Подавись своей любовью.

      Девушки быстро идут по улице, наслаждаясь тёплой погодой. Что может быть лучше морского воздуха и тёплых солнечных лучей, а особенно, когда твои родители очень далеко и даже не подозревают о том, что ты прямо сейчас сделаешь. Так уж получилось, что вся компания разделилась на две части, и девушки шли впереди, обсуждая какие-то свои темы, а парни лишь контролировали их, идя чуть-чуть позади. Руслан молчит, скорее всего задумался о новоиспечённой татуировке и её эскизе, да и с Юликом такая же история. Данила твёрдо уверен в том, что ему уж точно не нужна никакая татуировка, он просто посидит и подождёт своих друзей.       Поднимает глаза с асфальта, когда слышит своё имя в разговоре девушек, замечает их взгляды и улыбки на себе, после чего они понимают, что замечены, и быстро отводят свои взгляды, что-то шепча Лизе на ухо. Он понимает, что русоволосая рассказала о ситуации на яхте, текиле и дорожке из соли, которую друг так нежно и аккуратно слизывал с неё, вызывая мурашки. Сто процентов рассказала про лайм, который парень забирал прямо из её губ, а Данила жалел только об одном. Нет, не о том, что пришлось приблизиться к её лицу, вдохнуть запах её кожи, а потому что ему не хватило сил поцеловать её и признаться в своих чувствах. Если бы он сделал это не в очень трезвом состоянии, то по его мнению, Лиза могла обидеться, считая это «если по-пьяне, то не считается!». Как же он ошибается.       Заглядывается на ноги Неред, поднимается выше, замечая не менее аппетитную задницу, возникает желание подойти к ней и схватиться изо всех сил, но только из-за уважения к Лизе и самому себе, он этого не делает. Слышит отрезвляющий голос Руслана и отводить взгляд от откровенного раздевания подруги взглядом, смотрит на него, так же ловя на себе взгляд Лизы, которая, скорее всего, заметила чем он занимался до этого.       — Смотрите, тут два салона, нас в один все равно не примут, мы с Настей пойдём в тот, а вы в этот, ага.       Берет свою девушку за руку, и они начинают идти в сторону небольшого салончика неподалёку, пока Даша с Юликом, смеясь, заходят в него, так же подтягивая за собой Лизу, а та Даню.       Слышится звон дверных колокольчиков, оповещающий о приходе новых посетителей, и тут же все присутствующие сделали подозрительные лица, замечая перед собой странную обстановку. Все было темным, в противоположных углах стоит четыре кушетки, на которые можно лечь, небольшие шкафчики с различными красками и сами машинками.       — Hello, my name is Angelina, how can I help you? (Привет, меня зовут Ангелина, как я могу вам помочь?) — услышав имя их мастера, Онешко прищуривается.       — Русская? — спрашивает брюнет, поднимая глаза на девушку, которая лежала на кушетке с закрытыми глазами.       Та открывает глаза и непонимающе поднимает голову, видя перед собой четверых подростков. Усмехается, замечая таинственные взгляды, а после ложится обратно, заводя татуированные руки за голову.       — Восемнадцать есть? — спрашивает на чистом русском, спрашивает с некой издевкой, морально готовясь к тому, что сейчас произойдёт.       — Ангелина твою мать! — из небольшой двери выходит красивый парень, поправляя челку. Его тело также покрыто татуировками, а нижняя часть лица закрыта маской. — Good evening! (Добрый вечер!) — обращается к ребятам и те кивают, продолжая смотреть на них. — Блять, я сто раз говорил тебе убраться там, — указывает на дверь из которой только что вышел. — щас трахну в этой ебучей подсобке, посмотрим будет ли приятно тебе в окружении мусора.       — Кавалер, придержи коней, они по-русски андестенд, сечёшь? — переводит взгляд на четверых друзей, которые еле сдерживают смех.       Несколько секунд ему понадобилось на размышлениям, после чего он меняется в лице, придатковая совершенно в другом образе.       — Господи, да ладно?! Вы че тоже из России? — видит кивок и поддевается к ним, начиная обнимать. — Вы мои хорошие, как же я давно не слышат русскую речь, разве только от этой ебанутой, но вы сами понимаете, скажите что-нибудь, порадуйте меня!       — Хуй, — тихо говорит Даша, после чего переглядывается со всеми.       — Арни, — протягивает ей руку, пожимает её, и сразу же подтягивает девушку на ближайшую кушетку.       Ангелина цокает и показывает Юлику, чтобы он подошёл к ней, пока парень выбирает дизайн. Они что-то говорят друг другу, обсуждая эскизы.       Лиза нервно перебирает ткань своей футболки, немного волнуясь, ведь это её первое тату, и она уже точно решила что будет делать. Смотрит на Даню, который совершенно не волнуется.       — Ты решил уже, что будешь делать? — тихо спрашивает Лиза, вставая рядом с ним.       — Я не буду делать, мне не надо, — спешно отвечает он, а после переводит взгляд на Неред. — а ты?       — Да, наверное, — отвечает немного неуверенно. — ссу только немного.       — Не ссы, — усмехается Кашин, как будто бы действительно смог ей помочь. — хочешь буду тебя за руку держать?       — Хочу.       Кашин смотрит на лицо Лизы и как бы нет лучшего момента, чем сказать ей о своих чувствах прямо сейчас.       — Эй, — до их ушей доносится свист, и ребята сразу же поворачиваются на звук, видя, как брюнет рисует эскиз для Дашиной тату. — ща придут ваши мастера, я им уже позвонил, подождите чуть-чуть.       Лиза кивает, а после тяжело вздыхает.

