Пропуск в Вальхаллу

      Афина добралась до убежища, когда на землю уже спустилась ночь. Она не уставала мысленно благодарить светящийся камень в кольце — хоть яркость его и ослабевала со временем, он всё ещё помогал ей пробираться по лесным тропам в темноте. Беседа с Персефоной вымотала её не только морально, но и физически, а неблизкая дорога — тем более. Даже не проверив, как там Кэсси, богиня сразу уснула.       Паллада спала очень редко, но если уж засыпала — раньше чем через сутки проснуться было очень трудно. Вот и на этот раз она открыла глаза, когда солнце уже клонилось к горизонту, и оставалось лишь надеяться, что прошел один день, а не неделя. Кассиопы нигде не было видно, но тут уже Афина не могла её винить — лишь поморщилась от злости на саму себя. Не время поддаваться слабостям!       Поиски и призывы амазонки в окрестных лесах успеха не принесли и Афина начала всерьёз беспокоиться. Понимая, что пустая тревога делу не поможет, Паллада решила отправиться на Олимп. Зевс ведь всё равно звал — быть может, удастся ещё и что-то разузнать о подопечной. Вполне возможно, что он за ней наблюдал — всем олимпийцам было известно, что красивые смертные девушки являются слабостью Громовержца.              Но отец не желал обсуждать пропажу какой-то смертной девчонки. Его интересовало исчезновение куда более важной фигуры на игровой доске.       — И даже не пытайся мне врать! Все видели, что ты провожала пленников в Аид после того, как мой брат таинственно исчез с праздника. И его самого в последний раз видели с тобой, между прочим! А теперь он не откликается на мой зов, да и ты совсем распустилась! — Зевс умолк и тяжело вздохнул, пытаясь взять себя в руки. — Ты моя советница, а мне проще докричаться до Гестии, чем до тебя — и это при том, что Гестия совершенно не интересуется нашими делами. Афина, что происходит?       — Я не знаю, где Аид, отец. Я отвела Персефону и Орфея, потому что знаю дорогу, но и сама ломаю голову над тем, куда подевался твой брат.       — Дике, что скажешь?       Богиня правды лишь пожала плечами.       — Она не врёт. Но не забывай о том, что она может просто не говорить всей правды. Боюсь, что мои весы богиня мудрости способна перехитрить.              — Афина и правда? Вы издеваетесь, что ли? — раздался знакомый хохот. — У меня есть идея для твоего допроса, отец. Лучше спроси, для чего она собирает собственную армию. Думаю, эта тема способна заинтересовать тебя куда больше.       Вот только её здесь не хватало. Паллада развернулась к охотнице, которая опиралась на одну из колонн и ехидно ей улыбалась. Лишь губами — глаза были, как обычно, серьёзны и даже суровы.       — Ты неправильно всё поняла, Артемида, — вздохнула Афина. — Она не воин, я лишь спасла девочку от голодной смерти! Арес изгнал её из племени, и я…       — А я-то думала, что ты её похитила для любовных развлечений, — Артемида прищурилась и потянулась к колчану. — Знаешь, даже эта версия была бы правдоподобнее. Эта амазонка сейчас у меня, и она призналась, что Афина обучала её драться. А Арес подтвердил, что Афина сама его просила сообщать о изгнанницах. Она собирает армию, отец, и раз ты об этом не знаешь — вероятно, она собирает её против тебя. Ты ведь помнишь предсказание, не так ли?       — Артемида тоже не врёт, — бесстрастно заметила Дике.       Охотница, одобрительно кивнув богине правды, резко натянула тетиву и прицелилась в Афину.       — Только скажи, отец, и я избавлю тебя от угрозы!       Зевс обвел дочерей тяжелым взглядом. Задумался.       — Один солдат — это ещё не армия, Артемида. Но всё равно спасибо за информацию. Афина, я верю тебе. И не думаю, что ты пришла бы ко мне с просьбой помочь в поисках, если бы искать нужно было оружие, которое меня свергнет. Но если узнаю, что кроме этой девчонки ты обучаешь ещё кого-то… Моё доверие не безгранично, милая.       — Я и не собиралась больше никого учить, — Афина благодарно поклонилась Зевсу. — Эта девочка мне понравилась и я захотела ей помочь. У меня никогда не будет своих детей, которых я могла бы назвать героями — поэтому материнский инстинкт иногда срабатывает на чужих. Но я никогда не направлю их против тебя, клянусь.       Дике снова кивнула, подтверждая искренность слов Афины.       — Артемида, отпусти свою пленницу. Не гневайся, дочь, ты слишком спешишь вершить правосудие, — добавил он, глядя на сердитое лицо охотницы. — Фемида хорошо справляется со своими обязанностями, и тебе вовсе не обязательно отбирать у неё работу. Афина… Если ты узнаешь что-то про Аида, сообщи мне. Думаю, ты с ним встретишься быстрее, чем я — брат в последнее время очень полюбил твоё общество.       — Если мне станет известно, где он, почему пропал или что задумал — я сразу приду к тебе, — пообещала Афина. «Надеюсь, Хэлу хватит ума не натворить бед раньше».              — Скади, прекращай этот цирк, — тихо сказала Афина, как только сестры покинули Олимп. Охотница резко развернулась, глядя на Палладу покрасневшими от ярости глазами.       — Прекращай? Я, вообще-то, только начала! Конечно, я не могла тебя обвинять при этом тупом молниеносце, но неужели ты думаешь, что я не догадалась, кто она такая? Тоже мне, простая амазонка, невинная маленькая потерянная девочка! Или ты думаешь, что я не поняла, почему ты ко мне так подозрительно присматривалась, пока не узнала, кто я такая? Или что я не знаю о вашем с Фрейей элитном отряде воительниц? Или ты надеялась, что я поверю тебе на слово и не стану за тобой следить, сосредоточив внимание на этом загробном царьке? Мне в его мир доступа нет, а вот то, что ты туда постоянно бегаешь, как и то, что интересуешься девочками — воинами, не даёт мне ни единого повода тебе доверять!       «А они бы с Персефоной хорошо спелись, — мрачно подумала Афина. — Вот что с девушками безотцовщина делает…»       — Я верну Кэсси, раз уж так рассудил отец, но буду приглядывать за вами ещё внимательнее. Если у меня будет ещё хоть один повод подозревать тебя в нарушении перемирия, ты отправишься в царство своего дружка быстрее, чем успеешь пожаловаться на моё плохое поведение Зевсу, — Артемида любовно погладила стрелу, которая всё ещё лежала на тетиве.        — Знаешь, Локи часто говорил, что наше отношение к нему — причина его тяжелого характера. Но иногда мне кажется, что это в нём просто ётунская кровь бурлит. Ты так же коварна и жестока, как и он, только тебе недостает его мудрости и хитрости. Можешь наблюдать сколько угодно — не осмелюсь сомневаться в твоей справедливости, сестра, — Афина презрительно улыбнулась охотнице на прощание.              Кэсси вернулась ещё до заката. Афина даже не стала упрекать её за предательство — достаточно было взглянуть на испещрённые шрамами руки, чтобы догадаться: Артемида не побрезговала нечестными способами добычи информации. Паллада лишь молча обняла подопечную.       — Прости, что пропала так надолго.       Кэсси, всхлипнув, ответила на объятия.       — Знаешь, — прошептала она, — ты была права. Мне не нужно благословение Артемиды. Достаточно и твоего.