Единственный путь

Звёзды украшают небо. Целая копна, разбросанных по огромной территории одиноких огней, иногда собирающихся в созвездия. За окном комнаты, пропахшей насквозь различными травами, царил туман и совсем неясная погода. В этом мире не было больших городов и перекрёстных улиц — даже тротуаров не было. Огромные поля, свободные от людей — неприкасаемые, ещё совсем чистые, никем не пройденные тропинки, заросшие густой растительностью, что одолевала эти края. Надвигалась буря. Яркими, серо-чёрными пятнами из общей картины выделялись тучи, надвигающиеся на крохотный деревянный домик, в котором пряталась маленькая девочка. Ураган стёр с лица земли уже несколько деревень поблизости. Отец девочки, оставив всё необходимое для выживания своей семьи в доме, решил попросить помощи в одной из тех деревень, так и не вернувшись обратно. Мать, не выдержав и пары дней, рванулась за мужем. Страх не бывает поддельным и, оставшись один на один с собой, Диана приняла факт того, что выжить ей не удастся. Она наблюдала как люди, живущие неподалёку, бегают из дома в дом, умоляя о помощи или хотя бы, пусть и безнадёжном, но укрытии. А сама девочка смерти почему-то никогда не боялась — напротив, ей было любопытно наблюдать за надвигающейся на неё стихией. За приближением того, что раньше казалось столь далёким и недоступным для детских глаз. Детство вообще уникальная штука. И это даже не призма, через которую мы наблюдаем за миром — скорее линзы, резкость и восприятие происходящего в которых увеличиваются в сотню раз. Диана видела совсем другое, наблюдая сквозь стекло, нежели все те, кто находились по ту сторону мира. Искать смысл в жизни казалось для ребёнка абсолютно глупой затеей и пустой тратой времени. Она видела его в ином месте. Она знала, подталкиваемая чем-то необъяснимым для себя самой, о том, что смысл глубже и искать его нужно совершенно точно не в этом мире. «Что если смысл жизни — в смерти?» — однажды задумалась девочка, так и не сумев отпустить страшную мысль. Только для неё она не была жуткой или пугающей. Это был край. Всегда одна и та же пропасть, из которой не хотелось выбираться. Это была жизнь на грани смерти и смерть на пороге жизни. Родители девочки и не догадывались о мыслях и истинных взглядах своего ребёнка. Ни один родитель никогда бы не подумал о том, что его ещё столь юное дитя, может задумываться о гораздо большем, нежели детские игры и подарки на Рождество… Кто бы ей поверил? А она давно уже не играла. Да, поначалу было весело, интересно и даже забавно, но первые впечатления о смерти сменились совсем другими отношениями с ней. Это происходило столь же быстро, сколь этот самый ураган приближался к ней. Одного она не могла понять. Диану пугало осознание того, что именно она призвала ураган на эти земли, заигравшись в совсем недетскую игру. В какой момент её собственная жизнь перестала ей принадлежать? Когда это произошло? Может быть, в тот момент, когда она ходила по обрывам вдоль океана босиком? Или когда могла бродить часами и даже днями сквозь невесомую нить, отделяющую её от неминуемой пропасти? Ей невыносимо хотелось узнать — есть ли там что-то кроме этой самой тьмы. Ждут ли её погибшие много лет назад родственники и близкие, по которым она безмерно скучала. Всё, чего она так яростно жаждала — прикоснуться, заглянуть хотя бы в щель того сокровенного, скрытого от всех мира. И однажды у неё получилось. Прогуливаясь в очередной раз по истоптанным ею же заросшим тропинкам, что выходили на острые и обрывистые скалы, Диана оступилась. Полетела вниз ровно, не страшась падения. И дело было вовсе не в храбрости или отсутствии страха — а в близости с небом. И в этот самый миг, когда течение уже уносило её вдаль от родных земель и берегов, когда хрупкое