Этот нелепый Мир!

Жуть (мой милый маленький свулмиг) обзавелся новым «стойлом» – при попытке определить его к лошадям (олень же, пусть и наполовину) в гильдейскую конюшню меня разогнали. Лошади нервничали, буянили (наверное, потому что Жуть поначалу пытался ими откушать), разве что Демон вел себя более-менее спокойно (говорю же, он точно не обычный конь!). В целом, Жуть вел себя образцово. Народ не пугал, не нападал (если его вовремя кормили, конечно), но теперь жил в саду, один (эдакий эдемский ко… олень то есть). Я подкармливал его свеженьким мясцом (как куры и кролики цепенели под его взглядом!), иногда он сам охотился (прошлым летом в сад повадились кроты). Много ему не требовалось: душа (или как там называется мерцающая жемчужно-белая аморфная субстанция?) – штука очень питательная, и крошечной птичьей душонки хватало на три-четыре дня. От мяса Жуть по первости отказывался, но я быстро «убедил» его, что разбрасываться едой – дурной тон. В будущем я планировал его седлать (не вечно же эксплуатировать чужого фамильяра), так что монстру стоило нарастить немного мяса на костях, как-то не хотелось, чтобы его тонкие кости растрескались под моей скромной персоной. Мы как раз закончили кормить Жуть (с этим мне обычно помогал Нино – как призыватель, он к виду демонов и чудовищ привычен), когда в саду появился усталый Дункан – Озанн, вредитель, ему все нервы извел (они возвращались из драконьего поселения – Озанн, видите ли, не может долго находиться в отрыве от родни, – в Джилле оказались проездом и вот решили остановиться погостить у нас на День Основателя). – Синк, Мастер Птолемей хочет тебя видеть, – подойдя, он почесал Жуть за ушком. Пес завалился на спину, прямо настоящая собака, требуя пощекотать ему пузико. Свулмиг долго привыкал к чужим, но к Дункану, как и к Нино, проникся доверием сразу (хороших парней чует за версту). – Иди, я здесь приберу, – сказал Нино. Киваю обоим и улетаю. Пожалуй, впервые жалею о том, что признался, что, пусть и на один день в месяц, но могу становиться материальным (шила в мешке не утаишь – за последние три года я сильно изменился, повзрослел, а призраки стареть не способны). К Мастеру летел с легким сердцем – никак не думал, что речь пойдет об этом, всегда отметал подобную мысль, как бесполезную. Что ж, ошибся. – Что? – я прекрасно расслышал Мастера, но не грех убедиться. Предполагал такой вариант развития событий, но только в крайнем случае, потому оказался неподготовленным и выглядел сейчас, наверное, несколько растерянным. – Вы хотите, чтобы я прошел инициацию? – середина декабря, полтора месяца утекло с моего шестнадцатилетия, и никто не заикнулся об инициации. Надеялся, сия участь меня миновала. – Верно, – Мастер, кажется, не удивлен моей реакцией. – Я не обязан, – отрезал. – Синк, – вздох, – обязан. Теперь ты часть нашего мира и должен следовать его правилам. Инициация… как много в этом… тьфу! Как-то я упоминал уже, что в шестнадцать все омеги не девственны, так вот – после шестнадцати лет они должны пройти инициацию, а проще говоря – потерять невинность. Омег на Китосе не просто мало, многие еще и бесплодны, и определить, способен ли омега оставить потомство, возможно только после инициации (вроде и магов-целителей, и обычных лекарей хватает, ан нет, приходится идти на крайние меры). Никак не ожидал, что меня могут рассматривать в подобном ключе (в смысле полноценным омегой), потому и опешил, когда Мастер заговорил об инициации. Но он прав – в чужой монастырь со своим уставом не ходят (у Дункана ситуация намного серьезнее). Однако в любом деле есть лазейка. И, как ни забавно, первым ее нашел сам Мастер Птолемей. – Ты мог бы договориться с Аароном, – хитрость в том, что право выбора «первого» альфы принадлежит исключительно самому омеге, в отличие, например, от того же брака, когда за омегу все может решить семья (нужно лишь получить согласие этого самого альфы, но в условиях дефицита омег какой альфа откажется?). – Аарону пятнадцать, – изображаю недоумение (одна загвоздка – Аарон давно расстался со своей невинность, как с дурным воспоминанием). – Можешь дождаться его шестнадцатилетия, – Мастер подозрительно покладист. – Тебе нужно только заручится его согласием. – Раз так, – глупо не воспользоваться его сговорчивостью, – я хотел бы отложить инициацию до его