произнес Попов после короткой паузы. — Кофе? — переспросил Тоша и задумался, — а что, не плохая идея. Захвати еще пледик: тут холодно. — Хорошо, — радостно произнес Арсений. — Так может, скажешь мне, где ты? — Да хз вообще где я? — сказал Тоша и вздохнул. — Скажи, что ты видишь? — сказал Арс, снова помешивая сахар в чашке. — Я вижу. Я вижу Сириус. Вижу Большую медведицу. Кассиопею, — начал перечислять Антон все, что видит. — А что-нибудь из земных объектов ты видишь? — вздохнул Арс и отпил кофеек. — Из земных, — Шаст приподнялся и осмотрелся. — Ну. Вижу общежитие Серого, людей, светофор. — А где живет Серый? — задал вполне логичный вопрос Арсений. — Он живет тут, — сказал Антон, не переставая ухмыляться, он продолжил рассматривать звезды       Арсений вздохнул, как бы выражая какой Тоша идиот.

***

— Ааарс, ты не принес мне кофе, — начал ныть Тоша, когда Арсений приехал к нему на метро. — Кофе ждет тебя у меня дома, — сказал мужчина, помогая парню подняться. Антона все же подняли, но ненадолго: его ноги не смогли его удержать долго в стоячем положении, и башенка Тоша полетела вниз. Арс успел подхватить его и, выступив в роли опоры, снова помог ему подняться. — Так, ясно. Залезай на спину. — Че? — произнес Атон, стараясь сфокусировать взгляд на мужчине, чтобы он не был таким размытым. — На спину лезь! — приказал Арсений и повернулся к парню спиной. Антон поворчал, но все же залез ему на спину. — Знаешь, а я думал, что только у пьяных людей такие странные идеи бывают, — промямлил Антон. — Заткнись и не ерзай, — фыркнул Арсений. — Ты и так тяжелый. — А-арсений Сергеевич, — протянул паренек, звезды уже скрылись под синевой неба, так что искать их на небе было бессмысленно. Антон вздохнул и посмотрел вперед: на вечно куда-то спешащих прохожих, на проезжающие мимо машины и велосипеды. — Чего тебе? — спросил Арсений, неся тушку-Тошку к метро. — А Вы знаете, почему зажигаются звезды? — спросил юноша, прижавшись к мужчине, чтобы не упасть. Арс задумался. — Ну, массивный газовый шар, излучающий свет и удерживаемый в состоянии равновесия силами собственной гравитации и внутренним давлением. Звёзды образуются из газово-пылевой среды в результате гравитационного сжатия, — задумчиво произнес Арсений. — Не, Арс, я не об этом, — словно обиженный ребенок, произнес юноша и вздохнул. — А еще температура вещества в недрах звёзд измеряется миллионами кельвинов, а на их поверхности — тысячами кельвинов, — продолжил Арсений как будто и не заметил слов юноши. — У тебя в голове встроенная википедия имеется? — с некой иронией спросил Антон и зевнул. — Ну, может и имеется, — усмехнулся Попов. — Ты, это, главное не засыпай, я твою тушу долго тащить не буду. — Так зачем же зажигаются звезды? — снова задал вопрос юноша. — Не знаю, — признался Арсений и поставил парня на ноги, так как они уже пришли к метро. — Вот и я не знаю, — вздохнул Тоша и посмотрел на мужчину, который явно ожидал услышать правильный ответ на этот вопрос. Антон ухмыльнулся и потопал дальше сам. — Что? Ты ожидал какой-то философский ответ от пьяного меня? — Следи лучше за дорогой, — фыркнул Арсений, поняв, что ничего толкового из парня сейчас не выйдет.

***

— Арсений Сергеевич! — крикнул Антон из комнаты. — Чего? — послышался голос Арсения из кухни. — Нееет, не так! — Обиженно крикнул Антон и скрестил руки на груди. Арсений вздохнул и решил играть по правилам пьяного Тоши. — Что случилось, солнышко? — нежно произнес Попов, от чего Антон широко улыбнулся и сел на кровать. — Где мой обещанный кофе? — спросил Антон, слегка надув губки. — Скоро будет, солнце! — продолжал играть Попов, чего только не сделаешь для паренька. — Он уже почти готов! — Поторопись, а то твое солнышко сейчас заснет от скуки, — сказал Антон, взяв в руки какую-то рамку с фотографией с полки и начав рассматривать ее. На фотографии была девушка с милой и искренней улыбкой. Ее глаза были закрыты, на щеке красовалась милая ямочка, а на руках у нее был ребенок, одетый в красный комбинезончик. Почему-то Шастун не умилился этой фотографии, а даже наоборот опечалился и расстроился. Шастун распластался на кровати мужчины и продолжил рассматривать портрет этой милой девушки с ребенком. У Арсения есть жена. И ребенок.       На этой ноте Антону стоило бы порадоваться за мужчину, за то, что он нашел себе прекрасную девушку, женился, за то, что она родила ему ребенка и они, возможно, счастливы, но что-то не дало ему это сделать. Снова какая-то странная печаль захватила душу юноши, и он печально вздохнул. — Тош, прости, кофе у меня закончилось, но думаю, какао тоже подойдет, — радостно произнес Арсений, входя в комнату. Свой кофе Тоша не дождался. Он так и уснул на кровати Арсения, держа в руке рамку с фотографией. Арсений улыбнулся тому, как парень мило сопит на его кроватке. Попов поставил чашку с какао на тумбочку и укрыл юношу, забрав фотографию из его рук. Шастун немного поворочался и продолжил спать. Попов закрыл шторы, чтобы яркие лучики солнышка не разбудили парня, взял какао и чуть ли не на цыпочках вышел из комнаты. Он прикрыл дверь и ушел по своим делам.