Письма для Кадзекаге

Чувства Юты были понятны Гааре. Потому что она сама ему рассказала о них. Они с Кори из разных миров, Кори не сможет жить в постоянном риске и опасности, а должность Кадзекаге это подразумевает. Она не сможет постоянно ждать его, надеясь, что с ним всё в порядке, не найдёт здесь себе дело по душе, зачахнет. Её дом — там, далеко, на севере. Здесь у неё никого нет, кроме Гаары. И, случись с ним что, кто сможет ей помочь? Аргументы про Темари и Канкуро Юта сразу отмела. Женщина боялась, что её дочь превратится в вечно сидящую дома тупую жёнушку, потому что заняться в Сунагакуре особо и нечем. Про то, что Кори обязательно найдёт любимое дело, она тоже ничего не хотела слышать. Чем можно заниматься в пустыне? Юта не доверяла Гааре, не хотела ему верить, он ведь шиноби. Место Кори точно не рядом с ним. Капитан Миягава был другого мнения, но его быстро и резко заткнули, напомнив, что он во всём виноват. В общем, госпожа Юта буйствовала. И Гааре некуда было деваться. Он не знал, как её переубедить, потому что она наотрез отказалась куда-либо идти, твердя, что приехала забрать дочь домой. Кори плакала, повторяла, что уже взрослая и сама может решать, что ей делать со своей жизнью. У Юты на этот счёт было другое мнение. Она просто хотела уберечь дочь. «Когда он тебя разлюбит, ты останешься ни с чем. Ещё повезёт, если с детьми даст видеться. Но как часто ты сможешь их видеть?» Это Гаара услышал случайно, но от этих слов стало очень обидно. Неужели Юта настолько плохо думает о нём? Он не дал ей ни малейшего повода, не совершил ни одной ошибки, кроме того, что вообще познакомился с Кори. Уже три дня продолжается эта пытка. Вчера Темари ушла, и это совсем выбило Гаару из колеи. Сейчас он вынужден трусливо прятаться на одной из скал, возвышающихся над деревней, чтобы побыть наедине с собой и понаблюдать за закатом. — Помнишь, Гаара, когда-то давно я говорил вам, что каждый человек должен знать своё место? Тяжёлая рука опустилась на плечо Кадзекаге. Баки, опираясь на ученика, сел рядом. Старая травма, видимо, снова разболелась. Они так ни разу и не поговорили со дня его возвращения. — Не знаю, сможешь ли ты когда-нибудь простить меня. Но я и не ищу прощения. Было странно видеть, как стареет учитель. Уже нет прежней лёгкости в движениях, его голос стал скрипучим и тихим. Морщины глубоко засели в уголках хитрых глаз, даже когда он не улыбался. Гаара не злился на Баки, но непонимание и неприятие его поступка останется, наверное, навсегда. — Я слишком много раз видел похожие истории. Я с самого начала знал, чем это закончится. Теперь и ты видишь. Когда пелена влюблённости спадает, начинаешь понимать, что в этом мире не только вы двое. У неё семья, у тебя обязательства. — Вы за этим пришли? — тихо спросил Гаара. — То есть… Зачем вы это говорите? — Ты уже знаешь, чем всё кончится. Ты не сможешь её удерживать здесь. Если, конечно, не хочешь международного скандала. — Нет. Я что-нибудь придумаю. — Ты уверен, что она этого хочет? Если честно, Гаара начал подозревать, что Кори поддалась уговорам матери, когда вчера утром она с прохладцей обняла его. Будто стала намеренно отвыкать, чтобы при расставании не было так больно. Она больше не улыбалась, когда видела его, не целовала, не стремилась провести каждую свободную минуту с ним. — Что ж, некоторые не извлекают опыт из чужих ошибок. Некоторые учатся только тогда, когда больно. Я думал, так можно сказать только о твоём брате. Не забывай, что ты, прежде всего, Кадзекаге. И, снова уперевшись в плечо Гаары, Баки медленно поднялся, постоял рядом ещё несколько секунд и ушёл. Гаара действительно хотел поговорить с кем-нибудь о сложившейся ситуации. С кем угодно, но только не с Баки. Но, по иронии судьбы, только он оказался рядом. Он не стал его утешать, говорить, что всё наладится, как это сделала бы Темари. Не сказал, что за всё нужно бороться, как Наруто. И не молча хмыкнул на монолог Гаары, как это сделал бы Канкуро. Он сказал ему сдаться. Просто оставить всё как есть, отпустить. Гаара, правда, хотел быть обычным человеком, но ему снова и снова напоминают о том, что так нельзя. Все его человеческие желания — ничто. На весах всегда будет перевешивать ставший неподъёмным «Кадзекаге». Он уже привык к тому, что его обсуждают, распускают сплетни. Просто не обращал на это внимания. Но как быть с Кори? Про неё ведь тоже будут болтать. Её уже невзлюбили некоторые. Надо придумать, как защитить Кори, обеспечить ей безопасность и покой. Чтобы Юта перестала переживать и доверилась Гааре. Было приятно, что отец семейства на его стороне, но его голос ничего не значил. Было очевидно, что настоящим авторитетом для Кори является мать. «Я Кадзекаге. Это просто политика.» Эта мысль немного успокоила Гаару. Действительно, как бы он поступил в этой ситуации с точки зрения Кадзекаге? Рядом с Кори он всегда забывал об этой стороне своей личности. Настало время заключать мир и союз. Гаара был благодарен Баки за напоминание о том, кем он является.