***

      Дверь хлопает, и девушка подрывается с места. Видит перед собой полного парня, который снимает кепку, разглядывая всех людей, сидящих в салоне.       — Здорова, — быстро говорит он, слыша приветствия от своих друзей. — кого пытать буду?       Лиза аккуратно поднимает руку, хмуря брови. Парень машет ей в сторону одной из кушеток, и та, схватив рыжеволосого за руку, следует к тем самым кушеткам.       — Ну что, красавица, че делать будем? — спрашивает он, стягивая с себя какую-то кофту. — А, меня зовут Гера, — протягивает ей руку и Лиза, освободив Данилу, пожимает её, называя своё имя. — Придумала эскиз?       — Да, — отвечает она, разворачивая к его лицу телефон. — сможешь так нарисовать?       Парень принимает телефон девушки, поближе рассматривая его. На его лице проскальзывает легкая улыбка, и он подходит к своему столу, делая небольшие наброски на листочке. Кладёт гаджет девушки на стол, и подходит к ней.       — Бля, мой любимый мультик, — подмечает вовремя, как и Лиза. — Где набивать такую красоту будем? — надевая очки, наконец рассматривая лицо своей клиентки.       Лиза поднимает рукав футболки, показывая место на плече, располагающегося чуть выше предплечья. Парень садится на стул, аккуратно проводя пальцами по этому месту. Уточняет размер нательного рисунка, и, когда они определяются, намечает небольшим фломастером границы сверху и снизу.       Обеззараживает руки, путем того, что промывает их водой с мылом, а после выдавливает на ладошку антисептик. Внутри живота девушки уже давно летают бабочки. Становится страшно, ведь это её первый раз. Гера натягивает на руки перчатки и принимается к рисунку, который делает буквально за пару минут. Поражаясь такой скорости, Данила немного завороженно смотрит на процесс перенесения рисунка на специальную бумагу. Аккуратно, чтоб не поранить девушку удаляет волосы с выбранного участка, пользуясь одноразовой бритвой. Обеззараживает место для нанесения татуировки, а после прикладывает рисунок, слегка разглаживая его.       — А можешь говорить, что будешь делать? — спрашивает Лиза, поглядывая на серьезное лицо Геры.       — Да не ссы ты! — по-доброму усмехается, вновь проводя ладонью по месту будущего рисунка. — Нормально, — проговаривает по слогам, тем самый заставляя Лизу поверить в свои слова. — всё с тобой будет хорошо, я тебя не убью…       Мастерски отклеивает бумагу, оставляя на коже девушки рисунок.       — Всё, можешь идти… — отворачивается от неё, чтобы взять со стола фломастер, пока глаза Лизы увеличиваются в размере.       — А ну ладно, пока, спасибо! — наигранно подрывается, желая уйти, но всё-таки садится на место, пока Арни и Ангелина усмехаются, проводя с её друзьями такие же манипуляции.       Дорисовывает маленькие элементы и те части, которые не перевелись. Берёт тату машинку, показывает Лизе, как раскрывает иголку, тем самым освобождая её от опасений получить что-то эдакое. В небольшие колпачки наливает чернила для тату.       — Ну что, готова? — видит кивок Лизы, после чего она хватает Даню за руку, пока он садится рядом с ним. — И группа поддержки на месте, значит точно готова, ну значит приступим, да?       — Ну бля, Гера, не тяни… — тихо усмехается, скуля, произносит девушка, а после утыкается в плечо Кашина готовясь испытать неприятные ощущения.       — Первый тык он трудный самый.       Данила слышит жужжание тату машинки, а после чувствует, как Лиза сильнее хватается на его руку. Внимательно смотрит на Германа, который уже начал выводить рисунок, периодически протирая его салфеткой. Неред отрывается от него, садясь прямо, тем самым показывая, что ей не больно.       — Ну как ощущения? — спрашивает парень, поглаживая кожу на её руке.       — Средние, — усмехается, наконец смотрит на то, что делают с её телом. — я думала будет больнее.       Гера говорит что-то типа: «Конечно не больно, я же профессионал!».       До их ушей вновь доносится звон колокольчиков, и на пороге появляется девушка с яркими красными дредами. Арни начинает ругаться на неё, причитая о том, что надо быстрее собирать свою жопу, не заставляя клиентов так долго ждать. Заметив рыжеволосого парня, который просто сидит на кушетке рядом с девушкой, которой уже набили половину рисунка.       — Ну что? — смотрит на Даню, а после показывает ему глазами, чтобы он шёл за ней. — Пойдём…       Парень вроде бы встаёт, но идёт как-то вяло, а всё потому что он боится это делать. Даня с самого детства боится иголок, а перспектива того, что в его тело дует долбить большая иголка на протяжении полтора часа, не очень радовала его.       — Я это… — тихо говорит он, поправляя челку. — Не надо мне ничего делать, я не хочу, — девушка смотрит на него вредным взглядом, аля: «нахуя я вообще собиралась?»       — Че зассал? — наигранно спрашивает Арни, нанося рисунок на тело Добренко. — Вот даже девчонки сидят им ничего, а ты здоровый такой пацан ссышь татуху сделать, или мамка заругает?       Данила хоть и прекрасно понимает, что им сейчас пытаются манипулировать, прекрасно понимает, что на его выходки лучше не поддаваться, но вспыльчивый характер всегда был причиной его конфликтов, из которых он ещё и выезжал победителем.

***

      Ирина садится напротив парня, на кисти которого уже красуется рисунок. Он всё ещё как-то неодобрительно поглядывает на девушку, которая надевает стерильные перчатки. Данила всё ещё не уверен в том, нужно ли ему это тату, но впервые в жизни поддался на уговоры друзей. На самом деле сам эскиз ему очень даже нравится, Ирина помогла ему с этим трудным решением, предложив ему оптимальный вариант. Цветы он не хотел, животные и непонятные рисунки сразу же отпали, а надписи показались ему слишком «бабскими». Девушка предложила ему сделать «нижнюю часть черепа», поэтому теперь когда он будет прикладывать руку к лицу, рисунок будет его продолжать.       Как только Лизе всё раскрасили, придав рисунку законченность, она сразу же села рядом с Кашиным, легонько толкая его в бок. Он улыбается ей, но со стопроцентной уверенностью может заявить, что это пока что самое больное, что он испытывал в своей жизни. Лиза смотрит на процесс создания татуировки, а после кладёт свою ладонь на колено Кашина, стараясь такой мелочью хоть как-то облегчить его страдания.       Уже готовую татуировку на кисти рыжеволосого заклеивают специальными наклейками. За окном уже стемнело, и Руслан вместе с Настей заходят в тату-салон, где сейчас находятся их друзья и сразу же раскрывают глаза, замечая Даню, руку которого аккуратно заклеивает девушка, набивавшая татуировку Насте, но только в другом салоне.       — Че? — Лиза поворачивает голову на Тушенцова, замечает на его руке небольшую наклейку, такую же, как и наклеили всем друзьям. — Как вы подбили Кашина на эту авантюру?       — К нему просто нужно найти подход… — спокойно отвечает Ирина, заканчивая свою работу. — Всё, можешь жить спокойно. Нельзя тереть мочалкой и полотенцем в течение первых дней. Так жe запрещенo использованиe мылa, толькo щадящая обработкa кожи водой. Нe рекомендуется пить алкоголь послe татуировки, замедлит процecc заживления. Желательно не носить одежду из синтетики во избежание аллергических реакций. Ни в коем случae нельзя счесывать корочкy нa татy, иначe изображениe «расползется».       Снимает перчатки и выкидывает их в мусорное ведро, смотря на всех ребят.

