Этот нелепый Мир!

Где-то в доме часы пробили полночь. Я почувствовал, как мое тело вновь становится легким, невесомым. Я снова призрак. М-да. Карета превратилась в тыкву, платье – в лохмотья, и даже туфельки не осталось. Вспомнил реакцию горожан на свое первое появление. Нужно отдать Нино должное – он не испугался, не закричал. Ошеломленное «ох!» и прикрытый ладонью ротик – и только. – Думаю, я теперь не смогу вернуть тебе одежду, – ну, судя по виду парня, сейчас это заботило его в последнюю очередь. – Невероятно! Так ты – призрак! Настоящий! – не то чтобы на Китосе не было призраков, просто они не расхаживали по улицам с табличкой «я – призрак» и уж точно не принимали материальную форму. Да, кажется, я и здесь умудрился отличиться. – Теперь я могу остаться на чердаке? – ой, похоже, это становится навязчивой идеей. – Да, конечно! – и чему он так радуется? Я, безусловно, не гремящий кандалами монстр, но все же, все же. – Только папеньке не показывайся, иначе его удар хватит. Кивнул – знаем, проходили. – Кто же посмел поднять руку на ребенка? – Нино сочувственно на меня посмотрел. – О, всегда найдутся доброжелатели, – недобро. На меня не только руки поднимали, но и кое-чего похуже. В последний раз это стоило мне жизни. Нино не спрашивал. Может, чувствовал, что я не стану об этом говорить. Может, не желал бередить неприятные воспоминания. И я был с ним согласен – выдумывать слезливую историю совсем не хотелось, а рассказывать правду тем более.

