Ashes on the ground

Очнулся я примерно через минуту, привязанный к батарее в общей спальне. Логично было бы предположить, что второй. Теперь я был наедине с верзилой. Он сидел напротив и улыбался во весь гнилозубый рот. Не сказав ни слова, он ударил меня справа, затем слева, в живот. Поднялся и пнул ногой. Взял меня за волосы и ударил затылком о стену. Я правда пытался сопротивляться, но веревки были слишком тугими, я чувствовал, как они впиваются в кожу моих запястий. -Думаю, ты готов... - протянул он и стал расстегивать ширинку брюк. -Я не помешал? - Я дернул головой в направлении голоса, и это отозвалось жуткой болью в висках. О боже... Опять он. За спиной Ньюта стоял Чак, он был напуган до полусмерти. -Свали, Ньют. Тебе нельзя появляться в нашей спальне. Ты же сам говорил, что нужно чтить правила. Я посмотрел на Ньюта. Он был в ярости. При всем его внешнем спокойствии, я никогда не видел, чтобы он проявлял хоть какие-то эмоции . Но сейчас его лицо было искажено злобой, хоть глаза, по обыкновению, были спрятаны. Он сделал несколько шагов. -Я очень жалел о том, что не убил тебя в тот раз. И никогда не прощу Минхо и Алби за то, что оттащили меня. Но, клянусь... Если ты еще раз прикоснешься к нему, я выпущу тебе кишки и буду носить как ожерелье. -Много пиздишь, Ньют. То, что ты без труда грохнул Галли, не значит, что ты справишься со мной. Ньют рассмеялся, отвернувшись на секунду. А затем резко впечатал кулак в рассеченное шрамом лицо. Глупо было бы полагать, что верзила не ответит. Драка была яростная, Ньют был проворнее, и это спасало его от тяжелых ударов. Но один из них повалил его на пол. Чудом он смог оказаться сверху, подмяв верзилу под себя, прижав его грудь коленями и стал наносить один удар за другим. Он был похож на зверя. Он и был им. -Чак! Чак, развяжи меня! Он его убьет! Чак, все это время находившийся в странном трансе, бросился ко мне и стал возиться с веревками. Секунда. Вторая. Ньют поднялся. Верзила не мог этого сделать. Он пытался, но руки его подводили. Он ударил ногой, подсекая Ньюта. Тот свалился на пол рядом. Я увидел нож. -Ньют! Не смей! Чак справился с веревками. Я, не помня себя, бросился к ним, обхватил Ньюта, снова сидящего верхом с занесенным ножом, со спины и стал оттаскивать. Это было трудно. Он зарычал и оттолкнул меня. Руку пронзила резкая боль, но я не обратил внимания. Я снова вцепился в него, мне удалось выбить нож из руки. Его подобрал Чак. -Ньют! Успокойся! - Он бился в моих руках так, что я был уверен - синяки останутся у нас обоих. -Томас, нужно увести его! -Пусти меня, блять! Я должен закончить! Этот сукин сын... Он! Он... Я держал Ньюта и с трудом пятился к выходу. Он снова вырвался, я ухватился за ворот его куртки, каким-то чудом развернул к себе и дал пощечину. Он посмотрел на меня. И в тот момент я был уверен, что он убьет меня на месте. Но он молчал. -Прошу... Идем. Он того не стоит. Кажется, мой удар заметно ошарашил его, потому что он остыл. Бросил взгляд на корчащегося на полу врага, схватил меня за запястье и увел оттуда. Мы шли в мой изолятор. Я отпер дверь, Ньют втолкнул меня внутрь, залетел сам и закрыл дверь изнутри. Он метнулся в угол, забился туда и уронил лицо в ладони. Он тяжело дышал. Молчал. Через несколько минут, которые показались мне вечностью, он поднялся. -Спасибо. -За что? -За то, что остановил меня. -Спасибо, что спас меня. Опять. -Чак меня позвал. Видимо, бежал к Алби, но я попался первым. Если бы не он, я бы опять не успел... - Он посмотрел на меня. - Блять... У тебя кровь. Кровь на лице успела стать делом привычным. Я проследил за взглядом Ньюта до своей руки и увидел, что свитер был порван, весь рукав пропитался