Терпеть его не могу!

О себе рассказывать не хочется. Конец октября и начало ноября выдаются относительно скучными. Есть пара новостей, но они кажутся мне едва ли достойными упоминания. Хотя теперь вообще все таким кажется. Без Бэкхена любой день, каким бы насыщенным он не был, превращается в ничем не примечательный набор времени. И я понимаю, что есть то, о чем нужно бы рассказать, но это не приносит мне ни радости, ни печали. Полное равнодушие ко всему, кроме изредка мелькающей в толпе любимой фигуре. Бэкхен молчит. Он выдает себя, когда украдкой смотрит в мою сторону, но все так же наблюдает со стороны. Я устаю постоянно тешить себя надеждой, и в какой-то момент она просто меня покидает. Хотел упомянуть о паре событий, а вышла заупокойная речь. Во-первых, я покупаю землю. Хороший участок земли в спокойном районе, подальше от суеты и бесконечного потока машин, таких привычных в центре. Рисую в программе примерный план дома, обсуждаю со своими же сотрудниками, что и как возводить, и откладываю все активные действия на следующий год. За месяц до первого снега фундамент не кладут, это я вам как работник строительной фирмы говорю. Во-вторых, помогаю Мэй отвадить того надоедливого альфу. Всего-то и надо, что рявкнуть на "соперника" в трубку и выплеснуть на него все свое негодование. Я так увлекся, что бедолага на том конце начал заикаться к концу разговора. Мэй с открытым ртом наблюдал за происходящим, а потом прыгал вокруг меня от радости. Горе-поклонника и след простыл. В-третьих, я забиваю на Соджина. Просто игнорирую его попытки и иногда позволяю себе бросить на омегу грозный взгляд. Но упорству этого омеги позавидует любой олимпиец. Я его предупреждал, так что теперь за все шишки будет отвечать сам, и нечего делать меня виноватым. А в четвертых... Впрочем, это можно расписать во всех красках. Шестого ноября вечером вся наша компания собирается за одним столом и празднует день рождения Криса. Шумно и весело, мы сидим в пиццерии до последнего, и вспоминаем кучу разных историй, в которых альфа косячит или выходит героем, и отдельным блоком намекаем на те истории, где каждый застукивал сладкую парочку в неподобающих местах. - Сами-то, - бурчит Крис и кивает на Чонина: - А вы вообще чуть кровать в гостевой комнате не сломали. Чонин с очаровательным прищуром смотрит на друга и, покрепче обняв своего омегу, выдает убийственное: "Тогда мы просто баловались. На самом деле кровать ломается не так". Потом ему приходится защищаться от Чунмена, который метко бьет его подушкой и интересуется, а не хочет ли Чонин рассказать еще какие-нибудь подробности. Лухан показывает фотки щенка, которого они подобрали возле заправки, а Сехун в свою очередь листает галерею с фотографиями довольного омеги, который по утрам занимает всю кровать, пока его благоверный, сонно зевая, выводит питомца гулять. - Что ты, любимый, я сам о нем позабочусь, - передразнивает Сехун. И подушка из рук Чунмена перекачевывает к Лу. Они смеются, веселятся, и я весь вечер наблюдаю за тем, как искрятся глаза и расцветают улыбки. На несколько часов бесцветное и безликое "ничто" отступает. Но стоит переступить порог квартиры, чтобы все впечатления от вечера затерялись в пустоте. Они остаются в воспоминаниях, ярких и радостных, но сохранить это настроение у меня не получается. Где-то через неделю в пятницу мы с Крисом болтаем на стоянке. Он должен ехать на работу, но еще не поцеловал Исина, а без этого ритуала все дела разваливаются. Омега идет со стороны общаги и с улыбкой протягивает руку, которую Крис ловит и бережно укладывает себе на плечо. Шарф непременно нужно поправить, иначе Исин простудится. И поцеловать омегу нужно нежно и со всей любовью, а то на работе что-то пойдет не так, а пары непременно задержат. Я умиляюсь, пока они зачмокивают друг друга в нос и улыбаются так, словно вчера были на первом свидании. - Вечером не задерживайся, ладно? - просит Исин. - У меня есть интересная тема для разговора. Они молча смотрят друг на друга: в воздухе тишина, но там будто целый диалог. Крис