Этот нелепый Мир!

Вот еще один месяц пролетел… Для меня он ничем интересным не ознаменовался. Пару раз вселялся в покойников и бедокурил с близнецами. Я быстро привык, в какой-то степени даже было забавно, но желания приживаться надолго не возникло. Очередной день «Х» провел уныло, предаваясь «предменструальной» меланхолии – мой последний раз в роли безстатусного. Левитирую у стенки, не привлекая к себе внимания. Аарон стоял, сгорбившись, упираясь ладонями в колени, и тяжело дышал. Кажется, его обучение подходит к концу. Поглаживая короткую бородку, Константин молча смотрит на мальчишку. Догадываюсь, о чем он сейчас думает. «Спящему лесу», несомненно, достался очень сильный волшебник. В будущем Аарон, возможно, превзойдет даже Мастеров. За два неполных месяца он почти подчинил себе магию первоисточника, вскоре сдерживающий артефакт ему станет без надобности. Однако как типичный универсал мальчишка достиг своего предела, маломощные типовые заклинания – грань, которую он никогда не пересечет, хотя это выглядит настолько незначительным на фоне его истинной силы. Наверное, что-то в таком ключе. – Похоже, это твой предел, – произнес Константин. Аарон поднял на наставника взгляд. Мальчишка понял свои границы еще раньше, за последнюю неделю в своих тренировках они не продвинулись и на шаг. Сейчас, когда он контролировал магию хаоса, а ее преобразование стало подобно дыханию, Аарон начинал осознавать всю бессмысленность затеи с обучением типовому чародейству. Ему безумно хотелось вернуться в родную гильдию. Повидать Мастера. Подурачиться с Вэньей. И сосредоточиться на новых тренировках (аргх! – что ж это за тренировки такие?). Мальчишка улыбнулся (ехидненько так) – наверное, подумал, как вездесущий я обломал зубы о его защитный барьер. – Мне больше нечему тебя учить, – альфа сделал паузу. – Но ты можешь остаться и продолжить занятия уже с Мастером. – Благодарю, но я вернусь в Джилль, – он мог, но не хотел. – Мое обучение и так отняло у всех слишком много времени. Я усмехнулся. Видимо, очень громко, потому как они оба обернулись в мою сторону. Только дурак бы не понял, чего добивался альфа. Хорошая попытка, Константин, но мальчишка боготворит Мастера Птолемея, и так просто он не покинет «Спящий лес». Даже Великим Волшебным гильдиям была не чужда соревновательность (состязания бы какие устраивали, что ли – и между собой бы отношения выяснили, и простому люду развлечение). Став старше и опытнее, Аарон вполне мог изменить баланс сил между гильдиями, так что не зазорно попробовать его переманить. Распрощавшись с наставником, мальчишка заторопился в спальню – собирается связаться с Мастером Птолемеем, наверное. Я, по своему обыкновению, полетел следом. – Здесь довольно неплохо, – кружу под потолком. – Все еще не хочешь остаться? – Нет, – коротко и ясно. – Ты, наконец, с кем-то подружился, – потасовка с Грегом тому весьма поспособствовала. По крайней мере, Аарон больше не выставлял близнецов за дверь, а те вносили в нашу монотонную жизнь нотку разнообразия. Да и к Дункану, он, похоже, немного привязался. – Нет, – он вытащил из своей дорожной сумки небольшой хрустальный шар. – К слову, мне-то вовсе не обязательно возвращаться, – размечтался я. – Ты вернешься со мной, – вот как! Боится, не отдам ему деньги? – Ты мне не указ, – фыркнув. – Разве Мастер, отправляя с тобой, просто не хотел от меня избавиться? – Нет, – наконец, на меня обратили внимание. – Ты здесь из-за меня. Мастер решил, что так мне будет легче привыкнуть. – Да неужели? Какой заботливый! – ха! – надо быть слепым, чтобы не заметить, какие мы с Аароном закадычные друзья. – Все так, – сарказма он, очевидно, не понял. – Поэтому ты вернешься со мной в Джилль. – Да расслабься, – улыбаюсь. – Как я надаю по щам Лионелю, если останусь здесь? Мальчишка предпочел промолчать и вплотную занялся переговорным устройством.