***

— Нет, нет, это не вам. Вы снова не поняли? Худощавый мужчина в шляпе чуть ли не шлёпнул Канкуро по руке, когда тот снова попытался вскрыть конверт. — Я прошу вас, как приближённого, передать это письмо лично в руки той милой девушке, избраннице Кадзекаге. — Разбежался. Вдруг там яд или взрывная печать? — Канкуро фыркнул и оттолкнул от себя мужчину, который из ниоткуда появился перед ним на улице и стал размахивать конвертом. — Я же сказал, меня послали из столицы. Фото этой девушки привлекли внимание влиятельных людей… — Ты больной, что ли? Говори нормально. Каких ещё влиятельных людей? — Видите ли, один фотограф разглядел в ней потенциал, а платье, в котором она была на том фото, принадлежит руке дизайнера, который уже приступил к созданию ещё одного наряда, специально для неё. Они планируют устроить показ и хотят пригласить эту девушку в качестве модели. Вы бы видели, сколько заказов на то самое платье уже поступило нам… — Так ты сраный агент? Что в конверте? Говори, иначе я его сейчас порву. — Там приглашение! Приглашение! И не более того! — мужчина замахал руками. — Если эта девушка приедет, Даймё лично готов профинансировать показ. Вы не представляете, что это будет… — Ладно, я передам. Но без фокусов. — Ох, спасибо огромное! Вот моя визитка, я остановился в гостинице у ворот. Если она согласится, меня можно найти там, я с нетерпением буду ждать ответа в течение двух дней. — А потом что? Мужчина растерянно почесал подбородок: — А потом… Я уеду. Если ответа не будет, я просто расценю это как отказ. Но, прошу вас, обязательно передайте ей это письмо и скажите, что мы очень настаиваем на том, что ей нужно попробовать себя в качестве модели. — Ты что, тоже так считаешь? — Я? Я в этом ничего не понимаю. Меня просто попросили убедить девушку приехать. Люди, которые в этом действительно разбираются. — Ладно, — Канкуро пожал плечами, и мужчина тут же словно испарился в толпе, боясь, видимо, что брат Кадзекаге передумает. Теперь у Канкуро появилась проблема — надо было идти домой и разговаривать с Кори. В общении с ней не было ничего страшного, но вот её мать не располагала к себе, и Канкуро уже провёл ночь у Момоко. Безусловно, ему было очень жалко Гаару, не хотелось оставлять его на растерзание этой женщине, но, в конце концов, он всё это сам заварил. Канкуро готов утешающе похлопать Гаару по плечу, когда Юта уволочёт дочь домой, но не более того. С другой стороны, у него появился повод отложить свой поход на полигон, где его дожидались подопечные со своими проблемами. Он развернулся на пятках и направился домой. По пути ему встречались знакомые, но он был слишком сосредоточен на том, как правильно выстроить диалог так, чтобы не вызвать подозрений у Юты. Он просто передаст конверт, а дальше пусть сами разбираются. Внезапно взгляд Канкуро зацепился за знакомый силуэт у маленького ювелирного магазина. Это был Гаара. Он стоял у витрины, заложив руки за спину, и смотрел в одну точку. — Гаара? — он окликнул брата, но тот его не услышал. — Гаара! — Канкуро подошёл к нему. — А, Канкуро… Хм… — Уже освободился? Я думал, ты сегодня допоздна. — Нужно решить кое-какое дело, ушёл пораньше. Я говорил с Баки-сенсеем. И он мне подсказал, как это дело решить. — Что он тебе сказал? — Канкуро пытался понять, на какое украшение смотрит Гаара, и почему он вообще тут стоит. — Напомнил о том, кто я. — Ясно… — Канкуро выдохнул, почувствовав по тону, что внятного ответа не получит. — Тут мне какой-то тип письмо для Кори передал. — Что? — взгляд Гаары тут же прояснился, и он наконец-то посмотрел на брата. — Какое письмо? — Да вот, — Канкуро