ответственно кивает и отпускает омегу на занятия, похлопав по карману. Омега подмигивает и с трудом покидает любимые руки. Я хочу что-то сказать, но друг жестом просит меня замолчать. Проводить Исина взглядом до самого крыльца - очень важное для альфы дело. Большая перемена в самом разгаре, и многие студенты стоят на улице. Некоторые курят, кто-то пьет горячий кофе или чай из автоматов. На деревьях почти не осталось листьев, и градус сильно упал, но день на удивление солнечный. По пути Исина догоняет Чунмен, и улыбка Криса становится еще шире. Омега поправляет на плече рюкзак, забрасывает кончик шарфа за спину и трогает карман куртки. - Каждый день он кладет мне в сумку печеньку и бумажку с сердечком. А я кладу ему в карман конфетку, на случай, если на паре будет скучно или он просто проголодается, - вдруг откровенничает Крис. - И он никогда не терпит до пары, а съедает ее по пути. Становится тепло и радостно за них. И я тихо благодарю друга за то, что он поделился со мной этим секретом. Омеги подходят к крыльцу, и видно, как они здороваются со знакомыми и однокурсниками. И точно, Исин лезет в карман куртки и достает свой маленький ежедневный десерт. Крис опускает голову и из-под челки наблюдает за происходящим. Я начинаю догадываться, что здесь происходит что-то, во что меня не посвятили. На крыльце начинается бурное копошение. А потом вся толпа из бет, омег и парочки альф дружно поворачивает головы в сторону парковки. Чунмен откровенно закрывает рот рукой, возбужденно прыгая на месте. - Я чего-то не... - Да! - Голос Исина разносится по всей территории. Крис уже откровенно смеется. Омега со всех ног бежит обратно, пока на крыльце все провожают его взглядом. А до меня, наконец, доходит! У счастья есть лицо. Сияющее и светлое, настолько окрашенное восторгом, что можно ослепнуть. На какие-то секунды, пока Исин бежит, а Крис раскрывает для него объятия, все вокруг становится ярче. Исин навсегда запомнит хруст маленьких веток под ногами, он запомнит каждый шаг, каждый метр от крыльца до парковки. Бежит, спотыкается, но ни на секунду не сводит с альфы взгляда. Я сохраняю в памяти этот момент, как один из самых важных, что видел когда-либо. Как тот, когда они стали парой, когда Исин стал его полностью, когда они съехались и когда ревели вместе над отсутствующей течкой, как тот заснеженный участок и теплые перчатки, небрежно торчащие из кармана омеги... Еще один день в их истории, наполненной любовью от первого и до последнего вздоха. Она поглощает всех вокруг, защищает собой от невзгод и проблем, греет их холодными зимними ночами и расцветает на щеках румянцем каждое утро. После улыбки Бэкхена это самое прекрасное, что я вижу каждый день. Словно меня наградили сперва одним потрясающим другом, а потом и вторым, и теперь каждый день, что я знаю их - как победа на олимпийских играх. У каждого в жизни должен быть миг, когда вы видите торжество любви, во всем ее великолепии. И если вам выдается шанс видеть это каждый день, поверьте, вам очень повезло. Исин на ходу бросает рюкзак, запрыгивает на Криса с ногами и, целуя любимое лицо, повторяет: - Да! Да! Да! Да! Да! Сотню, тысячу, миллион раз - да! Нет, миллиард! Да! Да! Да! Он плачет от счастья и зацеловывает альфу всюду, где попадает губами. Крис прижимает свое сокровище обеими руками, целует в ответ и плачет вместе с ним. В какой-то момент я и сам начинаю хлюпать носом. С открытым ртом я смотрю, как они обнимают друг друга крепче, шепчут самые главные слова и не могут перестать улыбаться. Счастлив за них, но мне кажется, что сейчас их нужно оставить наедине. Шаг в сторону - и Исин, не отрываясь от сладких губ альфы, хватает меня за капюшон куртки. Я остаюсь и жду, пока аромат мяты и клубники растворится в холодном осеннем воздухе. Сладкое облако окутывает все на несколько метров вокруг. Исин переполнен эмоциями. Из корпуса доносится звонок на пару, и студенты вынужденно покидают крыльцо. Клянусь, я слышал несколько хлопков. Последним уходит Чунмен. Он нетерпеливо выглядывает из-за двери, но все же уходит