Не совсем Светлый Лорд

Бечено! Гарри никак не мог заснуть из-за обуявшего его волнения. Он думал обо всем произошедшем за день, точнее, вторую его половину, и сердце его наливалось странным давящим теплом, согревающим изнутри. Поэтому заснуть получилось только под утро. Проснувшись к часам двенадцати, Гарри, наверное, впервые за все годы, не считая времени, проведенного в Хогвартсе, почувствовал себя очень спокойно и уютно, хотя все и казалось дивным сном, от которого не хотелось просыпаться. Произошедшее вообще было невероятным, как и слова брата. Ведь не может в его жизни случиться чего-то настолько волшебного? Отлеживать бока в теплой постели не давали дурные мысли, которые и призывали проверить реальность происходящего. Впрочем, убедился Гарри в этом быстро. Все было правдой. Генрих действительно был вчера здесь — это не какая-то галлюцинация, придуманная Гарри. А это значило, что и слова брата были вполне реальными. — Гарри, мне завтра с утра нужно отлучиться в Гринготтс и уладить дела с нашим наследством. Это может занять какое-то время, — сказал Генрих и послал извиняющую улыбку. — Как только я вернусь, отправимся за покупками, а пока будем гулять, расскажешь о своей жизни, может, даже сходим куда-нибудь…? — возможно, Гарри показалось, но в тот момент Генрих выглядел смущенным. Это произошло впервые с начала их короткого, но радостного знакомства. — Разумеется, Генрих. Я буду только рад, — ничего другого язык не поворачивался сказать. Гарри хотел многое рассказать брату, чего не успел за пол ночи, наверное, столько же много, сколько вопросов у него накопилось за день и бессонную ночь. А Генрих после заветных слов стал самим собой — уверенным в себе, с долей извечного высокомерия на лице магом-аристократом. Сейчас это казалось даже забавным и привычным…? Возможно. Генрих совсем не раздражал своим «снобизмом», наверное, потому что был родственником Гарри, и в его исполнении «аристократ» принимает веское и правильное значение, особенно в глазах ребенка. Он не воротил нос, как это наверняка сделали бы другие, когда Гарри заикнулся о своей магглорожденной подруге Гермионе, разве что отметив «похвальное рвение умной молодой особы познавать мир и восполнять знания». Но от этих слов Гарри даже стало немножко стыдно, ведь он, в отличии от Гермионы, много ленился и не особо стремился узнавать магические реалии. У Гарри даже появилась мысль это исправить… Которая была задавлена другими вопросами Генриха. Он интересовался всем, что касалось мальчика, и это даже немного смущало — до того внимателен и участлив был брат. «Интересно, когда он вернется?» — Гарри еще раз осмотрел комнату. Он не нашел никаких признаков пребывания взрослого мага, но здесь не было ничего удивительного. Генрих предупредил его еще вчера о походе в банк и оставил записку, чтобы подопечный не волновался и хорошенько позавтракал внизу. С Томом он уже договорился на этот счет.

«Гарри, не волнуйся, если не обнаружишь меня с утра. Еще вчера я предупреждал, что уйду рано. Когда встанешь, сходи позавтракать. И не беспокойся насчет денег, я обо всем договорился с Томом. Твой старший брат, Генрих Поттер»

Старший брат обо всем позаботился… Старший брат, как странно звучит. Непривычно. Но зато теперь у Гарри был близкий родственник, который по-настоящему беспокоился о нем. Он верил в эту маленькую ложь, придуманную собой. Он слишком хотел в это верить. Верить, что он больше не будет одинок и что у него, наконец, появится близкий и надежный взрослый человек, которому можно доверять, который не отмахнется от «небылиц», как профессор Макгонагалл, с которым можно просто радоваться жизни, как самый обычный ребенок. Пусть Генрих и был несколько высокомерен и в его голосе то и дело проскальзывала издевка, но она совершенно не резала слух и восприятие. Возможно, дело было в его харизме, которую тот распространял даже во сне. Гарри в этом уже убедился… Каким бы он ни был, Генрих все равно был и остается его старшим братом, правда, непонятно еще по какой линии… А еще он воспринимал Гарри всерьез — не так, как это делали другие маги. Генрих оставлял выбор, позволял решать, что делать, и учитывал его желания. Это многого стоило для ребенка, с мнением которого никто и никогда не считался. Это простое знание, что Мальчик-Который-Выжил был кому-то нужен, — не как какая-то знаменитость, а как обычный мальчишка, просто Гарри — очень радовало и согревало его изнутри давящим теплом. Живот Гарри вдруг громко заурчал, требуя пищи. — Стоит позавтракать, — сказал сам себе он, засобиравшись, с легкой полуулыбкой. Букля сонно ухала из-под накрытой черной непроницаемой тканью клетки…

