Этот нелепый Мир!

Они разучивали новый прием. Положив Аарону на левое плечо правую руку и обхватив его шею, левой Дункан удерживал мальчишку за талию с правого бока. Толчок налево и вниз, потом вправо – и вот козявка уже здоровается с полом. Проделать такое с высоким тяжеловесным Дунканом Аарону будет нелегко, для тренировки пригодился бы менее крупный противник. – Лиам, иди-ка сюда, – обращается он к бездельникам. Тот от неожиданности поперхнулся бутербродом (когда тренировочный зал успел превратиться в столовую?). Лием хихикнул в кулак и пихнул брата ногой в коленку, мол, ступай, задай им жару (вот она какая, братская солидарность!). Быстренько расправившись с хлебом и вытерев руки о салфетку, Лиам вышел в центр комнаты. Он едва успел принять позу, как тут же отправился на свидание с полом (пол, наверное, потрясен таким количеством внимания со стороны юных альф – или потенциальных альф). – Отлично! – похвалил Дункан своего первого и пока единственного ученика. – Ты схватываешь все на лету! Парскеви бодр и свеж, даже жуткие темные круги под глазами бесследно исчезли. Неуклюжее применение Аароном целебной магии обеспечило ему не пару выходных – откомандировало в недельный отпуск в царство Морфея. Пока Дункан спал и видел сны, мальчишка немного улучшил свои навыки. И в другой раз парень уже не отправился в мир грез, но потерял способность чувствовать всякую боль и всю следующую неделю тренировался в свое удовольствие. Он неплохо продвинулся – процесс обращения, наконец, перестал быть настолько болезненным. Покамест помощь тому не требовалась, Константин обучал Аарона «Кокону» – используемому универсалами заклинанию поддержки, позволяющему непрерывно вливать магию в живой объект. А так как запасы маны у мальчишки просто огромные, то и делиться ей он мог длительное время и без ущерба своему здоровью. После повторной встречи с доской Лиам поспешил ретироваться к стене, где чисто в воспитательных целях отвесил подзатыльник нагло ржущему брату. А Дункан уже давал новый урок. Он перехватил протянутую к нему руку за запястье, быстрым и точным движением вывернул ее и прижал к полу. – Твоя очередь. Аарон растер запястье и повторил, только не сдерживаясь. Парскеви, усмехнувшись, размял пострадавшую руку. – Нам стоит подыскать тебе партнера для спарринга, – поднимаясь на ноги и отряхивая штаны, – из той же весовой категории. Куда подевались близнецы? Кажется, только что были здесь. – Синк, что ты делаешь? – недоуменно спросил парень. – А? – даже не заметил, как, пританцовывая, начал копировать их движения. – Наблюдение и воспроизведение, – глядя на них, я загорелся. – Одно время я тоже занимался боевыми искусствами, – Аароновы уши дрогнули (хм?). – Дзюдо. – Вот как, – чему он так удивлен? Потом они продолжили, а когда тренировка закончилась и мы покидали зал, Аарон не без ехидства шепнул мне на ухо: – Через неделю я уложу тебя на лопатки.