на занятия. - Может, я все-таки оставлю вас? - предлагаю я, когда омега поворачивается в мою сторону с улыбкой, счастливой и шкодливой одновременно. Крис с блаженным видом бросает коробочку на капот и надевает на тонкий палец омеги сверкающее кольцо. - Останься, - просит Исин. - Ему понадобится твоя помощь. Хмуриться сквозь счастливую лыбу у Криса получается не лучшим образом. Выражение неописуемо несуразное. Исин обнимает ладонями его лицо и чмокает в нос: - Нам же не нужно что-то пышное и масштабное, правда? - Сделаем, как ты хочешь. Думаю, летняя веранда идеально подойдет. - До лета я ждать не согласен, - тут же отвечает Исин и загадочно улыбается. Вот теперь точно загадочно. Тут уже мы с Крисом недоумеваем оба. - Тебе сегодня очень нужно на работу? - спрашивает Исин. Крис подозрительно щурится. - Ладно, я намекал, как мог, - выдыхает омега и еще раз целует любимого в щеку. - Мы можем сделать это после нового года? - Говорю же, что все будет, как ты хочешь, - улыбается альфа. - Так не терпится? - Отлично. Значит, после нового года, - тараторит Исин и тут же выдерживает многозначительную паузу. - Потому что летом я не влезу в парадный пиджак. Крис соображает долго. И я, надо сказать, соображаю не шустрее. Но вот глаза альфы округляются, и запах мяты волной окутывает парковочное место. - Исин, - Крис сдавленно пытается выдохнуть. Потом смотрит в глаза своему бесценному сокровищу и резко утыкается лицом в намотанный шарф. Омега мягко гладит по голове и улыбается, слушая, как Крис судорожно повторяет его имя. - Я же говорил, на работу ты не попадешь, - шутит Исин и осторожно поднимает к себе лицо альфы. Вытирает пальцами мокрые щеки и пересчитывает реснички. - Тут должна быть шутка о том, как мы подадим в суд на фармацевтическую компанию, но что-то мне подсказывает, что ты отправишь им благодарственное письмо. И я хотел узнать у тебя как у бывшего президента, меня пощадят на защите диплома или прогонят по всем дополнительный вопросам? - Блять! - Это дошло до меня. Я делаю шаг назад, хватаюсь за голову и волчком кружусь на месте, осознавая всю информацию. А эти оба хохочут, глядя на то, как я с ошалелым видом наворачиваю круги перед бетонным блоком. - Еб вашу! Бля! Да это ж... Охуеть. Все мысли, что еще оставались в голове, улетучивается мгновенно. Исин бессовестно ржет, обнимая Криса за голову. - Подожди, это получается... - Альфа углубляется в подсчеты, от чего Исин принимается хохотать еще громче. - И как ты отчеты пишешь, а? Больше месяца получается. Крис рисует носом на мягкой щеке: "И когда ты узнал?". - Пару дней назад, - признается омега. - Как раз ждал выходных, чтобы сказать. Думал, сделаю тебе сюрприз сегодня, а ты меня опередил. Они переглядываются, и Исин заботливо поправляет воротник чужого пальто и мягко ведет пальцами по голой шее. - Ребят, я от вас в шоке, - где-то в стороне бурчу я, сев на пустое парковочное место рядом. - Только не говори никому, ладно? - просит Исин. Я делаю вид, что застегиваю рот на пуговку. Омега благодарно улыбается и обнимает будущего мужа еще крепче. Хотя куда уж крепче, я не знаю. Они скоро срастутся, кажется. На радостях Крис кружит свое сокровище на руках и целует в сморщенный нос. - Стоп! - командует Исин. Карусель резко останавливается. Я подпрыгиваю с места и вместе с Крисом перепугано смотрю на омегу. - Тошнит, - объясняет тот и прикрывает рот рукой. - Обычно не очень, но я бы не рисковал. Не хочу выплевывать завтрак. Крис сажает его на капот, подложив под бедра свои ладони, и ждет, пока Исин придет в себя. Мой шарф тут же отправляется Крису в руки. - И давно это? - Как раз с твоего дня рождения. Я думал, что переел, но после выходных ничего не прошло. А во вторник ты раньше меня на семинар убежал, помнишь? Я за тобой дверь закрыл и... В общем, пришлось завтракать еще раз. Пока чайник грел, откопал тест в тумбочке. - И как я не заметил? - сокрушается друг. - И почему ты мне ничего не сказал? - Не хотел, чтобы ты волновался. Подумаешь, мутит немного, но не настолько, чтоб делать из этого