вытащил из кармана конверт. — Сказал, что Кори зовут в столицу. — Зачем это? — Гаара попытался забрать конверт у брата, но тот отдёрнул руку. — Что там? — Мне сказали передать лично в руки Кори. И ещё сказали, что будут ждать ответа в течение двух дней, — сделав важный вид, Канкуро помахал письмом. — Канкуро, нужно проверить этот конверт! Вдруг там что-то опасное? — Лучше скажи, почему ты здесь стоишь. Что ты высматриваешь? — Что в конверте, Канкуро? — Письмо. Почему ты здесь стоишь? — От кого? — От влиятельных людей из столицы. Почему ты здесь? — Каких ещё влиятельных людей? — Ты ответишь на мой вопрос? Опустив голову, Гаара покосился на витрину. Канкуро сощурился, складывая все детали в голове, и не самая приятная догадка всплыла в сознании. — Я собираюсь… — Только не говори, что ты собрался… Они начали говорить одновременно и так же резко вместе замолчали. Гаара посмотрел в глаза Канкуро и решительно кивнул, сжав губы. — Ты сдурел, — констатировал Канкуро. — Ты сделаешь только хуже. — Зачем ты сейчас появился… Я ведь уже решился… Осанка Гаары вдруг осунулась, он выглядел невыносимо жалко. Канкуро даже стало немного не по себе от того, как мучается его брат. Они не говорили о сложившейся ситуации, потому что Канкуро предпочёл молча слинять, как только услышал первые крики. — И что, ты собирался просто прийти и сделать ей предложение? — Канкуро оглядел понурого Кадзекаге с головы до ног. — Вот так? При её ро… При её матери? — Да. Канкуро медленно закрыл глаза, сжал веки и снова открыл. Ничего не изменилось, Гаара выглядел всё так же жалко и потеряно. Он молча взял его за локоть и завёл за угол, протащил по узким улочкам. Они шли довольно долго, пока не оказались у двери в мастерскую. Канкуро открыл дверь и всё так же за локоть завёл внутрь Гаару. Он совсем не сопротивлялся, а только послушно шёл туда, куда его вели. — Садись, — уже более мягко сказал Канкуро. Гаара сел и положил руки на колени. Канкуро прошёлся туда-обратно, почёсывая подбородок. — Я не знаю, что мне делать, Канкуро. До твоего появления мне казалось, что знал, но ты прав. — Кажется, у меня есть идея, как всё устроить. Но маме Кори это не понравится. — Порой мне кажется, что ей ничто не нравится… — Смотри, — Канкуро снова достал письмо и положил на стол рядом с Гаарой. — У нас есть это. Мама Кори переживает, что её дочь тут будет сидеть без дела. Считай, что этот вопрос уже отпал. Мы обставим всё так, будто у неё уже очередь из контрактов. Но это всё ещё не причина, чтобы Кори здесь осталась. Юта-сан всё так же может нас послать вместе с этим приглашением. Нужна серьёзная причина, Гаара. Серьёзная. О которой она пока не знает. — И что это за причина? — Официальная. Тебе придётся воспользоваться своим положением. — Я всё ещё не понимаю, к чему ты клонишь. Канкуро сам не верил в то, что говорил. Но ему было жаль своего брата, который так страдал, да и Кори не была особо счастлива. Он мог бы остаться в стороне и просто наблюдать за тем, как девушка уедет, а Гаара будет долго и мучительно восстанавливаться после расставания. Однако что-то заставило его выдумывать совершенно невероятные вещи, чтобы не позволить разлучить влюблённых. — Вы тайно поженитесь, быстро сделаете документы. Потом мы скажем, что это было ещё до их приезда, и мы просто не знали, как сообщить. — Я что, буду врать маме Кори?.. Думаешь, Кори на это согласится? — Гаара, не мне тебя учить вранью, ты это делать умеешь лучше всех. Мне уже понятно, что ты и так собирался на ней жениться. Осталось обработать Кори, и дело в шляпе. — Обработать?.. Нет, она на такой обман никогда не пойдёт, я её знаю.