***

Внизу его уже поджидал горячий и ароматный завтрак, с яичницей и беконом, картофельным пюре и котлетами, а также салатами и курицей с рисом. У Гарри разбегались глаза от обилия различных блюд. Слюна рефлекторно отозвалась на ароматные запахи, отчего пришлось сглотнуть излишнее слюновыделение. — Это все мне? — поспешил уточнить он с широко распахнутыми глазами у Тома, на что тот кивнул. — Ваш сопровождающий посчитал, что вы сильно проголодались и попросил приготовить побольше еды. К тому же, вы растущий организм, мистер Поттер, — улыбнулся уголками губ Тот. — Вы знаете меня?! — Я помню всех людей, которые посетили мой бар. Приятного вам аппетита, — кивнул Том и посчитал свою работу выполненной. В конце концов, даже за это ему заплатит тот, несомненно, богатый господин. — Спасибо… — растерянно сказал ему в спину Гарри и сел есть. Он, наверное, так много не ел в своей жизни, к тому же, Том то и дело подносил новые блюда и забирал чистые тарелки. Так произошло три раза, прежде чем желудок юного Героя наполнился, а сам волшебник стал сытым. Довершил все горячий черный чай из дорогого сервиза. — Спасибо, — только за то время, что Том подходил к нему, Гарри поблагодарил его три раза. — Вы слишком вежливы, мистер Поттер, — усмехнулся бармен. — Прямо как ваш сопровождающий… Он передал, что подойдет к обеду. — Вот как? — Гарри не сдержал улыбку. — Спасибо вам еще раз, Том. — Это моя работа, — благодарно изобразил кивок тот. — Но я бы посоветовал вам быть поосторожнее с вашим сопровождающим… Он довольно опасный человек. — Опасный? — Гарри вспомнил прошлый вечер…

***

— Я, названный Гарри Джеймсом Поттером… — Я, названный Гарри Джеймсом Поттером… — повторял слово в слово Гарри с палочкой в одной руке, а другой крепко держась за Генриха. — …клянусь хранить тайны и секреты названного Генрихом Джеймсом Поттером с этого мгновения. — …клянусь хранить тайны и секреты названного Генрихом Джеймсом Поттером с этого мгновения. — Я обязуюсь не разглашать доверенные мне тайны и секреты без прямого на то согласия доверившего их мне, да будет так! — тихонько воскликнул Генриха, и кончик его палочки зажегся на мгновение слабым светом, вмиг угаснув. — Я обязуюсь не разглашать доверенные мне тайны и секреты без прямого на то согласия доверившего их мне, да будет так! — точно тоже самое произошло у Гарри. Он почувствовал большой отток магии из своего тела. «Устал», — сразу понял Гарри, пока что-то в середине груди у него неприятно сжималось. — Присядь, Гарри, — успокаивающе произнес Генрих, вмиг трансфигурировав стакан из своего карманного платка, а после… — Агуаменти, — вода очутилась в стакане по легкому мановению руки. — Выпей воды. Гарри выпил, жадно цепляясь за каждую каплю живительного напитка. Он и не заметил, как сильна его жажда, пока не увидел сосуд. А затем он вернул стакан и со всем вниманием поинтересовался: — Это все? — Все, — слегка улыбнулся Генрих, растрепав непослушные волосы Гарри. — Ты молодец, я в тебе не сомневался, — эта похвала нашла отклик в глубине души того. Было приятно, когда тебя хвалили. — Я все еще не совсем понимаю, для чего это было нужно? — Гарри выжидающе посмотрел на Генриха. Тот вздохнул, но все также улыбался совсем доброй и извечной снисходительной улыбкой. — Есть тайны, которые могут знать только члены нашего рода, Гарри. И это была одна из них. Это знание очень опасно. За него могут убить, и никто и ничто не остановится, чтобы заполучить этот Дар. — Но… — Люди эгоистичны и жестоки — это их человеческая суть. Даже в тебе и во мне она есть, — с какой-то затаенной грустью говорил Генрих, будто бы это было ему знакомо и он сталкивался с подобным. — И такое сокровище… Видеть суть всего — очень опасно. Это может убить не только меня, но и слабых духом волшебников, которые могут прийти за ним. Таких найдется не мало, скажу я тебе. Теперь ты хранишь мою тайну и все грядущие. — Ты мне расскажешь? — удивленно воззрился Гарри на Генриха. — Да… Именно поэтому я выбрал такую расплывчатую формулировку клятвы, — тот улыбнулся и кивнул. — Ты — Поттер, а это значит, что рано или поздно я передам тебе свои знания и секреты. Мы — семья. «Семья…» — это слово слишком много значило для сироты.

***

— Не думаю, что он причинит мне вред, — поспешил успокоить бармена Гарри. Он не знал, что им движет, но не хотел, чтобы о брате узнали слишком рано. — Вам не о чем беспокоиться, Том. Бармен с сомнением глянул на Гарри и кивнул. Его дело маленькое — предупредить. Но рассказать об этом, несомненно, странном маге, который ошивается возле Избранного, стоит… — Добрый день, Том, — доброжелательный голос заставил того вздрогнуть. — Доброго утра, Гарри, хорошо спал? Я не решился тебя будить так рано. — Все отлично, Генрих! — Замечательно, — улыбнулся тот вместе с Гарри. — Спасибо, что помогли ему. Думаю, это заслуживает награды… Том как никогда ясно осознал, что ничего и никому уже не расскажет. И он еще пока не знал, хорошо это или нет, но все больше склонялся ко второму варианту… Натянув на себя фальшивую доброжелательную улыбку, бармен постарался выглядеть как можно непринужденнее и спокойнее.