кровью. Я даже не заметил этого, пока Ньют не сказал. Адреналин. Ньют уже подлетел ко мне и стал нахально стягивать с меня свитер. -Рана глубокая. Черт... Придется зашивать. -Минхо? -Нет. - Отрезал Ньют, выуживая из тумбочки аптечку. - Я сам. Я столько раз наблюдал, как Минхо штопает меня, что уже эксперт в этом. Если, конечно, ты мне доверяешь. Он посмотрел на меня. -Доверяю. Он обработал рану и свои руки, стал зашивать. Если до этого я не чувствовал боли, то сейчас она не забыла о себе напомнить. Каждый раз, когда я вздрагивал или шипел, Ньют замирал и смотрел мне в лицо. Несколько швов, снова обработка. Он заботливо отмыл руку от крови и наложил повязку из стерильных (кто бы мог подумать о такой роскоши) бинтов. -Прости. Блять... Мне правда жаль. Я не хотел. Не было сомнений, что это Ньют полоснул меня ножом, когда я пытался оттащить его. Но я не испытывал никаких чувств на этот счет. Черт, да он был в такой ярости, что мог бы и пришить меня случайно. Он сидел на кровати, рядом. И избегал смотреть на меня. Он погрузился в себя, в свои размышления. Я боялся прервать его, но все же вытащил из кармана брюк сигареты и зажигалку и протянул ему. -Я так и знал, что оставил их здесь... Сейчас, как бы то ни было для меня странно, я увидел его настоящего. Я увидел не Вожака Глэйда, не вожака первой стаи, не убийцу, не холодного отстраненного изгоя. Я увидел человека. Увидел Ньюта... Он взял сигареты, протянул одну мне, прикурил нам обоим. Мы сидели и курили. Молча. Думая каждый о своем. Я думал о том, что таким он мне нравится гораздо больше. Я все еще чувствовал силу, исходящую от него. Но она больше не была мистической и пугающей, как раньше. Я рассматривал его, не боясь, что это может ему не понравиться. Я следил, как он подносит сигарету к губам, медленно затягивается и выдыхает сизый дым. Я видел, как его рука едва заметно дрожала. Мы сидели близко, почти соприкасаясь коленями, но я не чувствовал прежнего желания отодвинуться или сбежать от него. Даже наоборот. А о чем думал он, я не мог себе представить. Это все еще было для меня загадкой. Я не чувствовал неловкости. После того, как мы оба сегодня были в смертельной опасности, спасли друг друга, смущение казалось такой глупой мелочью... Я взглянул на него. Его сигарета давно дотлела, как и моя. Я не мог вспомнить, сколько минут уже не затягивался. Я осторожно вытащил окурок из его пальцев и выкинул оба в окно, а вернувшись, сел еще ближе к нему чем был. Неосознанно, как мне тогда казалось. Подсознательно мне хотелось быть ближе, чувствовать его эмоции. Но я не мог. -Сильно болит? - спросил он, кивнув на руку. -Не очень. -Извини еще раз. Останется шрам. -Плевать. Это мелочь. И кстати... Прости, что ударил тебя. -Нет-нет. Ты все сделал правильно. Я настолько охренел, что пришел в чувство. Тебе, должно быть, нелегко далось решение вмазать мне. -Я тебя не боюсь, если ты об этом. Ньют улыбнулся. Искренне. Так, как я еще не видел. -Даже после того, что я сделал у тебя на глазах? Думаешь, я не видел твое лицо? - Я промолчал. - Презираешь меня? -Нет. Уже нет... - Ответил я. - И это не было страхом. -Я тебе не верю. - Сказал он. Мне казалось, что он испытывал меня. - Докажи. -Доказать, что не боюсь тебя? Смеешься? Как? Я пялюсь на тебя, как никто себе не позволяет, я говорю с тобой, сижу рядом полуобнаженный. Я, блин, ударил тебя по лицу. Этого мало? -Мало. - Ответил он с улыбкой. Он становился откровеннее, я это видел. -Ладно. Какие доказательства тебе нужны? -Не знаю. Придумай что-нибудь. Я отвернулся, чтобы он не видел, как я сдерживаю смех. Все это было слишком по-детски. Повернувшись обратно, я увидел, что он смотрит на меня в ожидании