***

— Когда? — понизив голос, Кори оглянулась, проверяя, не слышит ли Юта их разговор. На улице стояла глубокая ночь. Чета Миягава давно спала, поэтому вывести Кори на улицу, не перебудив всех, было непростой задачей. — Сейчас, — кивнул Канкуро. — Надо быстро, чтобы до утра успеть. — Ох, Гаара, какой ты молодец! Я уже и не знала, что делать! — от избытка чувств Кори обняла оцепеневшего Гаару. А оцепенел он потому, что сейчас они будут заниматься ничем иным, как незаконными действиями. Он — Кадзекаге, пример для всех, разбудит нужных людей, заставит их делать то, что в стране делать нельзя. Осознание преступности идеи Канкуро пришло слишком поздно — когда все уже согласились. Не будет красивого предложения с кольцом в оазисе, как он мечтал. Не будет искреннего удивления и радости Кори. Все мечты пошли прахом. — Всё, пошли. Быстро. Дальше всё происходило как во сне. Холодный свет ламп, шелест бумаг, сонная недовольная женщина, пустая комната со столом. Канкуро остался за дверью, сказав, что пока вздремнёт. — Так… Сейчас, этот бланк надо заполнить здесь и здесь. Вот это заявление заполняйте внимательно, — женщина протянула бумаги. — Гаара, что мы творим, — Кори рассмеялась, взяв ручку. — Вы это не обсуждали? — строго спросила женщина. — То есть… Меня попросили не задавать лишних вопросов, но если одна из сторон не хочет этого, то я обязана… — Что? Конечно, мы не против! — Кори закусила губу, выводя буквы на бумаге. Гаара заполнял бумаги с таким невозмутимым лицом, будто это обычное дело. Была только одна проблема — его всего трясло мелкой дрожью от волнения. Он не до конца осознавал, что сейчас происходит. — Кори, ты точно уверена? — спросил Гаара, прежде чем заполнить последнюю строчку. — А ты? — Ты… хочешь стать моей женой? — едва слышно спросил Гаара, чувствуя, как быстро краснеют его горящие щёки и уши. — Всё, — Кори протянула бумаги женщине. — Ты скоро? — Хм… М… — Гаара чуть не промазал мимо строчки, в которой должен был поставить подпись. — Сейчас… Мир перед глазами начал расплываться. Не так Гаара хотел обозначить отношения с Кори, втайне ото всех, ещё и без официальной части. Он поплатится за это скоропалительное решение уже утром, когда госпожа Юта обо всём узнает. Ей будет всё равно. Она не захочет ничего слышать. И про приглашение в столицу Кори ещё не знает. Вдруг она приняла бы другое решение, знай об этом? Вдруг они нашли бы другой выход? — Отлично, — женщина раздражённо вырвала лист из-под руки Гаары, как только он закончил его заполнять. — Я подготовлю свидетельство, подождите в коридоре. Про даты я помню, не беспокойтесь. Когда дверь открылась, Канкуро тут же вскочил на ноги, с нетерпением оглядывая парочку. Гаара был красный как махровая роза, а Кори, напротив, скромно улыбалась. — Не переживай, Гаара, это надёжный человек, — Канкуро попытался утешить брата, видя его состояние. — Канкуро, но как мы это обставим? — спросила девушка, усевшись на скамейку у двери. — Мама ведь видела, что колец у нас нет, и мы не давали ей ни малейшего намёка. — Скажем, что не хотели это использовать как аргумент. Надо будет положить свидетельство на видное место, но чтобы это выглядело случайностью. А теперь — самое главное. Легенда у вас должна совпадать.