маленькое тело поддалось столь жгучей страсти, унесённая, не справившаяся со стихией — она очнулась. Это были даже не минуты — секунды. Волны ослабли, а Диана сумела выплыть на берег. Эти секунды стали самыми важными в её жизни. Она больше не искала риска. Она жила им, всегда готовая вновь приоткрыть дверь и сделать шаг навстречу своей неизбежной судьбе. Спустя полгода после этого происшествия учесть встретила её с «распростёртыми объятиями». Она знала, что невидимая сила сопровождает её повсюду. Подсказывает, помогает. Исполняет тайные и открытые для всего остального мира желания — поучает и защищает. Тогда до её родителей стали доходить первые известия о приближающейся к их землям буре, которая сносит всё на своём пути. Диана всегда была упёртым и непростым ребёнком, но одна фраза, вечно повторяющаяся из уст родителей, задевала и щемила её больше остальных. — Бойся своих желаний, — повторял отец каждый вечер перед сном, желая дочери лишь самого лучшего. Противясь и с каждым днём всё сильнее отстраняясь от насущного мира и людей вокруг, со временем девочка стала больше напоминать отшельника, нежели беззаботного ребёнка. Природа манила своей свободой. Просторами, за которыми стояло нечто большее, чем повседневные заботы и общение с людьми. Играть она больше не любила. Скалы стали больше напоминать дом, чем то презираемое ею деревянное строение. Острые камни вместо игрушек. Кровь, ледяной океан и шёпот ветров, что обдували насквозь до мурашек во всём теле — вместо привычной материнской колыбельной перед сном. Её совершенно не волновало, сколько людей уже погибло ровно на этих местах, по которым она буднично проходила изо дня в день… По её собственным расчётам ураган должен был встретить её через несколько часов, а до этого у неё ещё было время. Собрав всё необходимое, она вышла на улицу, где молния и раскаты грома вели уже свою игру. Новую, необузданную и совсем незнакомую для Дианы. В последний раз, пройдясь по излюбленным тропинкам и старинным заброшенным местам, где по легенде давным-давно проживали аборигены, девочка вернулась к дому. С каждым шагом она была всё ближе к океану. Она хотела отдаться ему полностью — без остатка. Подчиниться и сыграть в последнюю в её жизни игру, но неожиданно услышала голос позади: — Что ты тут делаешь? Не успевшая зайти в воду даже по пояс — Диана обернулась. Она увидела светловолосую девчонку в ободранной одежде примерно своего возраста. — Исполняю то, о чём давно мечтала, — призналась девочка. — Зачем тебе это? Разве «там» лучше, чем «здесь»? — Я не знаю. Но я должна узнать, — быстро проговорила Диана, вновь отвернувшись и продолжив свой путь. — Постой, — дёрнула её за рукав кофты светловолосая, — как тебя зовут? — Диана. Меня зовут Диана, — уже более уверенно проговорила девочка. — А меня Света. — Моя очередь спрашивать. Что ты тут делаешь, Света? — Я не знаю, — девочка осеклась, но быстро взяв себя в руки, продолжила, — то есть, я не знаю, как оказалась здесь, как пришла сюда — я этого не помню. — У меня такое бывало раньше, — честно ответила Диана, — но это было давно. Диана вновь посмотрела в воду. Сперва она увидела лишь своё отражение в тёмных водах бесконечного океана, а затем посмотрела вдаль, где её ожидали чёрные, как смола волны — бескрайняя, но пустота. — Мне пора. — Нет! — крикнула Света, встревая в спор с животрепещущим перед ней океаном. — Тебе туда не нужно. — С чего ты взяла? — Я была там. И я хотела получить ответы. Хотела знать — там ли мои мама с папой. Ждут ли они меня? Света уже стояла по колено в воде рядом с Дианой, начиная дрожать всем телом. Из глаз начали падать крупные капли солёных, как холодные воды океана, слёз. — Их нет там, куда ты хочешь попасть. Возможно, они превратились в ангелов, и оберегают