Этот нелепый Мир!

Фестиваль Избранных на Китосе проходил с не меньшим размахом, чем День Основателя. Отмечали его двадцать первого июня – в день летнего солнцестояния. Город утопал в цветах и ярких лентах, на главной площади проходил парад, открывались ярмарки и готовились всевозможные забавы, включая потешные бои и магические поединки. Крупные волшебные гильдии ждали гостей – каждый год устраивался грандиозный праздник, и гильдия-открыватель встречала у себя волшебников из содружественных гильдий. Этим летом Фестиваль вернулся в Вестарию (в прошлом году он проводился в Зановии), а принимающей стороной был «Коготь дракона». И мы скопом направились в Сфиро, через Балам, подхватив по пути Мастера Зория, Дункана с Габриэлем, Константина, близнецов и почти весь остальной членский состав «Рассветного журавля» (честно, как можно оставлять гильдию практически без присмотра почти на две недели?). Дорога от Джилля до Сфиро заняла четыре с половиной дня. Все никак в толк не возьму, почему мы должны путешествовать на лошадях (кроме Нино – этот показушник ехал на Соньке, ныне превосходившем в размерах любую лошадь чуть ли не вдвое), когда между важнейшими городами настроена сеть телепортов? Уже предвкушаю – не скажу, как на периферии, но главные города, будь то Анемон или Джилль с Баламом, невероятно красивы. Однако Сфиро превзошел их все. Не знаю, какой безумец его проектировал (с Гауди он определенно был на одной волне), но теперь я четко ощущал, что попал в другой мир. Не стану описывать весь город и ограничусь лишь гильдией (думаю, вы сами сможете сделать соответствующие выводы). «Коготь дракона» напоминала коралл или гигантский гриб с ветвящейся ножкой, на отростки которой насажены правильной округлой формы разнокалиберные стеклянные шляпки (самая большая – в центре и наверху), похожие на баранчики или половинки зефира и соединенные между собой системой застекленных мостков-лесенок. – Сильно. Круче «Рассветного журавля» будет, – шепчу на ухо Аарону (молчание – знак согласия). Спешившись, мы передали лошадей (Сонька снова уменьшился и спрятался за пазухой у Нино) и вошли в… гриб. Некоторых, вроде меня, Аарона, близнецов или Нино, кто с разинутыми ртами впервые лицезрели сие великолепие, пришлось подталкивать вперед, чтобы не создавали пробок. Магический лифт, установленный в шахте центрального ствола, поднял нас на самый верх, в огромную «миску», где я увидел знакомые лица. Мастер Нагльфар, пристроив свои старые кости в мягком кресле, дремал, но сегодня его, словно высеченное в камне, лицо имело самое добродушное выражение. Петра тихо переговаривалась с кем-то из гильдейских (те двое эльфов также находились здесь), а когда мы вошли, обернулась и поприветствовала меня улыбкой. Вижу, она нашла свой стиль – ее новый наряд в некотором смысле даже можно назвать сексуальным. Мастер Зарибар осклабился (он как никогда дружелюбен, но изобразить дружелюбие на своей физиономии у него плохо получалась). Ева, услада для глаз, помахала нам (точнее, ребятам из «Рассветного журавля») ладошкой. Сама огненно-рыжая, в изящном темно-красном платье – красота! Рядом с ней стоял Гариб (помните саламандра, встреченного мною в Анемоне?). А он изменился: еще больше «очешуел», свободными от чешуи, пожалуй, остались только лицо и кисти рук (насколько я мог разглядеть) – похоже, парень вступил в фазу второго совершеннолетия. И что не укрылось ни от чьих взоров – Гариб и Ева стали парой, это чувствовалось за версту (Габриэлю с Дунканом до них далеко). Встретились, поздоровались, свалили – в главном зале остались только Мастера. Первая партия (эльфы из «Бурного потока», Константин, волочивший за собой упирающихся близнецов, и Фазиль) вместе с Гарибом укатили на лифте – расселяться по комнатам. Оставшиеся тут же поделились на два фронта – Ева кинулась Габриэлю на шею с приветственными обнимашками, а Дункан взял в оборот Аарона (обниматься они, разумеется, друг к другу не полезли, а просто, по земному обычаю, пожали руки). – Привет, парни! Давно не виделись! – да, почитай как полгода. И пошло-поехало. Два омеги, два альфы и я – ни пришей, ни пристегни (у Парскеви на уме только тренировки, тренировки и еще раз тренировки, о! – он увлекся оружием…). – Ты ведь не забросил свои тренировки? – допытывался парень у Аарона. Конечно нет, мальчишка – на редкость прилежный ученик. – Практикуюсь иногда, – скромно. – Может, устроим вечером спарринг? – вот неугомонный. – Ты бы хоть отдохнул с дороги, – Габриэль, видимо, наобнимался. – Тогда, может, заглянем в оружейную лавку? – В гильдии он уже всех замучил, – доверительно шепнул мне на ушко омега. – Все, кто хоть сколько-нибудь владеют мечом, уже обходят его десятой дорогой. – Подберем тебе подходящее оружие, – Дункан пытался обратить Аарона в свою веру. – … – молчание. Единственное оружие, с которым тот более-менее управлялся, – кухонный нож. Подъехал лифт. Мы загрузились, и он довез нашу компашку до этажа «три и две трети» («шляпки» располагались хаотично – если воображаемую плоскость пересекали несколько куполов, они редко находились на одном уровне). Как в «Рассветном журавле», общежития размещались в здании гильдии, но были раздельными (в разных «шляпках»), как в «Спящем лесу», хотя и соединялись подвесными переходами. Жилые сектора отличались от нежилых – большой баранчик общей гостиной снаружи окружали баранчики поменьше, служившие спальнями, они почти прижимались к центральному куполу и связывались с ним короткими мостиками. Оставив меня с Габриэлем в одной из «зефирок», Ева проводила Аарона и Дункана в другую ветку. В гостиной, где обнаружились Нино, Альвин и Вэнья, омеги (включая парочку незнакомых) усердно готовились к празднику.

***

Ближе к полуночи на улице начал собираться народ (как и День Основателя, Фестиваль Избранных стартовал ночью). Заглянули близнецы, которым я обещал показать кое-что необычное. Как только часы отсчитали двенадцать, они подняли такой шум (понимаю, на моем случае можно кандидатскую диссертацию по некромантии защитить, если бы на Китосе существовало такое понятие, как «кандидатская диссертация»). Без Вэньи, наверное, не угомонили бы. Аарона, расхаживающего по гостиной с книжкой (до этого он окопался в библиотеке, где его засекла Белль), выловил Нино, продолживший при этом подозрительно коситься уже на меня. Нутром чую, это омежье трио (Альвин по-прежнему здесь, хотя Фазиль уже несколько раз за ним заходил) задумало какую-то каверзу. Все такие нарядные. Омеги в ярких многослойных туниках, с красивыми цветочными композициями в волосах (тоже мне мужики) и парочкой-другой позвякивающих безделушек. И альфы… Братья Реадрен разоделись в пух и прах (как обычно, одинаковые) – в расшитых туниках, подпоясанных широкими кожаными ремнями со сложным тиснением, и кафтанах с длинными откидными рукавами из блестящей, похожей на атлас, ткани, и все в черно-серебряной гамме (будто на свадьбу собрались). Аарон, напротив, не заморачивался, оделся просто, повседневно, разве что рубашка была новая (я ее точно раньше не видел) и из какой-то праздничной ткани. – Решил, с кем пойдешь на Фестиваль? – обступили меня близнецы. Похоже, парни ничуть не расстроились, что труп, который они тайком пронесли в гильдию (откуда знаю?), оказался невостребованным. – Один, разумеется, – Фестиваль Избранных пусть и не День святого Валентина, но на период праздников многие старались найти себе компаньона. – А ты? – спросил Нино у Аарона, наваливаясь тому на плечи. Вэнья и Альвин тем временем с самым невинным выражением на «милых» физиономиях подбирались ко мне (думают, не замечаю?). – С Вэнь... – Отлично! Пойдешь с Синком, – перебил его омега. – С чего бы? – мальчишка предложению определенно не обрадовался. Нино привел какие-то, видимо, убедительные доводы, только я не слышал – Альвин с