***

      — Пипяу, мы это сделали! — во весь голос кричит Онешко, разливая по стаканчикам друзей сок. — Я провёл охуенные три недели своей жизни вместе с вами, ребят, вы пиздатые, вы все нереально крутые!       Его друзья улыбаются, слушая искренние слова от Юлия.       — Вы прикиньте, мы прожили три недели вместе, без родителей, отрывались каждый день, и, кажется, у меня появился иммунитет к похмелью. Короче, ну не умею я говорить хорошие слова, давайте выпьем это уже, я пить хочу! — канючит будто бы маленький ребенок, и все чокаются, немного отпивая из пластиковых стаканчиков.       — Лиз, — девушка переводит взгляд на Кашина, который обращается именно к ней. — пошли поговорим?

***

3 ноября

      — Да, я хочу снять весь ресторан, — проговаривает мать Данилы, расхаживая по гостиной. — да, случай особый, моему сыну не каждый день исполняется восемнадцать, — Кашин младший демонстративно закатывает глаза, а после переводит взгляд на отца, который, старается подсчитать то, во сколько им обойдётся день рождения любимого сына, периодически закатывая глаза и издавая нервные вздохи. — хорошо, большое спасибо, девушка, до встречи…       Женщина кладёт телефон на столик и начинает рассматривать подсчеты мужа, внешний вид которого оставляет желать лучшего.       — Мам, ну это правда совершенно не нужно, — говорит Даня, откидываясь на спинку дивана. — посидели бы с вами, а с друзьями отдельно бы отметили…       — Вот кстати на счёт друзей, — его мать вновь заводит свою шарманку, и мужчины синхронно цокают. — зови всех, и эту… Лизу свою тоже, — рыжеволосый поджимает губы, а после прикрывает глаза. — она же Лиза, правильно?       — Во-первых она не моя, — быстро говорит Даня, смотря в окно. — а во-вторых я опять хочу сказать, что это всё не нужно.       — Ну как же не нужно? — мама подходит к нему и поправляет белый воротник на рубашке сына. — Приедут все наши родственники понимаешь, даже тетя Карина из Германии, она привезет Фредерику, ты помнишь её?       — Троюродная сестра, с которой мы виделись двенадцать лет назад, ну обалдеть, всю жизнь мечтал!       Анна отходит от Данилы, что-то бубня себе под нос, пока отец решает наконец начать тот самый серьезный разговор, который все родители должны проводить со своими детьми, тем более, когда последние достигают совершеннолетия.       — Дань, я хотел с тобой поговорить на тему девушек, — отец подсаживается с сыну на диван и парень нервно вздыхает.       — Пап, я всё знаю, — как-то устало говорит парень. — презервативы, тоси-боси…       — Я знаю, что ты знаешь. Я хочу поговорить не о сексе, а о девушках, — такого рода разговор Данила точно не ожидал. — тебе нравится Лиза?       Сейчас ему хочется лишь поскорее уйти в школу.