трагедию. Да я и сам бы не догадался, если б не вторник. Ты же сам новую упаковку вскрывал: все было, как обычно. - А потом взял и подпортил им статистику, - смеется Крис, снимая омегу с капота. - Пойдемте-ка в общагу, а то морозить тебя теперь совсем-совсем нельзя. По пути он набирает отца и, ничего еще не рассказывая, предупреждает, что из-за кое-каких университетских дел не сможет сегодня приехать. Мистер У на том конце успокаивает, что ничего страшного в этом нет, и желает справится со всеми делами на кафедре. Крис с Исином заходят в комнату, а я остаюсь в коридоре, чтобы спокойно предупредить отца, что могу сегодня немного задержаться. По расписанию осталась еще одна пара, но я чувствую такой прилив сил, что не уверен в своей способности справиться с эмоциями за оставшееся время. Отец реагирует спокойно, только интересуется, все ли в порядке. Бодрый голос его явно радует. Исин в блаженстве жует губы и утопает в скомканом одеяле, пока Крис, устроившись между ног омеги, трепетно прикасается губами к пока еще плоскому животу. Целует бархат кожи, счастливо улыбается и кончиками пальцев рисует на боку витиеватые загогулинки. Исин смеется и чуть подрагивает от этой нежности. - Эм, не мешаю? - с порога спрашиваю я. - Заходи, - выдыхает омега и ойкает от щекотки. - И поставь чайник. А Крис просто молча кидает взгляд в мою сторону, как блаженный зацеловывая бок. Щелкаю кнопку на чайнике, беру стул и сажусь посреди комнаты: - Ой все, я обречен. Ни одной лимонной плантацией мне это не заесть. Крис смеется, поправляет расстегнутые джинсы Исина и прикрывает живот свободной майкой, оставляя себе маленький участок обнаженной кожи, чтобы иметь возможность прикасаться к нему, когда хочется. - Нам не стыдно, - с улыбкой заявляет друг. - Ни капельки. - А мне радостно, - улыбаюсь я. - Заряд на несколько дней вперед. Давно такого не чувствовал. - Вот видишь, как качественно мы работаем, - нескромно отвечает Крис и чмокает омегу в тот самый тайный участок. - Ты вообще профессиональнее всех работаешь. - Палец Исина тычет альфу в щеку. Тот нескромно хохочет и с носом зарывается под майку. Они сияют, искрятся всеми красками и так неописуемо красиво улыбаются, что я начинаю думать, что, и правда, ближайшие несколько дней буду находиться под влиянием этого момента. - Своим вечером скажете? - деликатно интересуюсь я. Вообще вмешиваться во все это кажется преступлением, и я мысленно уже ругаю себя за такой глупый вопрос. Крис пожимает плечами и подтягивается наверх, укладывая голову в районе солнечного сплетения. Исин рисует круги на голой шее. - Может, попозже? - предлагает омега. - Хорошо. Будет так, как ты хочешь. Пальцы Исина путаются во взъерошенных волосах: - Ты не рассердишься? Крис поднимает голову: - Сам понял, что спросил? Ты, я и "сердиться" в одном предложении. Только тебе одному на этом свете можно все. Исин улыбается: - Они разведут бурную деятельность, вторгнуться во все это со своими советами и возгласами, беспокойные, шебутные. И будут носиться со мной, как с хрустальной вазой. - Будто я не буду, - бурчит Крис. - Ты один, а их там целая орава. И как договориться с тобой, я знаю. И мы дружно улыбаемся: точно знает. - Хочу разделить это с тобой, насладиться вдвоем, - проникновенно продолжает Исин. От одного его взгляда у Криса бегут мурашки. - Немного повременим, ладно? Чанель никому не скажет, так что у нас будет время осознать и привыкнуть к этой мысли. - Да у меня ж по морде видно, какой я счастливый, - выдыхает альфа. - У нас есть для них официальный повод, - машет рукой Исин. - Я сказал "да", так что пусть пока пекут пироги по этому поводу. Крис ловит тонкие пальцы и целует витое кольцо: "Все, как ты захочешь". Еще несколько минут они лежат в обнимку и почему-то не обсуждают эти сногсшибательные новости, а пялятся на меня. В итоге Крис встает, дает Исину пять и выдыхает довольное: "Ты прав, отличная работа". Я ничего не понимаю, когда омега проходит мимо к чайнику и чмокает меня в щеку по пути. Эй, я же все это время сидел в комнате! И они не сказали