Наш выбор

      Навыка Огонёк явно не растерял и тащил с охоты приличную на вид землеройку. Рядом с ним к лагерю семенил Клубок, со свисающей в пасти светло-серой белкой. Впереди шли белоснежный Буран и Частокол, таща во ртах воробья и мышку, соответственно. Тёмно-серый оруженосец находился в приподнятом настроении, удовлетворившись своими нынешними навыками охоты, и почти полностью уверенный в сдаче грядущего испытания. Огонёк разделял его уверенность.       По приходе в лагерь друзья сразу же направились к куче с добычей, пополняя племенной запас еды. Сквозь сменяющих друг друга соплеменников огненно-рыжий котик сразу замечает палевую шерсть наставника, порываясь поговорить с ним об охоте, но решает, что глупо навязываться на разговор по пустякам — поговорит, когда сдаст испытание. Вот с такими новостями отвлекать его было бы не стыдно. Хотя сейчас он и не очень занят…       Огонёк и не заметил, что даже Буран с Частоколом успели обогнуть их и сложить добычу в общую кучу, пока он буравил наставника взглядом в нерешительности подойти и завязать беседу. Проблема в том, что он не хотел говорить с ним как ученик с наставником, совсем не в этом ключе он о нём думает последнее время. Но на большее Долгохвост вряд ли согласится.       Периферическим зрением котик улавливает чью-то серую шерсть справа, и его взгляд мигом дергается и сосредотачивается на этом объекте. Оказывается, его серый приятель уже несколько секунд пытается разглядеть что-то в его глазах, метая взгляд от огненно-рыжего ученика к полосатому воину и обратно, при этом практически хищно улыбаясь. Снова он за своё.       — Даже не начинай, — прерывает он не начавшуюся, но явно рвущуюся наружу речь широкоплечего бугая, щелкая хвостом тому по носу.       — Да брось, я же вижу, что что-то происходит ещё с момента битвы! Да, наверно, ещё и раньше было, просто не было возможности застать вас вместе. Ты явно смотришь на него не как на наставника, — подтолкнул Огонька к ответу тёмно-серый ученик, смущая и без того находящегося в нерешительности рыжего котика.       Успокаивало лишь то, что перед ним его друг, которому Огонёк с легкостью мог доверить даже собственную жизнь, что уж говорить о тайнах. К тому же тех, которые касаются только его, потому что оруженосец крайне не уверен, что его нынешние чувства разделяются объектом этих чувств. Поэтому котик лишь вздыхает и понижает голос, чтобы никто кроме друга не услышал его секретов: — Я счастлив, что мы нашли с Долгохвостом общий язык и настроили отношения, которые должны быть у наставника и оруженосца — это уже огромное достижение.       Котик допускает заминку, раздумывая над следующими словами. Клубок понимающе не торопит друга.       — Но… Мне хотелось бы немного не этого. Думаю, ты уже понял, что я неравнодушен к нему, — признается в том числе и самому себе Огонёк. В тёплых янтарных глазах друга котик не видит осуждения или упрека в неестественном чувстве, скорее они выражают ободрение, желание помочь и разобраться, свойственное только друзьям. — Но пытаться сейчас развить эти отношения дальше представляется невозможным. Серьёзно, он только недавно кривился от каждого моего действия и самого факта моего существования в племени, а сейчас свободно разговаривает со мной как с равным, я не хочу… наглеть? Навязываться скорее, но в то же время очень этого жажду. Я нетерпелив, Клубок, и боюсь этим всё испортить.       Грузный тёмно-серый котик ободряюще провел пушистым хвостом по гладкой рыжей шерсти на спине Огонька, подбирая правильные слова для друга.       — Знаешь, я ведь наблюдал не только за тобой, но и за ним тоже, — Огонёк оживился, навострив ушки на мягком голосе оруженосца. — И если ты думаешь, что один в своих странных и излишне долгих взглядах, то спешу разуверить, тут ты ошибаешься! Долгохвост смотрит на тебя почти точно так же, только его взгляд мне прочитать сложнее, потому что не так часто и близко я с ним общаюсь. Но что точно мне известно: ни один из наставников не смотрел на меня так, как он на тебя. Думаю, твои действия лишь подталкивают его к принятию решения, поэтому почему бы не навязаться лишний раз? — подмигнул друг. — Но не слишком увлекайся, выглядеть странно будет.       