***

      — Здравствуйте, ученики, — сладкий тембр его голоса разносится по классу, заставляя несколько девочек приподняться и начать рассматривать этого человека. — Мария Николаевна ушла в декретный отпуск, поэтому я буду преподавать Вам английский язык. Меня зовут Александр Алексеевич, и я надеюсь, что мы с вами хорошо подружимся.       Неред поглядывает на своего соседа по парте, который, кажется, впервые в жизни, не заинтересован ей. Даня смотрит на учителя, подмечая тот факт, что новый преподаватель является одним из самых молодых учителей в их школе. Мужчина начинает урок не с произношения темы и записывания числа на доске, а вместо этого присаживается на свободную парту, стоящую рядом с партой Неред и Кашина, начиная с интересом рассматривая женскую половину класса. Его взгляд задерживается на Лизе, которая что-то шепчет на ухо Дане, а тот улыбается, но когда они замечают взгляд учителя — расцепляются и начинает в ответ рассматривать его.       Он обращается к Лизе, спрашивая ту, что-то в роде: «Говоришь ли ты на английском языке?», на что та отвечает несколькими заготовленными фразами, которые можно считать базовыми. Мужчина переводит взгляд на Даню и задаёт тот же вопрос, на что парень с лёгкостью отвечает, так же хорошо, как и Лиза.       Придраться не к чему, поэтому преподаватель отходит от них, начиная вести диалоги с другими учениками.       Проходит большая часть урока, и Лиза устало ложится на плечо парня, а тот немного ёрзает на стуле, укладывая её поудобнее. Она прикрывает глаза, мысленно оказываясь дома, где царит спокойствие и умиротворение, но тут же её выдергивает резкий возглас новоиспеченного преподавателя.       — Молодые люди! Что вы себе позволяете? — начинает возмущаться Александр Алексеевич. — Вы забыли, что находитесь в общественном месте?!       — Извините… — тихо говорит Лиза, боясь поднять глаза, но он решительно подходит к ним и забирает дневники, пока все ученики вопросительно смотрят на него.       Он яростно швыряет документы учеников на стол, а после тяжело выдыхает. Да уж… всего лишь первый урок, а они уже портят отношения с новым преподом…       Урок благополучно заканчивается со звонком и все присутствующие начинают собираться, пока Лиза вопросительно смотрит на Данила. Он смотрит на неё искрабурябезумие и кивает головой, подходя к учителю. Парень что-то говорит и жестикулирует руками, объясняя всю сложившуюся ситуацию на уроке, на что учитель нервно цокает и позволяет забрать дневники. Подходя к ней с лицом полного победителя, Даня засовывает дневник в её сумку и подхватывает тяжкую ношу, забирая подругу с собой.       — Обожаю тебя, — тихо говорит Лиза, ступая ногой за пределы класса. — кто тебя такого родил?       — Мамочка! — довольно заявляет и он, и сразу же вспоминает про свой праздник. — Кстати, пойдёшь ко мне на день рождения?       Лиза улыбается, идя перед ним, а после разворачивается, скрестив руки за спиной.       — Когда и где производится сие празднование?       — Шестого ноября в Ресторане «Русский Ампир», — улыбается, а после кладёт руку на плечо девушки. — ну так что, придёшь?       — Я подумаю, — нагло улыбается, а после заходит в кабинет алгебры, хотя Даня уже и сам всё понял.

***

6 ноября.