***

Моя унылая жизнь в Шербете заиграла новыми красками. Теперь у меня появился не то чтобы друг (остерегаюсь этого слова). Несомненно, Нино порой жутко раздражал – то, что для него было в порядке вещей, мне казалось совершенно неприемлемым, приходилось делать скидку на его «омеговость». Но теперь я определенно не скучал. Мне нравилось его слушать. Столько энтузиазма, надежд. Магия Нино – призыв – односторонний договор между волшебником и демоном-фамильяром (как я убедился, способность довольно опасная, особенно если не уметь ее контролировать). Парень мог часами взахлеб рассказывать, как однажды он уедет из города, чтобы вступить в одну из Великих Волшебных гильдий. Кто же тогда думал, что его желание сбудется очень скоро. День начинался тихо и мирно. Нино стоял за прилавком, лучезарно улыбаясь посетителям, продавал ароматную выпечку, когда в кондитерскую вошли трое незнакомцев (всех местных я наперечет знаю) – двое альф и омега. Я, юркнув на свой чердак, подглядывал через щелки между досками. Хрупкий, тонкий, как тростиночка, омежка заинтересованно рассматривал витрину. Один из альф, высокий брюнет, откровенно флиртовал с Нино. Тот смущался, краснея, аки маков цвет. Второй альфа, кучерявый блондин, подозрительно оглядывался, бросая недовольные взгляды на своего любвеобильного товарища и предупреждающие – на других альф в кондитерской, посмевших хотя бы моргнуть в сторону пришедшего с ним омеги. В этой группе он явно был лидером. Неожиданно светловолосый альфа поднял глаза к потолку, уставившись прямо на меня, хотя я совершенно уверен, что ничем себя не выдал. Отпрянул, будто обжегшись. Ненавижу этот взгляд. Взгляд, будто видящий тебя насквозь. И на Китосе это не фигуральное выражение – есть такой магический класс (ей-богу, словно в какой-нибудь RPG) как Видящие. Додумать мне не дали – с лестницы донеслись топот и крики. Дверь распахнулась, и на чердак вошел тот самый альфа, однако я уже успел затаиться среди вороха одежды, находившейся здесь в достатке, и теперь настороженно наблюдал за разворачивающейся картиной. Блондинистый альфа цепким взором окинул помещение. За ним стояли его товарищи, пытавшиеся успокоить яростно пыхтящего Нино. – Да как вы смеете! – к его воинственности еще бы силенок немного (или кочергу, для убедительности), а то, несмотря на все потуги, его удерживал на месте тот мелкий омега, причем без видимых усилий. – Успокойся же ты! – брюнет, совсем недавно заигрывавший с ним, был удивлен такой резкой переменой. Он сунул Нино под нос перстень с черным опалом в оправе в виде дубовой ветви, отчего парень сразу стих. – Мы из «Спящего леса». Ищем здесь одного человека. – Вы здесь кого-нибудь видите? – молодец, Златовласка! Утратив боевой запал (еще бы он не узнал символ одной из четверки Великих Волшебных гильдий), он, однако, не потерял голову. – Кто мы, по-вашему, чтобы укрывать разбойников? – его слова заставили магов застыть в нерешительности. – А ведь и правда, – засомневался темноволосый альфа. – Будь здесь Избранный, разве бы мы не почувствовали его магию? Тот, что за лидера, не ответил – он определенно был иного мнения, но с фактами не поспоришь. Пока я прятался в старом тряпье и подслушивал, Нино замер, разинув рот, – Избранный? (На Китосе, наверное, каждый слышал эту историю). – Что будем делать, брат? – омега перевел взгляд на стоявшего впереди альфу. – Мы уже давно должны были найти его. Разве кто-то может так долго скрываться в незнакомом мире? – Можем мы обыскать чердак? – блондин обернулся к о чем-то крепко задумавшемуся Нино. – Пожалуйста, – безразлично ответили ему. – Только здесь вы никого не найдете, – и, уже спускаясь по лестнице, добавил: – Если понадоблюсь, я буду в кондитерской. Нино, как ни в чем не бывало, вернулся к своим обязанностям. – Тсс, – из-под прилавка. Парень, вздрогнув, скосил взгляд себе под ноги и увидел меня. – Что тут творится? – жуликовато осмотревшись, омега присел рядом на корточки. – Что три мага из Великой Волшебной гильдии делают в Шербете? – и подозрительно: – Это ведь не твоих рук дело, Синк? – Я тут абсолютно ни при чем, – лукавлю, – но все равно не выдавай меня. Я и так уже мертв, лишние проблемы мне не нужны. – Да не собираюсь я тебя выдавать. Но спросить-то должен был. Я немного успокоился. Уж не в курсе, от недостатка ли, от полноты ли знаний, но Нино не связал меня с Избранными. – Как интересно. Может, ты все-таки покажешься? – раздался голос позади нас. Омега из гильдии подкрался к нам совершенно бесшумно. – Ой! – Нино, подскочив от неожиданности, ударился макушкой о стол. Я, горестно вздыхая, выплыл из-под прилавка. Теряю хватку – не заметил приближения чародея. – Фазиль, Квентин! – прикрикнул омега. – Спускайтесь! В дверях, словно только и ждали этого момента, показались альфы. Не сказал бы, что увиденное их обрадовало, особенно светловолосого. Я с внутренним ликованием наблюдал, как сменяют друг друга эмоции на их лицах. – Брат? – озадаченно. – Возвращаемся в гильдию, – мне почудилось, или он расстроен? Нет, разочарован? – Я уже вижу выражение лица Мастера, – хохотнул темноволосый альфа. Похоже, его единственного забавляла эта ситуация. – Квентин! – омега осуждающе посмотрел на товарища. Ага! Значит, брюнета зовут Квентин, а блондин, стало быть, – Фазиль. – Можем ли мы рассчитывать, что ты отправишься с нами в гильдию? – и снова эти глаза. Что ж, раз в ход пошла дипломатия, а не грубая сила, следовательно, некромантов – единственный магический класс, способный управлять духами – в их группе нет. Фазиль ждал: не доверял он этому ребенку – уж больно не детский у мальчишки взгляд. – Ну, почему бы и нет, – сделал вид, что сомневаюсь. На самом деле, Шербет мне давно наскучил, я оставался здесь только из-за Нино. – Что скажешь, Златовласка? Как насчет вступления в одну из Великих Волшебных гильдий? Кажется, мои слова стали неожиданностью не только для Нино, но и для колдунов. – Хм-м, говорили, что чувствуете магию. Ну-ну, – я едва не положил руки парню на плечи (однажды я так сделал, и Нино определенно не был мне за это благодарен). – Ему стоит подучиться, пока его магия его же и не убила. Мне никто не возразил. И не возразил бы – в любой гильдии всегда рады новому волшебнику. Ах да! – волшебников на Китосе не так уж и много (хотя, согласно древним легендам, раньше магией владели все разумные). – Это твой шанс. Решайся, – шепнул на ухо омеге. Нино рассеянно кивнул – не полностью осознал произошедшее. – Тогда мы будем ждать вас у городских ворот завтра на рассвете, – произнес Фазиль. Ответ Нино ему не требовался – у того все на лице было написано. Волшебники ушли. Квентин на прощанье подмигнул Нино, и я показал альфе кулак. Но самым счастливым в их команде почему-то выглядел омега. – Вижу, ты очень рад, – пытаюсь растормошить парня, который будто в ледяную глыбу превратился. – Рад! Рад, конечно! – на мгновенье радость на его лице угасла. – Нужно рассказать отцу и папеньке. Наверное, они расстроятся. – Упустишь такую возможность и будешь жалеть всю жизнь. Это твоя жизнь, и только тебе решать, как ты ее проживешь, – моей судьбой, к несчастью, слишком долго управляли другие, и вот чем это обернулось.