***

Парю под потолком, смотрю, как Аарон пытается удержать Дункана в «коконе». Превращение прошло без сучка, без задоринки, и теперь по залу носилась шустрая серая мышь. Энергично перебирая крохотными лапками, норушка, петляя, бегала вокруг мальчишки, чем только осложняла ему работу. Тот, не выпуская проворную тварюшку из поля действия заклинания, одновременно силился уменьшить размеры кокона – как говорит Константин: контроль и экономия. Наставник Дамир довольно кивнул – как по маслу. Набегавшись (заставила она Аарона попотеть), мышь обернулась человеком. – Здорово! С каждым разом у тебя получается все лучше и лучше, – набрасывает на плечи не то мантию, не то халат. – Какого черта ты носился, как угорелый? – м-да, манерам его не учили. – Прости-прости, – обезоруживающая улыбка. – Просто давно не чувствовал себя так хорошо. Мальчишка поворчал-поворчал и успокоился. Завершив тренировку на мажорной ноте, Парскеви предложил нам завалиться в купальню. Аарон отказался, сославшись на недоделанное домашнее задание (не врал – занятия с Габриэлем, а теперь с Дунканом и Константином отнимали немало времени), и поторопился слинять. О, что же до меня, то я, как скромный и воспитанный почти-омега (здесь, в гильдии, иначе как омегу, меня и не воспринимали, хотя официально таковым я не являлся), не мог себе позволить пялиться на обнаженные альфьи телеса. Потому улетучился из комнаты вперед мальчишки. – Я хочу попробовать тот томатный суп, – бухчу у него над ухом (мое раз-в-месяц-воскрешение, или коротко день «Х», неумолимо приближалось). – И гигантского лосося из Кипящего моря, – посему выходило, что едой меня должен обеспечивать Аарон. – И… как же оно называлось? Там еще у соуса такое чудное название. – С чего мне с тобой нянчиться? – донимал я его с самого утра, и теперь мальчишка потихоньку сдавал позиции: раньше меня бы посылали по всем хорошо известному адресу (правда, адрес слегка отличался от того, к которому мы привыкли, но суть осталась прежней). – С того, что ты не хочешь, чтобы все узнали о моей ма-аленькой особенности, – он даже Мастеру Птолемею не рассказал, разболтать мою тайну членам чужой гильдии – почти предательство. – Хорошо. Будет тебе еда, – победа! – Так как назывался тот соус?