ни одного слова за несколько минут! Да как это работает, черт возьми?! Я почти опаздываю на пару, а после меня у аудитории встречает целая делегация. Вытянувшись по струнке, трое стоят в рядок и ждут моего рассказа. - Ну?! - первым не выдерживает Чунмен. - Ты сам все видел, - отвечаю я. - Я видел только кольцо, - нетерпеливо переминается с ноги на ногу омега. Вздыхаю и бросаю сумку на подоконник. Да, я задержусь, но не по тому, что буду запускать салюты в салоне машины. - Исин согласился, мы дружно поревели, все счастливы, - кратко отчитываюсь я, но им этого явно мало. - Черт, такое пропустили, - сетует Чонин. - И что, праздновать никак не будем? - Не сегодня. Их переполняют эмоции. Дадим им немного успокоиться, - предлагаю я, и все трое, повздыхав, соглашаются. - Я еще Лухану не сказал! - Вдруг подпрыгивает Сехун и достает телефон. - Он с ума сойдет от этой новости. Чонин смеется, наблюдая за другом: "Они друг друга стоят". - Однозначно, - тихо киваю я. И когда Сехун поворачивается в нашу сторону, чтобы помахать и показать, что все в порядке, мы машем ему в ответ, словно радостные тюлени. Чунмен за нашими спинами танцует и икает от смеха одновременно. - А каких-то свидетелей для церемонии выбирать будут? - Размышляет Сехун по пути на улицу. - Ну тут можно не спрашивать, кто будет другом со стороны Криса, - небрежно отвечает Чонин и кивает на меня. - А кто будет другом со стороны Исина? - продолжает Сехун. - Тоже Чанель? - смеется Чунмен и шутливо тычет меня в бок пальцем. - Из нашей компании он точно знает о них больше всех. Я шутливо прикрываю рот и делаю загадочное лицо: "О, ты даже не представляешь". К стоянке мы идем, обсуждая эту потрясающую новость. Понимаю, что смотрю в сторону общежития и четко представляю, как Исин сейчас нежится в любимых объятьях. Им есть, что обсудить, и цвет костюма кажется уже не таким важным. Этот день навсегда останется со мной. Чунмен прав. Я видел зарождение их любви и видел, как они, пройдя через все вдвоем, сегодня сделали огромный шаг, о котором многие пары еще мечтают. Этот самый счастливый день они заслужили в полной мере: от первой и до последней секунды. И я буду рад видеть их такими изо дня в день. Кто-то ищет свою пару долго, кто-то живет с ней на одной улице. Мы влюбляемся, подстраиваемся и учимся жить рядом друг с другом. И у кого-то это выходит труднее, а некоторым удается превратить свои отношения в осязаемое искусство. Вы прикасаетесь к нему, благодарите мир вокруг за то, что у вас есть возможность лицезреть это, и каждый раз, вспоминая, мысленно наслаждаетесь. Все-таки, чтобы любить кого-то нужно мужество. Казалось бы, вот твоя пара - бери и люби. Но все чуть сложнее. Вы принимаете его со всеми достоинствами и недостатками, с тараканами и заскоками, в мятой майке или идеально отутюженной рубашке, вне зависимости от того, закрывает он тюбик зубной пасты после себя или нет. И впустить кого-то в свою жизнь настолько, дать возможность быть собой рядом друг с другом - вот это требует особого таланта. Нужно быть смелым, чтобы встретить кого-то и полюбить всем сердцем, доверить ему себя и всю свою сущность. Мы предназначены друг для друга, но природа делает нас друг для друга идеальными лишь физически. Остальное - любовь и работа. И если вы любите и работаете, то однажды вместо конфеты можете получить еще один приятный сюрприз, а потом и второй в придачу, и ваши друзья будут плакать от счастья и надеяться, что когда-нибудь с ними случится такое же чудо. Все выходные меня греют воспоминания о ярких улыбках Криса и Исина. И в ночь с воскресенья на понедельник я даже спокойно сплю. Более того, мне снится счастливый Бэкхен. Нет ни страхов, ни кошмаров, ни подкроватных монстров. Он улыбается и щурится от яркого солнца, а легкий ветер треплет мягкие волосы. Во сне я чувствую себя счастливым, и утром завариваю кофе с мыслью о том, что это счастье в моей жизни все-таки есть. Порой даже воспоминания о нем достаточно, чтобы встать с кровати и начать новый день. Выше нос, Чанель. Когда-нибудь все сложится.