Вэньей навалились на меня, скрутили и поволокли в недра чьей-то комнаты. Я отчаянно упирался, даже покрикивал, но все равно был утащен. Справиться с ними, конечно, труда бы не составило (разве что с великаном могли возникнуть проблемы), но не избивать же бедных омежек. Вскоре к этим извергам присоединился Нино, оставив Аарона (ха-ха! – ну и постная рожа!) в гостиной (Лиам с Лиемом, проиграв «битву» за меня любимого, гордо удалились – наверняка Златовласка им что-то пообещал). Минут через пятнадцать экзекуция завершилась. Стоило догадаться, что Нино отчебучит нечто подобное. Хотя, памятуя о прошлом, за рамки дозволенного он не вышел – кафтан, похожий на мой собственный, только куда роскошнее (почему только я в кафтане? – боятся, замерзну?), простая шелковая туника (правда, длиннее, чем хотелось бы) и полусапожки на непривычно высоком (кто придумал стандарты омежьей моды? – убью!) каблуке. И чертов кафф, вычурный, с длинными подвесками, на ухе, который почему-то никак не получалось снять (суперклеем прилепили, что ли?!). Ну, хоть венок на голову не нацепили, и на том спасибо. Однако как Нино умудрился уложить мои короткие волосы в столь сложную прическу, вне моего понимания (видимо, не зря столько времени баловался с расческой и меня мучил). – Оу! – Аарон, кажется, слегка удивлен. – Неплохо выглядишь, – навострил уши – внеочередной комплимент? Омеги разбежались – Альвин с Фазилем (большой брат следит за тобой), Нино с Квентином (кто не успел, тот опоздал – я о Лионеле), а вниманья Вэньи (хи-хи) с самого нашего прибытия всячески добивался упрямый молодой гном (ну, для гномов пятьдесят лет – детский возраст) по имени Мирко из гильдии «Перелетный камень», что в столице Химлии. – Да почему не снимается?! – варварски дергаю за серьгу. – Оставь, – шлепнув меня по руке. – Тебе идет. – Поверю на слово, – дуясь – стремно появляться на людях в таком виде. – Только не устраивай гонку, как в Баламе, – предупредили меня строго. – Так ведь было весело! – я подумаю. Возможно.

***

На главной городской площади проходил шумный парад, вокруг летали разноцветные волшебные бабочки, нас осыпали конфетти и какой-то слепящей пылью, вызывавшей у меня неконтролируемые приступы чихания. – Ты еще хочешь смотреть? – пытаясь перекричать гул, спрашиваю у Аарона. – Нет, – к моему облегчению. – Тогда пойдем и поищем место для фейерверков, – (парад подходил к концу, и скоро начнут запускать фейерверки) так я точно скоро охрипну. – Идем, – Аарон ужом выбрался из толпы и за руку вытянул из нее меня. – Как же шумно, – кажется, подобные мероприятия не по мне. – Поначалу всегда непривычно. Отыскать место с хорошим обзором оказалось непросто. Улицы (да что там! – даже крыши домов!) были запружены – в городе-открывателе Фестиваль проводился куда фееричнее, так что, помимо волшебников из других гильдий, в Сфиро на праздник стеклось много народа со всего Китоса. – Держись крепче, – знакомый круг с блуждающим внутри узором. Забравшись в него, я для пущей надежности вцепился в рукав Аароновой рубашки, и мы взмыли в воздух (ух! – какой вид!), и как раз вовремя. Сопровождаясь легкими хлопками, в небо устремились сотни, тысячи лучей, окрашивая звездное покрывало ночи в ярко-пестрые цвета. Да-а, все, что мне доводилось видеть прежде, не шло с этим ни в какое сравнение (ой, так и ослепнуть можно!). Осторожно опускаюсь на четвереньки и усаживаюсь, поджав под себя ноги. Мальчишка, недолго думая, последовал моему примеру, а после и вовсе разлегся. Круг заклинания сразу разросся (а раньше так сделать не судьба?!). – Хочешь леденец? – успел закупиться сладостями еще до парада. Аарон протянул ладонь. Я наугад выудил из пакета сосульку на палочке – розового сахарного поросенка – и торжественно вручил его мальчишке. Так, а что досталось мне? Гусь (серьезно?)