***

Ученики согласно своему магическому классу разбрелись по тренировочным залам. В комнату вошел наставник Ув, он преподавал практику у магов-универсалов. Помимо него, здесь находились Аарон с пятью другими мальчишками, Габриэль (обучение Аарона контролю магии было его заданием от Мастера Зория, и эльф лично справлялся о его достижениях в школе), я и близнецы (им вообще заняться нечем?), которые со знанием дела впаривали мне очередной труп (даже подборку портретов подготовили). – Повторим элементальную магию, – произнес учитель. – Разбейтесь на пары, и начнем. Ребята, повинуясь, разошлись в противоположные стороны. В напарники Аарону достался (кто бы мог подумать!) Грег, он же Грегбар Сиграт – порядочная сволочь. Грег цеплялся к нему по любому поводу, зубоскалил, когда у того что-нибудь не получалось, что случалось нередко – типовая магия мальчишке давалась пока с переменным успехом. Но Аарон, в своей обычной манере, уделял ему внимания не больше, чем траве под ногами, что пришлось «его светлости» крайне не по нраву, а уж Ааронов «похер фейс» способен вывести из себя даже меня. – Первая линия, – взгляд направо, – будут метать фаерболы. Вторая, – взгляд налево, – вотерболы. Старайтесь контролировать количество своей маны, чтобы не поранить друг друга. Аарон сосредоточился – фаерболы у него получались гораздо лучше вотерболов (даже универсалы, имеющие дело с элементальной магией, обладали предрасположенностью к определенной стихии, например, Ли Зарибар предпочитал элемент огня, Зорий Торопыг – земли, Анкэль Нагльфар – ветра, Мастер Птолемей, как исключение, использовал два элемента – землю и воду). Начался обмен заклинаниями. Маленькие огненные шарики, встречаясь с водяными, с громким шипением гасли, те в свою очередь испарялись от жара, таким образом нейтрализуя друг друга. Кому не повезло (или не удалось сотворить заклинание, или их фаерболы и вотерболы не достигали цели), яростно сбивали язычки пламени с одежды либо оказывались мокрыми с ног до головы. Но наставник Ув все время следил за своими подопечными, так что травм никто пока не получил. – Теперь меняйтесь, – сказал он, подлатав одежу «подгоревших» и подсушив «подмоченных». Вот тут-то и началось все самое интересное. Грег посылал в Аарона один фаербол за другим (как одноклассники, тренировавшиеся вместе, они прекрасно были осведомлены о слабостях друг друга). От одних он уворачивался, другие находили свою мишень. На создание вотербола у мальчишки уходило значительно больше времени, и он не успевал отвечать на атаки своего оппонента, и, оттесняемый огнем к стене, сосредоточиться не мог, водяные сферы исчезали прямо в ладонях. – Прекратить! – рявкнул Ув. – Сиграт! – но Грег уже вошел в раж, и если раньше фаерболы были размером с теннисный мячик, то теперь скорее с футбольный. Аарон еще пытался что-то кому-то доказать и допустил ошибку. Вотербол из не полностью преобразованной магии хаоса сорвался с руки и рванул в сторону обидчика, разрастаясь и пожирая огненный шар Грега и самого себя, превращаясь в смертоносную черную дыру. Ученики шарахались по углам. Близнецы и Габриэль вжимались в стену, будто желая с ней слиться воедино. Наставник Ув стоял, будто громом пораженный, казалось, на мгновение он выпал из реальности (похоже, о силе козявки его не предупредили). – Аарон! – действуя на инстинктах (мой тупоголовый «друг» забыл «отключить» заклинание, что грозило всем нам неминуемой гибелью). – Ты нас всех прикончить решил? – принимаю его в свои леденящие объятия – работает безотказно (что поделать, пришлось возложить на себя обязанности рыцаря). – Си-и-и-нк!!! – вот это звуковая волна (и прямо в мои многострадальные уши)! Черная сфера лопнула, словно воздушный шарик. На секунду повисла тишина, потом голос Грега: – Зулланово отродье! – сплюнул он (быстро же к нему вернулась смелость, а совсем недавно жался к стенке с видом затравленного кролика), и выпустил в Аарона молнию. Пройдя сквозь меня, та вонзилась ему в плечо, мальчишка пошатнулся и упал. – Мао! – это уже ни в какие ворота не лезет, пора преподать мелкому говнюку урок, но… близнецы среагировали первыми. – Ах ты мразь! – выкрикнул Лием, набрасываясь на него с кулаками. – Вы такие же, как он! – презрительно. – Выродки! Лием и Лиам, уже вдвоем, повалили Грега на пол и принялись колошматить по всему, до чего только смогли дотянуться. Кажется, в беседах с Белль я упустил этот момент – мне стоило догадаться, что среди магических классов есть «темные» (на Китосе не существовало разделения магии на светлую и темную). Как-нибудь надо будет восполнить сей пробел. – Братья Реадрен! – о, учитель, вы вернулись к нам! – Сиграт! – кинулся он разнимать дерущихся. Габриэль бросился к Аарону. – Как он? С ним все будет в порядке? – ощупывая раненое плечо. – Все нормально, – успокоил омегу мальчишка. – Уже зажило. – Прикрой плечо, – наклоняюсь и шепчу в ухо. – Не то станешь зуллановым отродьем в квадрате, – в кои-то веки он послушался. С горем пополам наставнику Уву удалось отодрать ребят друг от друга. – Все трое! – пыхтит, как паровоз. – С сегодняшнего дня вы все наказаны и отстранены от занятий! На неделю! – Благодарствуем! – ни капли раскаяния. – Аргх!! – и новая попытка вцепиться Грегу в рожу. – Я уведу их, – Габриэль встряхнул близнецов за шкирку и вытолкал вон из класса. Аарон, для виду придерживая плечо и весьма убедительно демонстрируя, как ему больно, и я вышли следом. – Этот ублюдок первым начал! – возмущался Лиам. – Я знаю. Знаю, – мягко проговорил омега. – Я отменю ваше наказание, во впредь ведите себя сдержаннее. – Аарон, ничего не хочешь сказать? – я весь такой серьезный: брови нахмурены, губы сжаты. В ответ удостоился нахального фырканья (ах ты ж… козявка!). – Возвращайтесь в свои комнаты, – проводив нас в гильдию, – а мне придется доложить о случившемся Мастеру, – Габриэль скрылся в ближайшем коридоре. – И ты собираешься все так оставить? – Лием бросил на Аарона негодующий взгляд – тот, казалось бы совершенно спокойный и ничуть не расстроенный, уже поднимался по лестнице на второй этаж. – Он назвал тебя зуллановым отродьем! Аарон пожал плечами – этого недостаточно, чтобы пронять его. И ушел. Хлопнула дверь, щелкнул замок. – Он всегда такой, – отвечаю на их недоуменье. – Просто оставьте его пока в покое.