***

Ранним утром тридцать второго (именно, в местном месяце ровно четыре недели), в последний день октября (только представьте: каждое тринадцатое – пятница!) за нами прибыл небольшой отряд из «Спящего леса» – Фазиль, Лионель (наглая рожа!) и Нино с Сонькой в придачу. Мы их уже заждались. Удивительно, но больше всех моей скромной персоне обрадовался Сонька. С разбега прыгнул, повалив меня на землю. Обслюнявил все лицо (мерзость!). Потоптался на животе. Обсыпал листвой. Едва удалось стащить этого лисо-спаниеля с себя и хорошенько рассмотреть. За два месяца он знатно подрос (уже не тот пищащий комок шерсти, что прятался у Нино за пазухой). На голове росли две тонкие веточки-рога, на которых, словно на деревьях по весне, распускались маленькие нежно-зеленые листочки и мерцающие желтоватые цветки. Мордочка и туловище вытянулись, и мех больше не был чисто-белым – пушистый, скорее конский, чем лисий, хвост и носочки на всех четырех лапах окрасились в желто-салатовый цвет. Звонкое приветливое тявканье эхом разнеслось по пустынной улице. Появление симпатичного омеги у ворот гильдии также не прошло не замеченным. Вон, близнецы прямо-таки горели желанием познакомиться, но их ожидания не оправдались. Аарон представить не догадался, а Нино занимался тем, что отдирал от меня Соню (эк он соскучился, однако!). Я чуть не расплакался – готерф зубами и когтями вцепился в мои (даже не мои) любимые (и единственные) сапоги, теперь повреждений точно не избежать. Поняв, что им ничего не светит, братья вновь переключились на Аарона, торжественно вручив ему рулон туалетной бумаги (то есть пухлый свиток) с перечнем «ценных» указаний и «мудрых» советов. Дункан с Габриэлем тоже пришли с нами попрощаться: – Не забрасывай тренировки, – кто о чем, а лысый о расческе. И Мастер Зорий показался – мельком, из-за угла. Аарон запрыгнул на Козу (никакой выдержки), рывшего копытом землю. – Почему он так странно на меня смотрит? – шепнул мальчишке на ухо Лионель (я все слышу!), подозрительно на меня косясь. – Потому что ты тянешь руки к Нино, – без обиняков. Старательно распространяю убийственную ауру. Даже Соньку задело – он, наконец, отцепился от моей пятки и недоуменно заозирался. – Какое ему дело? – озадаченно. – Не спрашивай меня, – натягивая поводья и с трудом удерживая Козу, которому не терпелось пуститься вскачь, на месте (как погода испортилась, лошадей больше не гоняли на пастбище). – Откуда мне знать? По коням – и в путь. Под невнятные крики близнецов (хотя кое-что я разобрал – обещание навестить нас в День Основателя) мы выдвинулись. Подбираюсь поближе к Лионелю, веду наблюдение. Чем больше смотрю, тем больше недостатков нахожу (несуществующих). Он дергает коня, вырываясь вперед. Провожаю его недовольным прищуром. – Ты когда-нибудь угомонишься? – за спиной нарисовался Аарон, он ласково поглаживает Козу по холке, успокаивая, тот тревожно храпит, мое присутствие его нервирует. – Ему я Нино точно не отдам, – заявляю решительно. – Уйми свой пыл. Если Нино захочет быть с ним, даже ты ничего не сможешь с этим поделать. – Зачем ему такой? – как я могу уняться? Я привел Нино в гильдию, выдрал из родного гнезда, так сказать, мне и отвечать. – Даже Квентин… – Будь на месте Лионеля Квентин, ты бы говорил то же самое, – раскусил меня Аарон. И, пустив Козу рысью, оставил размышлять над его словами. Когда мы оказались за пределами Балама, Нино послал Соню вперед, чтобы не пугать лошадей. Перекувыркнувшись в полете, подгребаю к парню. – Что ты ответил Лионелю? – с места в карьер. – О чем ты? – не понял омега. – Он предложил тебе стать парой, разве нет? – Я отказал, – наверное, у меня все на лице было написано, потому что Нино едва заметно улыбнулся. – Ты уже четыре месяца здесь. Все никак не привыкнешь? – нет, похоже, мое облегчение он понял по-своему. – Кажется, я никогда не привыкну, – и это чистая правда. – Тебе ведь совсем скоро четырнадцать исполнится, да? – как-то обмолвился, что мой день рождения в ноябре. – Через три дня, – если быть точным, то я не знаю – местная система времяисчисления сбивает с толку. – Значит, в следующий раз, – нам обоим ясно, о каком разе идет речь, – ты уже будешь статусным. – Выходит, так, – ох! – даже представить страшно. Мне уже дурно. Мой четырнадцатый день рождения, и что-то мне подсказывает, что он не сулит ничего хорошего. Два дня в дороге – и вот на горизонте показался Джилль. Аарон прямо светится. – Хорошо, когда есть куда возвращаться, – бурчу завистливо. – О чем ты там бормочешь? Теперь это и твой дом, – меня только что подбодрили? Он пришпорил коня. Ну, вот мы и вернулись. Дав нам немного времени на передохнуть, Мастер Птолемей вызвал Аарона к себе – надо же убедиться, что в дружественной гильдии он учился, а не баклуши бил. Мальчишка вернулся в общежитие ближе к вечеру, и вид у него, откровенно говоря, был неважнецкий. – И как? – поинтересовался я. – Мастер остался доволен, – что ж, финальный экзамен успешно сдан. – И даже ослабил артефакт, – звякнув браслетом. Он устало повалился на кровать и, едва его голова коснулась подушки, уснул. Полагаю, и ужин, и ванна отменяются.