      Лиза бегает по квартире, постоянно обходя маленького Серёжу, который то и дело норовит залезть ей под ногу, ходя за ней буквально по пятам. Вновь забегает в комнату, где сидит её подруга Даша, аккуратно выводя контур своих губ. Кристина и Оля рассматривают косметику Каплан и старшей сестры, пока последняя не успевает вообще ничего.       — Даша, это пипец! — садится рядом с ней, начиная быстро копаться в своей косметике. — Да где эта подводка, твою мать, — быстро перебирает каждый предмет, создавая характерный шорох.       Даша спокойно выдыхает, а после запускает руку и достаёт её, заставляя девушку нервно вздыхать. Лиза спешно открывает её, подбегая к зеркалу.       — Даш, а че она так носится? — спрашивает Оля, а после открывает очередную помаду, вдыхая её приятный запах.       — Хочет понравиться одному парню, в которого втюрилась по уши, — усмехается, растушёвывая помаду по губам. — как думаете, подружки, из Даньки с Лизой что-нибудь получится?       Сестры разом усмехаются, переводя взгляд на свою старшую сестру, которая, кажется, на них совсем не реагирует, а лишь занимается своим макияжем. В комнату врывается Серёжа, и залезает на кровать к Мирне, усаживаясь прямо рядом с ней. Ему тоже интересны различные коробочки с кремами, приятно пахнущие помады и блестящие тени. Чтобы ему не было так скучно, Даша дала ему яркую кисточку, показывая, как ей пользоваться. Мальчик громко смеётся, пока Даша подставляет ему свои щёчки.       — Твою мать… — тихо произносит Лиза, а после подтирает кривую стрелку ватной палочкой.       — Кто меня зовёт? — в комнату входит мать девушки, делая на голове высокий хвост.       Берёт лицо дочери в свои руки поворачивая его на себя. Смотрит на её внешний вид, а после выносит свой вердикт:       — Не слишком вульгарно? Там всё-таки будет его мать, — Даша старается рассмотреть лицо подруги, слегка хмуря брови.       — Лиз, реально переборщила.       Девушка обреченно скулит, а после берёт в руку ватный диск, смачивая его мицеллярной водой.       — Я ничего не успеваю…       Вновь тяжело вздыхает, откладывая подводку в противоположную от себя сторону, решая заняться волосами.       Мать же просто наблюдает за сие процессом, как её старшая дочь пытается уложить свои «патлы». Она что-то выдавливает на свою ладонь, наносит на всю длину волос, потом снова что о выдавливает, нанося на самые кончики. Начинает мастерски орудовать круглой расческой и феном. Это может длиться вечно.       Когда волосы наконец высушенные, Неред решает вновь испытать судьбу и наконец узнать откуда у неё растут руки, вновь принимаемся рисовать стрелки. Даша, будучи абсолютно спокойной, докручивает свои кудри, опускает голову вниз и заливает их лаком для волос, ещё раз проводя пальцами по волосам, чтобы из немного рассоединить. Резко поднимает голову и вся причёска укладывается сама собой, а Добренко благодарит свою мать за столь послушную шевелюру. Хоть что-то хорошее у неё осталось от матери…       Подходит к подруге, понимая, что времени у них действительно в обрез, поэтому начинает накручивать её локоны на плойку, прекрасно зная, какой результат ожидает сама Неред, ведь прически они выбирали заранее. Лиза вырисовывает идеальную чёрную линию на своём глазу, немного радуясь, но вспоминает, что глаза у неё все-таки два, и если нарисовать криво, то самое безобидное, что она получит в итоге — лёгкое косоглазие.       Спустя злоебучий час, за который Лиза прокляла всех производителей подводок за херовые продукты, они наконец собрались, не без помощи её матери, ведь она погладила красивое платье, которое русоволосая специально выбирала чтобы понравится Дане. Кстати о нем. Он уже успел настрочить порядка пятидесяти сообщений о том, что ему скучно, и что он уже устал натягивать доброжелательную улыбку и радоваться, при встречи дальних родственников, выслушивать их «замечания» по поводу того, что он очень сильно изменился за десять с хуем лет.       Выслушивают последний наказания от тёти Иры и выходят из квартиры, ведь их уже ждёт Юлий, сидящий в такси.       Девушка слегка мандражирует перед встречей со своим лучшим другом, сжимая в руках небольшую коробочку, в которой у неё подарок для него. Хочется произвести впечатление не только на Даню, но и на его родителей, Лиза надеется на то, что они хорошо её воспримут. Она едет туда с уверенностью в том, что наконец признается ему в своих чувствах.

