Макс Фрай. Несбывшиеся чудеса

В снах возможно все. Эту простую истину тогда еще слишком юный - непростительно юный! - Макс усвоил давно и накрепко, и даже когда стал старше и куда мудрее, на что он надеялся, во всяком случае, не отступал от нее ни на шаг. Для него сны были еще одним видом реальности - податливой, живой, красивой и бесконечно притягательной. Неудивительно, что в своем прошлом Мире он никак не мог привыкнуть к тому, что вставать надо по будильнику и вне зависимости от твоего желания. А еще он любил ночь. Еще бы - ночью случается самое невероятное и прекрасное! Все волшебство происходит исключительно под покровом тьмы. Так какой сумасшедший решил, что спать нужно именно ночью? Потому Макс редко удивлялся, когда какие-то из ряда вон выходящие события происходили с ним во сне или ночью. Этот сон не предвещал ничего сверхъестественного или необычного. Кроме того, что ему наконец-то приснился Город - тот самый, что они с Шурфом создали после поездки в Кеттари. Он и не думал, что так соскучился по этому удивительно тихому месту, где все еще бродил по парку бессмертный призрак Теххи, а канатная дорога пролегала над пропастью в Вечность. Он понимал, что тосковал без поющих мостовых, уютных улочек и невысоких домишек. Поражался тому, как чужие сновидения и другие путешественники между Мирами преобразили его дивное сновидение. И как правильно сказал Франк - у него было слишком скудное воображение, чтобы дать настоящую и такую разную жизнь своему нечаянному и драгоценному сновидению. Вот и теперь, вдоволь насладившись прогулкой по родному и любимому Городу и наохавшись с его чудес, которые за каждым углом подстерегали парня, он сидел в кофейне и гладил забравшихся на его колени щенков тумана - забавных дымчатых созданий, дружелюбных и ласковых, лишь бы к воде не приближались, а то растают, будто вешний снег. Забавная девушка-кошка Триша уже была вдосталь накормлена историями и потому лишь что-то мурлыкала под нос, хлопоча над чашкой кофе и мечтательно улыбаясь. Забавное создание, как и эти щенки, из тех чудес, что не были придуманы им самим, но стали частью призрачного городка в горах. И уж меньше всего он ожидал увидеть здесь гостя, которого сам когда-то отпустил на свободу - птицу из клетки. Высокий, с пронзительными голубоватыми глазами, похожими на полупрозрачный и при этом непроницаемый кошачий глаз, светлыми, жесткими, будто проволока, волосами, забранными в низкий хвост, и неизменной улыбкой, которая, однако, никогда не касалась взгляда. Он все еще был прекрасен, хоть и исхудал, а бледная кожа осталась такой же светлой. Но все равно в неожиданном ощущалось нечто, что Макс назвал бы ветром других Миров: путешествия оставили на путнике неизгладимый след. - Сэр Макс? - чуть наклонив голову, спросил старый знакомец, и в ответ Вершитель улыбнулся: он всегда подпадал под непреодолимое очарование этого человека. - Сэр Лойсо, рад видеть тебя в добром здравии, - кивнул в ответ парень, и бывший Магистр сел за столик, не дожидаясь еще и словесного приглашения: все же Пондохва куда больше знал о людях, чем они сами, являясь идеальным отражением собеседника, предсказуемого или не совсем. - И я рад тебе, юный Вершитель, - улыбнулся ему мужчина и отпил ароматный кофе с корицей из любезно предложенной чашки, принесенной Тришей. - И у меня к тебе есть предложение, от которого тяжело отказаться. - Сломать парочку Миров и улететь в Хумгат, не оборачиваясь на взрыв? - немного тоскливо пошутил парень, тоже вернувшись к своему кофе, однако предложение бывшего Магистра Ордена Водяной Вороны заставило его подавиться напитком. - Погнали на амобилере смотреть кино под открытым небом, - в голосе мага были мечтательные нотки, отдававшие романтизмом и наивностью, чего стоило ожидать от того, невыносимо юного и глупого Макса из Мира Паука, сочинявшего стихи, словно клен роняет листья осенью. - Лойсо, а тебя не смущает, что в этом городе нет амобилеров? И вообще... в этом Мире ... кино было только в моей квартире на улице Старых Монеток? - осторожно поинтересовался Макс, стряхивая светлую челку со лба и стараясь понять, о чем же думает свихнувшийся Магистр. Но тот скептически приподнял бровь, отвечая на испытующий взгляд Вершителя снисходительно-усталым. Так обычно смотрят на детей, когда те говорят очередную глупость. - Это все еще твой Мир, неразумный юноша, и