какой-либо глупости. И я был готов ее совершить. Доказать себе и ему, что я не боюсь. Я подался вперед, положил руку ему на шею, притягивая к себе и сделал, наверное, самую большую глупость, на которую был способен. По крайней мере, тогда я так подумал. Я поцеловал его, стараясь не сделать это слишком робко, но и не слишком дерзко. Как я и ожидал, получилось что-то среднее. Он не оттолкнул меня, пока я сам не решил отстраниться. Но и отвечал он, скорее, из вежливости. Из какого-то очень странного понятия этой самой "вежливости". Я отстранился и опустил взгляд, не хотел видеть его реакцию. -Весомо. - Сказал он и поднялся. Отошел к двери. - Признаю, что был неправ. Ты не боишься. И мне до странности это нравится. Он вышел и закрыл за собой дверь, но не успел я сделать и вдоха, как он вновь заглянул в комнату. -Кстати у тебя талант. - Он бросил на кровать мое руководство, открытое на странице, бывшей для меня самой личной, и его улыбающаяся физиономия исчезла из дверного проема. Я всмотрелся в свой рисунок. Портрет Ньюта. Здесь он был таким, каким я запомнил его с нашей встречи в душе. В одном полотенце и очках. Сверху красовалась подпись: "Парень, который никогда не снимает очки". Я понятия не имел, как руководство попало к нему в руки, и когда он успел рассмотреть рисунки. И думать об этом, если честно, совсем не хотел. Но мысль о том, что он видел этот мой рисунок заставляла мою грудь пылать. Я лежал и всматривался в его портрет, пока не забылся сном.

***

Я проснулся поздно ночью. От какого-то липкого ужаса, настигнувшего меня. Я вспотел во сне, хотя и не помнил, что мне снилось. Я встал, открыл окно. Луна еще висела в ночном небе. Часами я до сих пор не разжился, так что сколько времени понять не мог. Свежий воздух ни капли не помогал. Я вытянул перед собой руки, их била сильная дрожь. Все это было похоже на паническую атаку. Меня ужасно тянуло идти. Куда - не знаю. Идти куда-то, будто я должен был это сделать. Будто где-то я был нужнее, чем здесь. Ночные прогулки кое-чему меня научили, но сейчас мне было плевать. Я перестал бояться. Я выбежал из комнаты и бежал, пока не добежал до туалета. Я не заходил внутрь, но что-то подсказывало, что мне надо туда. Я услышал возню и приглушенные разговоры. Подошел ближе. -Открывай, черт тебя дери! Сражайся, как вожак, если ты так хорош! В грудь ударило что-то нехорошее. Я вломился внутрь. Я увидел двух парней, ранее незнакомых. Они заметили меня, и я почувствовал их страх. Один кинулся на меня с ножом, приставив его к горлу. -Нет! Было сказано, что только Ньюта! - Крикнул второй. -Тогда заканчивай! - Сказал тот, что держал меня. -Надо уходить! Он все равно уже не жилец. Державший нож оттолкнул меня к стене со всей силы, и оба выбежали. Я рванул было за ними, но услышал приглушенный хрип. Ньют... -Ньют? Это Томас. Из одной кабинки торчала его нога. Я бросился к двери и подергал за ручку. "Ну естественно!" Поняв, что она заперта, со всей дури стал ломиться в нее, стараясь снять с петель. Бился плечом, как бешеный. С пятого удара я все же снес ее. Ньют сидел на полу в углу кабинки. Его голова безжизненно свисала, вся рубашка была в крови. Руки обмякли и лежали на животе. Он пытался закрыть ими раны... -Ньют... Ньют! Я упал на колени рядом с ним и взял его лицо в ладони. -Ньют! Он вздохнул с хрипом. -Минхо... Тащи его... Сюда... -Нет. Нет, не сюда. Ты можешь встать? Он протянул руку, схватившись за мое плечо, и снова потерял сознание. Я бежал, держа его на руках, надеясь только успеть. Притащил его в изолятор и положил на кровать. Закрыл на ключ и побежал за Минхо. Я жутко боялся оставлять его там одного. Но это было безопаснее, чем тащить его к Минхо.

