Самый черный лебедь

       Выйдя из рощи Кунж, Ветка быстрым шагом направилась к своему предполагаемому жилищу, ориентируясь по неряшливым линиям на бумажном свёртке. «Картограф из помощника Новахо никудышный…» — подумала Ветка, вспоминая четкие, выверенные до сантиметра линии на красивых картах Виктора Белоножки.        Трудностей в и без того сложный поиск на неизвестной местности по незнакомым ориентирам добавляли появившиеся из ниоткуда люди. Ваарисы из различных племён просто заполонили улицы поселения Новахо, причём характер их движения был отличным от вчерашнего — никаких неторопливых прогулок, никакой робости в движениях у новоприбывших Ваарисов, сплошная суета и даже хаос!        «Что здесь происходит? Куда все бегут?» — спросила Ветка у первого пробежавшего мимо неё паренька, но тот даже не обратил на неё внимания. Приближаясь к перекрестку, Ветка отметила, что часть Ваарисов бежит именно от «кармана» между домами, а часть стремится к эпицентру. Ветка решила последовать примеру вторых — трусцой она направилась к месту заварушки.        Бесцеремонно расталкивая индейцев, она пыталась пробиться в центр шумихи, но природная хрупкость и боль в теле мешали ей достичь желаемого.        — Куда же ты лезешь? Беги, чернявка! — прокричал ей какой-то испуганный парень со взъерошенными волосами, влетевший в Ветку на полном ходу.        — Как ты меня назвал? — спросила Ветка у парня, держа высоченного парня за воротник. Её крайне разозлило новое данное ей спонтанное прозвище. «Чернявка» ей нравилось даже меньше, чем «Ветка». Кровь просто закипела внутри и она уже была готова хорошенько врезать этому пугливому остряку, однако в нескольких метров, за плотной стеной людей раздался сильный вопль, а после — аплодисменты и свист. Бросив парня с «длинным» языком, Ветка продолжила пробиваться сквозь толпу и преодолев последний ряд вдохновленных зрителей, ей предстала ужасная картина…        Пухленькая девушка с сильным отёком на лице безуспешно пыталась вырваться из импровизированной людской клетки, но раз за разом она встречает отпор бездушных Ваарисов, жаждущих зрелища и, возможно, боящиеся соперничества… Девушка встает с земли, прихрамывая и держась за лицо, направляется к краю арены, не произнося ни слова, но всем своим видом умоляя выпустить её, но приближаясь слишком близко, её неровную походку прерывает мощный удар в бедро, валящий в миг с ног.        Ветка, не дожидаясь развязки нечестной битвы, выпрыгнула на арену, где кроме неё двое здоровенных парня самодовольно, подняв руки вверх, принимали овации публики, а третий — не торопясь приближался к бедной девушке, которую ногами выпинывали чуть ли не в центр круга.        Не кривя душой, можно было сказать, что Ветка и все те, кто убежал задолго до её прихода, просто боялись вступиться за девушку. Помочь ей — значит присоединиться к публичному избиению. А кому захочется получать тумаков? Никому… Но Ветка отличалась от других именно тем, что её тело и так было усыпано ссадинами и синяками, а в сердце, с недавних пор, жила решимость! Ну или… должна будет непременно жить! Не быстрыми, но достаточно уверенными шагами она шагала вслед огромному парню, стремящегося вновь поиздеваться над девушкой.        — Эй, ну-ка стоять, облезлый кошак! — крикнул явно не из толпы, но в ту же сторону, куда направлялась Ветка, слегка писклявый, но точно не девчачий голос. Сразу после дерзкого выкрика из ниоткуда на огромного парня с голым торсом вылетел мелкий мальчуган в пёстром черно-желтом комбинезоне, по виду которого можно было точно сказать, что его владелец побывал на земле сегодня не один десяток раз. Желтая ткань в районе локтей слегка окрасилась красным, под левым глазом красовался яркий фингал, а изодранные колени придавали не столько воинственного виду, сколько жалкого… Но жалким этот парень не был! Не взирая на своё потрепанное состояние, он без малейшего сомнения вновь встал на ноги и преградил путь высокому и широкоплечему парню, похожего на взрослую гориллу в нелепых красных бархатных штанах, который чуть ли не вдвое больше него.        — Ты мне начинаешь нравиться, сопляк! Просто обожаю хлюпиков, которых можно избивать бесконечно! Но знаешь, что мне нравится еще больше? — очень грозным, больше похожим на рык голосом обращался парень в одних штанах к избитому коротышу, — Я обожаю страдания! Слезы! Вопли! Мольбы о пощаде! Всё то, чем ты будешь меня сейчас радовать! — насмехаясь, кричал он, очевидно готовясь нанести удар по пареньку в цветастом костюме. Ветке такой расклад совершенно не понравился и она мигом опередила громоздкого любителя страданий, стремительно ударив с прыжка его в спину. Парень от неожиданности плашмя рухнул на землю, подняв над собой столб пыли.        — Ты еще кто? — не столько обозленно, сколько удивленно и с некоторым налётом оскорбленности, всё тем же рыком спросил горилообразный парень, быстро вставая с колен.        — Я?.. — потупившись спросила Ветка, совершенно не представляя, что ему нужно ответить и понимая, что сейчас придется драться уже по-настоящему.        Тем временем, парень с голым торсом, покрытым густым ковром из черных волос, был просто в бешенстве! Его явно задело и падение на колени, и падение на землю, но его лицо наполнялось яростью с каждым шлепком по изящным бархатным штанам, который не приносил желаемого результата — грязь в них въелась глубже, чем он даже мог представить. Скрежет его зубов можно было слышать, наверное, даже за пределами материка! «Я тебя разорву!» — сквозь зубы, брызжа слюной прорычал любитель страданий и немедля набросился на Ветку размашистым ударом рукой. Ветка довольно легко увернулась, но оппонент, не смотря на внушительные размеры, был довольно ловок и стремительно нанес второй и третий удары! Каждый из них, Ветка избежала, но не так легко как первый.        Пропорционально количеству промахов росло и бешенство её визави, от чего он становился заметно быстрее и непредсказуемее. С трудом уклоняясь, Ветка поняла, что её выносливости не хватит, чтобы продолжать в том же духе, а дать отпор такому громиле — задачка не из легких! Сосредоточив внимание на перекатах и уклонениях, стараясь не выпускать из фокуса зрения своего врага, Ветка не заметила как сместилась к краю арены, где жаждущие зрелища и крови Ваарисы других племён нагло подхватили её за руки и вытолкнули прямо навстречу разъяренному бойцу. Ветка не растерялась, моментально сгруппировалась и, прокатившись сквозь ноги, нанесла очередной удар в спину. Но, разумеется, этот выпад уже не был столь сокрушительным…        — Почему вы стоите как остолопы? — с прежней яростью крикнул своим друзьям униженный своей беспомощностью любимец толпы. Те двое, что только недавно купались в аплодисментах и хвалебных криках толпы, сейчас уже не знали, что должны сделать, продолжая растеряно смотреть на то, как маленькая проворная девчонка побеждает огромного парня. Однако повторный усиленный рык заставил их броситься на помощь.        «Уворачиваться от троих верзил — этому меня никогда не учили, а зря…» — подумала Ветка, вспоминая бездарность своих уроков в племени Черного Лебедя. Но, к сожалению, времени на ностальгию у неё совершенно не было — её медленно, но верно окружали. «Если драки нельзя избежать — бей первым» — крутилось в голове Ветки, но разум не подсказывал когда, кого и куда стоит бить. Когда же времени на раздумывания не осталось, нога Ветки сама поднялась и устремилась в колено парня, который шёл прямо на неё, а после крепко приложила его по лицу. Такого сильного отпора не ожидала и сама Ветка, а парня совсем покосило, чем Ветка попыталась воспользоваться и выпрыгнуть в образовавшееся «окно».        Непродолжительный свободный полёт закончился сильным и болезненным обхватом за талию, а после и вовсе броском на землю. От удара об землю у Ветки перехватило дыхание, а перед глазами мелькали лишь силуэты и пылевая завеса. Пребывая в максимально растерянном состоянии, Ветка не понимала, что ей предпринять, однако сильный пинок в ребра придал ей решимости и мотивации делать хоть что-то — она прижала руки к телу и начала просто кататься по земле. Маневр был какое-то время успешен и она не дала себя ни разу ударить, но успех прервался вместе с движением… Ощутив спиной какое-то препятствие, она открыла глаза и увидела над собой звериный оскал и глаза полные ярости! Это был зачинщик всего этого безумия — огромный парень с голым торсом и густой гривой, который не церемонясь, резко поднял Ветку с земли, чуть не оторвав ей руку.        — Ты хоть представляешь, что я с тобой сделаю, уродина? — шепотом прорычал он Ветке прямо в ухо, подняв её за руку над землей. Она же смиренно молчала, беспомощно дергая ногами в ожидании конца…        — Конечно! Ты её отпустишь, Берберия, — произнес буквально до боли знакомый голос позади любителя страданий, но Ветка не могла разглядеть за его могучим торсом владельца столь дерзких слов. И, похоже, некий Берберия был удивлен не меньше, отчего он медленно разжал руку Ветки и обернулся. Ветка же, потирая пережатую до посинения ручонку, не подымаясь с колен, переползла влево, чтобы посмотреть на своего спасителя.        «С самого начала было ясно, что эти ребята отморозки! О чём я только думала, когда вылезла защищать этого мальчугана? С другой стороны, если бы я не вмешалась, его бы поколотили до полусмерти! Но что делает здесь он?!» — вертелись мысли в голове Ветки, пока она смотрела в лицо своего спасителя одновременно и со злостью, и с благодарностью. Он же ни на секунду не отрывал взгляд от своего оппонента и, максимально сосредоточившись, будто сражался с ним глазами! Временами казалось, что он одерживал маленькую победу из-за чего позволял себе бросить беглый взгляд на Ветку. Но Ветку смутило лишь то, что его взор был устремлен не в глаза, а на голову, где красовалась черная повязка, закрывающая рану на голове.        — Как твоя голова? Не болит? — вдруг спросил этот тощий парень с такой интонацией, будто он просто остро переживающий друг, а не виновник этой травмы!        — Ни капли! — с особым гонором ответила ему Ветка на довольно неуместный в данной ситуации вопрос, ощущая острую резкую боль в голове, которой, что примечательно, и правда не было до появления «Энгеля». — Что ты вообще тут делаешь?! У меня всё под контролем! Вали отсюда!        — Тебе еще нельзя драться, — ответил он, полностью игнорируя Веткин вопрос и её предложение уйти, — лучше беги и пригляди за синицей! — продолжил он, кивнув в сторону убегающего со всех ног избитого парня в черно-желтом комбинезоне.        «И когда он только успел, проныра?!» — подумала я, оглянувшись. Еще мгновение назад мелкий мальчуган, по всей видимости, из племени большой синицы стоял за её спиной, а сейчас уже его пятки сверкают вдали! К слову, и та девушка, за которую он заступился, также растворилась где-то в толпе. Оценив ситуацию и поняв, что конфликт уже почти улажен, Ветка решила последовать совету своего спасителя — присмотреть за Ваарисом Большой Синицы.        Сложностей в преследовании мальчугана у Ветки не возникло — застав его у прелестнейшей красоты озера, переливающегося градиентом цветов от бирюзового у берега до фиолетового где-то вдалеке, у них завязался не очень продолжительный, но невероятно увлекательный диалог, в ходе которого она не столько успокоила избитого паренька, сколько познакомилась с ним и даже вдохновилась его взглядом на мир.        «Этот Синица предстал публике как слабый, но самоотверженный и храбрый индеец, доказав своё право находиться здесь — в величайшем племени всего Дикого Запада Новахо! Берберия, чьё имя называл тощий парень с зелеными глазами, явно выделялся своей физической силой и свирепостью, и тоже мог на равных бороться за титул Верховного вождя. Да и сам этот парень… Он ловок, храбр, безусловно силён и даже умеет искусно кидать камни! Неужели здесь каждый Ваарис настолько уникален и силён? И неужели, в конечном счёте, я могу хоть как-нибудь конкурировать с ними?» — гоняла эти мысли у себя в голове Ветка, медленно шагая в сторону своего дома, указанного на карте, небрежно нарисованной Даахиной Хаатом. Гул на улицах Новахо сменился умеренной тишиной, а хаос и беготня упорядочилась и стала более походить на спокойное течение реки.        «И всё же, как он оказался здесь? И чем закончилось его противостояние с этим лохматым пугалом?» — задумалась Ветка, оглядывая тот самый перекресток, где чуть более часа назад была настоящая бойня. «А что было, когда я упала тогда… После попадания камня в голову?» — спрашивала себя Ветка, вспоминая события того дня и держась за рану на голове, горящую огнём.        Наконец она достигла отметки на карте, которая гласила о том, что перед ней её собственное жилище! Внешне оно не нисколько не отличалось от любого стоявшего рядом здания — небольшое строение из гладкого черного камня, которое несмотря на свою уникальность и необычность уже не вызывало восторга и казалось обыденным. Но её внимание приковал рисунок справа от входа — величественный и грациозный черный лебедь в золотой окантовке, точно такой же как и на одежде! Она любовалась им, поглаживая гладкие грани безупречно отчеканенной фигуры. Сейчас, как никогда прежде, он вызывал у Ветки чувство гордости. Но чувство тоски по дому было доминирующим… Дабы не терзать себя грустными воспоминаниями, она вошла внутрь. Это удивительно, но внутренний интерьер разительно отличался от того, где она ночевала прошлой ночью: постель была значительно объемнее — на ней красовался какой-то мягкий шерстяной ковёр, каменный стол был накрыт белой скатертью, а по периметру комнаты стояли торшеры с негорящими свечами, что в купе делало жилище в разы уютнее.        «Этот Даахина — хороший человек! Нужно его непременно поблагодарить! Да и этого паренька…» — вспоминала Ветка глубокие зеленные глаза, наполненные уверенностью, силой и каким-то притяжением… Она точно поняла, что хочет еще раз встретиться с ним. «Чтобы поблагодарить его, чтобы… А как его зовут-то?!» — задумалась Ветка над таким глупым вопросом, неосознанно прогоняя в голове события сегоднешнего дня.