ты волен пожелать, чтобы тут появился амобилер. И кинотеатр под открытым небом. И ... да что угодно! Рано или поздно, так или иначе. Неужели ты забыл, что все твои желания имеют отвратительную привычку сбываться? - развел руками блондин, не выдержав вопросительно-недоумевающего взгляда. И Смерть на Королевской службе - пусть и уже давно бывший - невольно покраснел, осознавая, насколько Магистр прав. Впрочем, во дворе их уже ждал амобилер с возницей, и Макс точно знал, что стоит им двоим сесть, как невидимый возница, повинуясь не высказанному, но рожденному подсознанием желанию, отвезет их на огромное поле, где будут стоять десятки амобилеров с парочками перед большущим экраном, как в фильмах прошлого века Мира Паука, и на белоснежной гладкой поверхности будет идти какой-то фильм - под вечно звездным небом, темным, как обсидиан, с вкраплениями алмазов неведомых созвездий. Собственно, так и получилось, и только торжествующий взгляд Пондохвы разве что не лучился самодовольством и практически ощутимым "я же тебе говорил". И Макс не мог не согласиться - даже несмотря на то, что сидели они вплотную друг к другу, и сквозь плотную ткань Мантии Смерти, в которой он по привычке иногда разгуливал, ощущалось чужое тепло, даже жар, словно бы впитанный тем ядовитым миром, в котором в свое время едва не погиб Лойсо. Впрочем, что-то внутри подсказывало парню, что мужчина бы не погиб, раз уж им суждено было встретиться, даже спустя сотни лет и бесконечность дорог. Фильм на экране не блистал каким-то осмысленным сюжетом: в последнее время в Мире Паука было все меньше по-настоящему интересных, красивых и глубоких фильмов, рассчитанных на зрителя-профессионала. Но что-то в современном не то триллере, не то боевике было настолько захватывающее, что в какой-то момент Макс даже увлекся происходящим на экране и совершенно упустил момент, когда жесткие, как проволока, волосы коснулись его щеки, а насмешливо-колдовские зеленые глаза оказались непозволительно близко, так, что можно было разглядеть, как в глубине изумрудная зелень сливается с два заметными золотыми и опаловыми крапинками. Да и горячая до практически ощутимого ожога рука на собственном бедре не добавляла парню спокойствия. - Что ты делаешь? - глупый, невозможный, но вполне спасительный в таких случаях вопрос, который бы заставил любого другого отшатнуться или хотя бы опомниться, но в глазах Лойсо снова появилось то раздражающе-снисходительное выражение. - Хочу тебя поцеловать, - все же снизошел он до ответа, когда понял, что еще немного - и Макс свалится с амобилера в попытке отползти от Пондохвы. - И зачем? - в голосе Вершителя все еще оставалась настороженность. - А разве не этим занимаются в ваших кинотеатрах? - немного удивился Магистр. - Да и сам подумай, если бы ты этого не хотел, я бы к тебе никогда в жизни не полез. - Лойсо, я много чего в этой жизни не хотел, но... - и все же тепло руки, сместившейся на верхнюю часть бедра, заставляло парня краснеть и давиться словами, пока Пондохва смотрел, неотрывно, жадно и с какой-то легкой иронией. И в улыбке у него тоже была та самая легкая ирония, от которой, казалось, нельхзя было спастись никакими средствами. - Да черт бы тебя подрал! - с тихим рычанием выдохнул Макс и, схватив мужчину за ворот, притянул к себе, с какой-то яростью впиваясь в губы поцелуем. Впрочем, Пондохва не был бы собой, если бы оставил не самому опытному мальчишке эту инициативу, переводя яростный, кусающийся, отчаянный поцелуй в успокаивающий и в чем-то даже нежный. Вот уж нельзя было подумать, что в человеке, который так хотел уничтожить целый Мир, просто потому что он ему не понравился, может скрываться такая безотчетная теплая нежность. - Не знаю, кто такой черт, но он определенно на моей стороне, - выдохнул в губы Вершителя Лойсо, проводя кончиками пальцев по шее и застежке Мантии Смерти, отчего в разноцветных глазах появились искорки любопытства - как же далеко они зайдут? И пожалуй, ради этого момента стоило придумать и амобилеры, и кинотеатр под открытым небом, и даже дурацкий и совершенно не отвлекающий от поцелуев фильм. Лишь бы ощущать горячие ладони и странно теплый, немного насмешливый и отчего-то совершенно непередаваемый взгляд самого могущественного мага, выбравшего сумасшедшего Вершителя своей парой как минимум на этот фильм. И еще десятки фильмов до конца Вечности.