Огненно-рыжий котик слышал собственный стук сердца вокруг себя на много лисьих хвостов вокруг. Мысль об ответном неравнодушие полосатого воина наполняла грудь Огонька текучей горячей смолой, обволакивающей нутро и дурманящий своим уютным теплом разум котика. Это было восхитительное томительное чувство, но что-то вертелось на языке котика во время речи друга и сейчас ему нужно было вспомнить что, прокрутив его речь заново.       «Что-то про наставников… Наставник. Львиногрив! Точно, я совсем забыл рассказать Клубку. Надо переставать витать в облаках…»       — Клубок, я забыл рассказать, чем разговор с Долгохвостом кончился, — быстро проговорил Огонёк.       — Ой, точно, я же хотел спросить и забыл… Так что там?       — Тебе не понравится одна часть…       Огненно-рыжий котик рассказал о признании Долгохвоста в услышанном в день битвы, о его непричастности к этому и отторжении кровожадной и властолюбивой натуры Когтя. Это часть была самой легкой и голос Огонька ни разу не дрогнул. Но теперь нужно было рассказать о том, что Клубок несколько лун назад переживал довольно тяжело и не так давно свыкся с мыслью о новом наставнике. Да, о Львиногриве. Оруженосец с точностью видел и навсегда запомнил, как загорелись в ярости глаза его всегда веселого и бодрого друга. Как омрачила их скорбь, а следом желанием отомстить за смерть благородного и доброго учителя. Из-за Когтя он лишился самого лучшего наставника. Из-за Когтя над ним сейчас всячески потешается Частокол, не проявляющий ни малейшего сочувствия к утрате котика.       «Ещё одну судьбу покалечил Коготь. Сколько ещё жизней он готов загубить, чтобы добиться своего? Ещё одну как минимум».       — Спасибо, Огонёк, не просто говорить о таком, — искренне поблагодарил Клубок, когда настроение его сменилось на нейтральное - печальное.       Огонёк кивнул.       Взгляд его ясных зеленых глаз скользнул по промерзшему камню Палатки целителя, откуда неспешно выходили Буран с Когтем о чем-то переговариваясь. Белоснежный воин кивает на последние слова полосатого глашатая, после чего они расходятся. Воин обводит лагерь взглядом и останавливает своё внимание на двоих друзьях, рассевшихся около кучи с добычей. Буран идет к ним.       — Огонёк, Клубок, идите сюда, — поманил их воин и оруженосцы мгновенно подчинились. — Только что мы с Когтем поговорили по поводу ситуации в лагере и пришли к выводу, что наконец-то сможем освободить палатку оруженосцев от больных. Прошло уже больше половины луны и многие коты успели поправиться. С согласия Щербатой мы закрываем карантин. Остальные же больные переедут к ней в палатку, места там предостаточно. Но вас, конечно, интересует зачем вы мне понадобились? — снисходительно улыбнулся Буран и ученики синхронно кивнули. — Вам придется начисто убрать палатку оруженосцев от подстилок больных и застелить всё свежим мхом. И, как вы понимаете, подстилки оруженосцев в воинской палатке тоже нужно убрать. Нет, Клубок, перенести их в палатку оруженосцев нельзя, не халтурьте. Дымок пока что в пограничном патруле и присоединится к вам позже, а Горчицу вы найдете в лагере. Всё понятно?       — Да, Буран, — ответили оруженосцы.       — Хорошо, удачи вам, — благосклонно кивнул им воин и добавил: — И на скором охотничьем испытании тоже.       Огонёк почувствовал облегчение, когда последние следы проедающей организм котов болезни были уничтожены. Теперь их палатка снова предоставлена им, осталось только свежего мха донести на уютные гнездышки каждому ученику и с этой палаткой можно завершить. Но этим займутся Горчица с Дымком, ему же нужно разобраться с их спальными места в воинской палатке, пока Клубок выносит горы свалявшегося, пропитанного хворью мха.       В палатке воителей было довольно тихо и находились там всего два кота: Кисточка и Долгохвост. Бурая кошка лежала в дальнем углу пещеры, к нему спиной, Долгохвост же находился чуть ближе, около правой стены. Оба соплеменника предположительно спали или дремали, поэтому Огонёк старался не наделать лишнего шума, проходя мимо полосатого воина к подстилкам оруженосцев. Все они находились рядом.       Сворачивая поудобнее в комок гнездышко Дымка, рыжий котик услышал возню позади и поспешил обернуться.       — Что ты делаешь? — чуть сонно спросил Долгохвост. По его голосу нельзя было сказать, что до и во время прихода Огонька он спал.       — Подстилки оруженосцев убираю. Мы возвращаемся в свою палатку.       — А, да, пора бы. Больных стало намного меньше, нет смысла им занимать отдельную большую палатку.       — Угу.       — Помочь?       — А? Нет, нет, лежи! — оторопел Огонёк, всем видом показывая, что справится сам и вообще почти закончил. — Ты же помнишь, что сказала Щербатая по поводу твоей лапы. Поправляйся лучше.       Полосатый воин оглядел оруженосца с морды до хвоста и решил последовать совету.       — Какая забота, — беззлобно поддел он ученика.       — Разумеется, тебе меня к Лунному камню ещё вести, — слукавил Огонёк, поддерживая игру.       — Я так и знал, что ты мной пользуешься! — притворно обиделся Долгохвост и щелкнул длинным хвостом по уху Огонька. В этот момент оруженосец понял, как близко они друг к другу находятся.       — Меня только что разоблачили. Эх, как же я теперь стану воителем без посещения Лунного камня? — Огонёк продолжал этот несерьезный разговор, пытаясь не выдать смущения от прикосновения воина к нему. Получалось отлично. — Есть ли хоть малейший шанс, что ты простишь меня?       — Только если ты признаешь свою вину, мой ученик. В чём ты виноват?       Неожиданно эти слова глубоким эхом всколыхнули душу огненно-рыжего котика. Он действительно серьёзно задумался над этим несерьёзным вопросом. В чём он виноват? Много в чем, у него была не одна ошибка, за которую стоило бы извиниться. В чём он виноват перед Долгохвостом? Кое-что есть.       — Я… виноват в том, что не уважал тебя, как наставника, в том, что пререкался с тобой и плохо отзывался о тебе, хотя совсем тебя не знал. И за… ухо левое извини, оно ведь не заживет теперь. Извини за это, — серьёзно ответил котик на поставленный в шутку вопрос. Почему-то он уверен, что сейчас должен сделать именно так.       Позади котика вновь послышалось движение, после чего он шерстью на спине и боках почувствовал, как замер позади него полосатый воитель. Сердце Огонька тревожно забилось от ощущения присутствия кого-то в его слепой зоне. Или от присутствия именно Долгохвоста там? Его порывало обернуться и встретиться со взглядом, чаще всего, насмешливых тёмно-зеленых глаз, увидеть в них каждую эмоцию, и чтобы этот кот так же смотря в ясные зеленые глаза, понимая каждое его чувство. Но Огонёк снова позволял окутывать их отношения чем-то скрытым, тайным, не решаясь повернуться к воину.       Тёплое дыхание Долгохвоста слышится возле края левого рыжего ушка оруженосца и тот стискивает зубы, покрываясь волной мурашек и последующего за ними смущения. Он молился Звёздному племени, чтобы это скорее закончилось, а после снова случилось. И так снова и снова, пока Огонёк наконец не выдаст себя.       — Я прощаю тебе всё, что было до этого момента. Больше не извиняйся за прошлое передо мной, — прошептал воин, ближе наклонившись к уху котика. Он практически нависал над ним, соприкасаясь пушистой грудкой с огненно-рыжей шерстью около крепких плеч ученика.       Всю мордочку Огонька опалило жаром, постепенно разрастающимся и воспламеняющим всё тело котика. Кроме громкого постукивания раскаленного этим жаром сердца вокруг не было звуков.       «Хватит, хватит, это чересчур так реагировать на простое касание, шепот, близость…»       Рыжий котик не может двинуться с места. Любое отклонение разрушит эту близкую связь между ними. Хоть она и кажется Огоньку односторонней.       Тем не менее он зарекся, что не будет слишком активно действовать, давая Долгохвосту шанс самому прийти к этим чувствам, если он так же неравнодушен к Огоньку. Не обязывать его чем-то и самому не разочаровываться. Но как соблазнительна мысль прямо сейчас повернуться к самоуверенному воину и коснуться его самому.       Огонёк набирается мужества и терпения, чтобы слегка отодвинуться от кота и в полуобороте мягко произнести: — Спасибо, я рад, что прежние обиды между нами забыты. Я продолжу убирать мох, если ты не против. Лучше ложись и не напрягай лапу.       Рыжий котик услышал разочарованный вздох и почувствовал укор вины.       «Извини, если ты чего-то ожидал… я просто не знаю, что делать с этими чувствами…»       Всё время возни с подстилками котик чувствовал на себе прожигающий взгляд тёмно-зеленых глаз.