***

      Вспоминать немецкий язык прямо на ходу ему давно не приходилось, да и вообще слышать немецкую речь парень уже отвык. Юлика всегда поражал тот факт, что Данила владеет сразу четырьмя языками, но как говорит сам рыжеволосый он знает только три языка, а четвёртый впитался в него с молоком матери.       В двухтысячном году родители Кашина решили начать новую жизнь. Новую жизнь в Германии. Именно там родился Даня и прожил первые шесть лет своей жизни. Изначально маленький рыжеволосый мальчик заговорил на чистом немецком, но его бабушка, узнав про это, приехала «погостить», и после её визита малыш начал чуть-чуть понимать по-русски. Поняв, что «счастливая и безоблачная» жизнь в Германии им не подходит для их семейства, родители принимают решение вернуться на родину. Перед тем, как идти в школу, младший Кашин выучил русский язык и уже мог на нём свободно общаться и писать.       Маленький мальчик был просто в шоке, когда узнал, что где-то на планете могут быть места, непохожие на жизнерадостную Европу. Люди в России были слишком злые, поэтому маленький мальчик просился обратно в свою «теплицу с помидорами», но потом встретил маленькую девочку с большими бантами из первого «А».       Говорит со своей сестрой, а после замечает своих друзей, которые оглядываются, стараясь найти его. Видит Лизу, фигура которой облачена в красивое бежевое платье средней длины. Красивый макияж и прическа, невероятно красивая. Рыжеволосый извиняется перед сестрой и со всех ног бежит в сторону своих друзей, приветствуя их.       — А вот и мой именинник! — говорит Дарья, тепло и крепко обнимая его и одаривая щеку дружеским поцелуем. — Поздравляю тебя, теперь ты можешь делать абсолютно всё, ну, в положительном ключе!       Кашин чуть крепче обнимает её, но всё равно «ломает» несколько ребер, после чего отпускает подругу. Жмёт руку своего друга, так же выслушивая поздравление от него. Смотрит на Лизу и не может нарадоваться. Она всё-таки приехала…       Подходит к ней, крепко-крепко обнимая её. Лиза кладёт свои руки на его шею, слегка вдыхая его аромат. Парень слегка опускает руки на её талию, показывая тем самым, что безумно рад видеть её… Или нет. Может быть он просто хочет показать ей что-то?       — Ты потрясающе выглядишь, — говорит Данила, аккуратно вдыхая запах её волос. — ты очень красивая.       — Ты тоже, — она улыбается, чувствуя, как его ладони становятся горячее. — поздравляю тебя с днём рождения.       — Спасибо большое! — умиляется, а после отстраняется, понимая, что некоторые родственники могут вести за ними скрытую слежку. — Проходите…