***

-Минхо! Он вздрогнул. -Че? Томас? Какого хера ты тут забыл? -Ньюта ранили. - Мой голос дрожал. -Чего?! Кто?! -Не знаю! Минхо, блять, вставай! Он совсем плох! -Ебаный стыд! Минхо вскочил, разбудив при этом половину общей спальни, открыл шкафчик, начал хватать оттуда медикаменты и прочее. -У него ножевые? -Да. -Идем. Мы добежали, я открыл дверь и закрыл ее за собой. Ньют был без сознания. Минхо ножницами разрезал на нем рубашку. -Господь Иисус... -Что там? Минхо? Минхо! -Возьми из сумки лампу, включи и держи надо мной! Я сделал, как он сказал. Минхо проверил дыхание. -Он дышит. Просто в отключке. Я сделаю наркоз. Следи, чтобы он дышал и свети на живот. Я буду штопать. Он достал ампулу, набрал в шприц наркоз, нашел вену и вколол Ньюту. Я снял с него очки. Карие глаза. Красивые. Только безжизненные. -Минхо... Минхо, у него открыты глаза... -Это нормально. Посвети в них. - Я поднес лампу к глазам. Зрачок не реагировал. - Он спит. Свети на раны. -Боже... -Только не смей отключиться! Ты мне нужен! -Да-да. Я просто... Господи... У Ньюта было несколько колотых ран, все тело в крови. Его живот выглядел, как месиво. Я не мог смотреть, как работает Минхо. С непоколебимостью хирурга, он спокойно залезал в раны пинцетом и пальцами. Я пытался смотреть только на Ньюта. Следить, чтобы он дышал. Минхо оперировал на коленях. От напряжения у него на шее вздулась вена, но он продолжал. Его руки были по локоть в крови. С удивлением я обнаружил, что и мои тоже. Минхо достал иглу и начал зашивать. -Он выживет? - спросил я, голос сорвался. -Не говори под руку! Скажи, если он пошевелится или моргнет. -Он может очнуться? -От шока - да. Блять, Томас! Молчи и делай, что говорю! Он работал, я не отрывал глаз от Ньюта. -Я заканчиваю. Он дышит? -Да. Как только я сказал это, рука Ньюта взлетела вверх. Грудная клетка оторвалась от постели, он начал вертеть головой, пинаться и вздрагивать всем телом. Похоже было на эпилептический припадок. -Минхо! -Блять! Друг, не сейчас! Томас, держи его! Еще шов! -Сделай что-нибудь! -Я ничего не могу сделать! У него шок! Держи его! Он сделал последний стежок, отрезал нить и встал. -Теперь не трогай его! Отойди! Я отошел и отвернулся. -Пожалуйста, Минхо... -Ждем! Это прекратится через секунд десять! Он начал считать вслух. Через десять секунд Ньют действительно снова обмяк. Минхо наклонился к нему, чтобы проверить дыхание. -Все в порядке. Он вернулся к операции, обработал раны. -Нужно его приподнять, чтобы я наложил повязку. Я взял Ньюта под руки и поднял. Минхо делал все быстро и точно. С повязкой стало не так страшно. Я немного успокоился, потому что не мог смотреть на это кровавое месиво. -Все. Опускай. Минхо кинулся к сумке, достал еще ампулу. -Что это? - спросил я. -Морфин. Ебучие нарики не смогли спереть у меня и его. Без него Ньют от боли будет выть на весь Глэйд. Он сделал укол, затем сел рядом с постелью и тяжело выдохнул. -Все. Я сделал, что смог. Он протянул руку и закрыл