… свинье не... Сзади послышался устрашающий хруст. Аарон, это же леденец, его не грызть надо. Однако и сам вскоре не выдержал – иначе до следующего лета с ним не управлюсь. Расправившись с конфетой, прилег рядом. – Удобно, – и голову задирать не надо. Мы молча любовались фейерверком. – Давай потом поищем своих, – зеваю – после превращения меня всегда клонит в сон. – Угу. Когда фейерверки затихли, Аарон спустил нас на землю. – Ты куда? – казалось, он знал, где искать остальных. – Увидишь, – выводя нас на какую-то площадь. Эта площадь немногим уступала размерами главной. В ее центре находилась платформа с оркестром, а вокруг под развеселую музыку танцевали (более точно – скакали, аки горные козлы) горожане и гости. Глаза быстро отыскали в толпе знакомые фигуры. Мастер Нагльфар (а старик-то ого-го! – есть еще порох в пороховницах) отплясывал почище молодых. Вэнья, видимо, сдавшись под страстным напором, кружил в танце с Мирко. Гном выделывал такие кренделя, что стыдно описывать. Петре составлял компанию кто-то из «Бурного потока». Другие, мелькнув в гуще тел, исчезали. – Почему бы вам тоже не потанцевать? – позади внезапно возникли Мастер Птолемей и Мастер Зорий. Я присвистнул – Мастер Зорий выглядел весьма женс… важно и мило одновременно (хочу сказать, что новый образ ему очень даже шел, и Мастер Птолемей, похоже, разделял мое мнение). – Ты же знаешь движения, – альфа подтолкнул Аарона к толпе. – Покажи Синку. – Хорошо, – немного обреченно. – Идем? – и неуверенно. – Не-не-не-не! – но Мастер легким пинком уже отправил нас аккурат в самое пекло. Не сказать, что танец был сложным, но выступать в роли ведомого мне еще не доводилось (и не хотелось, если начистоту). Видя мою нерешительность, мальчишка взял инициативу на себя. Очень скоро я расслабился и даже стал входить во вкус (иногда неплохо побыть и горным козлом – на грациозную лань я не тянул, а вот у Аарона получалось весьма неплохо, хотя уверен, что в жизни он нечасто танцевал), полностью отдаваясь танцу и умелым рукам. – Ух! – требуется передышка. Повисаю на Аароне, уткнувшись носом ему в грудь и вдыхая лучший аромат из всех – как глоток прохладного воздуха в раскаленной пустыне (и в данном случае это не метафора), и вдруг чувствую чей-то взгляд в спину. Обернувшись, встретился глазами с Габриэлем, который лукаво мне подмигнул. За последние три месяца (с тех пор, как мальчишка обрел статус) эти бесконечные намеки мне уже поперек горла. Я отстраняюсь, хотя мы и продолжаем держаться за руки. – Что-то не так? – чувствуя смену моего настроения. – Не… – Веселитесь? И без нас! – за Аароном вырос Лием, поймав его в захват. – Можно пригласить вас на танец? – склонившись в шутовском поклоне, паясничал Лиам. – Можно, отчего ж нельзя, – подыграл ему. – Мы еще поборемся, – смеясь, произнес Лием, провожая взглядом брата и меня. Аарон в ответ лишь недоуменно пожал плечами. Но наш танец длился недолго. – Пожалуй, хватит с меня на сегодня, – говорю. Одного я все-таки не учел: близнецы – почти взрослые альфы (альфы, которые, к сожалению, видели во мне омегу), и вели себя соответственно. Нет, Лиам совершенно не позволял себе ничего лишнего. Как омеге, подобное внимание должно бы польстить мне, но сейчас я испытывал только неловкость от происходящего. Закончив танец, пошустрил к Аарону (который непринужденно болтал с Дунканом и совсем не собирался меня спасать от ненавязчивых ухаживаний), с которым мы ладили ровно настолько, чтобы моя мнительная задница чувствовала себя спокойно и в безопасности. – Снова за свое? – услышав разговор Дункана с Аароном. – Может, я смогу составить тебе компанию? – речь шла о мечах, а я хоть и учился фехтовать на рапире, но думаю, смогу дать Парскеви достойный отпор (если найду подходящий клинок). – О, – удивлен, да? – Тогда как насчет завтра после обе… По площади разнесся громкий яростный рев. Музыка и разговоры разом стихли. Звезды скрыли парящие в небе темные силуэты. На шпиль часовой башни опустился огромный белый дракон.