***

      Отец парня то и дело подходит ко всем родственникам, делая фото. Всё-таки они видятся не каждый день. Руслан с Настей приехали чуть попозже, но уже давно стоят рядом с Даней, обсуждая какие-то свои темы. Все ребята спокойно пьют шампанское, пока Лиза всё время смотрит на Даню, закусывая губу и явно волнуясь. Она старается подобрать какие-то слова, чтобы описать свои чувства к нему, но вот только она не подозревает, что Кашин младший занят тем же. Парни смотрят на Данилу, ожидая, когда тот наконец возьмет себя в руки и наконец скажет Лизе то, что не может сказать уже десять лет.       — Слушай, Лиз, — тихо говорит Даня и тут же все замолкают, замечая как она смотрит на него. — пошли поговорим…       Она кивает, вспоминая, как слышала эту фразу очень много раз, но ничего так и не услышала, кроме нечленораздельной речи Кашина. Данила следует на балкон, придерживая Неред за запястье, показывая тем самым, что настроен более чем серьезно. Всё вроде бы идёт по плану, но внезапно появившийся отец, остановивший их, чтобы сфотографировать, немного обрушил план.       — Давайте, фото на память.       Кашин смотрит на отца, прожигая его вредным взглядом, но девушка лишь улыбается, подтягивая его на красивый фон, где стоят цветы. Они встают рядом, делая какие-то странные лица, на что Владимир усмехается, желая немного «подставить» любимого сынулю.       — Ну приобними её! — возмущается отец парня, показывая рукой, чтобы сын подошёл ближе.       Лиза с Даней смущённо переглядываются и она сама двигается ему навстречу. Парень опускает руку по талии, обвивая её, пока ладонь немного уходит вниз, обнимая так же и небольшой участок бёдра.       — Вот, хорошо, — делает три снимка под разными углами, а после отрывается от камеры, стараясь найти новую. позу. — Лиз, встань немного впереди… — девушка быстро кивает, слушаясь его отца. Парень вновь слегка приобнимает её, а заметив лицо отца, понимает, что тот задумал. — да, да, вот так вот, — вновь делает несколько снимков и отпускает подростков.       Ребят оказываются на открытом балконе, пока солнце уже начинает садиться. Даня закрывает двери, чтобы никто не смог им помешать и быстро снимает пиджак, накидывает его на хрупкие плечи девушки, чтобы она уж точно не замерзла. Русоволосая усмехается и благодарит его за проявление нежности к ней, а после подходит к периле, которая создана для того, чтобы обезопасить людей. Парень подходит к ней со спины, кладя руку на её талию. Оба смотрят на багряный закат, чаруясь его красотой.       — Завтра будет ветер, — подмечает девушка, поворачиваясь на Даню. — Моя бабушка всегда говорит, что если солнце садиться в красные тучи — будет ветреная погода, но будет и небольшой дождь, — парень улыбается, смотря на то, как одна часть её лица становится красной, то ли из-за заката, то ли из-за неловкости их общения. — Что ты хотел сказать?       — Мы с тобой знакомы уже очень давно, — старается вспомнить ту речь, которую готовит на протяжении всех десяти лет. — Всю мою сознательную жизнь ты была рядом. Хоть мы и начали хорошо общаться только в начале десятого класса, но у меня такое ощущение, как будто мы с тобой общаемся уже всю жизнь, — смотрит в её глаза, даже не моргая. — Ты очень красивая, сегодня и всегда… — кладёт обе руки на её талию, тем самым двигая её чуть ближе к себе. — Я очень рад, что ты появилась в моей жизни. Спасибо тебе, что ты есть… — не выдерживает, прижимая лучшую подруг максимально близко к себе, чувствуя каждую клетку её тела.       Оба тяжело вздыхают, пока в горле стоит ком, не позволяя вымолвить ни единого слова.       — Тебе тоже, — улыбается, вдыхая запах его одеколона.       — И… — отстраняется, чтобы вновь видеть её глаза, уже собирается сказать, но решает ещё чуть-чуть подождать. — Я пытался сказать это ещё в мае…       Дверь внезапно открывается и отец нарушает их идиллию. Подростки отстраняются друг от друга, заинтересованно смотря на того человека, который так нагло ворвался на балкон.       — Дань, сфотографируйся с бабушкой, прямо сейчас.       — Оставайся здесь, я ещё не всё сказал…       Вынужден покинуть её, но совершенно не на долго.       — Хорошо, — спокойно отвечает она, замечая, как Данила уходит с балкона.       Лиза стоит оперевшись на перила, наблюдая за заходом солнца. Это невероятно занимательный процесс, потому что делать ей особо и нечего. Ждать Даню, ожидая его реакцию на её признание. Ей никогда не было сложно сказать эти простые три слова: «Я тебя люблю».       Вновь слышит хлопок двери, и оборачивается, видит перед собой Кашина, который настроен более чем серьезно. Подходит к ней, вновь кладя свои руки на её талию, слегка опуская их ниже, а после переводит одну руку на её шею, слегка сжимая.       — Я люблю тебя.       Резко касается её губ, затягивая в поцелуй. Во рту чувствуется вкус от недавно выпитого, «для храбрости», шампанского, чувствует, как его язык аккуратно пробивается в её рот. Охотно отвечает на него, пока сознание осядет. Становится приятно. Сладковатый вкус от её бальзама так же разносится по ротовой полости. Он чувствует, как она прижимается ближе к нему, кладя руки на шею и немного опуская его к себе, чтобы ему было удобно.       Данила опускает руки на её бёдра, по-хозяйски сжимая её своими теплыми и слегка влажными ладонями. Она резко вдыхает, отстраняясь, пошло улыбается, и вновь целует его.       — Я тоже люблю тебя, Дань…       — Мы встречаемся?       — Да…