Ньюту глаза. -Он будет в порядке? -Черт, Томас! Я ебу?! Если я действую, как врач, не значит, что я им являюсь! -Прости... Минхо посмотрел на меня с каким-то несвойственным ему сожалением. -Главное - чтобы он очнулся. А дальше справится. Он сильный. Я и раньше его штопал, но так сильно ему еще не доставалось. Кто это сделал? -Их было двое. Один высокий, второй среднего роста и полноват. У одного татуировка на кисти. Вроде, паук. Я заметил, когда он приставил мне нож к горлу. -Почему они и тебя не пришили? -Один из них сказал, что было сказано убить только Ньюта. Это был заказ, Минхо. -Да я уже понял. Ничего. Разберемся. Никуда они не денутся. А того, с пауком на руке, я знаю. Тот еще тип. Найду их и обоим черепа раскрошу. А потом и заказчику. Главное, чтобы Ньют очнулся. А ты... Иди отдохни. Я буду с ним. -Я никуда не пойду. Минхо посмотрел на меня, но, как ни странно, вопросов задавать не стал. -Тогда я пойду отмою руки. Глаз с него не спускай. Минхо вышел. Я сел на пол рядом с кроватью. Достал из сумки Минхо тряпицу и бутылку воды. Смочил и стал отмывать Ньюта. Взял его руку и бережно провел тряпочкой по ладони. Бледная кожа проглядывала сквозь кровавые разводы. -Только очнись. Очень прошу.

***

Минхо сидел на стуле у кровати. Я - на прикроватном столике. Мы следили, как грудь Ньюта поднималась и опускалась в такт дыханию. Минхо поднял его очки с пола и надел на него. -Зачем? - спросил я. -Если очнется и увидит, что он без очков, головы нам снесет. -Почему он никогда их не снимает? -У него и спроси, когда очнется. - Мне казалось, что Минхо хотел добавить "если очнется", но не стал этого делать. - У него свои правила. Хотя по мне это все глупость и выдумки. Кстати... У меня в сумке есть футболка. Надень. Надоело на твой дрыщавый торс смотреть. Я выудил из сумки футболку. Черную и длинную для меня. Оделся. -Это футболка Ньюта. Думаю, он не обидится. -Вы друзья? -Не знаю, кем он меня считает. - Минхо вздохнул. - Но за него я готов отдать жизнь, что уж говорить о том, чтобы пришить парочку ублюдков. Ты не представляешь, сколько говна мы пережили вместе. А теперь... Ему восемнадцать уже через четыре месяца. И мы знаем, чем все кончится. Но я пытаюсь продлевать ему жизнь столько, сколько смогу. -Я думаю, ты его лучший друг. Минхо улыбнулся. -Ну, спасибо на добром слове. И если уж на то пошло... К тебе он тоже сильно привязался. А если такое у Ньюта происходит... Он будет выть от боли, бросаться на каждого встречного-поперечного с ножом, умирать, но не позволит навредить тем, кто ему дорог. Я промолчал. -Ты ему дорог, Томас. Со стороны это заметно. Не подведи его. Не предавай. Он холодный и спокойный только внешне. Мы говорили о каких-то отвлеченных вещах еще долго. Минхо осмотрел и мою рану на руке, обработал ее и похвалил работу Ньюта. -А он клювом не щелкал, когда я его зашивал. Смотрел, набирался сеансу. Затем я сел на пол в углу, уронил голову на руки и уснул. Минхо больше не просил меня уйти.