Хогвартс и хулиганка

Мисс Джейн упорно делала вид, что не слышит слов профессора, да и вообще в помещении никого нет, кроме нее самой. Никого и ничего, кроме парты, стула и невидимой горки, с которой так приятно скатываться. А если еще дополнительно парочку синяков об угол парты набить, то вообще будет великолепно. Специально ставить синяки было боязно, но если уж это произойдет случайно, то… все будет использовано против вас, господин куратор! Один синяк-то в любом случае уже есть! Длинноносый придурок что-то там вещал о «плане работы на вечер» и даже писал своей дурацкой палочкой на стене. Но Джейн не слушала и не читала. А зачем? Работать она не собиралась, совершенно очевидно, что к стулу ее больше не приклеят, а из сферы рано или поздно выпустят. Ну хоть в тот же туалет или покормить, или на ночь. Так что можете идти в задницу, умник-педагог! Не сломаете, не заставите, не перевоспитаете. Джейн — свободная личность в демократическом государстве!!! Демократия — это когда всё для народа, каждый, что хочет, то и делает, а вы, куратор, вместе с вашими рабами — фашисты и вообще сволочи! Что такое «фашисты», Джейн тоже толком не знала, как и «инквизиция», но то, что те и другие были сволочами, это точно. Недаром же она иногда прислушивалась к тому, что говорила на уроке учительница истории. Но вообще — несправедливо это. Вот взять Снейпа, например: хочет он возиться со своими допотопными котлами и варить дурацкие зелья — возится и варит. Хотят эльфы быть рабами — пожалуйста! Разве она, Джейн, запрещает им это делать? Да ни в жизнь. Пусть хоть утопятся в своих котлах и повесятся на своих наволочках. Каждый волен проживать жизнь, как ему угодно. На то она и демократия! Так почему же какой-то носатый придурок и его слуги смеют указывать ей, свободной личности, что она должна делать, а чего не должна?! Джейн так нравились выражения «свободная личность» и «демократия», что она готова была повторять их тысячу раз на дню. Но с «повторять» и здесь были проблемы, а не только в доме опекунов: там за попытку качать права можно было отхватить подзатыльник, а тут сволочной куратор и не думал возвращать ей голос. Сам, значит, капает ей на мозги своим «планом», а она в ответ даже не может высказать все, что думает. Что же это за демократия такая? Это нарушение закона! Как бы добраться до полиции и заявить о жестоком обращении с несовершеннолетним? Должна же где-то неподалеку быть полиция, разве нет? Джейн в очередном приступе ожесточения сильно пнула тут же отбросившую ее ногу стену и шлепнулась на задницу на парту, ударившись предплечьем о ребро парты. Посмотрела на красное пятнышко от удара. Во! То, что нужно, еще одна улика жестокого обращения! А что это там такое? Еда на подносе? Джейн почувствовала, как у нее потекли слюнки, когда она разглядела даже апельсин и конфеты. Ох ты ж, круто тут домовиков кормят, вон уже глазастый черт пачку с печеньем утащил. Как есть хочется… Неужели они тут будут вкушать все эти вкусности, а ей придется захлебываться слюной? Но тут куратор решительно направился к Джейн, и она немного струхнула, увидев злобное выражение на его уродской физиономии. Мало ли, может, он-таки решил врезать ей за то, что она немножко развлеклась с занудским дебильным учебником? Или решил применить еще какое-нибудь унизительное заклинание? Когда Снейп, сверкая жуткими глазами, резко направил на нее палочку, Джейн чуть не… ей сильно захотелось в туалет от страха. Но ничего не произошло. Ничегошеньки. Только исчезли пыльные следы от кроссовок на столе. Видимо, передумал бить и унижать. Или просто пугает. Она чуть расслабилась. Чистоплюй какой. Ничего, она натопчет еще! Джейн уже хотела вскочить и пуститься в дикий пляс, втаптывая пыль в крышку стола так, чтобы нельзя было удалить никакими заклинаниями. Но тут прямо сквозь сферу к ней полетел тот самый поднос с едой, и Джейн поспешила отодвинуться, освобождая место на парте, чтобы поднос не свалился на пол. Значит, кормить ее все же будут. Круто-о-о-о!!! Джен тут же схватила конфету и сунула в рот, но перед этим победно показала язык таращившимся на нее эльфам: не вас это кормят, лопоухие, а меня! Подавитесь той пачкой печенья, которую вы утащили, обойдусь. Чтоб она вам поперек горла встала, жадные отродья, воры! Профессор напоследок наговорил гадостей, наумничал умностей и, слава богу, наконец-то слинял, а Джейн потянулась было к апельсину, но ее пальцы натолкнулись на такую же прозрачную оболочку сферы, которая теперь была еще и вокруг подноса, не давая дотронуться до еды. Да что за фак?! Ведь она только что без всяких проблем смогла взять конфету! И профессор уже успел уйти. То-то он так быстро сбежал. Это он окружил поднос своим ужасным заклинанием, специально, чтобы поиздеваться? Вот, гад! Джейн попыталась еще раз. С прежним результатом — пальцы не могли проткнуть невидимую «резину», из-за которой доносился такой умопомрачительно вкусный запах, что начало бурчать в животе. Ах, сколько очаровательных, наполненных едой посудинок стояло так близко, но все они были недоступны! Издеваются… Издеваются над голодным ребенком, настоящие фашисты! Инкви… Инквизиторсы! Неподалеку раздалось язвительное хмыканье, и Джейн резко подняла голову. Эльфы! Наглые рабы стояли, сложив руки на груди, и пялились на ее страдания. Наслаждались по полной. Джейн почувствовала, что слезы вот-вот потекут рекой, и сжала зубы, понимая, что ничего-то она не может сделать, ничегошеньки… Видно, придется ей помирать голодной смертью, сходя с ума от соблазнительных запахов. — Мисс Поттер, — сказал Тинки, — я заметил, что вы не слушали, что говорил вам профессор Снейп, и не читали, что он написал специально для вас на стене. — Какое тебе дело, урод! — истерично завопила расстроенная и униженная Джейн. Если бы она могла, она бы завизжала так, что, наверное, рухнули бы все эти адские стены школы! А эльфы попадали бы замертво, вот! И даже директор бы наконец-то прибежал и увидел, как гнобят невинного человека! И вызволил бы ее из этих застенков, напоил бы чаем с пирожными и булочками и дал еще конфеток из той прикольной шкатулочки… Но, к сожалению, изо рта не донеслось ни звука: раскрывает рыба рот, но не слышно, что поет. Тинки воспользовался этим и продолжал наглеть, явно подражая интонациями своему высокомерному отвратительному хозяину: — Я наложил специальное заклинание. Пока вы, мисс Поттер, не прочитаете вслух все надписи на стене три раза от начала до конца, чары с подноса не спадут и еду вы не получите. Три. Раза. Вслух. Приятного аппетита! И они с вовсю веселившимся и скалившимся столь же лопоухим и наглым дружком с громкими хлопками растворились в воздухе, словно поаплодировали сами себе за остроумие. И Джейн наконец-то дала волю слезам, икая и затуманенным взглядом окидывая издевательский «план» на стене. Умрет от голода, но читать, да еще вслух, этот бред она не будет!