Глава III. Спасение в полицейском участке
26 мая 2018 г., 20:44
1986 год. Семь лет спустя.
Семь лет спустя Роуз всё ещё выживала. Она не помнила родителей. Не помнила тот вечер, когда Виктор оставил её у приюта. Помнила только нож — он всегда был с ней. В Готэме в тот год случилась ещё одна трагедия. Брюс Уэйн потерял родителей. Но Бёрнс было плевать на миллионерских сирот. У неё были свои проблемы, а Уэйны в её мир не входят. И с тех пор вестей о мальчике не было слышно. Розмари сдержала обещание. Она научилась давить на жалость — когда получалось. Когда нет — воровала. Продукты, одежду, мелочь из карманов. Иногда сама не понимала, зачем крадёт то, что ей не нужно. Руки сами тянулись. Привычка. Одевалась она всё в то же: футболка, джинсы, растянутый кардиган, кеды. Один раз украла сотовый — новенький, чёрный. Долго не могла понять, зачем он ей. Но телефон был, и это грело. Бёрнс училась на своих ошибках каждый день. Она знала, куда лучше свой нос не совать, ходила одна и была сама себе на уме. Понимала, что сотрудничество с местными тинейджерами Готэма к добру не приведёт. Выживала в городе с десятилетнего возраста и мошенничала ради этого. Жила в коробках, в подвалах, в заброшенных домах. Иногда, в редкие минуты, ей нравилась эта свобода. Но чаще хотелось есть и спать в тепле. В Готэме менялась власть. Фальконе исчез — говорили, Пингвин его убрал. Фиш Муни, по сплетням сирот, залегла на дно. Объявился какой-то Тео Галаван со своей сумасшедшей сестрицей. Роуз читала газеты, которые находила в мусорках. Следила. Запоминала. В городе информация стоила дороже денег.***
Торжествующе прогуливаясь по улицам дневного Готэма, Бёрнс не могла нарадоваться победой. Фиш Муни, которая отлавливала бездомных детишек, исчезла. Можно было не прятаться по углам. Это было правдой — владелица клуба была сослана из города навсегда. Рози злорадно посмеивалась у себя в голове. Она шла по бульвару, разглядывая лавки, и думала, что неплохо бы затариться едой без привычной беготни от продавцов. Роуз скользнула глазами по толпе. Выбирала. Посолидней. Пожирнее. Цель нашлась быстро — мужчина в длинном фраке-пальто. Она подкралась, ловко запустила руку в карман, выудила бумажник, по привычке. И в ту же секунду он обернулся. Бёрнс шлёпнулась на асфальт, зажав в кулаке краденое. Подняла глаза — и обмерла. Голубовато-бирюзовые глаза. Чёрные волосы. Вывихнутая нога. Трость. И улыбка — обольстительная, как у манерного соседского мальчика. — Пингвин! — шокировано выдохнула Роуз. Освальд Кобблпот склонил голову, разглядывая её с ленивым интересом. Улыбка стала шире. Судорожно сглотнув, она убрала бумажник подальше от глаз хозяина. Роуз отползла назад. Пингвин шагнул ближе, прихрамывая. Из-под пальто показался револьвер. Он всё также двояко улыбался. — Милая, — сказал он ласково, — ты знала, что красть у влиятельных людей — плохая идея? — А ты знал, что если бы не такие, как ты, у меня был бы дом? — огрызнулась она. Он выстрелил, не целясь. Пуля ушла в молоко. Роуз вскочила и рванула прочь. — Чёртова дрянь! — заорал мужчина ей вслед, прихрамывая и размахивая револьвером. — Я не Пингвин! Я Освальд Кобблпот! Запомни, прежде чем сдохнешь! Сердце девушки стукнулось о грудную клетку, когда она почувствовала, как вторая пуля догнала её в переулке. Вошла в икру, разорвала мышцу. Роуз закричала, упала, но тут же вскочила и побежала дальше, оставляя за собой кровавый след. Слёзы катились по щекам, улетая в воздухе и резко капая на дорогу, где она бежала. Позади хромал Пингвин. Он не отставал. Роуз вылетела к полицейскому участку, споткнулась о ступени, рухнула. Поползла вверх, цепляясь пальцами за бетон. Оглянулась — Пингвин был в десяти метрах, целился. Она закричала — не своим голосом, на одной ноте, срывая горло: — Детектив Гордон! Полиция! Кто-нибудь! Через мгновение несколько сотрудников и сам Джеймс выбежали из здания на помощь. Оперативник отряда расспрашивал Розмари, а девушка растеряно осматривала территорию полицейского участка. Пингвина как след простыл. Команда разделилась по периметру в поиске. — Почему его нет? — поражённо проговорила Роуз. Она зажимала рану ладонями, кровь сочилась между пальцев. Гордон опустился рядом, глянул на икру. Кивнул кому-то: — Нужна Томпкинс. Быстро. Бёрнс подняли, понесли в здание. Она оглядывалась, всё ещё не веря, что Пингвин ушёл. Внутри было светло и стерильно. Женщина в белом халате, Лесли Томпкинс, жестом указала на кушетку. — Сейчас посмотрим. Роуз стиснула зубы, когда та начала разрезать штанину. Ли работала быстро, молча, только изредка поглядывала на неё. — Повезло, — сказала наконец. — Мышца задета, но кость цела. Заживёт. Роуз выдохнула: — Спасибо. Пока Томпкинс оказывала первую помощь где-то в стенах здания правосудия, Гордон обошёл участок по периметру. Детектив негодовал — Пингвин не мог так быстро скрыться с больной ногой. Из переулка, цокая каблуками, вышла женщина. Блондинка, завитые локоны, улыбка — слишком широкая, слишком сладкая, чтобы быть настоящей. Гордон моргнул. Барбара, которая должна была сидеть в лечебнице. — Давно не виделись, Джимми! — пропела она, помахала рукой и достала пистолет. Гордон не опустил своё оружие. — Барбара, — голос офицера Джеймса не дрогнул. — Что ты здесь делаешь?