восемнадцатилетия, – дождусь совершеннолетия мальчишки, потяну время, а там что-нибудь придумаю. – Коли так для тебя будет проще, – согласился? Так легко? Видимо, не только как Избранный, но и как омега (к счастью) я не представляю особой ценности. – Тогда по рукам, – повезло, обошлось малой кровью. Расценив, что на этом наш разговор окончен, пожелав Мастеру приятного вечера, распрощался. – Что-то случилось? – Нино поджидал меня у входа в гильдию (неужели у меня все на лице написано?). – Мастер хочет, чтобы я прошел инициацию, – придавая голосу беспечности. – С Аароном? – и этот туда же! Хоть кто-нибудь задумывался, что практически мертвецу инициация на фиг не сдалась?! Аарона бы кто пожалел – собираются сделать из парня некрофила (немного утрирую, конечно). – Больше не с кем, – близнецы не в счет. Навстречу летящей походкой вышел Озанн, и мы умолкли. Бросив в нашу сторону улыбку, направился к альфьему общежитию – идея раздельного проживания ему по вкусу не пришлась. – Так, – прочистил горло, – надо отыскать Аарона, – чем быстрее решу проблему, тем лучше (и забуду о ней на ближайшие два-три года). Тот отыскался сам… в моей комнате (сколько можно!). Спровадив Нино (не хватало мне многозначительных взглядов), навис над непрошеным гостем, который нагло спал на опять же моей кровати и в ус не дул. Он с задания, а значит, когда проснется, я услышу набившее оскомину оправдание: устал – хотел спать – в общежитии (альфьем) шумно. Собирался его разбудить, поприветствовав жаркими (то есть ледяными) объятиями, но передумал – мне с ним как-никак сделку заключать. Пробежался по мальчишке взглядом – самое время оценить «товар». Одним словом – хорош (когда я успел стать экспертом по части мужской красоты?). Не надо быть ясновидящим, чтобы сказать, что от омег у него отбоя нет (обидно за других альф, но правила ассортативности никто не отменял). Даже гильдейские омежки на него порой заглядывались. Что уж! – даже я к нему присматривался (в научном аспекте – и только!). Ему лишь пятнадцать, но выглядел он старше. И… О-о! – Аарон, тебе определенно не стоит носить такие узкие брюки, да еще и кожаные… Впервые вижу чужой стояк (что тебе снится, крейсер «Аврора»?). Стоит заметить, у него… Минутку, верну мысли на путь истинный… Хотя сравнивать мне не с чем. Мой член крупнее стандартного омежьего (что не может не радовать), судя по тому, какими глазами на него смотрел Нино (когда я впервые увидел его «писюн», у меня был точно такой же взгляд – обалдевший). С тех пор, как мальчишка получил статус, без штанов я его не видел, а хотелось бы: пишут, член альфы отличается от такового у омеги – у альфьего головка очень темная и еще есть так называемый узел (как видите, чисто исследовательский интерес). Залезть к Аарону в штаны – себе дороже (в прошедший день «Х» у меня мелькнула такая мысль, но надолго в голове не задержалась). Как пить дать проснется. И спросонья отправит меня с кровати в полет… Аарон заворочался и открыл глаза (видимо, я слишком пристально его разглядывал). Успел состроить недовольную мину и был готов начать читать нотации, но снова вспомнил, что так с него согласия на инициацию не выбью. Молчание затягивалось. Не в моих правилах ходить вокруг да около, но спросить Аарона напрямую, не желает ли он переспать со мной, язык не поворачивается. – Я согласен, – едва заметно усмехнувшись, произнесла эта гадская козявка. – Я еще ни слова не сказал, – как же напрягает, когда он порой, словно хакер, считывает с меня информацию. – Я согласен тебя инициировать, – соизволил он пояснить. – Тебе что, совершенно наплевать, где, с кем и в какой позе? – вроде и получил, что хотел (без каких-либо затрат причем!), но ощущения двоякие. – Ну, в какой позе, конечно, важно… – Я понял, можешь не продолжать, – потер переносицу. – Когда? – какой шустрый, однако. – Когда тебе исполнится восемнадцать, – ого! – такой реакции я не ожидал. – Когда?! – слышу удивление и… мне показалось, огорчение в его голосе. Наверное, показалось. – Ты правильно услышал. – Да уж, – спокойно, – ты что-то с чем-то, – не думаю, что это был комплимент. Мальчишка отвернулся к стенке, готовый продолжить прерванный сон. – Шел бы ты в свое общежитие, – понимаю, наглость – второе счастье, – раз уж проснулся. Аарон, прикинувшись мебелью, сделал вид, что оглох. О'кей, сам напросился.