Терпеть его не могу!

Сквозь дрему слышу, как кратко сигналит телефон. Не мой. Бэкхен выбирается из-под пледа и тихонько доходит до тумбочки. Через минуту сигнал повторяется - уже ответ? Не знаю, с кем и о чем он там переписывается, но я застаю его врасплох, натянувшим пижамные штаны, втихую прихватившим мою толстовку и уже повесившим на плечо большое полотенце. В руках у маленького беглеца - сменное белье и все та же безразмерная майка. - Эй, а я? - открывая глаза. Бэкхен, будто раздосадованный моим пробуждением, опускается на колени у края одеяла, чмокает в уголок губ, бережно поправляет спутанные волосы и через минуту выскальзывает за дверь. Позволяю себе поваляться еще минут пятнадцать. В ванной все равно все не поместятся. Когда на кухне начинается какое-то копошение, встаю и навожу порядок: на место возвращаются одеяло и подушки, плед прячется на верхней полке в шкафу, а грязные простыни формируются в кучу, требующую стирки. Успеваю заскочить в ванную вперед Сехуна: соперник зацепился полотенцем за ручку двери и с требованием "Чанель, я первый!" уступил мне дорогу. Через дверь слышу, как он ругается и, вздохнув, идет пытать счастья в ванной на первом этаже. То ли удача от меня отворачивается, то ли Сехун снизу так старательно меня чехвостит, но я за десять минут умудряюсь - считайте! - уронить себе на голову душ, стукнуться локтем о металлическую мыльницу, выбить этим самым ударом оттуда мыло, которое не преминуло прокатиться по поддону и едва не посадить меня на шпагат, потом я пытался поймать мыло, подняться и занять устойчивое положение, и в довершение всего порезался бритвой, поехав на коврике. Хотите узнать, как поднять уровень адреналина в крови? Спросите меня, как! Спасало меня только то, что все десять минут перед глазами мелькал образ взмокшего Бэкхена, рвущего на части подушку. Нет, на самом деле подушка жива, но что мешает мне помечтать о большем? Так я и гонялся за ускользающим куском мыла, мысленно касаясь нежной кожи и не отлипая от сладких губ. Все меняется неожиданно скоро - от слова "слишком". Мы вместе больше месяца, но за это время перемены произошедшие со мной, и еще более разительные - с Бэкки, поражают. Мог ли я представить, что он позволит себе так тонуть в этом? Что будет сам проявлять инициативу и, тем более, напрашиваться на продолжение? Что станет так цепляться за все, что происходит между нами? Нет. Я верю в него. Верю, что он справится, но то, с какой скоростью мы меняемся, как меняются наши отношения, - удивительно для меня. Не покидает ощущение, что встречаемся мы дольше, намного дольше. Это радует и пугает одновременно. От отъявленного распиздяя скоро ничего не останется. И самое пугающее в том, насколько легко я внутренне иду на эти перемены. Все происходит само собой, остается лишь где-то в голове поставить галочку - выполнено. Не ругаться - выполнено. Не курить - выполнено. Я и до того не смолил, но позволял себе иногда, а теперь отказался и от этого. Взвешенно принимать решение - выполнено, по крайней мере я стараюсь. Нести за него ответственность, заботиться, холить, любить, лелеять - да! Прощать - галочка. Разбираться - галочка. Терпеливо относиться ко всему, что творится в голове моего солнышка - тоже стараюсь. И финальное: не бить в морду без причины. Тут я тоже галочку поставлю, потому что тому козлу на машине и мудаку из запаса в команде я въебал за дело. И материться про себя мне никто не запрещал. Перемены, происходящие в Бэкхене, ни в один список не поместятся вообще - хоть с галочкой, хоть без. Куда делась вся колкость? Где он посеял вредность и непокорность? И откуда выуживает в таком количестве нежность? А способность столь быстро учиться? Самое ласковое мое существо. Думается, что как раз сейчас Бэкки преобразует себя самого в настоящего омегу. В ход, наконец-то, идет все то, чему его учили. Он заботлив, старается быть терпеливым и усмирять свой характер. Хотя эта периодическая вредность, скорее, не проявление вспыльчивого характера, а защитная реакция. И сейчас я близок к этому выводу, как никогда. Он льнет ко мне и улыбается каждый раз, когда я дотрагиваюсь до него в ответ. С ужасом осознаю, насколько ему этого не хватало, если теперь Бэкхен так цепляется за каждое прикосновение, за каждый комплимент, взгляд, слово. И для меня до сих пор загадка, отчего более он так ласков: пробуждающиеся чувства толкают его ко мне или желание восполнить то, что ему недодали? Необласканный. Это слово порой непрошенным гостем заявляется в мою голову. И я вспоминаю о том, как тогда в парке он тянулся ко мне, и это пугало его самого, как прикрывался подушкой, сидя в углу кровати, и как просил, едва мы решили встречаться. А лисичка до сих пор пахнет кофе. Это хрупкое и маленькое существо ежедневно открывает мне новые грани, и мне не известно, закончатся ли когда-нибудь эти открытия. Две ночи подряд он умирает подо мной и откровенно просит еще. Смотрит так, что сердце останавливается посреди удара и все внутри взрывается бесконечной палитрой эмоций. Поверьте, ни один оргазм не сравнится с этим, ни одно физическое удовольствие не способно превзойти по силе своей ощущение абсолютного внутреннего счастья, обволакивающего вас с головы до ног, когда в глазах напротив - та же палитра. О, с каким трудом я сдерживаю ежеминутное "люблю тебя". И с каким трудом удерживаю себя, чтобы не затискать и не зажамкать своего омегу до полуобморочного состояния. Крис как-то раз сказал, что человек, который изобретет средство, дающее возможность прилепить к себе пару, получит от истинных пар стометровый монумент и цветной разворот в энциклопедии мировой истории. Помню, смеялся, представляя это зрелище. Сейчас я задумываюсь, что пора откладывать свою долю на памятник - вдруг изобретет кто-то. Потому что склеиться с Бэкхеном хочется неимоверно, до зуда на коже. И во всем происходящем между нами, есть лишь один момент, заставляющий меня бесконечно обдумывать это. Я не знаю, что происходит в его голове, чем занято его сердце. И это мучит меня. Потому что я прекрасно понимаю, как легко мне ошибиться, как легко обмануться, поверив, увидев, истолковав. Потому что с такой охотой я отношу каждый взгляд и прикосновение в свою пользу, что страх когда-нибудь выяснить настоящий счет - до дрожи. Я Пак Чанель. Пак Чанель, который живет в надежде, что разница между реальным и надуманным не столь велика, чтобы в один день растоптать альфу на мелкие кусочки. На то она и надежда.