***

      Поджарый огненно-рыжий котик навострил уши и прислушался к малейшим шорохам вокруг себя. Пастью он втягивал местные запахи, стараясь уловить приятный аромат будущей добычи. Со стороны толстокорых лип послышались тихие шажочки маленьких лапок по снегу и вскоре из-под корней старого пня показался маленький розовый носик, ни секунды не перестающий принюхиваться в ожидании опасности или в поиске еды.       Завидев мордочку зверька, котик припал животом к неглубокому снегу, примятому кошачьими лапами утренних патрульных. По их следам он и стал тихо ступать, бесшумно подкрадываясь к добыче. Серый мышонок немного осмелел, не заметив поблизости опасности, и уже полностью показался рядом с пеньком. Охотник остановился и начал наблюдать за поведением зверька, пытаясь не напугать того раньше времени.       Наконец мышонок нашел что-то примечательное около замерзшего куста ежевики и крошечными быстрыми шажками устремился к нему. Рыжий котик следовал по пятам, не забывая приподнимать хвост над снегом. Ветер сейчас был на его стороне и дул прямо ему в морду, унося запахи с собой подальше от добычи.       Тем временем маленький зверек стал что-то увлеченно раскапывать в снегу, чем и воспользовался котик: подкрался на расстоянии в один прыжок, напружинил лапы, качнулся всем телом, регулируя координацию и тут же прыгнул, приземляясь прямо на подскочившего от резкого звука скрипнувшего снега мышонка. Короткий писк и добыча была в пасти охотника.        — Прекрасно, Огонёк, ты справился! — подбежал к огненно-рыжему оруженосцу Буран и благосклонно кивнул ему.       Следом показался Коготь, ожидаемо не слишком впечатленный успеху Огонька.       — Хорошо, но слишком долго возился с подходом к добыче. Старайся действовать быстрее, но не менее тише, — посоветовал полосатый исполин и котику ничего не оставалось, как кивнуть. — Однако это можно считать за сдачу, поздравляю.       Шерсть Огонька приподнялась от гордости, а подушечки лап начало покалывать от возбуждения. У него получилось, наконец-то он станет воителем самого великого племени в лесу! Синяя Звезда так бы гордилась им. Он доказал всем, чего стоят её слова веры в когда-то домашнего, слабого котёнка.       Клубок тепло поздравлял друга, в ответ на это Огонёк пожелал ему огромной удачи и веры в собственные силы.       — Жди меня с добычей в лагере! — бойко прозвучал голос серого приятеля, но было понятно, что всё равно оруженосец переживает за предстоящее испытание. Коготь решил не откладывать и сразу повел котов в другую часть леса.       «Пусть Звездное племя сопутствует тебе!» — пожелал напоследок Огонёк своему другу.       Он быстрым шагом направлялся в сторону лагеря, слегка подрагивая от предвкушения. Там его должен ждать его наставник — Долгохвост, которого он вот-вот обрадует отличной новостью.       Пройдя по папоротниковому туннелю, Огонёк устремил взгляд перед собой, в мгновение ока находя светло-желтую кремовую шерсть. Голова воина вздернулась и устремилась на секунду на Огонька, а после на добычу у него в пасти. Котик заметил, как блеснула радость в тёмно-зеленых глаза полосатого кота, но поздравлять он не торопился — добыча во рту не всегда признак сданного экзамена, так он говорил ученику накануне.       Спустя мгновение коты оказались рядом друг с другом и рыжий котик аккуратно положил добычу у своих лап, чтобы в следующую секунду триумфально произнести: — Я сдал!       Огромный прилив гордости заполнил глаза Долгохвоста, отразившейся в теплой счастливой улыбке на его морде.       — Молодчина, другого я и не ожидал! — искренне поздравил он ученика. — Как прошло-то? Без лишних волнений?       — В целом да, она выскочила из укрытия и почти сразу направилась в противоположную от меня сторону. И пока она что-то искала в снегу, я подкрался и прыгнул на неё! Коготь сказал, что я слишком медлил, но засчитал, — бодро ответил котик искрящимся от радости голосом.       — Отлично сработано. Клубок сейчас сдает?       — Да, они направились куда-то в сторону Высоких сосен.       — Если он сейчас сдаст, мы сможем вместе отправиться с ним и Частоколом к Лунному камню.       — Это было бы чудесно, но как твоя лапа? Ты уверен, что сможешь пройти столь длинный путь?       — Я был сегодня утром у Щербатой по этому поводу. Она сказала, что рана выглядит намного лучше, но завтра мне ещё придется отсидеться, — с сомнением говорит Долгохвост, слегка виновато глядя на ученика.       — Это ничего, если можно, то я подожду, — с уверенностью сказал Огонёк, не желая бросать наставника.       Тёмно-зеленые глаза воина на миг сверкнули благодарностью.       Уложив пойманную мышку в кучу с добычей, Огонёк уселся рядом с полосатым воителем, ожидая друга с экзамена. Шерсть его всё ещё полыхала гордостью за сданное испытание, от чего подрагивал его рыжий хвостик. Но дрожь его прекратилась, когда внезапно его хвост накрыл длинный полосатый хвост сидящего рядом воителя. Огненно-рыжий котик замер, борясь с мгновенным желанием выдернуть хвост из-за многочисленных глаз в лагере, которым он бы не хотел показывать и намека на какие-то странные чувства между ним и его наставником. Однако в следующее мгновение накрывающий его хвост исчез сам по себе, обернув лапы своего владельца.       «Должно быть случайно положил. Или понял, что так будет смотреться подозрительно…» — размышлял котик, борясь с несправедливой обидой, вызванной этим поступком.       Вскоре вернулись Коготь, Буран и Клубок. Во рту последнего безжизненно болталась белка, а по пестрящей радости в глазах Клубка можно было догадаться, что вскоре они вместе будут носить воинские имена. Огонёк тепло поздравлял друга и выслушивал его рассказа об удачной охоте, то и дело поглядывая на Долгохвоста, Когтя и Частокола, говоривших неподалеку.       — Эй, Огонёк, ты слушаешь? — отвлёк рыжего котика немного обиженный голос Клубка. Впрочем друг вряд ли держал на него зла.       — Да, извини, я слышал, как ты выгнал её на поле, это было отличное решение погнать её туда, где нет деревьев! — пытался искренне восхищаться сообразительностью друга котик, но тень обиды на случившееся между ним и Долгохвостом всё ещё звучала в голосе.       — Что-то произошло между вами, пока нас не было? — догадался серый товарищ, замечая мечущийся взор Огонька от наставника к нему.       — Можно и так сказать, но это глупости, не пере… — Огонёк резко прервался, замечая, как к ним посеменил Частокол, явно намереваясь что-то сказать.       Бледно-янтарные глаза светились обычным презрением по отношению к огненно-рыжему оруженосцу, которое, впрочем, часто сменялось безразличием ничуть не уязвлявшим самолюбие котика.       — Клубок, завтра мы отправляемся к Лунному камню, так что с рассветом жду в лагере. Чем быстрее отправимся — тем быстрее придем.       — А мы пойдем вместе с Огоньком и Долгохвостом? — мгновенно подскочил друг.       — Нет, Коготь не хочет надолго оставлять племя аж без четырех котов, поэтому решил отправлять нас по двое. К тому же, Долгохвост ещё не до конца оправился от раны на лапе, поэтому никуда они с Огоньком пока не пойдут, — не без толики язвительности сообщил тёмно-серый полосатый кот и отошел к Когтю, назначающего дневной патруль.       — Оу, мне жаль, друг.       — Ничего, я уже знал об этом. Отправлюсь чуть позже, ничего.       Клубок с сочувствием посмотрел на друга и судя по его взгляду в голове у него появилась очередная идея.       — Я могу попробовать уговорить Частокола взять нас обоих с собой, без…       — Нет, нет, Клубок, сразу отбрасывай этот вариант, — перебил Огонёк друга. — Я жду исключительно по своей воле, всё в порядке.       — Как знаешь… — задумчиво протянул тёмно-серый друг, а после с жаром воскликнул: — Всё равно посвящаться будем вместе!       — На всё воля Звёздного племени, — полусоглашается огненно-рыжий котик.       Взгляд Клубка пронзает искреннее уважение и радостная улыбка трогает его губы.       — Ты даже посвящение своё готов ради него отложить, а ведь это была твоя мечта, — заулыбался Клубок и Огонька бросило в жар от таких речей.       — Не так громко! — попытался заткнуть серого нахала оруженосец, на что тот вскочил и по-дружески боднул товарища в бок.       Друзья вступили в шуточное сражение за честь Огонька, в котором заведомо не было ни победителей, ни проигравших. Такая она дружба.

***

      Следующий день проходил для Огонька невозможно медленно. Казалось, что даже снежинки замедлили своё падение, а солнце за темными облаками и вовсе никогда не опуститься.       Клубка ожидаемо не было весь день, а с утра они не успели даже попрощаться: настолько быстро хотел вернуться Частокол, подгоняя своего оруженосца. Огненно-рыжий котик подозрительно щурился на тёмно-серого полосатого кота.       «Может ли это означать, что сегодня вновь что-то произойдет?» — раздумывал котик.       Где-то в середине дня он заметил мрачного как грозовая туча Долгохвоста. Огонёк окликнул его, но тот даже головы не повернул, уходя в палатку воителей. Оруженосец подумал, что это из-за ноющей и уже, должно быть, как репейник в хвосте надоевшей раны на задней лапе.       В течение дня так ничего и не произошло, и Клубок вместе с наставником благополучно вернулись в лагерь под вечер, усталые с пути. Поэтому Огонёк списал утреннее поведение на природную вредность Частокола и в мыслях пожалел друга, терпевшего его весь этот день.       Тем не менее его серый товарищ выглядел более чем довольным путешествием и с упоением рассказывал об огромных заснеженных горах, которые намного лучше видно у Лунного камня, о самом нём достаточно подробно и о ворчании его практически бывшего наставника, как и полагалось.       Огонёк уже предвкушал день полный новых впечатлений и открытий, его встречу со звёздными предками… По словам Клубка, Лунный камень действительно великолепен, а территория племен такая просторная, огромная, необъятная. Лапы оруженосца прямо сейчас были готовы сорваться с места и нести его по лесу, полям, ветреным пустошам, дальше и дальше. Его разум уже совершал долгое путешествие к Лунному камню, хотя сам он оставался на заснеженной поляне лагеря, а рядом сидел Клубок, до сих пор увлеченно о чем-то рассказывающий.       Но Огонёк отдернул себя. Задняя лапа Долгохвоста всё ещё будет доставлять им проблемы завтра, поэтому не исключено, что их путешествие затянется. Нужно быть готовым к этому и не бежать вперед. Ничего, он подождет, последние события в жизни научили его терпению.       Огненно-рыжий котик прикрыл глаза, когда на небе загорались первые звезды. Они ждут его, он уверен.