всех нас. Я думаю, что они в лучшем месте, но входа туда для нас нет. — Этого не может быть! Я сама видела! Я… — Ты видела другой мир. Тот, в который зовёт тебя твоя собственная тьма. Я знаю. Я тоже чувствую это. Она всегда рядом. Но ещё у меня есть чувство, что родители также всегда со мной. — Ты ошибаешься! — убеждала себя Диана. — Выйди из воды на минуту, я хочу тебе кое-что показать, — прокричала Света. Диана смотрела то на океан впереди, то на приближающуюся бурю, а затем посмотрела в глаза тощенькой, нескладной девочке, исхудавшей от вероятно далеко не первого голодного дня, с копной кудрявых светлых волос, доходивших до плеч. Эти серые глаза пленили и притягивали сильнее, чем воды необузданного океана. Её хотелось верить. Обе девочки вышли из воды. Света взяла руку Дианы, повернувшись к ней лицом, и вновь прямо посмотрела в глаза. — Дина, Диночка, посмотри, — зашептала Света, указывая пальцем в облачное, устрашающее своим видом, небо. — Что ты видишь? — Ничего, — спокойно протянула девочка. — Нет, присмотрись. Прислушайся. Вдруг Диана услышала знакомый голос матери, который сопровождал её каждый вечер перед сном. Знакомый смех отца и уже до боли родной шум волн. Но не тех тёмных и манящих к себе, как в эту ночь, а как те, за которыми она наблюдала ещё совсем крохой, прогуливаясь по берегу с родителями. — Ты слышишь их голоса. Верно? — Слышу. — Теперь ты понимаешь? Они здесь. Но и мы здесь. И смысл вовсе не там, где ты его ищешь. Смерть — это не наш мир и не наш выбор. Да, она придёт. Ко всем приходит, — с грустью проговорила девочка, — но сейчас мы должны быть здесь. Впервые в жизни Диане искренне захотелось поверить в правду услышанных слов. Она вдруг осознала, что всё куда проще, чем ей казалось, а пугало теперь совсем другое. Не поздно ли ещё всё изменить?.. — Не беспокойся, — ответила Света, всё ещё держа за руку девочку, словно прочитав мысли Дианы, — пока мы живы и пока у нас ещё есть время — никогда не поздно. Резкий толчок прямиком из пустоты заставил вырваться из плена сна. Воздух не проходил в лёгкие и женщина начала задыхаться. Едва справившись со своим собственным телом, Диана вскочила с кровати, открывая окно и первым делом обращая свой взгляд на небо. Тихие, но яркие звёзды успокаивали. Они так редко появлялись на небе мегаполисов и уличных перекрёстков, что с трудом оставались узнаваемы. Снаружи шёл ливень — настоящий град. Молния сверлила небо, а гром добавлял некой драматичности в сие действие природы. Становилось спокойнее. Вернувшись в постель, напуганная своим же разыгравшимся воображением, Диана осознала всю реалистичность сна. Она почувствовала необычайный страх смерти, чего раньше за ней не наблюдалось. Нет. Ей было слишком рано уходить. Она ещё не всё сыграла. В этот раз она будет бороться, а не поддаваться тёмным желаниям сердца. А Света… — Господи, Светка! — крикнула она сквозь раскаты грома скорее самой себе. Неожиданно почувствовав непреодолимый страх за бывшую подругу, Диана ужаснулась своим мыслям. Нужно успокоиться. — Ты всегда вытаскивала меня с того света, хотя говорила, что это я тебе жизнь спасла… И теперь она знала — впереди всегда будут встречи, мероприятия, города, но разве это имеет значение? Так много хотелось сказать, и так мало времени, чтобы объясниться. Но она успеет. В этот раз успеет.

мы ещё не всё сыграли. мы ещё не готовы умирать, песни будут и печали нас учили проживать. проживать каждую минуту. мы ещё не всем написали... мы ещё не сочинили всех стихов и будь тот проклят, кого совсем не ждали опознать среди чужих цветов. мы ещё не все струны порвали нам ещё далеко до дворцов. нам не нужно ни денег ни славы мы хотим ещё немного прожить. мы ещё не обо всём узнали мы ещё никуда не пришли. — Поклониться тени