***

      Когда полосатый воин проснулся, подстилка по соседству уже пустовала — Частокол поднялся рано, дабы сводить Клубка к Лунному камню и быстрее вернуться назад. Воин хмыкнул и принял сидячее положение в своем гнездышке, чувствуя, как начинает ныть рана на задней лапе.       «Вот же напасть, надеюсь, завтра ты не будешь такой капризной. Огонёк ждет меня, — думал Долгохвост, чувствуя, как мысли об ученике греют его изнутри. — Скоро это будет совсем сложно скрывать…»       Воин поднялся и практически не хромая вышел из палатки, направляясь, как повелось с недавних пор по утрам, к Щербатой. Косматая тёмная шерсть целительницы свалялась после ночи, но кошка не старалась особо привести её в порядок.       — Хорошо, смотрится отлично, можешь завтра сводить Огонька к Лунному камню, но не слишком спешите, — обдала его несвежим дыханием целительница и обратила внимание на вошедшую Кисточку. — Вот и ты, голубушка. Показывай, что у нас с этой проклятой раной на шее…       Долгохвост приветливо кивнул бурой кошке и покинул Палатку целительницы.       Было огромное желание перестать отлеживать бока по подстилкам и наконец заняться действительно полезным для племени делом, поэтому первой своей задачей он выбрал подойти к Когтю и попроситься в пограничный патруль. Аргументом служила проверка сил перед предстоящим путешествием к Лунному камню.       Полосатый исполин смерил его сомнительным взглядом и всё-таки отправил в патруль Бурана, Синеглазку и Ветрогона, а его отозвал чуть в сторону для разговора. Долгохвост поколебался, но всё равно этого было не избежать, поэтому, стараясь ничем не выдавать своё волнение, он поплелся вслед за глашатаем под кусты утесника.       Он давно был готов к любому разговору с ним и знал, что в случае обвинения его в подслушивании предсмертных слов Звездолома он ответит, что слышал только хрипы и ничего не смог разобрать. Как и тогда.       В случае какого-либо иного обвинения, он займет позицию сторонника Когтя, для выведывания его планов по захвату власти. Если, конечно, с ним сочтут нужным этими секретами поделиться.       Коготь удобно устроился под заснеженными кустами утесника, подмяв лапы под себя и постучал хвостом рядом с собой, призывая сделать то же самое. Долгохвост незамедлительно лег рядом.       — Меня волнует одна вещь, Долгохвост, — издалека начинает Коготь, но в голосе его не слышится угроза или что-то на подобии её. Он говорит спокойно и рассудительно, будто действительно собрался просто поговорить с другом на задушевные беседы. Это с самого начала сбило полосатого воина. — Ты помнишь, что сказал Звездолом перед смертью? Ты слышал?       «К этому вопросу я давно готов», — собрался воитель, а затем слегка задумчиво проговорил: — Я стоял… недостаточно близко и слышал только хрипы. Что он говорил?       Когтя, казалось, более чем устроил такой ответ, в глазах его блеснул интерес, но стремительно угас, возвращая мину серьезной рассудительности.       — Он сказал: «Племя Теней отомстит за мою смерть во что бы то ни стало!», — на одной ноте проговорил глашатай и звучало это так ровно и убедительно, что невольно Долгохвост поставил под сомнение услышанное собственными ушами. — Это меня и волнует.       «Он лжет, Звездолом сказал абсолютно другое!» — убеждал себя кот.       Тем не менее разговор необходимо было продолжать и воин неуверенно спросил: — Ты считаешь, что угроза со стороны племени Теней всё ещё существует?       — А ты — нет? После сказанного этим гнусным мерзавцем всё очевидно, — грозно проговорил глашатай и Долгохвосту понадобилось всё его мужество, чтобы сдержаться и не отвести взгляд от скованных яростью янтарных светил. Уже через мгновение Коготь вновь обрел самообладание. — Сейчас как никогда Грозовому племени нужен стойкий и мудрый предводитель.       — Скорее бы Синяя Звезда обрела прежнюю силу и поправилась, — с надеждой в голосе проговорил кот, но Коготь смерил его таким взглядом, будто речи его звучали как бессмысленный писк маленького котенка.       — Нет, ожидание её нас погубит. Она уже потеряла две жизни, понимаешь? И в данный момент близка к потере третьей. Племени нужно постоянное четкое руководство, что Синяя Звезда, очевидно, не сможет обеспечить и следующую луну, — убеждал полосатого воина ровный бас Когтя и каждое его слово заставляло сомневаться Долгохвоста в собственных решениях.       «Нельзя поддаваться этим убедительным речам. Он льстец и убийца, лживый предатель, который научился запутывать котам мысли одним лишь своим взглядом. Я не должен сомневаться в том, что племя погибнет в его лапах».       — Что ты хочешь этим сказать? — звучит неуверенный голос Долгохвоста и Коготь пронзает его испепеляющим взглядом, смотря прямо в душу и мысли полосатого воина. Тому хочется закрыть себя лапами в попытке прекратить этот контакт.       Полосатый исполин хмурится и всей широкой полосатой мордой поворачивается к нему, смотря прямо в глаза воину.       — Как погиб Львиногрив? — звучит леденящий душу ужасом голос Когтя.       Сердце Долгохвоста моментально сковывает льдом и прекращает его биение. Внутри становится холодно-холодно без стука сердца, интересно, это и ощущают убийцы?       — Он… утонул в ледяной воде, — чувствуя лишь шевеление языка проговорил воин.       — Нет, Долгохвост, — звучит как приговор голос вновь и повторяет: — Как погиб Львиногрив?       Долгохвоста пронзает бесчисленным количеством ледяных шипов ежевики, а кажущиеся горящими янтарные глаза полосатого воина не издают никакого тепла. Мурашки бегают по спине полосатого воина, его грехи у него на языке, его непременно уличат во лжи.       — Ты убил его, — обескуражено прошептал воин, понимая, что вариантов больше не остается.       — Правильно, — будто наставник похвалил он Долгохвоста, сделав голос более мягче. — И почему же ты никому не сказал?       «Соберись, соберись, к этому вопросы ты тоже отчасти готов, соберись…»       — Потому что ты бы стал… глашатаем, а иначе… тебя бы изгнали…       — А ты этого не хотел?       — …нет.       Оценивающим взглядом смотрел на него Коготь, раздумывая, как это можно использовать. Долгохвост теперь даже в мыслях не мог возразить ему. Этот кот действительно умеет внушать другим свою волю.       — Значит, ты и дальше готов помогать мне? — промолвил он.       — Разумеется, — вернулся к Долгохвосту голос.       — Хорошо, — довольно прозвучал Коготь и глаза его вновь наполнились убеждением и верой в свою правоту. — Ты ведь понимаешь, что домашним котятам не место в племени? Какие бы лучшие воители племени не обучали бы их, они всё равно остаются лишь жалкими подстилками Двуногих, не способными трезво оценить жизнь в племени, — полосатый воин зачарованно кивнул, даже не понимая о ком конкретно идет речь. — Грозовое племя не должно позорить себя, прикармливая этих отвратительных существ. Поэтому мне нужно чтобы ты кое-что сделал.       Долгохвост сосредоточился.       — Завтра, когда ты поведешь Огонька к Лунному камню, в лагерь вернешься один. Смысл моих слов понятен?       Полосатый воин застыл. Теперь до него дошел смысл этой тирады про домашних котов. Он хочет, чтобы Долгохвост убил Огонька во время их путешествия к Лунному камню.       Воину хотелось узнать, в какой момент Коготь придумал таким образом избавиться от оруженосца, но вряд ли сейчас мог что-либо сказать в ответ.       Он ведь… прав. Домашним котам не место в племени. Привыкшие к сытой жизни, они вряд ли вынесут все тяготы жизни племенных котов, но речь идет об Огоньке… Мышеголовый дурень, речь идет об Огоньке! Как он может убить его? Как он вообще может убить своего соплеменника? Это противоречит Воинскому закону, это противоречит мнению Долгохвоста о том, что конкретно этот бывший домашний котёнок способен на ровне с другими его соплеменниками защищать племя и называться племенным котом.       Но Коготь прав насчет Синей Звезды — ждать её племя больше не может, а Огонёк обязательно помешает, если глашатай соберется занять её место. Вот почему его надо убрать? Разве только поэтому?       Мысли Долгохвоста путались, менялись, он как никогда чувствовал сильную поддаваемость чужому влиянию, особенно такой сильной личности, как Коготь. Воин всегда думал, что этот кот пример мудрости, стойкости, силы, так нужные племени в тяжелые периоды-как сейчас.       Он совсем потерял нить рассуждений, поэтому абсолютно искренне ответил: — Да, я всё сделаю.       И даже не понял на что согласился.